13 карт + вселенная Гарри Поттера =...

* * *

Зонтик проснулся за полчаса до подъема. Спал он тревожно, но всё же спал. Первое, что он сделал — это проверил время, конечно же, и отправился умываться, чистить зубы и приводить волосы в порядок. Привычная процедура заняла около пяти минут и вот он уже переодевается в школьную форму. С соседней кровати послышалась возня и вот из полога на свет солнца вылезла заспанная моська Феликса. Зевнув, он раздвинул полог и подпрыгнул к окну, открыв его нараспашку. По комнате прошелся теплый свежий воздух. Блондин довольно зажмурился. — Сколько времени, Зонтик? — спросил проснувшийся Невилл. — Осталось пять минут до общего подъема. Мальчик сонно кивнул и, подхватив вещи для личной гигиены, быстро пошел в душ. Как оказалось, он был общий и что-бы ты спокойно помылся и умылся, нужно либо встать рано, либо же ждать когда им все воспользуются, но ты из-за этого опоздаешь. — А ты будешь умываться? — спросил через десять минут Невилл, одеваюсь в школьную форму. — Я уже умывался, — ответил сидячий на заправленной кровати Зонтик. Общий подъем уже произошел, но проснулось не так много учеников. В основном проснувшиеся засыпали прямо на ходу. — Надо бы разбудить Гарри и Рона, а не то нарваться на проблемы в первый же день учебы, — вздохнув, тихо сказал голубоволосый, когда Феликс вышел умываться. Встав, он подошел к кровати брюнета и через секунду нерешительно раздвинул полог. Гарри нахмурился и завозился из-за внезапного света. — Гарри, давай вставай, — сказал Зонтик. — Ещё пять минут... Теперь мальчик понимал Алебарда, который иногда его будил. Выдохнув, голубоволосый попытался ещё раз. — Гарри, давай вставай. Общий подъем прошел уже как десять минут назад, — однако слова опять не произвели на друга нужного эффекта. Вздохнув ещё раз, уже пытаясь успокоится, Зонтик продолжил уже строгим голосом, — если ты сейчас же не встанешь, то мне придется позвать Драко Малфоя, чтобы он тебя разбудил! — Н-не надо его звать, Зонтик! — пискнул вмиг проснувшийся брюнет. — Да я и не собирался, — ответил ему мальчик, — но ты не просыпался и мне пришлось так сказать. В следующий раз мне придется поставить будильник. Гарри облегчённо выдохнул и откинул одеяло. Прикрыв рот рукой он зевнул. — Сколько времени? — У нас ещё есть время чтобы позавтракать, получить свое расписание и найти кабинет, — ответил голубоволосый, — иди лучше умойся и попытайся расчесаться, а я буду будить Рона. Гарри кивнул и вышел из спальни. С рыжеволосым Зонтик провозился дольше. В отчаяной попытки разбудить, он сказал, что если тот не проснется, то не сможет позавтракать. Рон открыл глаза как по команде, вскочил и принялся переодеваться. Голубоволосый удивленно на это посмотрел и сделал мысленно заметку, что лучше всего в редких случаях упоминать еду при Роне. Дождавшись, когда Гарри с Роном соберутся, они дружно вышли из спальни. У выхода из гостиной их уже ждали Феликс и Невилл. — Ну что вы такие медленные как черепахи! — возмутился блондин, — я голоден как кит, давайте уже быстрее! Всю дорогу до большого зала они прошли в тишине. К нему, в основном, вёл Зонтик так как оказалось что почти никто не запомнил дорогу. Прошли они без происшествий. — Овсянка? — удивленно спросил Рон и скривил лицо, — не люблю овсянку, — недовольно сказал он. — Лучше поесть, до обеда далеко будет, — сказал Гарри. Сев за стол, голубоволосый взял свою порцию овсянки с кусочком масла и тост с малиновым джемом. Увы, но чая не было, был только тыквенный сок, который он не переносит. Да и не сочетается он. А вот Феликсу было все равно. Он с радостью уплата то, что было, да и выглядит он в целом бодро, невольно вызывая зависть у сонных сокурсников и учеников других факультетов. Бодрым был не только Феликс. Ромео, Куромаку, Данте, Пик и Риккардо тоже было бодрыми. Хотя, от последних двоих веяло раздражением, больше всего именно от рогатика. Видать, ему в соседи попался Вару. — Вот ваше расписание, — раздавая листочки с предметами, сказал профессор Нечитайло. Раздавал он не только расписание для Гриффиндора, но и для Пуффендуя, Рейвенкло и Слизерина. — Что у нас по расписанию? — спросил жующий тост Феликс заглядывая в расписание у Зонтика. — После завтрака у нас Трансфигурация до 10. После Травология до 11 и История магии до обеда, — ответил Зонтик. — А после? — После? Ну, мы свободны, — неуверенно произнес голубоволосый. — Вот здорово! — воскликнул блондин, — значит я смогу встретится с Ромео! Я так по нему соскучился! — Но ведь вы виделись только вчера, — Зонтик нахмурился. — Ну и что? — недоуменно спросил Феликс. Голубоволосый выдохнул. Через секунду окна открылись и в зал влетела целая орда сов. Рядом сидячий Гарри удивленно на это посмотрел. Совы сначало покружили по большому залы — выискивая своих хозяев, — и кидали письма с посылками прямо в них и улетали. Некоторые совы, конечно, не были настолько ленивы и подлетали к своим хозяевам, правда таких было мало. Ворон довольно сильно выделялся среди сов. Зонтик сразу же узнал его, как и Питч своего хозяина. Голубоволосый поднял руку и на предплечье элегантно уселся Питч не царапая рукав. Мальчик почесал ворона по голове и дал ему тост, тот принял его с удовольствием. Отвязав письмо, он помедлил. Открывать? Иль не открывать? Зонтику было страшно читать письмо от брата. Он боялся. Он боялся, что тот в нем разочаровался. Ох, голубоволосый так боялся. Ему также страшно думать о дальнейших развитиях событий. — Пока не откроешь письмо — никогда не узнаешь, — сказал Феликс кормя тостом своего сыча. Поджав губу, он дрожащими пальцами все же открыл письмо и с замершим сердцем начал читать.

