Твой бог-это я!

Алым, кровавым, багряным

Я себе вырезаю дорогу к небу       Чуя часто ошибался...И реже всего его ошибки были не просто решающими, они были фатальными. Один раз он так ошибся лет в пятнадцать, согласившись работать в мафии, доверившись придурковатому напарнику, а позже и влюбившись в него. Навлекая этим проблем на свою рыжую голову       -Чуя, Ода... Он....-На коленях рыжеволосого парнишки лежал его напарник, заходясь всё большей истерикой.       -Тшш, Дазай. - Юноша поглаживает кариеглазого по голове, пытаясь успокоить. Чуя понимает, Чуя чувствует как плохо сейчас Дазаю, но не может сделать ничего.       Напарник потерял наверное самого дорогого себе человека. А Чуя.... Чуя просто не мог ему помочь ничем... По щекам рыжего катились слёзы. Нет он не плакал из-за смерти Сакуноске, он плакал, видя свою беспомощность, видя самого любимого ему человека в слезах.       -Он... Он сказал мне уходить...Уходить мз мафии. Насовсем. - Плечи Осаму дрожали от беззвучного плача, а губы ели разомкнулись, произнося это       -Что....? - От неожиданности слёзы перестали течь из голубых глаз, а их обладатель с удивлением и недоверием смотрел на напарника.       Как?! Все их планы?! Всё то, что они строили, к чему стремились и во, что верили.... Всё псу под хвост! А как же Двойной чёрный... Это же шутка..? Да? Ха-ха смешно Дазай у тебя траур, а ты тут шуточки шутишь. Руки рыжего рухнули с головы Осаму на пол.       -Это же шутка? Да? - Чуя с надеждой вглядывался в карие глаза, приподняв голову Осаму и ища в бездне его глаз толику надежды       -Нет, Чуя... Прости, я не могу...так. Ода он искренне верил и верит в добро. Я уже достаточно натворил и теперь хочу оправдать хоть что-то из его надежд... Я попросил Анго, он заметёт все мои грехи, я перейду в вооружённое детективное агенство, Фукудзава-сан дал добро на переход в его организацию. И ты представляешь, там работает такой смешной очкарик. Куникида вроде, вечно в книжку свою смотрит, у него там даже записано какой он чай выпьет на яхте в Берлине со своей идеальной девушкой.       Теперь было время Чуи заводить истерику... Он не понимал простого. За что? За что Дазай так поступает с ним...       Тело наполняла дрожь и некий жар. Чёртов дар. Сатана его дери в клочья. Смутная печаль, она словно яд, разливающийся по телу. Чуя не хочет, он не желает пользоваться порчей сейчас! Но Арахабаки... Этот чёртово отродье всегда с ним, оно убивает, перехватывает эмоции, овладевает разумом и медленно сводит в могилу.       Резкий удар заставляет Дазая прийти в себя. Что? Какого чёрта? Чуя! Порча снова вышла из под его контроля. А Чуя ведь предупреждал, говорил как ему плохо из-за особого буйства Арахабаки. А Дазай не слушал и не слышал, живя последние несколько дней лишь смертью Оды.       Осаму пытается подобраться к напарнику метающемуся от стены к стене. Одно прикосновение и всё будет хорошо. Неполноценный резко перепрыгивает предметы разделяющие его от рыжего и хватает того за руку.       Резкий хлопок и свет в глазах, всё хорошо..? Арахабаки встаёт отряхнувшись и обведя взглядом неполноценного лишь вскидывает бровью. Дазай недоумевает. Как? Я же коснулся... Его мысли прерывает резкий толчок в грудь и руки обхватившие его за горло. Дышать тяжело... Дазай смотрит пристально, как его напарник несколько минут назад в глаза напротив и ищет в них отголоски его настоящего Чуи...

Твой бог-это я       Слышит Дазай уже в последний раз от своего напарника. Оглушающий крик и яркий алый свет разражают комнату.       Осаму приходит в себя... Неужели? Помогло? Но чудес не бывает на свете...       Рыжий, невероятно красивый мужчина лежит на абсолютно белом ковре, лишь слегка окраплённом алой кровью. Прекрасные рыжие волосы разметались в беспорядке, а шляпа откатилась поодаль. Глаза... Они словно живые, но выражают лишь застывший навеки в их прекрасной голубизне, слегка подёрнутой молочной плёнкой выдававшей гибель,страх...       Мужчина на коленях приподнимает столь великолепное, дорогое ему тело, поправляя спавшие на лоб пряди..

Ты был прав Чуя. Мой бог-это ты.....