Наша тайна

Лежа на диване в конспиративной квартире, Чимин не понимал, почему до сих пор не убил невезучего офисного клерка, который умудрился остаться помогать директору, заказанному на ликвидацию у преступного синдиката. Пак оправдывал себя тем, что полиция заподозрила бы неладное, если бы нашла два трупа в одном месте. Массовое самоубийство обычно вызывает много вопросов. Но что мешало Паку обставить это как убийство по неосторожности и повестить всё на Мина, который потом не выдержал угрызений совести и, к примеру, сиганул с моста? В общем-то ничего. Однако щенячий взгляд и покорность благоприятно сказывались на настроении Пака, который так и не решался нанести смертельный удар. Плюс усталость дала о себе знать. В голове буквально всё мутнело и плыло. Поэтому, запугав парня, Чимин взял его буквально в заложники и отвёз на квартиру, о которой никто не знал. Крепко связав пленника на стуле, Пак отправил матери смс о том, что переночует у друга и, сунув под подушку пистолет, уснул чутким и тревожным сном.

***

За окном уже светало, когда Чимин разлепил веки и тут же пожалел об этом. Его мутило похлеще, чем от самого забористого похмелья. Гул в ушах не прекращался, а только лишь нарастал. Каждая клеточка тела будто взрывалась маленькими петардами, распространяя боль от крепатуры. Он обязательно проклянёт своего тренера, но это будет позже. Сейчас Чимину было необходимо привести себя в порядок. Приняв ледяной душ и почистив зубы, он, держась за ноющую и пульсирующую голову, зашёл на кухню и наполнил кружку водой из под крана. Увидев противный коричневый оттенок, Пак отшвырнул её в раковину и тут же поморщился от ужасно громкого звука, когда та разбилась вдребезги. Не став убирать осколки, Чимин заглянул в холодильник и к своему счастью обнаружил там бутылку воды. Выпив её залпом, он закусил вяленым мясом, чтобы усмирить сжимающийся в спазмах желудок, который переваривал сам себя вторые сутки, извергая желчь в пищевод. Удовлетворив базовые потребности, Пак, наконец, вспомнил, что находится в квартире не один, и пошёл проверить пленника. Обнаружил он его на полу, вместе со стулом, от которого ему не удалось отвязаться. Пак был профессионалом в своём деле, поэтому даже в том катастрофическом состоянии, в котором пребывал вчера, смог качественно выполнить свою работу. - Удобно? – фыркнул он, наблюдая сверху, как Мин, распластавшись на полу, не может пошевелиться от того, что у него всё за ночь затекло. - А ты как думаешь? Раз лежу, значит, удобно, - отзеркалил интонацию Юнги. - А ты забавный, - Чимин присел рядом на корточки и приподнял его голову за подбородок. - Ага. Оборжаться и не жить, какой смешной, - злобно пробубнил пленник. - Слишком острый на язык, - цокнул Пак, прищурившись. В его голове зрел план, не предвещающий Мину ничего хорошего. - Ну, так убей меня и дело с концом, - устало посмотрел на него связанный парень. - Странно... Вчера ты буквально умолял меня оставить тебя в живых. - Это было давно и неправда, - буркнул Мин, который сейчас явно испытывал физические страдания от впившихся в кожу жёстких верёвок и лишившихся нормального кровотока конечностей. - Знаешь, а я хотел обрадовать тебя тем, что, кажется, нашёл способ, как сделать так, чтобы тебя не пришлось убивать, - задумчиво протянул Чимин, считывая палитру эмоций, табуном сменяющихся на лице Мина. - Что... Что ты имеешь ввиду? Ты же врешь! Так не бывает. Это какая-то уловка? Сначала Юнги испытал облегчение, затем в его сердце закралась надежда, но потом он рассердился на