tantrum

Тело в руках потряхивает от всхлипов, шрамированная кожа усыпана укусами и царапинами, а в комнате отчётливо отдает запахом крови. "Идиот" Ладонь Аякса нежно, можно даже сказать любовно, гладит темную макушку, пытаясь хоть как-то успокоить и прекратить эту истерику. "А этого ли ты хотел?"

***

Шестой предвестник вечно ходит вокруг да около. Всегда говорит какими-то загадками, строит из себя Арлекина. По сути вся Снежная–это один большой театр,а сама Царица–кукловод. Но речь идёт не о ней. Скарамуш. Взрослый в теле ребёнка, если бы не его мышцы и ход мыслей, можно было бы принять его за подростка.... Вечно ворчит, грубит, огрызается и раздражает всех предвестников одним своим присутствием. Чайлд не исключение. Раздражительный ребенок, прячущийся за маской шута в прямом смысле слова,все его таким считают. Почти все. Не каждый может понять, что под его маской скрывается такой монстр. Никто не знает что было в бездне. В той самой темноте, которую боятся многие сильнейшие войны. Будучи ребенком он прошел ад. Его закалила жизнь. И теперь он ждет момент, чтобы достойно умереть. Точно. Скарамуш. Неизвестно зачем и для чего сам одиннадцатый предвестник к нему пришёл. Хотя в голове проскальзывали пару раз вариант того, что у Тартальи на душе уже кипит сгусток тех слов, которые он никогда никому не говорил. –Какого хера ты здесь забыл?– Скарамуш смотрит гневно, сведя брови к переносице. На лице Аякса все та же натянутая улыбка, а глаза давным давно опустели. –Чего застыл, пялиться будешь на портовых девок. Говори, что хотел и иди на все четыре,– Мерзко. Просто отвратительно. Тарталья подходит ближе и замечает как у Скарамуша в глазах мелькают заряды. Злится, неужели настолько ненавидит? –Знаешь, давно я хотел сказать,– Чайлд подходит все ближе к этой неприступной крепости, отгоняя того к стене.Балладер морщится. Рука Чайлда сжимает чужое плечо через плотные слои ткани, –Я терпеть тебя не могу. Ты отвратителен всем нам,–и все же это действительно шанс спустить пар за всё время унижений. Скарамуш ничего не успевает сделать, его валят на кровать, сковывая руки над головой и не давая шанса хоть на какие-то движения,–Ублюдок, да что ты, мать твою, себе позволяешь?–Аякс не слышит. О чужое бедро трётся собственный стояк, а у Скарамуша на лице мелькает страх. Превосходно. Другая ладонь со скрипом сжимает ткань на груди предвестника и рвет ее по швам освобождая тело. Шрамы. Белые линии, будто бы змеи тянутся вдоль и поперек худого тела. На животе едва мелькает рельеф мышц. Возбуждает. Заводит. –Ты безумен! Тарталья, блять! Остановись!–Ладонь скользит ниже стягивая силой шорты вместе с бельём с брыкающихся худощавых ног. Рывком Чайлд переворачивает на живот тело и зарывается в темные волосы на затылке рукой, вдавливая голову в матрас. Он дрожит. Некогда один из сильнейших предвестников сейчас лежит под ним и хнычет как невинный котенок. Хочется хорошенько выебать и задушить. Один палец с трудом входит в узкое нутро и предвестник начинает сильнее барахтаться и что-то мычать. Рука сползает на лопатки и продолжает давить. Скарамуш пытается хоть как-то ловить воздух, болезненно всхлипывая на вздохах. –Убью...Я-Ах!Убью тебя.....– второй палец проникает резко продолжая растягивать задницу. Третий и четвертый не заставляют себя долго ждать. Сказитель, видимо смирившись со своей судьбой, тихо всхлипывает, иногда вскрикивая от боли. Фаланги с противным хлюпаньем выходят из него. Тарталья упирается руками в матрац по обе стороны от головы упираясь головкой в "достаточно" растянутую дырку. В мыслях Скарамуша мелькает надежда и он подаётся вперёд, не позволяя в себя войти. Но на это получает лишь шлепок. –Тарта...–Но договорить ему так и не дают. Член входит до упора без каких либо предупреждений и начинает сразу двигаться, каждый раз попадая по простате,–Закрой свой рот и получай удовольствие. На каждом слове получается своеобразный акцент в виде толчков и набирающего обороты темпа. Предвестник под ним молчит. Никак не отзывается на рычание и гортанные стоны. Остановившись, Аякс подхватывает тело под грудью, садится на кровать и усаживает к себе на колени. Пальцы впиваются в подбородок и разворачивают лицо на пол оборота к себе. Кровь. Много крови. На простынях так же. "Пытался заглушить себя прокусив губу. Хорошая попытка" Но с губы столько крови не будет. Кровь из носа.Давление? Так не интересно. –Чего же ты так приуныл, Скарамуш...Мы ведь только начали....,–Тарталья укладывает тело спиной вниз и отвешивает звонкую пощечину,заставляя прийти в себя. –Ублюдок.....–Видимо шестой предвестник забыл в каком положении находится, но за этими словами сразу следует болезненный стон,–Я убью тебя,как только всё это закончится... И это чистая ложь. Сил попросту не хватит. Чайлд закидывает ногу к себе на плечо и впивается укусом в коленную чашечку, продолжая двигаться в том же ритме. По члену ощутимо течёт что-то горячее. Горячее естественной смазки. Кровь. Скарамуш прикрывает веки и просто ждёт пока это все кончится, на каждом толчке пытаясь не закричать. На алых щеках виднеются дорожки от слез. Чужой член Аякс заключает в свою ладонь, начиная дрочить оппоненту в такт фрикциям. Спустя пару движений рыжий все же находит простату и начинает уже вбиваться в нее. Сказитель открывает рот в немом стоне и сводит брови к переносице. Собственные ладони закрывают рот,не позволяя издать и звука. Это уже злит. Одиннадцатый предвестник убирает руки от лица,–Я хочу слышать как ты кричишь. И он слышит. Скарамуш скорее стонет, надрывает свое горло, кончая через пару толчков. Аякс доволен. Он льнет губами к "хрупкому телу", иногда оставляя укусы или метки. В оргазменных судорогах предвестник сжимает его,заставляя кончить почти сразу же. Парень скидывает со своего плеча ногу и падает рядом. Пожалуй, объятия–это последнее чего хотел бы сейчас брюнет. Но Чайлда это не останавливает и он прижимает Скарамуша к своей груди. –Мразь..Я ненавижу,–почти после каждого слова идет всхлип. Тело в его руках трясет,–Тебя...Сдохни.... –Обязательно. Но не сегодня. "Прости"