Новое приключение

      Гарри зашла в классную аудиторию и осмотрелась. Комната была довольно большой и светлой, всё благодаря приятной нежно-бежевой окраске стен и большим окнам, через которые в класс попадали яркие лучи солнечного света. Три ряда парт, рассчитанных на одного студента, стояли ровно и симметрично. У стены стояли шкафы заставленные различными книгами и непонятными магическими приборами. А сев за парту, внимание каждого сразу же падало на большую доску, где профессора записывали мелом тему очередного урока или новую магическую формулу, и учительский стол.       Оглядев классную комнату ещё раз, Гарри выбрала себе место по душе и села за вторую парту у окна. Это было её любимое место ещё со времён обучения в Хогвартсе. Вторая парта у окна для Гарри была волшебным местом, с которого было прекрасно видно доску и профессора, а самое главное никто не отвлекал от прослушивания лекции. И Гарри не стала изменять своим предпочтениям.       Сегодня она пришла в класс одной из первых. Помимо неё тут было ещё несколько учениц, трое из которых весело болтали о каком-то забавном происшествии, а ещё одна сидела за последней партой, уткнувшись глазами в пол. Одного взгляда на неё было достаточно, чтобы понять, что этой девочке неприятно находиться среди большого количества незнакомых людей. И её скромность и стеснительность делали ситуацию только хуже. Можно было понять, что в скором времени она, скорее всего, станет изгоем класса. И если физические издевательства не допустят профессора Алфеи, опасаясь за сохранность учениц, то от грубых слов и оскорблений её ничто не сможет спасти.       Гарри конечно же могла бы к ней подойти и завести разговор, протянуть, так сказать, руку дружбы, стать для этой девушки подругой, которая придёт на помощь в неприятной ситуации, даже если самой девушке эта помощь в данный момент и не нужна, и поможет ей преодолеть внутренние страхи, но она не станет этого делать.       По сути эта девушка для неё была незнакомкой. Да, они будут учиться в одном классе следующие пять лет, а может и больше (кто знает?), но откровенно говоря, для Гарри она не представляла никакого интереса.       И если бы подобные слова услышала её сестра Блум, то сразу же бы разразилась гневной тирадой и длинной речью о том, что хорошие девочки так поступать ни в коем случае не должны.       Блум вообще была из тех людей, которые без спроса вмешиваются в жизнь и дела других людей. Делала она это, надо сказать, с грацией слона в посудной лавке. Разрушений было в десять раз больше чем пользы. Но останавливаться или хоть как-то меняться Блум видимо не планировала. Своё собственное чувство справедливости она проявляла чаще всего тогда, когда это было не нужно, делая любые отношения напряжёнными до крайности. Таким вот образом Блум в своё время разругалась с Митси. Ей показалось, что та издевается над одноклассниками. Блум, как храбрый рыцарь, вмешалась толком не разобравшись в ситуации. И набросилась на Митси с кулаками. Завязалась драка. Их с трудом оттащили друг от друга. В тот же вечер в школу были вызваны их родители. Все воспитательные беседы были проведены, но толку от них, по сути, не было никакого. Блум и Митси стали заклятыми врагами. А ещё по школе поползли слухи. И если Митси опасались трогать из-за её богатых родителей, то Блум было труднее. С ней никто не хотел дружить. До открытой травли, конечно, не доходило (Гарри подробно объяснила, что случится с теми, кто навредить её сестре), но и полностью вписаться в класс она так и не смогла. Но о своём чувстве справедливости Блум так и не забыла. И с упорством барана продолжала делить весь мир исключительно на черное и белое, искренне не понимая почему Гарри не поддерживает её точку зрения. А все свои проблемы рыжеволосая красавица, что удивительно, предпочитала решать исключительно с помощью грубой силы (и это ей давалось на удивление хорошо). Но дипломатом Блум, надо сказать, была никаким. Мирные переговоры были явно не для неё. Блум желала того, чтобы Гарри была на неё похожа.       