то, что так легко поверил убийце, после попытался отогнать от себя лучик веры в то, что сможет выбраться из этой передряги, но у него не получилось. Глубоко внутри Мин почему-то уже начал считать, что жизнь сегодня не покинет его настрадавшееся тело. Вопрос только в том, чего хочет от него профессиональный киллер? Он же обычный офисный клерк! Даже за информатора не сойдет. Какая от него может быть польза? - Сперва нам нужно усадить тебя нормально, - сказал Пак, хватаясь за спинку стула и возвращая его в исходное положение. Юнги что-то невнятно крякнул и отклонил голову назад, разминая затёкшую шею, которая несколько часов не двигалась. Чимин залип не в силах оторвать взгляд от идеально ровной фарфоровой белой кожи. Вены на шее вздулись, и ясно очерчивалась бьющаяся жилка. Линия подбородка при таком наклоне выглядела весьма привлекательно и маняще. Пак закусил нижнюю губу, пытаясь вернуть контроль над разумом. - Так чего ты хочешь от меня? – задал напрямую вопрос Мин. - Ничего такого, - пожал печами Пак. – Тебя. - Чего? – опешил Юнги, подавившись воздухом и начав шумно откашливаться. - А что такого? Сейчас редко встретишь такую возможность. А у тебя, как ты уже понял, нет выбора... – ядовито усмехнулся Чимин. - Нет! Не вздумай! Нет! Я буду кричать! Помог... Но Пак уже подскочил, затыкая ему рот. - Думаешь, что тебя кто-нибудь услышит? Это навряд ли. Мы в промышленной зоне. Тут давно никто не живет. Дом пустой. Кричать бесполезно. Ты только меня разозлишь. Знаешь, что бывает, когда я злюсь? – Чимин извлёк из кармана складной нож. Мин побледнел ещё сильнее, когда ощутил, как острое лезвие обожгло холодом его щёку. - Будь паинькой. И ничего страшного не произойдёт, - прошептал на ухо Пак, усаживаясь ему на колени и убирая руку со рта. - Лучше убей, - зажмурился Мин, ожидая удара ножом. - Это скучно, - щёлкнул языком Пак. – Убить я всегда успею. - Не надо... Это же хуже смерти... Я всё равно потом не жилец. Меня ликвидируют... – от ужаса в горле Юнги встал ком, и парень начал хрипеть. - Не ликвидируют, если я помогу. У меня есть кое-какие связи... – продолжал шептать на ухо Пак, начав расстегивать офисную белую рубашку. - Я не хочу... Не надо... – замотал головой обездвиженный пленник. - Тихо! – рыкнул Чимин, фиксируя его за подбородок. – Всё равно будет так, как я хочу. Если будешь дальше меня злить, то я потом выпущу тебе кишки, а если будешь вести себя нормально, то продолжишь жить своей никчёмной жизнью как прежде. Усёк? - Мгхм... – попытался вырваться Мин из цепкой хватки, но не получилось. - Упрямый... Ладно, у тебя пока ещё есть время одуматься, - сказал Пак и впился в его тонкие побледневшие губы поцелуем. Тот дёрнулся, как от разряда тока, выгибаясь в спине, но это никак не помогло. Верёвки прочно фиксировали его тело к стулу. Чимин уже вошёл в раж, позволяя всем своим демонам выйти наружу. Он кусал чужие губы до кровоподтёков, ласкал языком, то углубляя поцелуй, то отдаляясь. Мин не оставлял попытки сопротивляться, но бился, как рыба об лёд, такой же холодный и беспощадный. Ему хотелось вопить от своей беспомощности, но всё, что мог парень – это хрипеть и скулить, моля, чтобы эта пытка, как можно скорее закончилась. Пак же искренне наслаждался происходящим, растягивая чужую агонию. И только когда по щекам Мина заструились солёные слёзы, Чимин отстранился. - Фу, не люблю эти сопли. Прекращай! - Оставь меня в покое! – прокричал Мин. Пак снова закрыл ему рот ладонью и приблизился к заплаканному лицу. - Ещё не понял? Твои желания ничего