Часть 1
9 января 2021 г., 14:41
Ветер гонял снежинки по городу, ухитряясь протиснуться даже в самые недоступные места. Придерживая шапки и пряча лица, люди торопливо заканчивали свои дела и расходились по домам. Уже стемнело, и с каждым часом всё приближалась полночь, когда один год сменяется другим. Большой праздник. Жаль, что не для всех.
Девушка лет семнадцати, одетая в рваные лохмотья, забилась в щель между домами и съежилась. Теплее от этого не стало, но и ветер, заглядывающий даже сюда, терзал немного меньше. Стряхнув снег с длинных чёрных волос, нищенка стала растирать посиневшие босые ноги.
О том, что это может быть её последний вечер, девушка старалась не думать. Но было сложно представить, что сейчас попадётся кто-то, кому очень срочно нужны спички и кто не торгуясь отдаст за них достаточно, чтобы удалось заплатить хозяину одного дома недалеко от восточных ворот. Хозяин оказался настолько радушен, что позволял жить у него на чердаке за плату, которую могла себе позволить даже такая бедная девочка, перебивающаяся продажей лекарственных трав да ворованных спичек. И хоть чердак наполовину состоял из щелей и заплат, а во время сильных дождей его заливало, хозяин часто топил печь, так что удавалось погреться у трубы. Но сегодня на оплату не хватало, да и за прошлую ночь хозяин в приступе щедрости разрешил заплатить позже, так что нужно было отдать ему вдвое больше, чем обычно.
Пальцы едва слушались. Подышав на них, девочка порылась в сумке, казалось, состоящей из одних заплаток, и вытащила одну спичку.
Хоть чуть-чуть согреюсь, а если боги будут милостивы, найду, где переночевать.
Подходящих мест было не очень много, к тому же они могли быть заняты другими бездомными. А то и стража могла нагрянуть. Впрочем, сейчас даже каторга казалась неплохим вариантом: там хотя бы кормить будут.
Чиркнув о стену, девушка прикрыла спичку ладонью от ветра. Пламя обогревало, успокаивало, завораживало. В тёмном закутке, продуваемом ветром, ненадолго стало не так уж и плохо. Нищенка прикрыла глаза. Едва слышное потрескивание пламени стало чуть громче, а потом превратилось в гул. Открыв глаза, девушка увидела печь. От неё веяло теплом и уютом. Удивлённо моргнув, девочка протянула руки к огню, чтобы погреться.
Пальцы обожгло. Ойкнув, нищенка выронила почти догоревшую спичку в снег. Наваждение исчезло, снова стало холодно и темно. Снова подул ветер, продувая лохмотья и заставляя трястись от мороза. Ноги уже ничего не чувствовали. Девочка зажгла ещё одну спичку, но порыв ветра тут же её задул.
Тяжело вздохнув, девушка поджала ноги и посмотрела в небо. Малочисленные тучи почти не скрывали холодно сияющих звёзд, обступивших луну. Ночное светило величаво парило в небе, и его серебристый снег доставал даже до укрытия нищенки. Луна притягивала взгляд, её свет вдруг показался осязаемым.
Выронив спичку, девушка протянула руки к луне. Она почувствовала присутствие Селимин — лунной богини. Затаив дыхание, нищенка поднялась на ноги. Она взмолилась, в отчаянии прося лишь об одном — забрать её отсюда, спасти от холода.
Не задумываясь о своих действиях, девушка зажгла ещё спичку и, пряча огонёк в ладонях, подняла над головой. Как будто этот огонёк мог быть путеводным маяком, по которому Селимин отыщет молящую о защите нищенку, отчаянно жаждущую спастись.
Свет дрожащего пламени смешался с лунным. Руки вдруг ощутили тепло. Не тепло огня или печной трубы, а другое, живое. Как будто кто-то взял её за руку, желая отвести в другое, тёплое и безопасное место, где нет ветра, бросающего в лицо горсти колючего снега.
В отчаянии девушка зажгла ещё несколько спичек. На глазах выступили слёзы.
— Молю, забери меня… Защити… не оставляй здесь! — шептала она.
