Тот самый день

Когда они оказались на орбите в 68й раз, Призрак чуть не затрубил от радости. — Мы сделали это! Да! — Ты что, не верил в меня? — титан сделала вид, что обиделась. — Нет, нет, что ты, я верил! Но это всё равно было ужасно! — Призрак умостился ей в ладонь. — Я терял тебя несколько раз. Не люблю это чувство, брр.       Страж осторожно перепрыгивала с уступа на уступ, крепко держа своего Призрака в руке — внизу было слишком опасно, презренные — стрелки что надо. Сол выпорхнул на волю только на самой вершине, с которой открывался захватывающий вид на Город Грёз. Они не были здесь довольно давно, кампания на Европе отнимала почти всё время, но их старое укрытие из военной палатки и бревна всё ещё было в полном порядке и даже лучше. — Тебе не кажется, что здесь кто-то был? — Сол внимательно осматривал явно недавно сложенный из маленьких камней очаг и лежанку из сухой травы, больше похожую на гнездо. — Не жадничай. Наверняка это кто-то из наших, презренным незачем забираться сюда — вряд ли они вообще способны любоваться закатом, а для огневой позиции здесь слишком высоко. Они развели небольшой костёр, и Хель заварила чай. Облака клубились чуть ниже утёса, отчего казалось, будто кусок земли, на котором они сидели, плывёт в воздухе. — Сол? Ну-ка, спрячься пока… — титан похлопала по своему плечу.       Призрак исчез, не задавая лишних вопросов, а Страж поднялась с бревна и оглянулась вокруг. На первый взгляд всё было в порядке, но её не покидало ощущение чьего-то присутствия. Она прищурилась, вглядываясь в обвитые туманной дымкой скалы. Ничего. Лишь резко сменивший направление ветер вдруг донёс до неё знакомый запах. Эфир и миндаль. Хель улыбнулась. — Выходи, охотник. — Но… Как? — донёсся из кустов возмущённый шёпот. — Вот как она это делает, Страж? — Вас выдал ветер. — Вот тьма. — Твой запах ни с кем не спутаешь, — титан рассмеялась, делая шаг навстречу вышедшему из своего укрытия охотнику. — Всё ещё доедаешь рассветное печенье? — Оно почти закончилось, — смущённо пробормотал Ворон. — Конечно оно закончится, если есть его на завтрак, обед и ужин! — фыркнул Глинт, и его Страж совсем засмущался. — О, так тебе тоже сладкоежка достался? — хмыкнул Сол. — Не бери в голову, печенье для того и делают, чтобы его есть! А они просто завидуют нам, — Хель фыркнула на призраков и уселась обратно к костру, похлопав ладонью по бревну рядом с собой. — Будешь чай? — Угу, — Ворон осторожно сел, вытягивая руки к огню. — Эй, да ты, кажется, здорово замёрз, — покачала головой титан. — Чур тебе кружку побольше.       Пламя весело трещало, маленькими язычками облизывая камни очага. Стражи вытянули ноги поближе к огню и грели руки о чашки со свежим чаем. Их призраки о чём-то шептались рядом. От костра пахло дымом, от чая — мятой и чабрецом, Хель молчала, не пытаясь лезть в душу разговорами, и Ворон наконец-то смог расслабиться. Это удавалось ему не так часто. А уж расслабиться в компании с кем-то — это и вовсе почти достижение.       То ли дело на Охоте, там им овладевал азарт, там Ворон был решителен, быстр, ловок, разговорчив и даже весьма удачно шутил. Но в любой другой ситуации… Нет, он не был трусом или мизантропом, но почему-то общение с другими людьми смущало его, а их даже самые элементарные вопросы вводили охотника в какой-то ступор. Очень выручал Глинт, взявший на себя и объяснения, и даже шутки. Некоторые Стражи, кажется, вообще считали странного охотника немым, впрочем, Ворона это не особо расстраивало. Сейчас он тоже наслаждался не только вкусным чаем да пламенем костра, но и тишиной. Идиллия была недолгой. Призраки наконец наболтались и вернулись к своим Стражам. — Так, стоило мне назвать их сладкоежками, как смотри, Глинт, сидят и пьют голый чай! — возмущённый голос Сола вывел Стражей из умиротворённого созерцания. — А как же твой подарок, Хель? — О