Вот только Гарри — не Блум. Она не ввяжется в драку если есть другой вариант. Она сразу включит свой Поттеровский дар убеждения и разрешит ситуацию с наименьшими потерями. Этому, в своё время она научилась у своего первого мужа. Конечно, если она увидит сцену издевательства, то не пройдёт мимо и поможет, но делать подобное постоянно она отказывается. Она это уже проходила. И прекрасно помнит чем всё это для неё закончилось. Героиней она уже была и геройств ей хватило на всю жизнь. Всё. Хватит — надоело! Пускай этим занимается кто-нибудь другой. А она просто будет изучать магию и снова станет артефактором. Самым лучшим артефактором во всей вселенной Магикс. Да, такой вот план она составила на эту жизнь. И ей плевать, что говорят другие. От своего желания она не отступиться. Иначе, она не была бы Гарриет Поттер.       Возможно, всё дело в том, что в прошлом она уже проходила обучение в Хогвартсе. И она прекрасно помнит насколько тяжёлым был для неё первый курс. И не только для неё. Для Гермионы и Невилла тоже. Профессора Хогвартса не интересовались тем, что происходит внутри факультетов. И это играло на руку старшекурсникам, которые могли в открытую нападать на первокурсников. И в магической школе всё не ограничивалось обычной дракой, в ход шла магия и не всегда безобидная. И тут большую роль играла сила воли и решимость жертвы обидчиков. Кто-то просто сдавался, смиряясь с данной ситуацией, а кто-то вроде Гарри, Гермионы и Невилла давал отпор. И со временем их оставляли в покое, а в случае Гарри даже начинали бояться.       Разумеется, Гарри может и ошибаться. И эта девушка, которая показалась ей слишком робкой, стеснительной и забитой, совершенно не такая. И её нынешнее поведение связано с сильным волнением перед началом первого урока. И такое может быть. Гарри была бы только рада, если всё именно так. Ведь тогда её сестра не ввяжется в неприятности (это она умеет!) и у самой Гарри не будет никаких проблем. А ведь Блум была настоящим профи по поиску опасных приключений.       Взять хотя бы вчерашний случай, когда Блум увидела огра и без раздумий последовала за ним, в итоге наткнувшись на трех очень сильных и жестоких ведьм. Блум сказала, что узнала того огра. Но Гарри задавалась вопросом, как именно она это сделала? Все огры были похожи друг на друга и их практически не возможно было отличить от других представителей данного вида. Если, конечно, ты не поставил на них магическую метку слежения. Но сделать это было чрезвычайно трудно, ведь на огров и троллей магия практически не действовала. И чтобы хоть как-то воздействовать на них нужно было просто огромное количество магической энергии, которой хватило бы на полное уничтожение половины Запретного леса. Естественно, что никто не будет так заморачиваться ради какого-то огра или тролля. Особенно, учитывая то, что представители этих видов не обладают большим умом. Делать их своими помощниками было глупо, а использовать их в качестве грубой силы ненадёжно, ведь их действия чаще всего приносили гораздо больше вреда чем пользы. Поэтому-то тролли и огры жили обособлено, в густых лесах, куда люди стараются не заходить из соображений безопасности. Гарри не поняла как ведьмы смогли подчинить себе огра. Вариант, что огр добровольно им помогает Гарри даже не рассматривала. Гарриет было очень хорошо известно то, что огры были очень свободолюбивыми созданиями и они никогда и никому не служили по собственной воле. Свою свободу они отставивали с такой яростной силой, что мысли об их подчинении ни у кого даже не возникали. Тем удивительнее было то, что огр служил ведьмам, сохраняя при этом свою волю. Ведьмы Трикс явно не подавляли его волю. У них на это банально не хватило бы сил, которых у них было довольно много, учитывая их юный возраст. Для остальных фей эти три ведьмы могли быть непобедимым противником, но, по мнению Гарри, они были слабоваты. Однако, сравнивать всех остальных фей с собой Гарри не могла. Она в каком-то смысле всегда была уникумом, что в своей прошлой жизни, что в этой. Хотя, во второй жизни её уникальность стала ещё ярче.       