Свет луны становился всё ярче. Дрожь прекратилась. Ей вдруг стало спокойно и легко на душе. Одинокой нищей девушке показалось, что она медленно поднимается в небо, к ночному светилу.
***
— А наутро стража нашла её замёрзшее тело, и вокруг лежали сгоревшие спички, — Луна закрыла книгу. — Хорошая сказка. Правдивая. Нова широко зевнула и уставилась на неё с совершенно человеческой укоризной. В такие моменты всадница чувствовала себя неуютно: а как ещё себя чувствовать, когда тебе кажется, что чёрная львица, занявшая собой треть кельи, кажется разумнее тебя? — Не нравится? — всадница отложила книгу и села на кровати. — Что поделать, так обычно и происходит. Чудес не случается, боги не успевают внимать молитвам, а зима холодная. Зато мы в тепле. Перебравшись к кровати, Нова устроила голову у неё на коленях. Луна улыбнулась и стала гладить длинную чёрную шерсть. Это давно вошло в привычку: отдыхать у себя, подальше от остальных, в компании Новы. Хоть Луна до сих пор так и не почувствовала себя частью культа Селимин, она честно исполняла свои обязанности. Вернее, те из них, от которых не удавалось отвертеться. Возможно, даже слишком честно, раз такие спокойные вечера случались нечасто. Давно уже остались позади месяцы притирки, когда Луна не могла не припоминать, что их первая встреча стала схваткой не на жизнь, а на смерть, пока не прибыла лично Мирана и не объявила, что бывшая разбойница, которую тогда звали совсем иначе, избрана самой богиней и теперь должна вступить в культ. Первым желанием Луны было смотаться подальше, она даже придумывала планы побега, но постепенно втянулась, хоть и раздражала окружающих дерзостью и прямолинейностью, граничащими с богохульством. Со временем все привыкли. Бывшая разбойница свыклась со своей новой ролью и прониклась к Нове симпатией, которая только укоренилась после череды сражений и походов. Луна и Нова научились понимать друг друга без слов, так что старшие воительницы ставили их младшим в пример — разумеется, за спиной у самой Луны. И тот факт, что Нова сейчас находилась прямо в келье, был обыденностью, и на такое нарушение всех мыслимых и немыслимых правил давно смотрели сквозь пальцы. — Эх, была бы ты человеком… — Луна чмокнула её в нос. — Влюбилась бы. С леденящим душу скрипом отворилась дверь кельи. На пороге стояла воительница, которую Луна очень смутно помнила, ибо та обычно патрулировала южные границы в дневную смену, то есть пересекались их пути крайне редко. — У меня поручение от её высочества, — бодро сказала она, ставя на пол объёмную сумку, в которой что-то глухо звякнуло. Луна вздохнула: — Скажи, что не нашла нас. — Но я же нашла… — патрульная почесала в затылке и продолжила. — На священные земли проник акрид. Патрульные, которые заметили его, не смогли догнать его, поэтому принцесса хочет, чтобы ты догнала его и сделала так, чтобы акрид не был угрозой. Вот оно как. Могла бы и просто сказать: «Убей эту тварь, ты же умеешь». — А там что? — Луна указала на сумку. — Нужно собрать тёплый бальзам, чтобы зря не пропадал, — патрульная перебросила ей небольшую котомку. — Её высочество просила передать тебе ужин, чтобы ты не тратила время на путь до кухни. Доброй охоты и да направит Селимин твою руку. Девушка быстро выскочила и захлопнула за собой дверь, будто за ней гнались с топором. Луна, изготовившаяся было к броску книгой, пожала плечами. — Делать нечего. Зато от священных ритуалов отделались…***
