Незаметно подкрадусь...

      Когда я возвращаюсь с работы ты не встречаешь меня. Я снимаю пальто и прохожу в зал. Тебя нет и здесь. В доме тихо, но через пару секунд я слышу звуки гитары, доносящиеся со второго этажа. Я кажется уже слышала эту мелодию.       Поднимаюсь наверх и иду на звук музыки — такой плавной и душевной. С каждым шагом она становится все громче и громче.       Дверь в твою комнату открыта, но я не спешу войти, а лишь застываю в дверном проеме. Ты сидишь на кровати, скрестив ноги, спиной ко мне. Не поворачиваешься. Я поднялась тихо, и ты наверно не услышал меня.       Через окно в комнату попадают лучи закатного солнца, они разбегаются по кровати и красиво освещают твою от природы смуглую кожу.       Ты вернулся совсем недавно, ведь я замечаю, что ты еще не переоделся: на тебе надеты синие брюки и рубашка цвета ряженки. Моя любимая. Ты подкатил рукава, и я могу насладиться видом твоих сильных рук. Если бы я умела рисовать, то весь наш дом был бы завешан твоими портретами. Улыбаюсь своим мыслям и продолжаю наблюдать.       Сегодня ты не пользовался лаком для волос, поэтому они смотрятся довольно непривычно. Ты давно не ходил к парикмахеру, поэтому они уже слегка касаются плечей. Ты качаешь головой в такт мелодии и волосы спадают тебе на лицо, тебе приходиться останавливаться и поправлять их. Тогда я затаиваю дыхание, чтобы не издать лишнего звука. Не хочу, чтобы ты меня услышал, хочу продолжать любоваться тобой.       Рядом с тобой лежит блокнот в кожаном переплете, твой вечный спутник. Я постоянно дарю тебе блокноты, у тебя они заканчиваются слишком быстро. Вокруг тебя лежат скомканные листы бумаги, а это еще одно подтверждение моих мыслей — скоро тебе понадобится новый.       Ты останавливаешься, снова поправляешь волосы и делаешь пару записей на бумаге. Снова начинаешь играть, но в этот раз что-то напеваешь себе под нос. Твой голос сначала немного хриплый — ты долго играл молча — но скоро он приходит в свое нормальное состояние.       Звучит негромкое и пока что не совсем уверенное пение. Твой голос бархатист и тягуч. Я закрываю глаза и ориентируюсь только на слух. Но ты почему-то замолкаешь и перестаешь играть. Заметил меня?       Открываю глаза и вижу, как ты снова берешь в руки блокнот, смотришь на него пару секунд, а потом вырываешь лист. Скомкав его, отбрасываешь куда-то в сторону. Зарываешься руками в волосы и сжимаешь виски, громко вздыхаешь и снова берешь в руки гитару.       Твои пальцы ловко скользят по струнам, и я немного тебе завидую. Когда-то давно я попросила тебя научить меня игре на гитаре, и ты согласился. У меня долго не получалось, но ты все-равно продолжал подбадривать и хвалить меня. Я видела, что ты уже устал и твои веки медленно слипались, но ты продолжал учить меня. Когда мы закончили ты поцеловал меня в лоб и сказал, что у меня все получится. Больше я не брала в руки гитару, но может стоит попробовать еще раз?       Я выныриваю из пучины воспоминаний и снова смотрю на тебя: ты до сих пор играешь, но все еще не поешь. Мне хочется подойти к тебе и обнять, но я вовремя останавливаю себя. Не стоит нарушать идиллию.       Ты снова прекращаешь играть и записываешь очередные строки в блокнот, удовлетворенно хмыкаешь. У тебя наконец-то получилось придумать новый хит? Горжусь тобой.       Ты подтверждаешь мои мысли и начинаешь петь. Смело и властно. Твой чарующий голос звучит так уверенно и громко. Наконец-то могу насладиться им сполна.       Слушая тебя не замечаю хода времени, оно будто утекает сквозь пальцы. Солнце уже село, поэтому в комнате становиться темнее.       — Включишь свет? — спрашиваешь ты.       Значит ты все это время знал, что я наблюдаю?       Все-таки включаю свет и медленно подхожу к тебе. Ты все так же сидишь ко мне спиной, не поворачиваешься. Залажу на кровать и, со спины, обхватываю твой торс руками, прижимаюсь и облокачиваюсь подбородком тебе на плечо. Ты откидываешь свою голову и кладешь на плечо мне. Поворачиваюсь к тебе лицом и зарываюсь носом в твои шелковистые волосы. Утыкаюсь в шею, вдыхаю аромат: кедр и ваниль. Кажется, этот одеколон когда-то давно тебе подарил Мэтт. Кажется, на новый год. Теперь ты пользуешься им постоянно. Теперь этот аромат принадлежит только тебе. Несколько футболок, которые я забрала ты мне отдал, пропахли им полностью. Я люблю носить их дома, когда тебя нет рядом, ведь ты часто уезжаешь в туры.       Отстраняюсь от твоей шеи, немного привстаю, чтобы дотянуться до твоего лица и невесомо целую в щеку. Твои глаза закрыты, ты улыбаешься. Теперь отстраняешься ты, чтобы повернуть голову ко мне. Открываешь глаза и смотришь прямо в душу. Я снова жалею о том, что не умею рисовать, ведь этот взгляд так и хочется перенести на полотно.       Ты отодвигаешь в сторону гитару и заставляешь меня отпустить твой торс. Поворачиваешься ко мне всем телом, кладешь горячую руку мне на щеку и целуешь в уголок губ. Дразнишь меня и улыбаешься, как чеширский кот.       Я не выдерживаю и впиваюсь в твои губы. Ты улыбаешься еще шире и отвечаешь, даришь мне пьянящий поцелуй. Твоя рука до сих пор на моей щеке, вторая же переместилась на талию.       Я так устала после работы, и ты это чувствуешь. Всегда удивляла твоя способность понимать меня без слов.       Ты отпускаешь мою талию и рукой дергаешь за одеяло, расправляя постель, затем ногой спихиваешь с кровати гитару. Я ахаю сквозь поцелуй, но ты утешающе гладишь меня по щеке. Снова берешь за талию и валишь на кровать.       — Тебе нужно отдохнуть, — твой повелительный голос заставляет меня поддаться и больше не пытаться встать.       Ты ложишься рядом, обхватываешь меня за плечо и притягиваешь ближе к себе, опираешься на изголовье кровати, а меня устраиваешь у себя на груди.       Ты нежно обнимаешь меня и начинаешь петь. Твой голос заставляет меня еще больше почувствовать усталость и, не сдержавшись, я зеваю. Ты гладишь меня по волосам, а твой голос начинает доноситься до меня словно из-под толщи воды. Я закрываю глаза и наконец-то засыпаю, чувствуя себя в безопасности.