Стоит сказать, что смерть и новое рождение сделали её магию ещё чище, ещё концетрированней, ещё сильнее. А её магическое ядро, которое и в прошлой жизни было большим, теперь стало по-настоящему огромным. Словно яркое Солнце, центр вселенной, ядро Земли. Гарри ощущала себя магическим источником, от которого зависит жизнь и процветание целой планеты. Будто она и есть та самая жизненная энергия, без которой магия Земли зачахнет и исчезнет. Это было весьма странное ощущение, но такое правильное. Описать его словами было невозможно. Гарри всегда чувствовала связь с Землей, даже если находилась за тысячи световых лет от неё. Это чувство единства было таким, таким прекрасным! Захватывающим! Незабываемым! Гарри никогда и ни за что на свете не отказалась бы от него.       Помимо этого магия Гарри приобрела стихийный спектр. В прошлой жизни из природных стихий Гарриет давались лишь огонь и совсем немножко земля. Теперь же она легко могла управлять и воздухом, и водой, и молнией, и землёй, и огнем, и тьмой, а самое удивительное — ей также хорошо давался элемент света. Стихии легко подчинялись её мыслям, достаточно было лишь одного желания. Об этих своих способностях Гарриет узнала совершенно случайно. Однажды она оказалась недалеко от большого пожара. Был безумного жаркий день, весь воздух накалился до предела. Внутри дома были дети, которые не могли выбраться. Группа пожарных, среди которых был и отец Гарри, зашли в горящий дом, чтобы их спасти. Но огонь распространялся с ужасающей скоростью. Он заключил людей в доме в ловушку. Выхода не было. Тогда Гарри наблюдала за всем происходящим со стороны. Она была напугана. И мысленно пожелала, чтобы пошёл дождь. Через мгновение яркое солнечное небо затянуло тучами, послышался гром и начался сильный ливень, который и потушил пожар. Все люди были спасены, никто серьёзно не пострадал. Пожарные называли внезапный дождь чудом. И только Майк знал, что это чудо сотворила его дочь. Вернувшись домой в тот день, он просто крепко-крепко обнял Гарри и прошептал ей на ухо слова благодарности. Если бы не она, то он, вероятнее всего, не смог бы вернуться в этот день домой.       И похожие ситуации, когда Гарри могла повелевать природными стихиями случались ещё пару раз. Так что сравнивать Гарри с другими феями было просто глупо. Это для Гарриет ведьмы Трикс не представляли никакой опасности. Достаточно было лишь одного взмаха руки и они чуть не лишились своих жизней, а вот для той же Стеллы они были большой проблемой. Принцесса Солярии призналась, что им крупно повезло, так как Гарри была с ними. Текна и остальные девочки согласились. А ещё они восхитились её силой. И это восхищение было столь искренним, что Гарри растерялась. Ей и раньше делали подобные комплименты, но за ними всегда скрывались такие чувства, как зависть, ненависть, а от других волшебниц презрение, так как они считали, что девушка должна быть слабой и прятаться за спиной мужчины. Гарри же всегда придерживалась другого мнения. Другие же волшебницы злились ещё больше и старались уколоть её словами побольнее, ведь многих именитых мужчин привлекала именно сила Гарриет и её непреклонный характер. И хотя внешне Гарри никогда этого не показывала, но самой себе врать не собиралась. Подобные слова её довольно сильно обижали. Она понимала, что эти слова говорят её завистники, но лучше от этого не становилось. И столь искреннее восхищение от девочек было для неё чем-то совершенно новым.       А вот очередные опасные приключения Блум ничем новым для неё не стали. Её сестра умела вляпаться в неприятности буквально на ровном месте. Она и дома постоянно попадала в беду, а ведь тогда её магия ещё спала. Что же будет теперь, когда её магическая сила пробудилась, Гарри даже боялась представить. Она была уверена, что её сестра скоро снова ввяжется во что-то опасное. И единственное, что Гарри может сделать — это просто быть рядом.       Ну, сейчас обо всем этом не имело смысла говорить. Только время покажет была ли Гарри права или же нет.

