Развилка

      Он никогда не видел его плачущим.       Дилюк пихает его в живот, царапает неподстриженными ногтями, шипит и орёт в истерике, что бы тот убрался нахер из комнаты.       Кейя слышит звон разбивающегося стекла и чувствует как внутри что-то крошится.       Он вспоминает…       — НЕ ХОЧУ СЛЫШАТЬ ТЕБЯ НЕ ХОЧУ ВИДЕТЬ ТЕБЯ ПОШЁЛ ТЫ НАХЕР, ТВОЯ МЕРЗКАЯ РОЖА, НЕСЧАСТНЫЙ ПРИЁМНЫЙ ДЕБИЛ, ЧТОБ ТЫ СДОХ! ПОПАДИ В АД К СВОЕМУ ПАПАШЕ ПУСТЬ ТЕБЯ ЧЕРТИ ОТЫМЕЮТ ТАМ ЗА КАЖДУЮ ЕБАНУЮ ИСТЕРИКУ В ЭТОМ ДОМЕ БЛЯДСКАЯ ТЫ ИНОЗЕМНАЯ ШЛЮХА!       Он вспоминает секундное замешательство… у еще живого тела приёмного отца. Он не знает что ему нужно чувствовать… (что он вообще чувствует).       Кейя не помнит, когда именно он видел в последний раз своего родного отца.       Он чувствует горечь, сочувствие и страх. Ибо Ди опасен. Он разбивает одну из своих любимых чашек фарфорового сервиза (подарок. Он всегда его ненавидел) и осколок царапает щеку Кейи.       Он рефлекторно дергается назад, чувствует ужас от произошедшей ситуации. Осознание накатывает на него волнами. Но он входит в комнату брата.       Ди поднимает бешеный взгляд и кидается на него.       — Я ВСЕГДА ГОВОРИЛ ЕМУ ЧТО ТЫ МУДАК! Я ВСЕГДА БЛЯТЬ ЗНАЛ НАСКОЛЬКО ТЫ МУДЛО МОЖЕШЬ БЫТЬ… ААААА! ТВОЯ МАМАША СРАЗУ КАК РОДИЛА ТЕБЯ ВЫБРОСИЛА В КАНАВУ?! ИЛИ ОНА ПЫТАЛАСЬ ИЗБАВИТЬСЯ ОТ ТЕБЯ ЕЩЁ ВО ВРЕМЯ БЕРЕМЕННОСТИ НО ТЫ БЛЯДИНА ВЫЖИЛ?! ЖИВУЧИЙ СУКА КАК ЕБАНЫЙ ТАРАКАН!       Ди брыкается. Он всегда был сильным, и Кейя кажется завтра будет весь в синяках.       — НЕ СМЕЙ МЕНЯ ТРОГАТЬ, ПРИДУРОК! НЕ СМЕЙ ПРИКАСАТЬСЯ СВОИМИ ГРЯЗНЫМИ РУКАМИ, ПОРТОВАЯ ТЫ БЛЯДЬ!       Кейя тоже физически силен. Кейя тоже обучался всем этим приемам, он хорошо знает, как сражается его брат. Поэтому он может держать его в правильном захвате, что бы тот, пытаясь выбраться, сдуру ничего себе не поломал.       Кейя морщится от боли, весь живот отбит напрочь, по яйцам ему тоже прилетает, от ярости текут слёзы, но он не отпускает его.       Он бы хотел, что бы его тоже кто-нибудь когда-нибудь так поддержал.       Моральная усталость берет свое, Ди пытается продолжать кричать на него, но голос он уже сорвал и слышно только шепот и всхлипы.       Он еще долго не сдается. Скорее по привычке он пихается и пытается укусить (единственное что он мог бы сделать, но Кейя предусмотрителен). Пока постепенно отчаянное шипение не переходит в вой.       Он сдаётся и Кейя выдыхает с облегчением.       У него болит живот и плечи, ноги сводит от напряжения, голова трещит.       Дилюк трясётся и воет, рыдая от горя. Он продолжает толкаться, правда Кейя уже не понимает, его хотят оттолкнуть или цепляются за него.       В голове тупая и ненужная хрень: Ди возненавидит меня за это.       Он слышит как ему в перерывах между всхлипами с заиканием, почти неразборчиво, шепчут: "он... Не дол.. Жен был ух.. Уходить", "он оста.. Авил мен.. Ня", "ему... Больно" "ему на.. Наверное было.. Стра.. Шно", "помогите... Помоги.. Те.. Мн.. Не"       Кейя плачет.       Ди хватает его за рубашку и прижимает к себе.