не значат. Я бы с удовольствием перерезал тебе связки, чтобы ты не шумел, но боюсь, эта операция слишком быстро приведёт к фатальному финалу. А я люблю долго играть. Так что не ори. Юнги попытался что-то возразить, но получил весьма ощутимый удар в живот и согнулся, насколько ему позволяли верёвки, издав болезненный стон. Мин затих, сконцентрировавшись на глухой пульсирующей боли, распространяющейся от брюшной полости. Зажмурившись, он желал потерять сознание, но этого не происходило. Пак тем временем закончил расстегивать его рубашку и выцеловывал обнажённую кожу, ставя засосы, на шее. Солоноватый привкус приятно ложился на язык, Пак дурел от ощущения власти и распространяющейся по венам похоти. Руки спустились ниже, пальцы надавили на больную точку и Чимин услышал новый болезненный стон, который сейчас ласкал его уши. - Можешь же вести себя нормально, - с ухмылкой сказал Пак. - Катись к чёрту, - закатывая глаза и отклоняя голову назад, сдался Мин. - Так покатимся же вместе! – злобно расхохотался Чимин. Поняв, что верёвка ему сейчас только мешает, Пак принял решение, развязать своего пленника. Оказать сопротивление тот бы не смог, потому что у него затекли ноги и руки. Распутав узлы, Чимин, закинул себе на плечо тело Юнги, а потом уложил его на разобранный диван, на котором спал. - Остановись, прошу... – подал голос Мин, который до сих пор изображал марионетку. - Ой да ладно, не ломайся. Тебе понравится, - отмахнулся киллер. - Не понравится. - В смысле? – удивлённо вскинул бровь Пак. - В прямом. - У тебя что, уже был опыт с мужчинами? - Нет! – резко ответил Юнги. - Не ори, - поморщился Чимин. – А с женщинами? - Что? – попытался скосить под дурачка тот. - Сколько было женщин? – продолжил выпытывать Пак. - Тебе какая разница? – прикрыв глаза попытался уйти от ответа Юнги. - Что, вообще не было? – опешил Чимин. - Не твоё дело... - О-о, как раз-таки моё, дорогуша! Это очень важно! А-ну, быстро отвечай! - Что, если нет? – всё ещё не открывая глаз отвечал вопросом на вопрос Мин, который крайне стеснялся этой темы. - Нет – это значит не было секса вообще? - Допустим, что так, - сжав губы в узкую нитку, ответил Мин. - Нихрена се мне попался амурский тигр! Да ты вымирающий вид! Сколько тебе лет? 23?25? - Двадцать четыре... – мрачно пробубнил Мин. – Может всё-таки отпустишь? В качестве сострадания к вымирающему виду? - Нет. Сострадание я проявлю по-другому. Не дёргайся, - Пак заметил, как тело того снова напряглось, - тебе понравится. - Не понравится, - сморщился Юнги. - Сейчас и проверим, - усмехнулся Чимин и стянул с него рубашку, откинув в сторону. Проведя подушечками пальцев по плоскому животу, Пак отметил, как прикольно напрягаются мышцы пресса. Обойдя болезненную область после своего удара, Чимин опустился ниже, в сторону ширинки и расстегнул её. Мин плотно стиснул зубы, пытаясь снова позорно не разрыдаться и не начать умолять не трогать его. Пак, то ли проникнувшись своим открытием, то ли из любопытства решил сменить тактику. Он продвигался поглаживаниями от плеч к бокам и дальше к низу живота, будто бы прощупывал почву, изучал и запоминал реакции. Но её почти не было. Изредка Мин вздрагивал, когда ему было щекотно. Но Чимин проявлял несвойственное ему терпение и продолжал играть с ним, медленно расслабляя и убирая напряжение. Затем он подключил пухлые губы и позволил себе спуститься ниже. Судорожный вздох стал знаком того, что парень готов. Пак усмехнувшись с видом змея-искусителя начал медленно и плавно поглаживать сквозь ткань трусов член