Цвет бабочки и цветок растения

* * * (Бабочки Тигра) Ацуши Накаджима — Славный малец, хоть и Является прошлое ему Злостными копьями, Что протыкают его разум, не спеша. Да еще и этот напарник, Никому не сдавшийся, Но Дазай-сан лишь ладошки Складывает вместе, приговаривая: «Но так вот надо, Понимаешь?» А глаза блестят тем самым… Восхищением! А может умилением? Ну уж не важно, Ведь скрутился юноша У кровати и понять не может, Что он съел такого, что его так уж крутит И будто он сейчас вывернется наружу И помрет от боли нестерпимой. Но потом уж покрывшись и чувствуя Как с завтраком прощается, Открыл он рот, но вместо смерти ожидаемой, Бабочки мелкие и черные Стаей летят по комнате всей. Вот уж смешная шутка, жизнь! * * * (Цветы Монстра) Рюноске Акутагава — Убийственная машина, не щадящая никого. Однако не забываем, что у монеты две-то стороны! Ему подсунули напарника — какого-то мальчишку Смышлёного, в жизни ни черта не разбирающего! Дазай-сан, на внимание от которого он надеется, Лишь руки складывает вместе, говоря: «Но так вот надо, Понимаешь?» Подлец, Вы, Дазай-сан! Но особо то и нечего сказать, Пока не стало хуже Рю, И так мучившийся от кашля И болезни изнуряющей, Он получил «подарок» Однажды после миссии Акутагава согнулся на пороге, Что-то в груди-то заложило. Больно, но нет сил терпеть, И раскашлялся он хуже, Чем после битв тяжелых самых. В конце рева губящего, в руке оказался цветок: Фиолетовый и как будто он из треугольников состоит, Сложный, но красивый и приятный он для глаз. Что же за цветок? Друг, аконит же это! Или легче уж сказать — борец! Юноша смотрит на цветок И понять ничего не может. Вот уж подарок, жизнь! * * * (Глаза Бабочки) Я сильно мучился С этой шуткой жестокой. Не дай Бог, Я окажусь Рядом с черноволосым юношей, Имя которого, — Рюноске Акутагава, Как сразу бабочки, Бьющие в стены своего заточения, Хотят вырваться наружу И мне приходится придумать Сотню, если не тысячу оправданий, Чтоб отлучиться и мелких черненьких заточенных Выпустить на волю. Как смешно. Однажды я был на задании Был уверен, что справлюсь Но надо же было позвать Вот этого черта в черном плаще От которого бабочки летят из меня наружу. Вот. Снова. Опять. Крылья мягко стучат по стенкам живота. Больно и неприятно. Как же… Как же надоело это. Невозможно, чтоб эти эмоции Вызывал Рю, чертов Рю! Невозможно. Я отпросился, Акутагава закатил глаза. Не тебе, ведь, к счастью, терпеть Истерики маленьких крылатиков! «К счастью»?... В темном переулке Приоткрыл я рот и стая бабочек, Которых сегодня больше, ай-ай, Вылетела наружу Что это? Неужто это кровь на их крыльях? Нет, это цвет их, но Почему он такой? Почему они сменились на такой… Страшный цвет? Видимо, некоторых твоих приколов Жизнь, я не пойму ни-ког-да. * * * (Стебель цветка) Я мучался. Как же больно. Не хватало мне по горло того, Что было со мной всегда. Так появилось это! Тигр, черт тебя дери! Почему именно из-за тебя, Плююсь я цветами фиолетовыми, Вот этими треугольными! Каким образом я могу придумать Столько оправданий как да почему я отлучаюсь От миссий, от собраний, а? Как смешно! Как-то на задании, с котором Я справился бы сам замечательно, уж точно, Мне подбросили этого мальчишку — Ацуши Накаджима, если не ошибаюсь! А лучше бы ошибся! Вот минут четыре- Пять прошло, И снова больно Так в груди, Будто легкие сейчас Я выплюну слегонца. Накаджима извинился И куда-то удалился. А он куда? Ну и пусть, Возможно, так и лучше. Ведь цветы как раз уже у рта. Я вдохнул и закашлялся. Ну же! Ну же, черт побери! Где? Где этот цветок? Я сейчас задохнусь! И тут же, когда я покрылся потом Вылетел цветок. Но постой… Какой-то другой он формы. И сиреневый… Лаванда это! Почему, вдруг, Изменился цветок? Однако не успел я упасть В раздумья сильные. Вдалеке Накаджима бежал, Ловя руками что-то. Его лицо искривилось в… Панике? Недовольстве? А ловил он бабочек? Как-то эта картина не ложилась В голову мне. Но не время сейчас Думать о тигре. Как бы избавиться от этого цветка? Куда выкинуть? Я что-то растерялся. * * * (Пересечение) Мы заметили друг друга И бабочек, и цветы. Посмотрели друг на друга С удивлением. Не могли понять мы ничего. Оба бледные, в поту, и мысль одна Пробежала у