Нова мчалась через лес, фонтаном взметая снег. Луна прижималась к её спине, придерживая рукой капюшон. Из брони она надела только нагрудник, да и тот скорее по привычке: удар акрида проламывал любые доспехи не хуже двуручного клевца, так что патрульным очень повезло, что они не догнали жука (хотя у всадницы и были сомнения насчёт того, кто за кем гнался на самом деле). — Вечно так: разок обмолвишься, что тебе случалось убивать акрида, и теперь именно тебя пошлют с ним драться, — недовольно бормотала Луна, пряча лицо в шерсти чёрной львицы. — Хоть бы спросили, как я его убивала… Нова лишь водила ушами, привычная к этому ворчанию. Выбравшись из леса, она сбавила ход и побежала по дороге. Луна выпрямилась, осматриваясь по сторонам. Снегопада почти не было, так что следы акрида не должно было замести. А пока стоило идти тем же путём, что и видевший жука патруль. Внезапно Нова начала сбавлять ход. Луна распрямилась, пытаясь разобраться, в чём дело. Причина нашлась быстро: навстречу шла небольшая толпа. Рука всадницы коснулась метательной глефы, погладила рукоять из лунного камня, но так и не схватила оружие. Толпа была не вооружена. — Кто вы такие и что делаете в Серебряных лесах? — грозно спросила Луна, когда чёрная львица остановилась прямо перед толпой. И куда, ради всего святого, смотрят патрульные? Акрид — ещё не повод ослабить нашу оборону! Рассмотрев незваных гостей в полнолунном свете, всадница с трудом подавила горестный стон. Сложно было не узнать сектантов, слухи о которых ходили повсюду. Религиозные символы повсюду, безумные взгляды и умение вывести из себя даже лишённых эмоций существ сделали их всеобщей головной болью даже несмотря на почти полную безобидность этих психов. — Мы идём к храму нашей великой богини, чтобы воздать ей должные почести в эту прекрасную ночь! — навстречу вышел седоволосы старик в тёмно-синей мантии. Фиолетовые глаза Луны внимательно осмотрели его, потом следовавшую за ним паству. Слушая его слова, всадница обдумывала варианты. Вступать в драку как-то не хотелось: надо поберечь силы для акрида. Стало быть… — Вы ошиблись. Вам в другую сторону. В толпе о чём-то зашептались, потом подозвали старика. Тот послушал, поддакнул, покивал, а потом снова подошёл к Луне — на этот раз куда ближе — и протянул свиток. — Добрая путница, не согласитесь ли вы проводить нас к храму нашей богини? — спросил он. — Мы за это вас щедро наградим… если вы, разумеется, вступите в наш культ. Нова тихо зарычала. Всадница погладила её, успокаивая. На драку она всё ещё была не настроена, хотя и выслушивать множество обещаний и предложений как-то не хотелось. — Спасибо, но я откажусь, — Луна вытащила из-под нагрудника и показала сектантам кулон в виде полумесяца. — Я служу лунной богине Селимин, и вы находитесь на её священных землях. Свиток исчез моментально. Не иначе, до становления жрецом старик подрабатывал фокусником или шулером. Обстановка почти физически накалилась. Лунная всадница начала прикидывать, каковы шансы увернуться от потока воды, наколдованного сразу тремя десятками фанатиков и спасёт ли нагрудник её рёбра от такого потока. Но реакция была неожиданной и непредсказуемой: старик просто сплюнул под ноги. И вся толпа, без единого исключения, синхронно повторила этот жест. — Тьфу, еретичка… — старик отвернулся. — Уходим отсюда, это земли неверных. Нам тут делать нечего! Луна демонстративно отвернулась, разглядывая присыпанные снегом ели. И благодаря этому она заметила уходящие в сторону от дороги следы. Акрид! — Давай туда, — скомандовала всадница. Нова тут же сошла с дороги и бросилась по следам, разметая снег. Впрочем, через полминуты в свист ветра в ушах вклинился тонкий голосок: — Неверная, подожди! Нова затормозила и неторопливо развернулась. Её глазам и глазам Луны предстала девчонка лет пятнадцати, что спешила к ним по колено в снегу. — Чего тебе? — грозно спросила всадница. — Неверная, а как дойти до нашего храма? Луна вздохнула. Вся эта ситуация начинала выглядеть нелепой. Нелепее было бы только появление акрида, который побежал бы записываться в культ. — Возвращайтесь тем путём, каким пришли. У сгоревшей сосны поверните направо, пересеките дорогу на Дундукхейм и на горизонте увидите свой храм. — Спасибо! — девчонка подбежала ближе, быстро погладила Нову и помчалась к своим. — Да