своего пленника. Грудная клетка того вздымалась вверх и опускалась чаще обычного. Дыхание сбилось, но лицо по-прежнему не выражало никаких эмоций, а глаза были плотно сомкнуты. - Ты когда-нибудь делал сам себе приятно? – спросил Чимин, поднимаясь к его лицу, но рукой продолжая ласкать сквозь ткань. - Что? – будто в тумане, спросил тот. - Я спрашиваю, ты дрочил? Мин скривился от этого вопроса, но глаз не открыл. - Ну? – нетерпеливо повторил вопрос Пак и чуть сжал его член, чтобы простимулировать к ответу. - Допустим, что да, - нехотя ответил Мин. - Как ты это делал? - Ты больной? Прекрати задавать такие вопросы! – недовольно зашипел Юнги. - Ишь ты, дикий котик, - тихо захихикал над его реакцией Чимин. – А ты делал вот так? Пак круговыми движениями огладил подушечками пальцев головку, и заметил, как бёдра парня чуть приподнялись навстречу. - Или может быть так? – продолжил дразнить Чимин и, плотно обхватив, провёл рукой до основания члена. - Мгх... – только и смог выдавить из себя Мин. - Это же элементарно! Ты точно не из монастыря сбежал? - Мне было неприятно! – огрызнулся Юнги. - А сейчас? – Чимин продолжал оглаживать его задевая чувствительные точки, то ускоряя, то замедляя движение руки. - Я... Чёрт... – дыхание парня окончательно сбилось, в голове всё смешалось, и он не мог дать внятного ответа. - На что ты это делал? - В смысле? - Ты смотрел порно? - Прекрати задавать такие вопросы! – Юнги начал заливаться багрянцем. - Ты безумно милый, когда смущаешься, - Пак не удержался и чмокнул его в щёку. Тот лишь мотнул головой в сторону. - Вредина, - сморщил нос Чимин. – Так на что ты дрочил? - Отвали, извращенец! – огрызнулся Мин. - Я же тебе помочь пытаюсь. Если представишь то, что смотрел, то будет легче... - Не будет. Сказал же, что мне не понравилось. - Да что ты там такое смотрел? Расчленение котёнка? - Кретин! – Мин настолько разозлился, что открыл глаза и попытался прожечь гневом парня, который только и ждал того, чтобы установить зрительный контакт. Юнги, сам того не поняв, угодил в хорошо расставленные сети. - Многие бы с тобой не согласились. Так что ты там смотрел? – Пак затягивал его омутом своих глаз и не давал возможности ни отвернуться, ни как-либо иначе прервать зрительный контакт. - Обычное видео. Девушка и парень. Потом просто девушка... – нехотя ответил Юнги, стесняясь каждого слова. - И что? Вообще не торкнуло? – удивился Пак, не прекращая медленно распалять парня под ним. - Вообще нет. Мне это не интересно, - фыркнул Юн. - Я вижу, как не интересно, - усмехнулся Чимин, чувствуя, как тот неосознанно толкается навстречу его руке. - Я... – Мин испугался, заметив свою реакцию, и нервно сглотнул пытаясь отстраниться и прекратить то, что с ним сейчас происходило. - Тише... Не бойся. Всё нормально, - увещевал Пак, понимая, что тот не сможет оказать сопротивление ввиду того, что конечности ещё не вернули подвижность. - Что ты со мной делаешь? – обеспокоенно спросил Юнги. - Ничего необычного. Я просто делаю то, что тебе нравится. Видишь? Пак провёл вдоль члена, а затем сосредоточился на самых чувствительных местах. Мин, как ни пытался, не смог сдержать протяжного низкого стона. - Знаешь, мне так нравится больше, - прошептал ему на ухо Чимин, который сам уже ни на шутку завёлся. - Почему? – в исступлении тихо прошептал севшим голосом Юнги. - Что почему? - Почему я так реагирую? Это неправильно. Это грязно! - Дурачок, - хихикнул Пак. – Пропаганда влила вам в уши, что секс – это грязно, и им должно заниматься только для зачатия. Но все