нас двоих: «Неужто ни я один мучился С чем-то злостным?» Мы не знали ничего Об этих уж недугах, Кроме факта, что рядом Находиться нам не в силах. Но поняли мы вместе, что Злость наша между нами Ни к чему. И, что пора, Нам отбросить эти обстоятельства И сказать то, что не пришло бы Ни одному из нас в голову Ни скоро, ни далеко, ни когда-нибудь. Сказать о наших эмоциях, чувствах О каких же? Можно подумать о многих, но до нас Дошло, что это ни что иное, Как теплые чувства. Те самые! Что простым народом именуются «Любовью»! * * * (Полет Бабочки) Я смотрел на Рю. В его руке цветок. Так вот, что за жестокий кашель Я слышал только что. Но вдруг я понял, что Выгляжу как придурок. Ловлю бабочек, ибо они Решили полететь В другую сторону. Не хотелось бы вызвать вопросы Со стороны Акутагавы, но теперь Мне кажется, что если бы я на них Забил и то было бы лучше, Но менять что-либо поздно. Поздно отступать да незачем. Цветка ведь у него я тоже Никогда не видел, Но Рю выглядел Так, будто ни в первый раз Он столкнулся с этим И не просто ни в первый раз, А настолько часто, что достало его это Также, как и меня. Вся моя злость Исчезла настолько незаметно, Как вся напряженность между нами. Я начал говорить, Пора уж: «— Акутагава-сан… Нет, Рюноске-кун, Послушай: Мы в последнее время как враги, Хотя мы явно близки-то были. Что же с нами случилось? —» Снова мне стало не хорошо. Бабочки бились во мне сильнее, Чем когда-либо. Я должен поспешить! «— Рюноске-кун, мне кажется, Мы не друзья, а что-то больше Не лучшие друзья, но крепче! Но я лишь хочу знать, не мне ли только Так кажется? —» Все, сдерживаться больше не могу. Белые бабочки полетели стаей большой Их много, что кажется, что их несчетное количество. «Согласие или же отказ!» «Начало или конец!» Ну, последнее слово за тобой, Рюноске Акутагава! * * * (Расцвет Цветка) Увидел бабочки я И, вдруг, понял я Почему улыбка саркастичная, Не свойственная ему, Была на его лице последние Несколько недель. Действительно, такое и врагу не пожелаешь. И тигру бы уж точно не пожелал. Не понятно почему, но не пожелал бы. Ведь выглядел он уставшим От этих проказниц, так же Как я выглядел уставшим От этих цветов. Неожиданно для себя, Я успокоился. Между нами исчезла та злоба, Та агрессивность. Тигр молвил… Нет, Ацуши молвил свою речь, И его лицо Изменялось во всех оттенках Тех эмоций: Волнения, сопереживания И, сказал бы я, Что некоторой печали. Но говорил он правду, Хоть и не понял, Когда врагами перестали быть. Но действительно не они мы, Мы что-то более дружественнее, Наверное. Но совру, если скажу, Что только ему так кажется! Столько бабочек, смешно! Их много и не разлетаются они. Пора закончить всю эту неразбериху. «— Ацуши-кун, не думал я, Что такой ты красноречивый. Что ж, отвечу я… —» Я закашлялся, не могу сдержаться. Прости, Ацуши, но не силен я, Чтоб закончить речь до излития цветов. Цветов сегодня больше, так же как И у друга моего, да? Что за цветы на землю упали хоть? Что-то и на цветы они не похожи, Веточки с бутончиками? Или чем? (Даже Ацуши растерялся. Не думай, что я не увидел!) Конечно, странные цветы! Амброзия же это! Не очень уверен, что они значат, Но надеюсь, что «Я люблю тебя ответно, дорогой!» Все будто замерло, и я продолжил: «— Так вот! Кха-ха. Не тебе уж одному так кажется. Позволь… Чтобы успокоились мы в тиши, Могли быть вместе мы всегда И не враждовать как вечные враги, Ответить тебе взаимностью. —» Как хорошо, свободно! Всё? Конец? Не могу поверить, Что сказал я это всё! Что ж! Раскинул руки я в решительности неожиданной. Чего уж ждешь? Не буду вечно я стоять здесь, Ацуши Накаджима! * * * (Пересечение Ⅱ) Закончив наши речи, Эмоции, захлестнувшие нас, Велели нам обрадоваться любви нашей, И свободе от этих тяжелых недугов! Обнялись мы крепко. Так легко и хорошо! Даже не верится, честны мы будем! Плечи друг у друга мягкие такие Притягательны, Головы уж положили мы На них. Даже мысли путаются. Но помним хорошо, Что те белые бабочки подлетели К тем травам и сели на них Как на цветы Немного символично, не правда ли? Но через секунду Они уже все исчезли, как будто Их никогда и не было! Но результат их работы Останется теперь навсегда! «Не правда ли, друг мой?»