***

      До начала урока оставалось ещё некоторое время. Новые ученицы приходили в класс одна за другой. Все девушки были красивыми и энергичными, а самое главное одарёнными магически. Используя магическое зрение, Гарри прекрасно видела их силу и потенциал для роста. И это было удивительно.       По наблюдениям Гарри, каждая из них в будущем могла бы стать необычайно сильной феей. Это так сильно отличалось от её прошлого мира, где маги уровня Гарри рождались раз в столетие, а то и в тысячелетие, что вызывало сильный шок. Ведь на пике своих сил каждая из них будет равна той Гарри из прошлой жизни, которая единственная за многие-многие годы достигла уровня магистра. И это показатель. Ведь титул магистра давала сама Магия и никто не мог его оспорить. А тут буквально каждая ученица в классе имела потенциал стать магистром в будущем. И это просто не могло не удивлять.       Но помимо этого шокирующего наблюдения Гарри заметила и кое-что ещё. То что отличало её от других. У неё было большое и сильное магическое ядро, а у остальных фей его не было. В их телах была яркая частица чего-то большего, но при этом было ощущение, что она им не принадлежит. У Гарри это вызывало чувство чего-то неправильного. Скорее всего, эта яркая частица и была сущностью феи, о которой им с Блум рассказывала Стелла. По своим ощущениям, Гарри поняла, что сущность феи ребёнок получал при рождении. Но сам процесс этого был не до конца понятен Гарри. Можно было только предположить, что сущность — это своеобразный дар от Магии или от какой-то другой высшей сущности. С магической сущностью ведьм, возможно, была похожая история. Только источником их магического дара была абсолютно другая высшая сила, противоположная той, которая одаривает своей милостью фей.       И в таком случае возникал вполне закономерный вопрос — является ли сама Гарри феей? Ведь сущность была отдельной частью феи, в полной мере не принадлежащей ей самой. Говоря простыми словами, магическую сущность феи при желании и необходимых знаниях мог отнять любой человек, владеющий магией. Но Гарри была уверена, что её магию у неё никто не сможет забрать. Она просто превратит в пепел незадачливого вора.       И у Гарри возникли сомнения по поводу того, что она фея. Она не могла утверждать, что данное определение можно применить к ней. Но, с другой стороны, Стелла при первой встрече сказала, что почувствовала в Гарри фею. Ещё она сказала, что чувствовать других представителей своего вида может любая фея. И Гарри в том числе. Это утверждение было верным, Гарри проверила его немного позже. Так что с этой стороны Гарри действительно фея. Хотя, и нельзя сказать наверняка. Но вряд ли мисс Фарагонда оставила бы её в Алфее если бы она не была феей.       Тут же в воспоминаниях Гарри промелькнуло выражение шока в глазах директрисы Фарагонды, когда они встретились впервые. Похожая реакция, кстати, была и у мисс Гризельды. Они были сильно шокированы. В этом Гарри не сомневалась. Но что именно их шокировало было не понятно. Выходит они обе знали что-то чего не знала сама Поттер. Хотя, теперь у Гарриет появились кое-какие мысли.       Если предположить, что Гарри была по-прежнему магом, а это так, раз у неё есть магическое ядро. То фея — это не её сущность, а её магическое наследие. Довольно распространённое явление в прошлом мире Гарриет и, наверняка, чрезвычайно редкое для Вселенной Магикс. Если всё обстоит именно так, тогда можно спокойно объяснить её главное отличие от других фей. И Гарри решила подтвердить свою мысль, поговорив позже с мисс Фарагондой.       Она уже сталкивалась с магическими наследиями. И сама обладала одним из них в прошлой жизни. После семнадцатилетния большая часть волшебников, магов и ведьм могли пробудить в себе наследие далёких предков. У каждого оно было разным, но ни одно из них нельзя было недооценивать. Наследие могло подарить волшебнику удивительные способности. Так Гарри, пробудив способности феникса, получила дар исцеления. При этом он обладал такой мощью, что мог вернуть к жизни практически мёртвого, а сама Гарри была способна исцелить от любого яда и болезни не только других, но и саму себя. Это было очень редким явлением. Обычно дар исцеления мог излечивать других, но применить его к самому себе ни один целитель не мог. Кроме Гарри, разумеется.       Однако любое наследие имело один недостаток — оно требовало постоянного развития. И пренебречь этим было нельзя. Так же как нельзя было забывать развивать свои магические дары, вроде боевой магии, некромантии, зельеварения и других… Если этого не делать, то можно постепенно утратить свои магические силы. Это было своеобразным наказанием от Магии за пренебрежение её дарами. К тому же развивать разные наследия нужно было разными способами. И это, пожалуй, было самым хлопотным и неприятным.       