Полет Фантазии

Гет
R
Закончен
30
автор
Размер:
Мини, 4 страницы, 1 часть
Описание:
Воображая девочку-Аккерман на коленях с вывихнутыми руками, экзотической шлюхой, родной дочерью, мелким пацаном и собственноручно задушенным трупом, капитан Леви понимает, что все его громкие слова, что с "этой психопаткой" он даже воздухом одним дышать не намерен, катятся в пизду.
Посвящение:
Сонечка, лапочка, я знаю твою нелюбовь к пейрингу, но любовь ко мне, поэтому вот. Я старалась.
Примечания автора:
Начнем с того, что я искренне люблю Леви/Микаса и желаю им счастья. Просто душа у меня лежит к извращениям всяким. И когда мой собственный полет фантазии долетел до точки невозврата я поняла, что настало мое время. Читайте на свой страх и риск и мейте ввиду - предупреждения стоят ой как не зря. Публичная бета приветствуется. Леви еще не знает о том, что он Аккерман. В целом, события относятся к главам до поимки Женской Особи.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
30 Нравится 6 Отзывы 8 В сборник Скачать
Настройки текста

- Так точно, сэ-эр.       У Микасы Аккерман, не смотря на все остальные заслуги и достижения, был просто поразительный талант выводить из себя. И это дерьмовое качество выпячивало исключительно в присутствии Леви. Девчонке побоку на приказы, потому что Йегер, херов сопляк, в опасности. То, что это титаново отродье сам представляет угрозу для человечества, девица Аккерман предпочитает игнорировать либо в силу простого скудоумия, либо же в силу детской влюбленности. Леви еще не определил, что его раздражает больше, но после их первой совместной вылазки он уяснил, что с этой психопаткой он даже воздухом одним дышать не желает. И вертел он все хвалебные отзывы в ее сторону на том же хере, на котором сама девушка вертела его приказы.

Капитан не отдавал себе отчета в том, что, безостановочно злясь на непокорную девицу, он дает ей место в своем разуме.

Первый звоночек был охерительным звоном в больной голове, когда он, схватив свой персональный раздражитель за руку во время очередного буйства ее извращенного материнского инстинкта, представил, как заводит эту руку за узкую спину девицы и вытягивает максимально вверх. А затем и вторую, заставляя ее скинуть маску безразличия и зашипеть от боли и ставит ее наконец-то на колени. Как выводит натренированные руки из плечевых суставов и, пока Аккерман скулит от боли, подтягивает девичьи бедра ближе к своим. Леви с огромным усилием выпалил немногословную, но едкую лекцию по поводу ее абсолютно неадекватного поведения и отпустил. Развернувшись на каблуках форменных сапог, мужчина побрел к себе в кабинет, стараясь не акцентировать свое внимание на натянутых в паху штанах. Уже в кабинете начатая фантазия обретает продолжение, когда в окне он видит, как группа новобранцев несколько шокировано смотрят на картонных титанов. Среди этой мелюзги стоит, равнодушно пялясь на макеты и девка. А потом она наклоняется, чтобы проверить ремешки сапог. Леви фыркает, прикрывая глаза, открывая их уже перед скованной болью Микасой. Девушка из фантазий не выглядит смелым бойцом и от этого несколько остывший мужчина загорается вновь. Желание доказать мелкому отродью, что она здесь не важнее псины, заполняет рассудок. Он накажет ее. Выдерет ее глупую и нездоровую привязанность к мальчишке, да и саму ее выдерет до болезненной пульсации в паху у обоих. Ривай выдыхает и опускает руку в штаны.