Дорогой Зонтик, Я рад, что ты доехал без происшествий. Да, я помню о твоем знакомом. Скажу сразу, он будет для тебя неплохим другом, если он, конечно, сильно не пошел в своего отца. Я имею ввиду, он не позаимствовал худшие его качества. Насчёт Уизли и Долгопупса я ничего не могу сказать, но вот с Грейнджер держи дружеские отношения и поддержи в трудный для неё момент. Хоть сейчас и смягчилось отношение к маглорожденным, но остались чистокровные. К примеру те же Малфои. Кажется мне, что это ей пойдет на пользу. Я могу с уверенностью тебе сказать, что ты можешь спокойно доверять профессору Нечитайло. Обращайся к нему, если на факультете (и не только на нем) что-то будет происходить. Он всегда поможет. Гриффиндор?..

Зонтик зажмурился словно готовясь к удару. Его страх и волнения только усилились на этом моменте. Было страшно продолжить чтение. Может, там будет то, о чем он думал? Ведь так?.. Боже... Как же с҉т҉р҉а҉ш҉н҉о҉.̴̴.. И что ему делать сейчас? Не читать? Но ведь тогда он так и не узнает о чем писал Алебард и будет недоумение и непонимание в их общении. Продолжать тоже было страшно. Просто жуть как страшно. Зонтик помотал головой и открыл глаза, выдохнув. Было слишком страшно продолжать чтение, но... Действительно, что может произойти, если он продолжит? Не конец света, ведь? Верно?

