Для любви нет запретов

В современном мире бок о бок с обыкновенными людьми живут и скрывают свою личность магические создания: оборотни, феи, ведьмы и тому подобные… — Фукудзава, не хочешь в бар после работы заглянуть? , — спросил перебирающий документы Чуя Накахара, сверкая своими голубыми глазами. Он только недавно перевелся из соседнего отдела к нам, но уже стал как родной, покорив всех своим лисьим очарованием. — Почему бы и нет, — ответил я, закрывая папку с документами. — А с вами можно? Я слышала, сегодня там выступает Вишнёвая леди, — отрываясь от документов, спросила чёрная лисица Акико. — Вместе веселее, — я улыбнулся, — эй, Рампо, хватит уничтожать запасы печенья, я ведь их для всех покупал! — строго произнёс я, прекрасно слыша, как недоеденное печенье с ворчанием убирается в шкаф, а коричневый лис, бурча под нос ругательства, идёт к нам. Люди считают, что волки и лисы друг друга терпеть не могут, но мы спокойно уживаемся на одной территории. У нас бывают только мелкие стычки, но и там всегда быстро находится компромисс. Не то что эти кошки с их вечными надменными лицами и нежеланием прекращать войну… — Босс, а если я пойду с вами, вы меня домой проводите? , — спросил Рампо. Этот удивительный лис мог найти ошибку в куче цифр, но совсем не помнил дорогу домой, из-за чего иногда ему приходится ночевать в офисе. — Конечно проводим, — ответил я. — Акутагава, мы идём в бар. Ты с нами? — криком спросил Чуя черного волка, который только что зашёл в кабинет с документами. — Не кричи ты так, я прекрасно тебя слышу! — сгрузив гору документов на стол Чуи, ответил Акутагава, — хм… планов у меня на вечер нет, так что я с вами, — добавил он. — Вот и замечательно, — сказал я, одеваясь. И мы дружно направились в бар. Бар «Белая лилия» был расположен недалеко от нашего офиса. Это поистине прекрасное заведение, в котором собираются только существа магического мира. Вход людям сюда строго запрещён. Для них это просто старое разваливающееся здание, а для нас — островок счастья, где можно быть собой, не пряча свою сущность под повседневными иллюзиями. — Фукудзава, я так рад, что ты пришёл. Давненько ты не посещал моё заведение, — не скрывая радости, произнёс Фёдор — высший некромант, владелец этого бара. — Прости, дела, — я улыбнулся в ответ, пожимая руку в перчатке. Все-таки некромантия — тёмная магия, а Фёдор — сильнейший из них, поэтому вся его жизнь тесно связана с перчатками из-за риска убить прикосновением. — Понимаю. Ох, ты не один, — заметил Фёдор, принявшись рассматривать моих коллег. — Это мои коллеги — Акутагава Рюноскэ, Чуя Накахара, Йосано Акико и Рампо Эдогава. — Приятно познакомиться, Фёдор Достоевский, — он улыбнулся. — Взаимно, — ответили оборотни. — Не буду вам мешать. А ты, Фукудзава, не забывай друга. Коля, подойти ко мне, — на этом Достоевский ушёл. — Ух ты! Это был живой некромант, — уже жуя пирожное, воодушевлённо произнёс Рампо, — их так мало, а сильных ещё меньше… — У меня до сих пор мурашки, — прошептала Акико, вздрогнув. — Ну всё, отходим от шока. Ну, подумаешь, некромант… мы сюда расслабиться пришли! Вон, Рампо уже седьмое пирожное ест, а мы ещё ничего не выпили, — сказал Чуя и повёл нас к свободному столику. — Что будете заказывать? — спросила подошедшая официантка, у которой за спиной красовались два полупрозрачных крыла. — Мне бокал красного вина, — сказал Чуя, обворожительно улыбнувшись. — А мне вишнёвый сок и ещё пирожных, — пробормотал Рампо, пробуя очередное пирожное. — Мне тоже бокал красного вина, — отметила Акико, то и дело поглядывая на пустую сцену. — Мне бокал белого вина и пирожное с инжиром, — сказал Акутагава. — Мне тоже бокал красного вина и мясную нарезку, — добавил я. Официантка записала заказ, повторила его и ушла. Вскоре мы наслаждались вином и беседой… — Дамы и господа, встречайте, Вишнёвая леди! — прозвучал откуда-то голос, и сцена залилась светом софитов. Из-за кулис появилась прекрасная женщина с удивительными розовыми волосами и запела. Чудесная мелодия наполнила бар, заставляя забыть все проблемы и очистить сознание от ненужных мыслей. — Она прекрасна, — воодушевлённо прошептала Акико. — Она кошка, — уверенно сказал Рампо. — Мне всё равно, — отмахнулась от него Йосано. — Но… — Рампо, перестань, — Акутагава передал коллеге тарелочку со своим нетронутым пирожным. — Хм… как скажешь, — обиженно забрав себе пирожное, Рампо начал его есть. Закончив петь, Вишнёвая леди окинула зал томным взглядом и, как мне показалось, задержала взгляд на Акико. — Мальчики, я отойду, — сказала Йосано и ушла. — Эм… — начал Рампо. — Молчи!!! , — хором сказали мы. — Девушка, принесите ещё пирожных, — попросил я. — А лучше сразу торт, шоколадно-клубничный, — перебил меня Чуя. — Хорошо, — записав себе в блокнот заказ, она ушла. — Да понял я, необязательно меня сладким затыкать! , — надулся Рампо. — Лучше уж просто кушай сладкое, а то у Акико рука тяжёлая, — сказал Акутагава. — Какие вы заботливые, — похоже, Рампо и вправду обиделся. А всё из-за того, что мы использовали его слабость… — Рампо, не обижайся, — я успокаивающе погладил его ладонью по плечу. — Да ладно уж. Всё-таки сладкое — это хорошо, — его глаза радостно блеснули, как только официантка принесла торт. Беседа продолжилась.