Алекс

      На утро после дня рождения Беллы в телефоне Тома было не менее пятидесяти уведомлений везде, где только возможно. Ему звонили и писали представители различных изданий, известные телеведущие, ну и конечно же его менеджер, но все без толку, потому что звук смартфона был специально отключен, чтобы выспаться после бессонной ночи. Такой ажиотаж был вызван выложенными в сеть фотографиями Тома с неизвестной девушкой. После расставания с Беллой никому из фотографов и журналистов так и не удалось выяснить хоть что-нибудь о личной жизни молодого актера. Теперь же он открыто заявил о своих отношениях с начинающей актрисой Александрой Бельской, чем и подогрел нездоровый интерес к новоиспеченной паре.       Белла была вне себя от ярости увидев, что эта новость во многом превзошла абсолютно все упоминания о ее масштабной вечеринке. Все только и писали о Томасе и его новой возлюбленной, гадая кто она и как долго длятся эти отношения. Каждый уважающий себя журналист загорелся желанием первым взять интервью у стремительно набирающего популярность актера. — Доброе утро, соня, — шепнула Алекс, поглаживая оголенную грудь Тома. — Давно не спишь? — хриплым голосом ответил он. — Только проснулась, как и ты. Будешь кофе? — Со сливками, пожалуйста, — не открывая сонных глаз, крикнул Том вдогонку, уходящей на кухню, Алекс. — Хорошо, — ответила она.       Лениво оторвавшись от подушки, Том все же поднялся с кровати и отправился прямиком в ванную, чтобы хоть как-то взбодриться под прохладным душем. В то время Алекс уже готовила для них завтрак и не без интереса поглядывала на звонивший беспрерывно телефон. По природе своей она всегда была спокойна, но в то утро ее тревожило какое-то неприятное предчувствие. Не дождавшись пока Том наконец выйдет из ванной, она постучала в закрытую дверь. Ответа не последовало, поэтому она постучала снова. Все тихо. — Том, ты в порядке? — спросила Алекс, слегка приоткрыв дверь. — Том?       Распахнув дверь, она увидела ужасающую картину. Том лежал на полу без сознания, а из его головы струилась кровь. Видимо, он поскользнулся и с силой ударился головой. Алекс в секунду подлетела к бездвижному телу. Дыхание есть, слава богу. Скорая приехала довольно быстро. Алекс попыталась остановить кровотечение, но рассечение было слишком обширным. Уже в больнице Том пришел в сознание, но тут же был погружен под наркоз. Врачи ничего не говорили, пока в больницу не приехали родственники Тома. Алекс позвонила Нику, который тут же с ними связался.       Все четверо молча ждали в коридоре, пока Том находился в реанимации. Фрэнк, отец Тома успокаивал рыдающую Лили, недоверчиво поглядывая на сидящую напротив Алекс. Та держалась мужественно, со стороны могло показаться будто ничто не способно вызвать в ней хоть каплю сочувствия. Однако Ник, прекрасно понимал, что на самом деле сейчас скрывается за этой маской безразличия. Он слегка сжимал ее холодную ладонь, приговаривая одни и те же слова. — Все будет хорошо. Все будет хорошо. В дверях показалась медсестра. Лили тут же вскочила ей навстречу, но она махнула рукой, чтобы та оставалась на месте, и сама подошла. — Ваш сын в порядке. Кровотечение мы остановили, сейчас ему нужен отдых. Сегодня к нему пока нельзя, поэтому вы можете навестить его завтра утром. Не волнуйтесь, он у вас парень сильный. — Спасибо! Большое спасибо, — сквозь рыдания произнесла Лили, прижимаясь к Фрэнку.       Они вышли из больницы, не промолвив и слова. Ник предложил отвезти всех по домам, но Фрэнк сказал, что они сами приехали на машине. Алекс тоже отказалась, сославшись на желание немного прогуляться. Родители Тома сдержанно попрощались и сели в свой автомобиль. Ник еще немного постоял, проводив взглядом потерянную Алекс, которая не произнесла ни слова за последние несколько часов. Ее терзала вина за случившееся, хотя никто даже и не думал винить ее в произошедшем.       На следующий день Алекс пришла в больницу к тому времени, когда было разрешено навестить Тома, но ее опередили Фрэнк и Лили. Она подошла к палате, откуда слышались звонкие голоса Тома и его отца. Вот в кого он унаследовал столь пылкий темперамент. Отец был таким же веселым и жизнерадостным, как и его сын. Подтрунивал над неудачей сына и всячески его смешил, а он в свою очередь не упускал возможности тоже подколоть отца. Лили же наоборот, натура более утонченная и ранимая. Она изо всех сил старалась не разреветься на глазах у сына, хоть и понимала, что повода для этого уже нет.       