знают, что это не так. Ты же не маленький ребёнок, чтобы верить всему, что говорят? Смотри, в жизни всё иначе. Это нормально, просто расслабься. - Не надо... Я не хочу... Хватит... – буквально заскулил Мин, однако его тело требовало совершенно другого. - Мне кажется, что скоро ты будешь требовать, наоборот, чтобы я не останавливался, - ухмыльнулся Чимин, спускаясь ниже. - Никогда, - рыкнул Мин и закусил до боли губу, пытаясь вернуть контроль. Пак же спустил нижнее бельё парня вместе со штанами и пухлыми губами обхватил член, начав ритмично двигаться. Спустя пару минут борьбы Юн сдался и, запрокинув голову назад, громко и протяжно стонал, прося ещё и ещё. Чимин довёл его до пика достаточно быстро и с удовольствием смотрел, как тот пытается собрать своё прежнее мировоззрение по осколкам, но ничего не получалось. - Что это было? – обескураженно на выдохе спросил Юнги. - Тебя только что поимели и тебе понравилось, - беззвучно рассмеялся Пак. – Ладно, не поимели, шучу, - заметив, как тот дёрнулся, попытался сгладить углы Чимин. – Это просто минет. - Но ты же парень. Мне не должны нравиться парни! - А тебе разве нравятся девушки? – утирая большим пальцем губу, спросил Чимин. - Ну да... В смысле... Это они должны мне нравиться... Но... - Тебе понравилось со мной? - хитро прищурился Пак. - Я не знаю... – как потерянный щенок, метался Юн. - Ты кончил, - резонно заметил Пак, взглядом указывая на недавно произошедшее. - Да, но... Это... - Что, переволновался? – рассмеялся Чимин, наблюдая, как того буквально коробит, и он не может найти себе оправдание. - Я не могу... Я не могу быть дефектным! Я же был нормальным! - Когда ты был нормальным, дорогуша?! – Пак в мгновение ока вышел из себя и метнувшись вверх больно схватил пленника за основание шеи, сжав пальцы, как коршун, впившийся в добычу. - Шшш... Мне больно, - зашипел Юнги. - Мне тоже, - безумный взгляд Пака говорил сам за себя. – Думай, что несёшь. - Стоп... Ты что, обиделся? – Мин распахнул глаза от удивления. - Ещё чего, - сморщил нос Чимин. – Так, ты получил удовольствие, теперь моя очередь, - резко перевёл тему он. - Что? НЕТ! Не трогай меня! – забился Мин, мышцы которого начали приходить в тонус. - Не дёргайся! – рявкнул Пак. – Ты уже попал, понимаешь? Ты уже не пройдёшь ни одну проверку. Так что просто дай мне то, что я хочу. Тебе тоже понравится. - Но... – было начал возражать Мин. Чимин не дал ему начать очередную тираду и приложил указательный палец к губам. А затем провёл по ним, оттягивая нижнюю, чтобы потом надавить и проникнуть внутрь, щекоча язык. - М-м... – запротестовал Юн, пытаясь отвернуться. - Не стоит, - шикнул Чимин, придерживая за подбородок одной рукой, а пальцами другой проникая в рот, погружая их в вязкую слюну. Мин попытался его укусить, но тут же вскрикнул от боли, когда Пак надавил ему на суставы челюсти. - Хотя да, тут ты прав... Слюна – это полная хрень, а не смазка. Она быстро сохнет и совершенно не подходит. Жди здесь и никуда не уходи. Ах, да, ты же не можешь, - язвительно сказал Чимин и рванул к своему чёрному рюкзаку, из которого извлёк небольшой бутылёк. Мин с видом загнанного зверя наблюдал за происходящим. Он всё ещё не мог сопротивляться и сбежать, хотя чувствовал, что может слегка двигать руками и ногами. - Никогда не знаешь, что пригодиться, - криво усмехнулся Пак, тряся в руках бутылёк. - Что это? – Юн переводил взгляд с лица киллера на то, что он держит в руке. - Конечно же смазка, - словно неразумному дитю растолковал Чимин. - Что ты собираешься делать? – Юн