благословит тебя госпожа Аква, мерзкая еретичка! — И тебя пусть направит Селимин на путь истинный… — Луна смахнула с кулона налипшую снежинку. Через лес пришлось продираться не меньше четверти часа, благо акрид даже не пытался скрываться. Закончилось преследование в довольно живописном месте: лес подходил к обрыву, оставляя небольшую поляну на берегу речушки. Речушка в летнее время стекала красивым водопадом, но сейчас оный больше напоминал причудливую ледяную скульптуру. И у самой кромки замёрзшей воды акрид отбивался от волков. Жук, похожий на громадного богомола, был изрядно потрёпан, но держался молодцом: Луна насчитала семь тел. Выжившие же кружили вокруг твари, выжидая подходящего момента. Нападение волков не было чем-то удивительным: в холодную зиму с них станется загнать отбившегося акрида в удобное место и там толпой прикончить. Почуяв лунную всадницу, звери мигом повернули морды к ней. Оценивающие, осторожные взгляды не спеша прошлись по человеку и огромной львице. Луна ответила им презрением. Волки слишком напоминали ей разбойников — не тех легендарных, которых боялись даже короли и воспевал простой народ, а бандитов низкого пошиба, которые могли разве что растерзать одинокого крестьянина, но пара обученных воинов мигом обращала их в бегство. Впрочем, их некоторые тоже воспевали. Как и волков. Над лесом разнёсся звук, похожий одновременно на охотничий рог и на волчий вой. Волки тут же поджали хвосты и ретировались. Это было довольно подозрительно, но такие мысли следовало оставить на потом: главной проблемой стал акрид, который, будучи оторван от сородичей, видел в Луне лишь ещё одну угрозу. — Давай! — крикнула всадница, поднимая глефу над головой. Яркий лунный луч пронзил небеса и ударил акрида прямо в голову. Хитин треснул в нескольких местах, из трещин начала сочиться густая оранжевая жидкость. Тот самый тёплый бальзам, ради которого даже волки отваживались охотиться на этих насекомых. Одновременно с лунным ударом Нова бросилась вперёд. Акрид замахнулся передней лапой, но метательная глефа рубанула точно по изгибу конечности, и бритвенно-острое хитиновое лезвие отлетело в сторону. Проехав по снегу, лапа с заострённым шипом на конце улетела в пропасть. — Ближе! — крикнула Луна, когда оружие вернулось в руку. Нова проскочила рядом с жуком, и всадница перепрыгнула на него. Зажав глефу в зубах, Луна полезла, цепляясь за выступы и шипы на сером хитине. Оказавшись на спине, она начала карабкаться на голову. Акрид, почуяв на себе что-то чужое, заметался из стороны в сторону, пытаясь избавиться от лишнего груза. Луна вцепилась в шипы на хитине изо всех сил. Ситуацию спасла Нова. Проскользнув под жука, она перевернулась на спину и когтями ударила по незащищённому брюху. Взревев, акрид резко опустился на снег, но чёрная львица мгновенно выскочила из-под врага. Луна же, едва не слетевшая с шеи насекомого, всадила глефу в голову, целясь в рудиментарный мозг противника. Удар оказался недостаточно точным: по телу насекомого прошла судорога, и всадница с воплем отлетела в сторону. Наперерез ей прыгнула Нова, ловя Луну в воздухе и смягчая падение. Поднявшись на ноги, всадница отряхнулась от снега и посмотрела на акрида, который, шатаясь, шёл к ней. Даже с торчащей в голове глефой и плохо слушающимися конечностями, одна из которых была срезана почти начисто, он был намерен продать жизнь подороже. Луна вытянула правую руку и мысленно позвала своё оружие. Глефа с хрустом вырвалась из дыры, расширяя её и разрезая-таки мозг. Акрид сделал ещё пару шагов и рухнул на снег. Тело в последний раз содрогнулось. — Справились… — Луна облегчённо выдохнула и села прямо на снег. Нова ткнулась носом ей в щеку. Усмехнувшись, всадница потрепала её за ухом. В такие моменты она чувствовала не просто единение с Новой, а начинала жалеть, что та не человек. Поднялась метель, уменьшая видимость. Встав