Алекс прождала не менее часа пока родители Тома не вышли из палаты. Заметив знакомую девушку, они засияли в приветливой улыбке. — Здравствуй, Алекс! Почему не заходишь? Том о тебе спрашивал, — спросила Лили. — Доброе утро. Не хотела вам мешать, — сдержанно ответила она. — О, не переживай. Мы так рады, что ты оказалась рядом вчера и все сложилось так удачно для Томми. Если бы не ты, боюсь представить… — Дорогая, не начинай. Все хорошо, — успокаивал Фрэнк. — Алекс, мы рады наконец с тобой познакомиться. Томми постоянно о тебе рассказывал. Надеюсь, когда он поправится вы осчастливите нас своим визитом, — дружелюбно произнес Фрэнк. — Обязательно.       Они попрощались, и Алекс наконец зашла в палату. Том расплылся в довольной улыбке и протянул руки, чтобы она поскорее заключила его в объятия. Со стороны он выглядел вполне здоровым, если не считать белую повязку на голове. Алекс аккуратно его приобняла, но сильные руки сжали ее хрупкое тело, не позволяя отстраниться. В секунду Алекс оказалась поверх лежащего Тома, который страстно вцепился в ее губы, не давая возможности даже вздохнуть. — Я смотрю, ты уже идешь на поправку, — заключила Алекс, когда все же смогла оторваться от его лица. — Ты — моя самая сладкая пилюля, — ответил он, все еще прижимая к себе. — А ты — самый неуклюжий на свете. — Не спорю. Я скучал. Почему тебя так долго не было? — Не хотела вам мешать. Я давно была здесь. — Почему не заходила? Боишься моих родителей? — Ну конечно нет. Они у тебя довольно приятные. — Уже познакомилась? — Ну да. Встретила их только что. Твой отец пригласил меня в гости, когда ты поправишься. — Ты им понравилась. Особенно маме. Она все уши про тебя прожужжала. Говорит ты даже красивее, чем я описывал. — Да прекрати.       Алекс улеглась рядом, опустив голову ему на грудь. Его сердцебиение заметно участилось, когда он начал поглаживать ее поясницу. Даже на больничной койке этот парень не мог держать себя в руках, когда она рядом. — Может прикроешь дверцу на замок? — игриво произнес он, спускаясь рукой чуть ниже. — Даже не думай об этом. Мы все-таки в больнице, шаловливый Томми. — Ну и что! — Ты неисправим, — вздохнула Алекс, приподнявшись к его лицу. — Голова болит? — Немного, — соврал он.       Алекс чувствовала, что действие обезболивающего ослабевало и резкая боль в висках усилилась, но Том храбро терпел, чтобы побыть наедине с ней еще немного. Она улеглась повыше, чтобы оказаться лицом к лицу и прильнула к его лбу теплыми губами, нырнув пальцами в густые темные волосы. Том закрыл глаза наслаждаясь ее приятным дыханием. Рука Алекс заметно задрожала, но все еще не отрывалась, пока вся боль в его теле не исчезла без следа. Взглянув на Тома, она встретила недоумевающий взгляд синих глаз. — Как ты это сделала? — Что именно? — Ты знаешь, — твердо произнес он. — Это самое малое, что я могу для тебя сделать, Томми. — Знаешь, раньше я никогда не верил в чудо. Пока чудо не появилось в моей жизни. Ты невероятная, Алекс. Хоть и пугаешь меня до чертиков, — улыбнулся он, крепко обнимая ее за талию. — Ты ошибаешься на счет меня. На самом деле я ничто иное, как твое проклятие. — Не говори ерунды. — Нет, я правда так думаю. Вокруг меня всегда происходят несчастья. Мне кажется, я притягиваю их как магнит, и от этого страдают мои близкие. — А я так не считаю. Ты не виновата, что я поскользнулся и расшиб себе голову. Тебя там даже не было. — Но я уверена, что это не случайность. — Все перестань, не хочу это слушать. Лучше помоги избавиться от твоих штанишек, пока медсестра не зашла. — Тебе сейчас нужен отдых, Томми. Давай прибережем твои силы для следующего раза, когда ты немного окрепнешь. — Я не могу так долго ждать.       В палату зашла медсестра, чтобы известить о том, что время посещения закончилось. Алекс резко высвободилась из цепких рук расстроенного Тома и поцеловала его на прощание. Тот немного поскулил, но переубедить медсестру сжалиться над влюбленными так и не удалось. Уже в дверях Алекс обернулась и задержала свой взгляд на голубых сияющих глазах. В этом коротком взгляде было что-то пугающее. Она смотрела на него словно прощаясь.       На следующий день Том ждал, когда она снова войдет в его палату, но этого так и не произошло. Весь день он пытался до нее дозвониться, телефон был вне зоны доступа. К вечеру ему позвонил Ник, который тоже не мог ее нигде отыскать. В квартире Тома никого не было, а со своей она давно съехала, поэтому никто не знал где она еще может быть.       Спустя два дня Ник пришел навестить Тома. Неуверенной походкой он зашел в палату и, не поднимая печальных глаз, протянул ему белый запечатанный конверт. Том сразу все понял. В душе он надеялся, что ошибался, но теперь, глядя на предмет в руке Ника, надежда окончательно угасла. — Что это? — От Алекс. Она просила передать. — Ты ее видел? Где она? Я хочу, чтобы она пришла! — Прости, Том. Мне так жаль, — все еще не поднимая стыдливого взгляда, промямлил Ник. — Да что происходит? Почему жаль? Что она сказала? — Прочти письмо. Надеюсь, оно даст тебе хоть какие-то ответы.       