... Ты, наверное, сейчас напуган, верно? Пф, это из-за того, что наши предки учились только Рейвенкло? А ты знаешь причину этому? Скорее всего, нет. Как и я собственно. Может быть, это из-за того, что другого пути у них не было? Или же он был, но из-за страха позора и сжигания с семейного древа, они выбирали Рейвенкло? Может быть, очень давно кто-то осмелился и пошел на другой факультет? Довольно много теорий... Но, как я и сказал, даже я не знаю, так что упустим тему. Я все также продолжу тебя любить, Зонтик. И мне плевать на какой факультет ты попал. Ты — мой младший брат. «Старший обязан заботится о младшем...», так ведь у нас написано, помнишь? Да и у Шляпы, я уверен, были какие-то причины что-бы поступить так. Я попытаюсь скрыть твое распределения от родителей, так что расслабься, наслаждайся учебой и проводи время со своими старыми-новыми друзьями. Если тебе будет что-то нужно (хоть тот же совет) — обязательно напиши. С любовью, Алебард.

Зонтик пораженно замер после прочтения письма. На душе резко стало так легко, словно он одуванчик летающий по воздуху. Словно и не было того болезненного и тяжелого чувства, сжимаемого грудь и голову. — Ну что там? — спросил Феликс, наклонившись к голубоволосому, — я же говорил что он все поймёт! По другому ведь и не может быть! Хи-хи, а ты переживал! — Д-да, пожалуй, — тихо сказал Зонтик и уже громче добавил, — надо уже отправляться на занятие, а то не успеем найти кабинет. Блондин согласно кивнул и подхватил сумку.

