Однажды в Лас-Вегасе

Искать злосчастную бумагу решили, разделившись по одному, чтобы, во-первых, ускорить поиски, а во-вторых, привлекать меньше внимания. Намджун заботливо сделал шесть шпаргалок (вопреки возмущениям парней, в шесть голосов уверяющих, что в состоянии запомнить одну-единственную фразу) на английском с вопросом, который необходимо задать персоналу.       Спустя три часа поисков и опроса немыслимого количества людей энтузиазм порядком поубавился. По крайней мере у Чонгука так точно. А еще хотелось спать. А если не спать, то хотя бы поесть. А если не поесть, что хотя бы попить. Увидев стойку бара, парень слегка приободрился, наверняка там есть безалкогольные напитки и хоть какая-то закуска, вроде орешков. Уронив свое тело на высокий стул, Чонгук вытащил из недр уставшего сознания нужные слова на английском, не потрудившись хоть как-то соединить их в одно предложение: - Напиток, без алкоголя, закуска. - Выглядишь уставшим, тяжелая ночь? - Да. Потерял вещь. - Очень нужную? - Да. Вы не находили свидетельство о регистрации брака? - задал Чонгук вопрос, который после многократного повторения уже отскакивал от зубов. - Вообще-то находил. Имена не вспомню, похожи то ли на китайские, то ли на корейские. Твое, что ли? Сон у Чонгука как рукой сняло и мозг стал вспоминать даже те слова на английском, которые парень, как ему казалось, даже не знал. «Господи, неужели нашёл?!» - подумал парень. - Так оно у вас? - Я попросил Родриго, уборщика, передать его на ресепшн. - Но я спрашивал на ресепшене… - Не знаю, спроси Родриго, вон он кстати, только что пришел.       Чонгук, обернувшись, стал шарить по залу в поисках злосчастного уборщика. Увидев человека в соответствующей униформе, парень подлетел к нему. - Вы Родриго? - Si, señor. - Вам отдали свидетельство о регистрации брака, где оно? - Не понимать. Что есть «свидетельство»… Простите, я плохо говорить английский… Чонгук отчаянно схватился за голову, думая, как понятнее донести свою мысль и принялся сопровождать каждое слово жестами. Указал на бармена, показал пальцами квадрат, изображая лист бумаги, показал безымянный палец, на котором обычно носят обручальное кольцо. Положение спасла проходящая мимо девушка, которая перевела на испанский языковые потуги Чонгука. Тут лицо Родриго озарилось и он ответил: - Ааа, бармен дать мне бумага и сказать выбросить! - Выбросить? Вы его выбросили? - Да-да, я выбросить! - Спасибо! Чонгук понял, что из-за плохого знания языка уборщик подумал, что бармен просит выбросить бумагу. «Ну и черт с ней!» - подумал парень, главное, что она никому не попадется на глаза. Теперь можно спать спокойно. Парень достал телефон и хотел было написать сообщение в общий чат о том, что проблема разрешилась, но передумал и написал только Чимину: «Проблема решена, не говори остальным. Жду тебя в нашей комнате. Мы ведь закончили на самом интересном месте» и, затаив дыхание, нажал «отправить».       Заниматься сексом с лучшим другой по пьяни и на трезвую голову - две большие разницы. Во-первых, когда ты впервые спишь с парнем - все можно списать на алкогольное опьянение, ну, и, как говорится, один раз - не… тетерев. А в этот раз все иначе, он действительно сознательно согласился на это, причем в долгосрочной перспективе. И он действительно этого хочет, чего душой кривить. Чонгук тряхнул головой, стараясь загнать мысли об осознании собственной ориентации куда-нибудь подальше и сосредоточился на насущном. Как начать? С чего? Девушки (по крайне мере те, с кем встречался он) любят прелюдии, а парни? Принять ли душ сейчас или вместе? От раздумий отвлек Чимин, почти бесшумно открыв дверь и проскользнув внутрь. - Закончили на самом интересном, говоришь? Ну тогда продолжим! - и с непоколебимой решительностью поцеловал, притянув Чонгука к себе за футболку. Целовать Чимина было приятно. Мелькнула мысль о том, что у него в руках сейчас мечта миллионов фанаток, половина из которых была бы готова отдать все за то, чтобы оказаться на месте Чонгука и целовать эти губы, которые, о черт, и правда выглядят безумно возбуждающе. Парень поймал на себе слегка расфокусированный взгляд обладателя этих самых потрясных губ. - Не передумал? - спросил Чимин - Ни за что! Пойдем в душ вместе? - Пойдем. Они жадно целовались и ласкали друг друга под струями воды, едва не забыв о прямом назначении душа. Наспех промокнули тела полотенцами, не в силах прервать поцелуй, будто тот был источником кислорода, будто прервать его - значить перестать дышать. Казалось, они стали одним целым - сплетение рук, дыхание в унисон, сердца отбивали один ритм. Их поглотило одно на двоих чувство, имя которому - страсть.