со снега, Луна направилась к останкам акрида. Пока она наполняла бутылочки оранжевой жидкостью, львица валялась в натекшей луже. Всадница последовала её примеру и натёрлась тёплым бальзамом, особое внимание уделяя рукам и открытому лицу. Тёплый бальзам был единственной причиной охотиться на акридов — разумеется, помимо их опасности и агрессивности. Вещество, скрытое под их хитиновыми панцирями, запасало очень много тепла, что позволяло не замёрзнуть даже в самый лютый мороз. Да и как компонент для зелий этот бальзам очень ценился, так что Луна, позаботившись о себе, наполнила все баночки до краёв и собрала остатки в бутылки для личного пользования. Как показала практика, групповые запасы — это хорошо, но и свой скарб котомку не тянет. Снова раздался странный звук, похожий одновременно на волчий вой и на охотничий рог. Луна была уверена, что когда-то слышала его, но не могла вспомнить, что было его источником. Свистящая вьюга неплохо скрывала шуршание снега под мягкими лапами. Когда всадница услышала посторонний звук и обернулась, было уже поздно: что-то крупное уже прыгнуло на неё, оскалив зубы. Но когда существо и цель разделяло не больше метра, в нападавшего врезалась Нова. Сцепившись, звери покатились по жалобно скрипящему снегу, приминая и разбрасывая его. Несколько мгновений стремительной драки — и противники, опасно приблизившись к обрыву, сорвались с края. — Нова! — закричала Луна, бросаясь к обрыву. Метель усилилась, не давая разглядеть, что происходит внизу. — Нова, отзовись! Только свист ветра в ушах и летящий в лицо снег. Повесив потяжелевшую сумку так, чтобы она не болталась, Луна полезла вниз. Снег и лёд под её пальцами мгновенно таяли, да и не в первый раз приходилось здесь лезть, так что спуститься удалось очень быстро. От склона в лес вели следы. Луна побежала по ним, стараясь не думать о худшем. Но чем дальше она бежала, тем сильнее было ощущение, что что-то не так. И что именно не так, она поняла очень быстро. Во-первых, следы принадлежали только одному существу, хотя никаких тел под обрывом не было. А во-вторых, следы были человеческие. Источник следов нашёлся почти сразу. На снегу лежала черноволосая девушка, одетая в рваные лохмотья. Очень странный элемент декора для зимнего леса. С предельной осторожностью Луна приблизилась к ней и перевернула на спину. Она выглядела ровесницей лунной всадницы и явно замёрзла. Оттащив незнакомку под дерева, Луна принялась натирать её тёплым бальзамом. Глаза спасаемой брюнетки медленно открылись. Опустив голову, она посмотрела на свои руки, потом на всадницу. — Как тебя угораздило? — спросила Луна, обильно растирая по её рукам оранжевую жижу, которая, будучи намазана тонким слоем, теряла свой цвет и становилась почти незаметной. Снова раздался странный вой. И его источник был совсем близко. — Проклятье… — всадница выхватила глефу. — Сиди тихо, я разберусь. Выйдя на открытое место, Луна ударила оружием о щит. Теперь не было сомнений, что тварь, с которой схлестнулась Нова, и была источником звука. И кем бы ни был этот монстр, надо было в первую очередь справиться с ним, а потом уже заняться поисками Новы и вытаскиванием девушки в лохмотьях из леса. — Ну давай, выходи! За спиной раздалось рычание. Резко развернувшись, Луна замерла в боевой стойке. Дыхание на миг перехватило. Перед ней стоял белый оборотень. Тварь была приличных размеров, ненамного меньше Новы. Но сейчас, стоя на задних лапах, он казался совсем исполином. Покрытый белой шерстью, он напоминал волка, в которого добавили немного человеческих черт. Передние лапы были хорошо развиты, с вполне человеческими пальцами. Тело отдалённо напоминало человеческое. Очень отдалённо. Но вполне волчья морда и хлещущий по ногам хвост разбивали всю хрупкую похожесть на человека, которым белый оборотень когда-то был. Теперь это был зверь: куда более умный, быстрый и сильный, нежели волк, безусловный лидер любой стаи, но при этом не более чем зверь. Чрезвычайно опасный и хитрый зверь, и горе тому, кого он не успеет как следует обглодать, ибо бедолагу ждала участь превратиться в такое же существо. Белый оборотень издал свой знаменитый вой, развеивая всякие сомнения. Несмотря на свежие следы зубов и когтей, он был готов к бою. И всадница коротко кивнула, принимая вызов противника. Даже неразумного врага надо уважать. Не уважая его, ты рискуешь недооценить угрозу, и когда в твоё лицо вцепятся острые зубы, это будет только твоя вина. Луна умела уважать врагов, и потому до сих пор была жива. Яркий лунный луч ударил в снег в том месте, где только что стоял белый оборотень. Тварь в последний момент отпрыгнула в сторону и приземлилась на все четыре конечности, и в неё тут же полетела метательная глефа. Луна ожидала чего угодно, но не того, что оборотень ухитрится изловить летящую смерть зубами. Из уголков губ закапала кровь, но серьёзных травм не было. Рыкнув, белый оборотень выплюнул глефу и бросился навстречу Луне. Всадница бросилась навстречу, выставляя перед собой щит. Когда зверь сделал последний прыжок, выставив, вперёд длинные лапы, Луна резко перекатилась в сторону и призвала глефу. Оборотень же не растерялся и, мгновенно развернувшись, атаковал снова. Они двигались по поляне с минуту, разбрасывая снег и обмениваясь быстрыми ударами. Оборотень отделался небольшими порезами, Луна либо уворачивалась, либо успевала подставить щит. Правда, после каждого заблокированного удара рука ныла, как будто по ней ударили толстой палкой. Очередной удар оказался особенно сильным, и Луна пошатнулась, едва удерживая равновесие. На руку словно плеснули расплавленного свинца. А сразу после этого она получила второй удар — лапой прямо по нагруднику. Земля ушла из-под ног, а через пару метров свободного полёта ударила в спину. Судорожно вдохнув, всадница попытаться и закусила губу — хоть рёбра и не пострадали, но всячески намекали о том, как сильно их не любит хозяйка. Оборотень же снова ринулся к ней. Ещё один прыжок… и на его пути встал человеческий силуэт. Что-то чавкнуло и хрустнуло. Луна вскочила, призывая выпавшую глефу. Перед ней стояла та самая девушка в лохмотьях, сжимающая в руках отсечённую конечность акрида. На бритвенно-острый шип и насадился белый оборотень. Но он был ещё жив. Резкое движение — и девушка с воплем отлетела в сторону, а зверь отбросил конечность и замахнулся лапой. Это был отличный шанс, чтобы разорвать дистанцию или попытать счастья и броситься вперёд, ошеломить щитом, рубануть глефой, пока враг открыт. Невероятно мощный поток воды ударил в белого оборотня, буквально сметая его с места и с грохотом впечатывая его в дерево. С веток полетел снег. Как только поток ослаб, монстр рухнул на землю, мокрый, жалкий, похожий на мятую тряпку. Одна из передних лап была вывернута под неестественным углом. Впрочем, оборотень распрямился и вправил конечность. Но это стоило ему драгоценного времени: подскочившая Луна стремительно вонзила глефу ему в глотку, прибивая к многострадальному дереву. Зверь захрипел и задёргался. Всадница отскочила, чтобы не попасть под удар, а через миг та самая девушка с воплем всадила в сердце противника лапу акрида. Дёрнувшись ещё раз, белый оборотень окончательно умер. Луна обернулась туда, откуда ударил водный поток, и с трудом подавила стон. Это были уже знакомые сектанты. И их окружали волки, явно недовольные таким надругательством над альфа-вожаком. Луна выдернула из глотки белого оборотня глефу и шагнула навстречу зверью, но запас праздничных чудес, похоже, ещё не иссяк. В самого крупного волка вонзилась стрела. Остальные задрали морды, чуя опасность, но на них обрушился град метательных дротиков. Ни одного промаха не было: каждый волк получил своё. На поляну медленно вошёл белый тигр с лунной принцессой на спине. Одетая подозрительно легко для зимы, Мирана поглаживала согревающий амулет на груди. Во второй руке она сжимала лук. За её спиной же выстроились несколько всадниц из её личной гвардии с дротиками наготове. — Где белый оборотень? — спросила Мирана. — Мы выдвинулись, как только услышали вой. Луна молча указала глефой на тело монстра, прибитое к дереву. — Акрид тоже больше никого не побеспокоит, — Луна сняла сумку, содержимое которой чудом не побилось. — И я в полном порядке, спасибо, что поинтересовались. Мирана жестом приказала одной из всадниц взять сумку и спрыгнула с тигра. Пройдя мимо Луны, она остановилась напротив девушки в лохмотьях, что так удачно помогла в бою с белым оборотнем. — Ну, здравствуй… Нова, — сказала принцесса. — Что? — всадница шокировано уставилась на брюнетку. Мирана оглянулась на неё и усмехнулась. — Во имя Селимин… — её откровенно забавляло удивлённое выражение лица Луны. — Ты и вправду не заметила? — Но… как? — Луна села на снег, пытаясь понять всё случившееся. Это было похоже на розыгрыш, но труп белого оборотня был настоящим, как и мёртвые волки. И сектанты, о которых в этот же момент вспомнила и лунная принцесса. — А вы что здесь забыли? — спросила Мирана, неодобрительно разглядывая религиозные символы фанатиков и наверняка прикидывая, как действовать, если начнётся бой. — Мы идём к храму нашей прекрасной богини! — из толпы вышел старец в синих одеждах. — Я же сказала повернуть направо, а не налево, — простонала Луна, хватаясь за голову. — Чтобы мы, да прислушивались к мерзким еретикам? Тьфу! — гордо ответил старик, и из-за его спины донёсся ободрительный ропот. Мирана, более сдержанная в эмоциях, коротко кивнула и оглянулась на Луну. — Я ими займусь. А ты… в ближайшие три дня чтобы я тебя не видела. Принцесса ловко запрыгнула на спину тигра. На миг юбка взметнулась, открывая всему миру чёрное нижнее бельё. Луна хихикнула в кулак: она не в первый раз замечала этот казус, но рассказывать о нём, особенно при посторонних, не спешила. — Три дня отдыха… — она посмотрела на девушку в лохмотьях. — Значит… ты и есть Нова? Девушка села на снег и прислонилась спиной к её спине. — Помнишь сказку про спички? — спросила она. — Селимин услышала её мольбы. Но ничто не даётся просто так: в облике чёрной львицы сложнее замёрзнуть, но и человеческий облик вернётся лишь в новогоднюю ночь, если эту львицу по-настоящему полюбят, не будут смотреть как на простое животное. Двадцать лет… — она рассматривала свои руки. Луна запрокинула голову, глядя на полную луну в небе. — Вечно сказки врут, — проговорила она. — А боги, как всегда, из всего пытаются извлечь выгоду. Как всегда. К счастью всадницы, Мирана и её личная гвардия были заняты переговорами с сектантами и не услышали столь близких к богохульству слов. Луна встала и помогла Нове подняться на ноги. Не выпуская руку девушки, недавно бывшей большой чёрной львицей, всадница не могла оторвать глаз от лица этой девушки. — Прости. Кажется, я больше не смогу тебя ве… — начала Нова, но была прервана долгим, нежным поцелуем. — Мне плевать, — ответила Луна, оторвавшись от неё. — Просто останься со мной. Нова лишь поцеловала её в ответ и крепко прижалась к всаднице. Она не была одинока, не осталась наедине с ледяным ветром и наконец-то не боялась за свою жизнь. Ей было, кого защищать, и было, кому защитить её. — Идём, — отстранившись, Луна взяла её за руку. — Тут недалеко есть одна сторожка. Раз уж нас три дня не будут беспокоить, пойдём туда. Только ты и я. Принцесса Мирана посмотрела им вслед и только вздохнула. В отличие от всадницы, ей надо было разбираться с упрямыми сектантами, упорно пытавшимися то обличить её во всех грехах, то заманить в свой культ. И что-то подсказывало, что спровадить фанатиков будет непростой работой — может, даже посложнее охоты на акрида или схватки с белым оборотнем. Но это уже другая история.
