Я будто ожила..

В итоге, Соня звонила 108 раз, но с каждым разом надежда угасала. Поэтому, девушка решила пойти к Алине домой. Поскольку Аня ушла тридцатью минутами ранее, Сомусева быстро натянула на себя первую попавшуюся одежду и выбежала на улицу, попутно заказывая такси. Всё же рыжая надеялась на лучшее, хотя действительно, что может сделать с собой Алина? Всего лишь: утопиться, перерезать вены, сброситься с крыши... Пффф. Обрывая поток негативных мыслей Соня попробовала ещё раз позвонить Олешевой, ответа всё так же не было. Когда такси приехало, Софья протянула водителю крупную купюру и со словами: "Сдачи не нужно", — выбежала из машины. В быстром темпе подходя к подьезду, она набрала номер соседки Алины. —Здравствуйте, я подруга Алины, она на звонки не отвечает, можете пожалуйста открыть? — умоляющим голосом просила рыжая. На что получила лишь вздох и открытую дверь. Моментально пробегая лестничные пролеты, Сомусева оказалась у нужной квартиры и с той же надеждой, постучалась в дверь. —Алин, пожалуйста, давай поговорим, — на протяжении десяти минут Софья стучала в дверь, и вот, заветные звуки шагов медленно приближались к двери и послышался щелчок замка. Большая, тяжёлая, железная дверь открывается и из-за неё выглядывает маленькое заплаканное лицо Олешевой. Глаза розововолосой были наполнены грустью, злостью и разочарованием, на руках виднелось несколько рубиновых полос из которых сочилась алая жидкость. Девушка выглядела потухшей, будто брошенной игрушкой или увядшей розой, которая при жизни служила самым ярким цветком в магазине, но была столь незаметной, что осталась гнить на прилавке. Софья при виде этой картины быстро вбежала в квартиру, крепко, но в то же время нежно обнимая Алину. Из глаз рыжей начинают течь слёзы, словно ручьём. Тихие всхипы доносятся до ушей Алины и она приходит в себя, понимая, что натворила. —Зачем ты пришла? — через силу, слёзным голосом выдавливает из себя Олешева. Отталкивая от себя Сомусеву. —Алин, пожалуйста, выслушай меня, — со стеклянными глазами просила её рыжая, — я тебе не изменяла. Эту девушку зовут Аня, мы познакомились вчера на вписке и просто пили у меня дома, она натурал, — срываясь на крик, пыталась объяснить Софья события прошлой ночи. —Как думаешь, стала бы я тебе звонить так много раз, если бы я тебя не любила, если бы я тебя променяла? Стала бы я нестись со всех ног и долбиться к тебе в дверь на протяжении десяти минут? Стала бы? — захлебываясь в слезах спрашивала Соня, опустив голову вниз. В ответ на это Алина просто промолчала. Эта немая тишина висела в комнате на протяжении минуты, это время Олешева обдумывала слова Софьи, метаясь от одной мысли к другой. Наконец-то, вырвавшись из грубых лап сомнения, Алина взяла Сомусеву за подбородок и втянула в такой нежный и самый нерешительный поцелуй. Притягивая Соню как можно ближе к себе за талию, будто боясь потерять. Аккуратно разорвав поцелуй, Алина вжалась в плечо Сони и стала безостановочно рыдать. Нежные руки Софьи медленно поглаживали Олешеву по спине, а глаза не переставая пускать слезы, узучали это родное тело, вжавшееся ей в плечо. —Сонь, пр-рости меня, я такая дура. Надо было тебя выслушать, — сделав паузу, будто длинной в вечность Алина продолжила, — я тебя люблю, пожалуйста, не уходи... —Солнышко, никуда я не уйду, я очень тебя люблю, а теперь пойдем обработаем твои лапки, — бледно улыбнулась Сомусева, оставляя всю боль позади и взяв Алину на руки отнесла к кровати. Положив её хрупкое солнце на мягкое изделие, рыжая отправилась на кухню в поисках аптечки, ну или хотя бы спиртного. Спустя три минуты, Софья нашла коробку, с виду, напоминавшую ящик с медицинскими препаратами. Внутри был стандартный набор, перекись водорода, зеленка и всё в подобном духе. Взяв с собой спирт и ватные диски, девушка направилась в спальню. —Котик, выдвинь ручки, — ласково говорила Сомусева, открывая бутылочку со спиртом. Нежно протирая все царапинки, Софья дула на каждую из них, чтобы Алине не было больно. Спустя десять минут, Софья уже вернулась с кухни, выкинув использованные диски и легла рядом с розоволосой, обняв её. —Я тебя люблю, пожалуйста, никогда так не делай, — тихо шептала Соня Олешевой на ухо. —Прости, я тоже тебя люблю...