***

- Аккерман, держи строй! Аккерман смотрит на всех, кроме него. Да и плевать, главное, чтобы если и подохла, то где-нибудь без его личного присутствия. Терять такую исключительную боевую единицу – расточительство похлеще грабежей Браус, но война – не детская песочница. Песочные горки на войне – безымянные могилы, а потенциальные «друзья» пожирают тебя вовсе не глазами. Если девчонка этого не понимает, то значит так тому и быть. Ривай согласился быть капитаном, а не нянькой. Хотя детишки из бывшего 104 забавные. Снова бросив взгляд на «головную боль» он выкраивал из памяти данные, которые помогут ему в очередной раз утихомирить пыл психопатки. Если самому Леви плевать со всех трех стен разом на девчонку, Эрвину, будь он не ладен, Смиту отчего-то не плевать. Если мясо само может вытащить себя из задницы, то оно, как минимум, заслуживает толику интереса главнокомандующего. И именно поэтому, несмотря на обещание самому себе не пересекаться с девицей, Ривай скачет в параллельном ряду их общего построения. Капитан помнил, что Йегер и девочка-Аккерман не кровные брат и сестра, отчего его язвительные замечания о нездоровом влечении со стороны «носителя яиц» их тандема выходят на уровень «ежедневной рутины». Эти полоумные закололи трех взрослых мужчин, когда семью девчонки убили. Мысленно Ривай отметил, что эти юные монстры – не детишки, пусть и поведение, да и внешность соответствуют возрасту. Вновь бросив взгляд на Аккерман, он едва успел заметить неприкрытую ненависть, вязко вытекающей из узкого разреза глаз. Девочка отвернулась, когда мужчина поймал ее взгляд, стараясь сохранить самообладание и придерживаться построения. - Аккерман, я дам тебе возможность посмотреть на меня поближе, когда ты будешь вылизывать коридоры корпуса. Можешь и братца своего прихватить, хоть где-то полезен будет. Взгляд вернулся с лихвой, но теперь внимания к их перепалке проявил и Смит, что не очень хорошо. Конечно, Леви потом выслушает нотацию по поводу «взаимоуважения» и «ты же наставник», но пока друг ограничился лишь сведенными бровями. Леви ответил ему безразличием и снова вернулся к девчонке. Аккерман смотрела поверх головы лошади, но побелевшие кулаки, сжимающие поводья, выдают девку с потрохами, даром что на лице привычная отчужденность. Вероятно, в ее воображении это вовсе не поводья, а капитановская шея. Аккерман была первой в его жизни азиаткой. Первой и последней, по слухам, всех узкоглазых перебили еще до его, Леви, рождения. Как эта выжила – чудеса да и только. Второй такой вряд ли найдется. Исходя из ее личного дела, чета Аккерманов жила в какой-то глуши, избегая гонений. Девочке повезло родиться у людей, которых ненавидят абсолютное большинство жителей стен. Леви, помня о жизни под землей, знал, что чем эксклюзивнее товар – тем больше денег ты выручишь. Невинная азиатка – подарок свыше, появление работорговцев был вопросом времени. - Правый и Левый фланги, занять позиции. Две небольшие группы отделились от основной массы и пошли в обход леса Гигантских Деревьев. Леви отметил, что Богини играют с его нервами на поражение, когда проклятая Аккерман осталась скакать параллельно ему. Вероятно, если бы, будь он не ладен, Йегер был слабее - ну или походил на обычного сопляка чуть больше, - Аккерман с девяти, или сколько там ей было, лет, скакала бы не на лошади, а на чьем-то вялом члене, не забывая постанывать в такт прыжкам. Безусловно, первое время она была бы самой любимой куклой богатого ублюдка, но даже экзотика надоедает со временем. Мелкое отродье продержали бы лет до шестнадцати, воспитав под себя, а потом бы выкинули в ближайший бордель. Леви, отдавая очередной приказ, пропустил через себя картинку, где, вероятно, самая красивая шлюха в его жизни вылизывает его член до мокрого блеска. Вряд ли бы он залез ей между ног, но неприкрытая ничем покорность, читаемая в узких глазах, с лихвой окупит всё, чего он лишается из-за собственных принципов. Будь судьба этой девчонки таковой, то все жалование капитана разведки падало бы в карман сутенера, лишь бы черноволосая сама насаживала свою голову на его хер. Леви последний раз бросил взгляд на не-шлюху-Аккерман и взмыл ввысь на тросах. Как прибудут обратно, он решит вопрос со своими странными фетишами без лишних свидетелей.

***

      Ханджи Зои – человек, претендующий на звание гения. После нее только мальчик Арлет, который, конечно же, будет связан узами крепкой дружбы с раздражающей Аккерман и шумным Йегером. Риваю пора бы наведаться к местной ведьме, чтобы та сняла с него порчу. Либо пройтись по семьям всех погибших ребят и на коленях умолять о прощении, лишь бы они сняли коллективное проклятье с его плеч. И именно эта очкастая дылда первая заметила, что Ривай «неровно дышит» в сторону второго сильнейшего бойца в их отряде пушечного мяса. На оскорбления, колкости и «внушающий ужас» взгляд у сумасшедшей ученой иммунитет, поэтому ей, как и гребанной Аккерман, насрать на то, что он пытается втолковать. Леви поморщился, когда снова сравнил кого-то с девчонкой. Поморщился он и тогда, когда Ханджи начала в своей исключительной манере что-то вдалбливать в его голову. Когда до мужчины дошел смысл этого «что-то» то фарфоровая кружка едва не лишилась своей целостности. Четырехглазая упорно доказывала ему, что она его прикроет, если он решит провести с «милашкой Микасой» пару вечерков наедине. Годами носимая маска едва не треснула вместе с его рожей, но уцелела. Его подруга, в свойственной только ей манере, игнорировала тот факт, что он своей «пассии» в отцы годится. Когда Леви, бросив парочку самых заборных ругательств, сбегает от женщины к себе в кабинет, то позволяет себе высказать в пустоту абсолютно все. В адрес Смита, который заделался посланником мира, надоедливой Ханджи, которая с нихуя взяла на себя роль свахи, на, пусть ее черти дерут а черти ли? Микасу Аккерман. Чувствовать себя старым педофилом, который едва ли не в штаны спускает от несовершеннолетней соплячки - удовольствие сомнительное. А осознавать, что это имеет под собой нехилый такой аргумент в виде периодической эрекции после пикантного сна с участием рядовой - еще гаже. Поэтому Леви продолжает игнорировать язвительные подколы Ханджи на тему их «поразительного сходства» и «ты уверен, что она тебе не дочь?». Возможно их предки когда-то там и пересекались, отрицать тот факт, что они действительно похожи - глупо, но слава всем трем богиням, близкими родственниками они быть не могут. Да даже этот недотитаныш ей больше родственник, чем Ривай. Однако, просыпаться от того, что твое сознание подкидывает душещипательные картинки отца и дочери за завтраком стол едва выдерживает два тела, на прогулке в узком переулке было достаточно места, на ее свадьбе на кровати, где его узкоглазая дочь через пару часов раздвинет ноги перед женишком, и трясти голову, чтобы отогнать наваждение и проклинать никак не отлипающую от него Аккерман честно сказать, надоело.

