Альфа напрокат

Хичоль стискивал зубы покрепче, чтобы благополучно дойти хотя бы до квартиры. Хоть он наполовину всего лишь был альфой, Бэкхен возбуждал его своим ароматом. Да и сам омега стал куда развязней, касался щеки, пытался прижаться сильнее. Скулил периодически, вздыхая тяжело. Спокойней гамме стало лишь тогда когда дверь квартиры захлопнулась за их спинами. В комнате мгновенно слилось целых три аромата. Сильный мандаринов, альфий с нотками голубики и ослабший какао. Дышать в такой феерии было нереально. Хичоль сглотнул тяжело, ставя Бэкхена на ноги и бережно осматривая. У омеги были огромные зрачки, на лбу пролегла испарина, а губы были искусаны. При виде такого хотелось поскорее избавить парнишку от страданий. Но на первый план выступила разумность. Поэтому сжав плечи напротив чувствительно, фальшивый альфа спросил: — Бэкхен-и, ты действительно хочешь провести течку со мной? Я еще не определился с полом и полноценно не заменю альфу, у меня если что есть блокаторы. Голос его звучал низко, с бархатом и явным возбуждением. Но Хичоль крепко держал свой рассудок в тисках, обнимая омежку за талию, изучая красное от внутреннего жара лицо юноши. Бэкхен слыша такое улыбается такой неуверенности партнера, ощущая острую необходимость в спаривании. Его так и тянет повалить альфу с привкусом голубики на пол и использовать по назначению. Но сказать подобное он не мог, поэтому обнял брюнета за шею, ответив попроще: — Раз ты мой парень, то обязан разбираться с моими проблемами, пошли в спальню. Рука омежки вцепилась в рукав альфы, и он наугад отправился в спальню и на удивление угадал. Закинув туда Хичоля и начав раздеваться. От снятой футболки телу стало легче, как и от штанов с боксерами. Таким вот развязным, голым и текущим предстал он перед гаммой. Мужчина жадно пожирал его взглядом, а затем повалил на себя, ощутив на пальцах сочащуюся смазку. Они сами погрузились уже знакомое отверстие, что призывно пульсировало. Хотя вчера такого не наблюдалось. Фальшивому альфе удалось еле как стянуть джинсы и трусы пониже, как Бэкхен оседлал его, насадившись до основания. Хичоль глухо застонал. Все еще пытаясь избавится от рубашки. Однако сделать это ему так и не дал омега. Что насаживался резко, постанывая и смотря сужеными зрачками. Мальчишку явно захватили инстинкты. Отчего гамма сдался, придерживая бедра партнера и растягивая извержение. Удавалось ему это одним словом нелегко. К чертям все полетело когда Бэки на волне оргазма, прикусил плечо гаммы, поставив метку. Метки от омег не приживаются на альфах, однако приживаются на гаммах, устанавливая их пол. Так и вышло, по телу Хичоля прошла острая болевая волна: заныли зубы, удлинились клыки, а на вставшей плоти образовался узел. Что так удачно и начал разбухать в Бэкхёне что вздрагивал в объятиях мелкой дрожью. Брюнет никогда и никому не давал себя кусать, но сейчас даже не воспротивился, хрипя от оргазма, своему суженому на ушко: — Ты изменил мой пол, мандаринка и обязан взять на себя ответственность за меня. Мало что сейчас понимающий Бэкхён что-то мурлыкнул в ответ. Пока окончательно альфа, терял рассудок от первого в жизни гона.