Так для того, чтобы развить своё наследие феникса Гарри приходилось постоянно принимать сильнейшие яды и самоисцеляться. Со временем у неё выработался к ним иммунитет, который, кстати, сохранился и в новой жизни. Намеренно травмировать себя физически Гарри не желала. Ей и так хватало покушений на её жизнь, которые случались регулярно и никогда не обходились без травм. Это тоже помогало расти силе наследия с большой скоростью. А вот какие именно условия были необходимы для развития наследия фей, Гарри было неизвестно. И это её сильно волновало, но пока этот вопрос можно было отложить. Настало время первого занятия.       Со звонком в класс вошёл профессор Уизгис. Он был очень низкого роста и чтобы его хорошо видели все ученицы он встал на свой стол.       — Доброго всем утра! Позвольте вам представиться. Я профессор Уизгис. Преподаватель по метаморфосимбиозу или, как я предпочитаю это называть, — профессор Уизгис снял свою зелёную шляпу, потянул себя за щёку и превратился в мисс Гризельду. — Искусству изменения вашего внешнего вида!       Ученицы пришли в восторг и зааплодировали. Гарри тоже пришла в восторг, но только от мастерства профессора. Хоть всё и выглядело на первый взгляд просто, но это было далеко не так. Профессор преобразившись, смог не только изменить свой внешний вид, но и голос, а это было сделать очень трудно.       — Спасибо, спасибо! — профессор принял свой обычный вид, раскланялся и продолжил. — К концу обучения в Алфее каждая из вас сможет сделать также. А теперь давайте начнём с простого.       Профессор щёлкнул пальцами и перед каждой ученицей в классе возникло небольшое зеркало.       — Теперь пусть каждая посмотрит в зеркало и подумает об изменении цвета своих волос. — дал задание профессор Уизгис.       Ученицы последовали его словам и взяли зеркало в руки, посмотрев на своё отражение.       — Это упражнение нетрудное, но с первого раза может не получиться, — продолжал урок профессор. — Вы должны представить, как новый цвет появляется от корней волос до кончиков. Почувствовать как он медленно распространяется. Самое главное не терять концентрацию во время процесса, иначе это может привести к неожиданным последствиям. Внимание очень важно. Вас ничто не должно отвлекать.       Ученицы последовали словам профессора и взяли каждая своё зеркало. Слова профессора не отвлекали. У него был довольно приятный голос, который помогал сконцентрироваться на задании.       Гарри посмотрела на своё отражение и в мыслях возник образ Люциуса Малфоя. Гарри всегда была в восторге от его длинных и ухоженных волос. Особенно, от их цвета. Королевская платина — так их называла Гарри в своих мыслях. Она представила в уме этот цвет и почувствовала как её магия мягко распространилась от корней её волос до кончиков. И в тот же момент её волосы приобрели платиновый оттенок.       Гарри залюбовалась на своё отражение. Ей очень шёл этот цвет. Она была похожа на богиню Жизни, не хватало только венка цветов на голове. Гарри была приятно удивлена. Она никогда не экспериментировала со своей внешностью, ведь она ей нравилась. И она не хотела испортить свою кожу, нанося на неё слои пудры и другой косметики, и никогда не красила волосы краской, чтобы они не утратили свою мягкость и шелковистость. Изменить свою внешность, не прибегая к косметическим средствам в прошлом мире было невозможно. Но теперь для Гарри открылись новые возможности для экспериментов. Гарри была очень рада этому.       От её дальнейших планов Гарриет отвлек профессор Уизгис, который бесшумно запрыгнул на её стол и внимательно посмотрел на её цвет волос, а затем улыбнулся.       —Очень-очень хорошо! — Он довольно кивнул головой. — Вам идёт ваш новый цвет волос, Гарри. Вы правильно направили свою магию и добились отличного результата. Теперь попробуйте придать волосам другие цвета.       —Хорошо, — Гарри слегка удивилась, что профессор дал новое задание (в Хогвартсе так никогда не делали), но она не стала слишком долго думать об этом этом. Возможно, в Алфее так было принято.       Она продолжила менять цвет волос. Она перепробовала всевозможные цвета: и розовый, и голубой, и зелёный, и фиолетовый, и даже рыжий, который, к её удивлению, ей совершенно не шёл. Он старил её, делал некрасивой, придавал ей какие-то злые черты. Это единственный цвет, который Гарри решила никогда не использовать. Под конец урока она даже смогла перекрасить свои волосы в несколько цветов одновременно. Профессор Уизгис пришел от этого в восторг и даже поставил ей за урок пятёрку.       Но, к Гарриному удивлению, с заданием справились лишь единицы, среди которых были Стелла, Муза и Флора. У Текны стало что-то получаться ближе к концу урока. А Блум даже не смогла заставить свои волосы слегка пошевелиться, что очень её расстроило. Хотя, она была ни одна такая. Большая часть класса не смогла добиться нужного результата. По мнению Гарри, это было странно.       Но своё мнение она оставила при себе.