напрягся, слегка приподнимаясь вверх, тщетно пытаясь отползти. - Ой, уймись, уже не весело, - отмахнулся Пак, снимая с себя футболку через голову. Юнги на какое-то время потерялся, жадно изучая взглядом каждый рельеф накаченного молодого тела. У Пака было добротных шесть кубиков на прессе, хорошо прокаченные боковые мышцы и даже внизу живота, которые смотрелись просто улётно. Мин даже мечтать не мог о такой фигуре. По природе худощавый, он предпочёл прозябать в офисе, нежели бороться в спортзале за вожделенные кубики. Но Чимин выглядел как греческий бог. В полумраке можно было разглядеть татуировку на рёбрах «Nevermind». Пока Юнги заворожённо смотрел на него, что не ускользнуло от внимательного Пака, которому это, несомненно, польстило, он стянул с себя штаны вместе с боксерами. Мин в этот раз решил отдаться на волю судьбы, и будь что будет. Но того, что произошло дальше, он никак не ожидал. Открыв крышку бутылька, Пак выдавил содержимое себе на руку и, широко разведя ноги в стороны, стоя на коленях на диване, начал сам себя растягивать. Юн чуть слюной не подавился от этого зрелища. Чимин двигался плавно, в то же время ритмично, иногда переходя к более энергичным действиям. Он оглаживал свой торс, играл с сосками, полностью отдаваясь чувствам. Мин буквально физически ощутил потребность прикоснуться к нему, почувствовать теплоту тела, мягкость кожи, её вкус. Облизнув губы, он уже в красках представлял всё, что хочет сделать с этим подкаченным и невероятно красивым телом напротив, но Пак начал действовать первым. Придвинувшись ближе, он посадил его, опирая спину на подушки, сам сел сверху, позволяя руками обхватить свои бёдра, и начал медленно насаживаться на вновь вставший член Мина. - Чёрт, - простонал сквозь стиснутые зубы Юн, на очередном глубоком толчке. - Не сдерживайся, - придерживая его за шею, потребовал Пак. - Блять, да что ты творишь?! – выругался Мин, когда его партнёр прогнулся в спине и насадился ещё глубже. - Вот так. Мне нравится, когда ты ругаешься, - откинув голову, постанывал Чимин. Юн не смог ответить ничего вразумительного, да этого от него и не требовали. Чимин разошёлся по полной, то полностью поднимаясь, то опускаясь до самого основания, постоянно наращивая темп. - Да с-сука! Блять! Я так с ума сойду! – стонал Мин, цепляясь побелевшими пальцами в ягодицы, на которых точно останутся следы. - А ты не такой невинный ангел. Продолжай, - с неизменной усмешкой, подначивал Пак, который немного выдохся и решил поумерить пыл. Юнги лишь рыкнул и дёрнулся вперёд, подминая парня под себя, начав входить, ускоряя темп. Пак цеплялся короткими ногтями за его шею, плечи и спину, оставляя тонкие красные полоски, совершенно потерявшись в океане ощущений, накрывающем с головой. Мин не обращал внимание на слабость и покалывание в руках и ногах, сейчас пережатые сосуды из-за верёвки его беспокоили меньше всего. Чимин стал сосредоточением всех его интересов. В каждом его вздохе, движении, реакции он находил для себя истинное наслаждение. Он будто смаковал его, часть за частью, каплю за каплей, как драгоценное коллекционное вино, которое внезапно обрёл и открыл для себя его вкус. После этого ничего уже не может быть как прежде. Тело обоих пронзила сладостная судорога. Чимин выгнулся, протяжно застонав, принимая в себя Юнги полностью. Тот не сдержался и, вцепившись зубами в нежную ключицу, излился в него. Пак кончил следом, обнимая его за шею, а затем прижимая его к голову к своей груди, наконец, впервые за долгое время смог крепко уснуть.