Свет… — простонала титан. — Ты будешь меня мучить, пока этот день не закончится, да? — Нет, просто напоминаю тебе об очаровательных созданиях из теста, которые подарил тебе Сэйнт-14, — Призрак телепортировал ей на колени коробку с лакомством. — Ох, точно. Извини, Сол, — титан выбрала самую красивую булочку и протянула её сидящему рядом охотнику, другую взяла сама и с удовольствием засунула её в рот. — Спасибо. В Башне снова какой-то праздник? — поинтересовался Ворон и сам удивился своей смелости. — Не в Башне, а у Хель. Сегодня её день рождения! — Вау! — протянул Глинт. — Так тебя нужно поздравлять? — Пфф, это только у Сола праздник, который больше никто и не празднует, кроме него, — пробурчала Хель. — Конечно, не празднуют, потому что ты сидишь в этот день как сыч вместо того, чтобы пойти на тусовку с друзьями! — Призрак фыркнул, и на коленях у его Стража появились ещё и кривоватые разноцветные конусы — картонные шапочки на резинках, которые они делали на самую первую их вечеринку.       Хель нехорошо прищурилась. Ладно, Сол, будет тебе тусовка. Страж молниеносным движением стянула с ничего не подозревающего охотника капюшон и надела ему на голову сине-розовую шапочку. Ворон, как раз набивший рот булочкой и от этого выглядевший как хомячок, ошеломлённо замер. Титан нахлобучила на свою макушку жёлто-зелёный конус и с вызовом посмотрела на своего Призрака. — Итак, — ткнула она пальцем в Ворона, — друг, одын штука — есть; дурацкие шапочки, две штуки — есть; праздничные сладости... эмм... уже четыре штуки — есть; горячие напитки — есть. Ничего не забыла? Обведя взглядом импровизированную вечеринку, Хель остановилась взглядом на Вороне. — Хэй, да ты сам как булочка, — она улыбнулась и провела пальцем по носу охотника, смахивая крупинки молотой корицы. Ворон весь напрягся, и Глинт, почувствовав это, поспешил своему Стражу на помощь. — Забыла, — важно ответил он. — Ты забыла, что на этот праздник принято получать подарки. — А вот и нет, — постучала титан по коробке на коленях. — Это, по совместительству, как раз-таки подарок. — Ладно, твоя взяла, — наигранно пробурчал Сол, в душе радуясь, что его Страж наконец-то развеселилась, ведь он делает это не для себя, а для неё. — Ха! То-то же, — победно сверкнула глазами Хель и посмотрела на Ворона. — Глинт сказал, что на день рождения принято дарить подарки, — тихо произнёс охотник. — Праздник у тебя, но подарок получил я. Это не очень честно. — Извини? Я не поняла… Ворон наклонил голову вбок, его жёлтые глаза внимательно разглядывали Хель. — Ты больше не злишься, когда видишь моё лицо. Это ценный подарок для меня.       Титан на мгновение подвисла, пока до неё не дошёл весь смысл его слов. А когда дошёл, то зависла ещё больше. Хель прислушалась к своим ощущениям и с удивлением поняла, что лицо убийцы её лучшего друга действительно больше не вызывает у неё прежней ярости. Наверное, всё дело в глазах: из глазниц Ульдрена буквально пульсировала тьма, искажая его лицо чёрной злобой, а вот янтарный взгляд получившегося из принца Стража обычно был растерянно-восторженным, что придавало ему какую-то детскую наивность. А может дело вовсе и не в глазах, а в том, что время действительно лечит. В любом случае, Ворона хотелось поить чаем, угощать сладостями и, пожалуй, даже обнять порой, и больше совсем не хотелось разбить ему нос, вырвать сердце, растерзать тело на мелкие кусочки, разбросав их по всему Рифу.       Хель глубоко вздохнула, откинулась назад на сухую траву, и посмотрела на небо. Внутри неё царило такое долгожданное спокойствие, отныне она свободна от мести, и Свет, почувствовав это, теперь будто струился в её жилах вместо крови.       Скрывая своё беспокойство, пробудившийся присел рядом и заглянул в глаза Хель. — Ты не прав, Ворон, — прошептала она ему. — Это и мой подарок. И для меня он в тысячи раз ценнее любого другого.