***

      Следующим уроком по расписанию были зелья. Их вел молодой (по меркам их расы) эльф профессор Палладиум. Он был очень стеснительным, чем молодые феи-ученицы с удовольствием пользовались, постоянно смущая бедного эльфа. Тот мило краснел на их смущающие комментарии и пытался добиться тишины в классе. Идея эта, надо сказать, с самого начала была обречена на провал. Феи продолжали перешёптываться друг с другом, по большей части даже не слушая, что говорит профессор. Тот, видимо, уже давно привык к тому, что его никто не слушает. И продолжал спокойно вести урок.       Гарри слушала его лекцию с огромным удовольствием. Профессор Палладиум был прекрасным педагогом, который обожал зельеварение. Это было видно. Он рассказывал всё очень толково и понятно. А самое главное он любил преподавать. И это чувствовалось. В своё время Гарри училась у профессора Снейпа, который был прекрасным зельеваром, но ужасающим педагогом. Конечно, все сдавали его предмет, если не на отлично, то уж на хорошо или, в крайнем случае, на удовлетворительно точно. Но то, что ему не нравится объяснять школьный материал студентам чувствовалось кожей. С профессор Палладиумом всё было по-другому. Материал усваивался легко и быстро, а практика обещала быть очень интересной. Гарри была уверена, что зельеварение станет одним из самых любимых её предметов в Алфее.       После зельеварения у их класса была теория магических искусств, которую, к удивлению всех, вела мисс Гризельда. Этот предмет был чем-то похож на историю магии в Хогвартсе, но также включал в себя знания о различных магических созданиях, всевозможных магических направлениях и специальностях. Сам предмет был очень интересным, а в сочетании с тем, что его вела мисс Гризельда он становился ещё интереснее.       Урок закончился через два часа. И всё это время в классе была абсолютная тишина, что резко контрастировало с тем, что происходило на зельеварении.       Последним занятием в этот день был урок этикета у мадам Дю Фор. Это занятие было весьма тяжёлым. Гарри с трудом спокойно досидела до конца. Мадам Дю Фор к ней не цеплялась, наоборот хвалила. Но лучше от этого не стало. В классе стояла какая-то удушливая атмосфера. Однако, из вступительной речи профессора Гарри стало понятно насколько же важен этот предмет, особенно во вселенной, где существует королевская власть и настоящее дворянство. Ударить в грязь лицом на каком-нибудь королевском приёме было очень опасно. Это могло привести к различным последствиям, учитывая то, что на каждой планете были свои правила и традиции, которые было принято соблюдать. Такого не хотелось бы никому. Поэтому все, стиснув свои зубы, слушали что говорит мадам Дю Фор и старались выполнить идеально. Получить замечания от этой дамы не хотел никто.       Профессор вежливыми словами могла так опустить человека, что он начинал ощущать себя бесполезной грязью, которая только всё портит. Это было неприятное чувство. Но для изучения этикета оно подходило как нельзя лучше. Ученицы запоминали материал с первого раза и старались не совершать никаких ошибок, с огромным нетерпением ожидая окончания урока.       После уроков Гарри поняла, что учёба в Алфее будет очень интересной. Осталось только поговорить с директрисой. И, немного подумав, Гарри решила, что стоит это сделать сегодня.       Это определённо была хорошая мысль!