***

- Капитан Леви, майор Ханджи просила занести вам отчеты о прошедшем эксперименте. - Аккерман, я тебе не родитель, но напомню – перед тем, как зайти, нужно постучаться. Девчонка скривилась, как если бы съела что-то очень кислое, но кивнула. С ее недовольной мины хоть картины пиши, да любуйся. Кажется, Кирштайн увлекался живописью, может вместо внеочередного наряда припахать пацана к миру искусств? - Свободна, Аккерман. - Так точно, папочка. Мужчину едва ли не титановой молнией пробивает, когда вместо уставного «сэр» слышит «папочка». Однако, гордость не позволила догнать уже ушедшую нахалку, вернуть на место когда его кабинет стал ее местом? и уточнить, что она там вякнула

***

В очередную ночь, когда все нормальные люди спят и видят в кошмарах капитана Леви, сам капитан тратит свое личное бесценное время на девочку-Аккерман и весьма нетривиальный вопрос – маленькое отродье действительно обладает «стальными яйцами» или это исключительное слабоумие и отвага. Леви устал доказывать самому себе, что ему похуй на девчонку, поэтому с кружкой черного чая, так и не ответив на поставленный вопрос, расслабляется, впервые отпуская поводья здравого смысла. Полет фантазий тем временем выходит на новый, совершенно извращенный, уровень. Будь Микаса мужчиной, вопрос о том, кто кого нагнет был бы как никогда актуален. Сам факт, что капитан размышляет о своей подчиненной в таких ракурсах заставляет задуматься об адекватности размышляющего, но Риваю насрать. Леви, пройдя все круги ада казарм и общих душевых, нагляделся на мужские фигуры всех мастей, расцветок и форм. Член ни на одну не встал, а на фантазию не соплячки, а сопляка - встает. Был бы он сверху или отродье поджало бы его под себя и вытрахало все самоуважение, гордость и нарциссизм? Почему-то от осознания, что это чудовище действительно могло покуситься на узкие капральские бедра, табун мурашек пробежал по всем ста с чем-то сантиметрам его роста. А если бы он был сверху, то отклячивал бы юный Аккерман свой зад так же, как его оригинал перед «ошибкой человечества»? Леви в который раз убедился в том, что собственная ванная комната была лучшим, что ему досталось на посту капитана, и что его больной мозг скоро отсалютирует ему и свалит. Леви бы и сам свалил, но некуда. Красная тряпка, которую девчонка не снимает, по ощущениям и виду, никогда, надоедливо мельтешит перед глазами. Отродье, словно издеваясь над практически свихнувшемся капитаном, лениво плелась прямо перед его носом. Казалось бы, протяни руки и сорви, либо придуши девку и, подрочив на еще теплое тело, уйди восвояси. Однако в голове это выглядит настолько до тошноты реалистично и мерзко, что мимолетное возбуждение ускользает так же быстро, как алый шарфик перед глазами – девочка умотала наконец-то в казармы вместе с Браус.

***

      Леви обязательно обратится к мозгоправу, когда ему дадут выходной. И девку с собой прихватит для наглядности. Чтобы доктор понял, что бедный капитан Разведки не придумал у себя в голове полоумную азиатку, которая отравляет его жизнь без особых трудностей. Его подчиненной тоже стоит свою жижу в черепушке проверить, может и станет адекватнее относится ко всему, что касается Йегера. Главнокомандующий Смит, для которого спектакль одного невысокого актера стал практически отдушиной, дает добро на поездку в город для друга и его подчиненной, в тайне надеясь, что оба вернутся живыми.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты