Другая история

-Неужели мы встретимся только в Ланьлине? — обижено причитал Вэй Ин, нагло вися на руке возлюбленного, пользуясь тем, что сейчас они одни, и Лань Чжань точно не будет возражать. -Мгм, — кивнул Лань Ванцзи, с нежностью смотря на возлюбленного. — Если только Вэй Ин не опоздает. -Лань Чжань! — почти натурально возмутился тёмный заклинатель, и всё же удивление в голосе выдавало его с головой. — Ты сейчас пошутил надо мной? -Мгм, — вновь кивнул Ханьгуан Цзюнь и крепко сжал руку возлюбленного. — Вэй Ин, перед советом мне надо поговорить с братом. -Не хочу! — капризно заявил Вэй Усянь, он только привыкнул к ежедневным любовным утехам и расставаться даже на несколько дней не горит желанием. -Вэй Ин, — вздохнул Лань Ванцзи и обнял тёмного заклинателя. — Тебе нужно помочь главе Цзян, а мне брату. В Ланьлине мы снова встретимся и, я обещаю, больше никогда не разлучимся. Вэй Усянь глубоко вздохнул, успокаивая своё сердце, которое чуть не остановилось от речи Лань Чжаня, и кивком согласился с доводами возлюбленного. Война с Вэнь только-только закончилась, и Ордена восстанавливают свои силы. Всю войну они провели бок о бок, умудряясь успевать появляться там, где творится хаос. Лань Ванцзи за свою добродетель получил титул Ханьгуан Цзюнь, а Вэй Усянь — Старейшина Илин, в честь местности, откуда и начался его кровавый путь мести. И сейчас все готовятся к совету в Ланьлине, который состоится через пять дней. Вэй Ин смертельно не хотел расставаться со своим будущим мужем, и никакие доводы не могли его убедить. Он признавал, что нужен Цзян Чэну так же, как и Лань Чжань нужен своему брату, но ни уходить и ни отпускать не хотел. -Вэй Усянь! — услышал Старейшина Илин злой голос шиди и поспешил отскочить от своего жениха — лишний раз нервировать брата он не хотел. — Почему я не удивлён, что вы вместе? — уже раздражённо спросил Цзян Чэн и тут же перевёл взгляд на виновника, как ему казалось, этого беспредела. — Ханьгуан Цзюнь разве вам не пора возвращаться в Облачные Глубины? -Мгм, — кивнул Лань Ванцзи, однако в него тут же вцепился тёмный заклинатель. -Лань Чжань мой гость! — заявил Вэй Ин, воинственно смотря на своего шиди, однако того этим не пробьёшь. Схватив брата за руку, Цзян Чэн потащил его в сторону резиденции Ордена. На этот раз эта парочка забралась слишком далеко. И с каких это пор они стали настолько неразлучны? Вэй Усяню оставалось только покорно плестись следом, грустно следя за тем, как его возлюбленный встаёт на меч и улетает. *** Как бы сильно тёмный заклинатель не хотел увидеть своего Ханьгуан Цзюня, но без подарка для шицзе придти не мог. Именно поэтому он сейчас гулял по рынку и искал, чем бы порадовать дорогую шицзе. Вновь придирчиво осмотрев прилавки, Старейшина Илин заметил сгорбленную хрупкую фигуру. Девушка, слегка приподняв капюшон потрепанного плаща, опасливо осмотрелась. Вэй Усянь удивлённо замер — он не видел Вэнь Цин с тех пор как ушёл от неё после операции, и запомнилась она ему тогда сильной, волевой девушкой, а не… -Вэнь Цин, — окликнул Вэй Ин, стремительно приближаясь к целительнице. -Вэй Ин, — девушка буквально упала в руки тёмного заклинателя и зарыдала, цепляясь за него, как за единственное спасение. — Помоги! А-Нин…они забрали А-Нина! В зал Несравненного изящества Старейшина Илин ворвался, с грохотом распахнув дверь. Уже начавшийся совет моментально стих. От Вэй Усяня расходилось еле сдерживаемая тёмная энергия, показывая всем, что тёмный заклинатель очень зол. -Вэй Усянь, что ты себе позволяешь?! — возмутился Цзинь Гуаншань. -Что я себе позволяю? — вкрадчиво спросил Вэй Ин и нехорошо усмехнулся. — Дозволит ли глава Ланьлин Цзинь задать вопрос: куда вы забрали остатки Ордена Вэнь? -Какое ты имеешь отношение к этим псам?! — возмутился Цзян Ваньин, однако тёмный едва ли обратил на него внимание. -Два дня назад адепты Ланьлин Цзинь пришли в деревеньку остатков Ордена Цишань Вэнь. К ним навстречу вышел заикающийся юноша и спросил в чём дело. Те ответили, что хотят использовать их как приманку для твари, а, услышав отказ, силой увели часть людей, включая Вэнь Нина, под предлогом восстания. И я спрашиваю главу Ланьлин Цзинь, где сейчас эти люди?! -И что с того? Эти псы получили по заслугам! — возмутился чей-то высокомерный голос. Старейшина Илин тут же впился взглядом алых глаз в говорившего. Тип действительно был высокомерным, разве, что грудь не выпячивал. Его Вэй Усянь не помнил. -Ты вообще кто? -Это Цзинь Цзысюнь, — шёпотом ответил, незаметно подошедший, Цзян Чэн и предупреждающе сжал предплечье брата. — Вы повздорили во время облавы на Байфэн, — Вэй Ин понятливо кивнул, хотя с самой облавы запомнил только крышесносные поцелуи возлюбленного. -Какое моё дело до остатков Вэнь, не касается никого, кроме меня и Вэнь, — краем глаза тёмный заклинатель заметил обеспокоенного Ханьгуан Цзюня и поспешил успокоиться. — Я требую, чтобы мне выдали оставшихся членов Ордена Вэнь! -Вэй Усянь! — возмутился глава Ланьлин Цзинь. — Твоё поведение перед главами орденов возмутительно! И твоё явное неповиновение главе своего ордена лишь говорит о том, что ты окончательно сбился с правильного пути! -Мои отношения с шиди уж точно не ваше дело, — усмехнулся Старейшина Илин, не обращая внимания на усилившуюся хватку и предостерегающее «Не нарывайся». -Вэй Усянь, если ты продолжишь быть столь высокомерным, против тебя ополчатся все Великие Ордена! — пробасил Не Минцзюэ. -Ну и пусть, но от своего я не отступлю! Не успел кто-либо что-то по этому поводу сказать, как неожиданно Ханьгуан Цзюнь, под ободряющий кивок Цзэу Цзюня, степенно поднялся со своего места и подошёл к замершему возлюбленному. Вэй Усянь вопросительно склонил голову, однако Лань Ванцзи отвернулся и, встав рядом, посмотрел на главу Ланьлин Цзинь. -Ханьгуан Цзюнь, как вас понимать? — охрипшим голосом спросил Цзинь Гуаншань. -ГуСу Лань поддерживает адепта Юньмэн Цзян, Вэй Усяня, в прошении выдать остатки Ордена Вэнь, — спокойно ответил Лань Ванцзи, а вот Вэй Ин еле сдержал порыв кинуться возлюбленному на шею. -Ханьгуан Цзюнь, что это значит? — ещё более охрипшим голосом спросил Цзинь Гуаншань. -Насколько вам известно, — спокойно начал Лань Сичэнь. — Выжившие из Вэнь происходят из побочной ветви целителей и заклинателями не являются. Во время Аннигиляции солнца Вэнь Цин и Вэнь Нин спасли много наших заклинателей. -Они спасали и псов Вэнь! — выкрикнул кто-то, — но Цзэу Цзюнь жестом остановил поток возмущений. -Давайте будем ещё помнить, что выжившие сплошь старики, их истязание чести никому не сделает. Цзинь Гуаншань ощутимо напрягся. Истязание стариков, пусть и псов Вэнь, ему точно чести не принесёт. Глава Ланьлин Цзинь вновь перевёл взгляд на Лань Ванцзи, пытаясь найти ещё одну причину очернить репутацию адепта Юньмэн Цзян. -Ханьгуан Цзюнь, почему вы вступились за Вэй Усяня? Разве правилами ГуСу Лань не запрещается всякое общение с тёмными заклинателями? Глаза Вэй Ина вновь запылали алым, Лань Цижэнь, до этого пытающийся подавить своё недовольство, согласно кивнул, Лань Сичэнь едва заметно усмехнулся, вовремя успев спрятаться за чашкой, а Лань Ванцзи молча стянул свою лобную ленту. -Я стою рядом со своим будущим супругом. Зал Несравненного изящества мгновенно погрузился в тишину. Лань Чжань спокойно повязал ленту на запястье возлюбленного. Старейшина Илина пребывал в ступоре, пытаясь совладать с собственным сердцем. Нет, Лань Чжань говорил, что они больше никогда не разлучатся, но Вэй Усянь всё равно оказался не готов. Первым очнулся Цзян Чэн. -Какого хрена?! Его поддержал Лань Цижэнь. -Вэй Усянь! Лань Ванцзи…ты…какое бесстыдство! -Глава Ордена Ланьлин Цзинь, мы с супругом требуем вернуть выживших из Ордена Вэнь, — беспристрастно продолжил Ханьгуан Цзюнь, не обращая внимание ни на чужое возмущение, ни на то, что заставил своего возлюбленного покрыться алой краской смущения. -Цзинь Цзысюнь, не ты ли говорил, что недавно схватил отряд Ордена Вэнь и отвёл на тропу Цюнци? — спросил Цзинь Гуаншань у племянника — связываться с тёмным заклинателем, за спиной которого стоит не только Орден Юньмэн Цзян, но ещё и Орден ГуСу Лань, он больше не хотел. -Дядя! -Тропа Цюнци значит, — пришёл в себя Вэй Усянь и, схватив Второго Нефрита Лань за руку, вылетел из зала, трусливо оставляя все разборки на потом…когда он хотя бы сам осознает.