Ник не видел смысла оставаться и поспешил к выходу. Содержание письма ему было известно, но увидеть реакцию Тома было мучительнее всего. Чувство вины перед этим мальчишкой терзало его душу. Как только дверь за ним закрылась, Том яростно вскрыл конверт, из которого тут же выпал ключ от его квартиры. Тогда он окончательно понял, что хороших новостей ему уже не прочесть в этих строках. «Дорогой, Томми. Я знаю, ты сейчас сердишься на меня, а после прочтения этого письма будешь сердиться еще сильнее, но прошу, дочитай до конца. Мне нестерпимо больно говорить тебе это, но я действительно виню себя за все, что с тобой произошло. Я думала, что смогу защитить тебя, как сделала это тогда, в том переулке, но я ошибалась. Пока мы вместе, тебе непрерывно угрожает опасность. Моя сила — мое проклятие, так было всегда. Рисковать твоей жизнью я не могу. Ты слишком много для меня значишь, и я готова, для твоего же блага, навсегда тебя покинуть. Хочу, чтобы ты знал, твоей вины в этом нет. Ты самый дорогой мне человек и так будет всегда. Я обещаю, что никто не займет твое место в моем сердце, как бы банально это не звучало. Могу поклясться, что сдержу свое обещание. Ты особенный, я это знаю. Ты самый любящий, добрый и невероятный человек, которого мне посчастливилось встретить. Живи полной жизнью, радуйся каждому новому дню и, пожалуйста, не грусти обо мне. Тебе повезло, когда-нибудь ты сможешь забыть о том, что между нами было. Я же буду помнить до конца своих дней. Твои прикосновения, твой запах, твое тело, губы, дыхание — все это навсегда останется со мной. Благодаря тебе я почувствовала, что значит быть счастливой. Ты подарил мне самые яркие воспоминания, которыми я всегда буду дорожить. Прости, что не смогла найти в себе силы попрощаться. Мне всегда было сложно это делать. Хочу оставить в памяти нашу последнюю встречу, не испорченную слезами разочарования. Знаю, ты говорил, что я не способна плакать, так вот ты ошибаешься. Сейчас я действительно плачу, потому что пишу все это, понимая, как больно тебе будет читать. Я никогда не говорила тебе этого, но ты и сам прекрасно знал. Я бесконечно люблю тебя. Люблю больше жизни. Прости меня.»       Сжимая в руках белоснежный лист с идеально пропечатанными буквами, Том не мог поверить, что она действительно его бросила. Перечитывая снова и снова ее слова, он отказывался верить, что это все происходит наяву. Не могла она просто сбежать и оставить его. Просто не могла. Как такое вообще возможно? Нет, он обязательно ее разыщет и уж тогда ни за что не отпустит. Неужели она думает, что так просто отделается от него? Ну уж нет. Вот только выпишусь из больницы и сразу отправлюсь ее искать, — думал Том.       Как оказалось, Ник снял другой финал своего фильма за два дня, которые Алекс провела перед камерой. Отговорить ее было невозможно, как он не старался. О своих намерениях она молчала, как рыба. Даже не сказала, куда отправится. Только попросила передать письмо Тому. Ник умолял объясниться с ним лично, но все тщетно. В таком разбитом состоянии он ее никогда не видел.       Потратив несколько месяцев на бессмысленные поиски, Том так и не смог ее найти. Она словно сквозь землю провалилась. На ее канале больше не появлялись новые видео, а других источников связи с ней не было. Ник всячески помогал ему, навещал его, звал в гости, но этот парень так сильно замкнулся в себе, что от прежнего жизнерадостного Тома не осталось и следа. Он будто повзрослел лет на десять. В его глазах уже не было тех искорок, которыми он подкупал всякого с кем ему довелось пообщаться хотя бы пару минут. Алекс ненамеренно увезла часть его самого, не оставив ничего взамен, кроме неугасающей злости и душевных терзаний.       Спустя год в прокат вышел их фильм. На афише крупным планом красовались лица Алекс и Тома. За этот год Том ни разу не ответил журналистам на вопросы об Алекс, чем только подогрел интерес общественности к этой картине. Фильм собрал множество престижных наград, а Тома даже номинировали на «Оскар». К сожалению, награду он так и не получил, но зато стал одним из самых молодых обладателей номинации на эту почетную статуэтку.       С каждым днем боль от утраты Алекс становилась все слабее, пока в один прекрасный момент и вовсе не исчезла. Как она и говорила в своем письме, с годами воспоминания становились все размытее, пока не превратились в отдельные обрывки, изредка напоминавшие хорошие и плохие моменты связанные с Алекс. Целых два года Том жил с надеждой, что она вернется, но силы его иссякли. Бесконечные поиски закончились, никаких результатов они так и не дали.