* * *

— Первокурсники! Заходим, — сказал профессор Нечитайло открыв дверь в аудиторию и впуская туда учеников. Когда ученики расселись, он немного пошарил у себя на столе. Выпрямившись он хлопнул в ладоши, призывая учеников к тишине. Подействовало это сразу же. Крашлянув в кулак он заговорил: — Хоть я и представился на распределении, но я повторюсь. Фёдор Нечитайло, но для вас я профессор Нечитайло. Представившись повторно, он обвел аудиторию взглядом. Увидев, что все обратили на него внимание он продолжил: — Трансфигурация — это очень сложная и строгая дисциплина изучающая магические способы превращения одних предметов в другие, неживых предметов в живые и наоборот, а также одни живые объекты в другие. Сейчас я продемонстрирую вам сложную трансфигурацию высшего уровня. Сказав это он взмахнул палочку выводя ею что-то в воздухе и стол превратился в огромную свинью. По аудитории пронёсся восхищенный вздох. Хмыкнув от их реакции, профессор вернул стол обратно в первоначальный вид. — То что я вам сейчас показал, вы будете способны сделать так же, если продолжите изучать эту дисциплину более углубленно и долго. Как минимум у вас уйдет около десяти лет, если вы, конечно, не одарены ею, не терпеливый и не будете мешать друг другу. Трансфигурация очень требовательна к концентрации. Если вы хоть немного отвлечетесь, то обязательно что-то пойдет не так. Даже если вы будете знать форму, правильно махать палочкой и даже знать сколько потратите магии, малейшее отвлечение — и результат будет не такой, какой вы хотели. — А что чаще всего происходить, если отвлекаешься? — Чаще всего?.. — профессор потер подбородок, — когда вы будете превращать, к примеру, крысу в кувшин, то этот самый кувшин будет иметь шерсть, хвост и испуганно пищать. А вы?.. — Гермиона Грейнджер, — подсказала девочка. — Прежде чем спрашивать, пожалуйста, поднимайте руку, мисс Грейнджер. И это не только к вам, — сказал профессор и отвернулся к доске выводя сложные названия, — а теперь, давайте запишем несколько терминов и формулу, которую вы будете использовать сегодня. Записав очень сложные и непонятные слова (хоть профессор и записал на доске эти самые сложные слова — переписывать их было очень трудно), а также ту самую формулу, они приступили к практике. — Не расстраивайтесь, если у вас на этом занятии не получится превратит спичку в иглу. Это только первое занятие у вас, а на последующих, те у кого не получилось, могу продолжить, ну и, конечно же, те у кого получилось частично или же не полностью. — Сказал профессор, раздав первокурсникам по спичке, — да, мисс Грейнджер? — А можно практиковаться в свободное от занятий время? — Можете конечно, но даже не пытайтесь принести мне реальную иглу, — ответил насмешливо он, — если вы действительно практиковались и у вас даже есть доказательство, вам все равно придется превратить спичку в иглу, но уже при мне и всем классе. Несколько учеников сразу же поникли, видать, они действительно хотели так сделать. Зонтик принялся осматривать спичку. Спичка как спичка, сама обычная. На словах превратить её в иглу звучит легко, но на деле сложно. Конечно, он ещё даже не начинал, но уже чувствует, что делать это он будет долго. Хоть он и чистокровный. Скосив взгляд на рядом сидящего Феликса, что с огромным энтузиазмом выводил формулу и пытался сделать из спички — иглу. Выходила у него не очень (точнее — никак), но он только с ещё большим энтузиазмом повторял движение. Зонтик успел подметить у него некоторые ошибки в выведении формулы. Невольно, он стал комментировать его действия. — ... На этом месте ты должен был поднять палочку чуть выше... А здесь нужно было немного на угол... А здесь ниже... — Тогда сам и попробуй, Зонтик! — недовольно надувшись, сказал Феликс, — это действительно сложно. Ты не начинал даже, а уже помечаешь мои ошибки и даже стал комментировать, как тот зануда Куромаку. — М-могу я! — нахмурившись, чуть запинаясь, ответил Зонтик. Это, конечно, не было обидно и его никак не задело в начале, но упоминание о Куромаку, невольно заставило внутри возмутится, хоть внешнее это никак не отразилось. Взмахнув элегантно палочкой, он вывел формулу и громко икнул от неожиданного результата, чуть не свалившись спиной на пол. Ученики удивленно обернулись на звук, как и профессор, что стоял возле одной из учениц и, видимо, что-то ей объяснял. — У вас что-то случилось, мистер Мелтон? — спросил он и не дожидаясь ответа подошел к их парте. Слегка наклонившись, профессор чуть нахмурился и взял в руки интерисуемый его объект. — Удивительно, — сказал он, вглядываясь в почти-иглу. Она действительно выглядела как игла, правда, её выдавали некоторые неровности и едва заметные щепки. Сама она была серебрянного цвета и на ощупь была почти гладкой. Обычная, потрепанная жизнью игла, сказал бы кто-нибудь, особо не вглядываясь в неё. «Должно быть, мистер Мелтон пошел на поводу какой-то эмоции и его магия, повинуясь его желанию, выполнила то, что было нужно. Удивительно,» — подумал профессор, переставая хмурится, — «в таком возрасте, магия почти перестает реагировать на эмоции, чувства и желания своего хозяина. Так как тот, неосознанно, от неё отгораживается и забывает, что она, так сказать, "заботилась о нем". Это в детстве магия очень сильно реагирует на чувства хозяина и его прихоти. Недаром же она называется "стихийным выбросов". Она также как и стихия — внезапна, а иногда и разрушаема. Вот только, почему у мистера Мелтон она до сих пор реагирует на него? У чистокровных магия перестает реагировать значительно позже, чем у полукровок и маглорожденных,» — спросил он у себя, — «нет, пожалуй, отложу этот вопрос на потом.» Зонтик испуганно взглянул на профессора, но тот лишь кивнул и улыбнулся. — Довольно неожиданный результат на первой же попытке. Конечно, этой игле ещё далековато до "идеальной", но результат уже радует. Рекомендую вам продолжить практику, чтобы закрепить этот результат и, возможно, даже сделать идеальную иглу. 15 баллов гриффиндору, — сказал профессор Нечитайло и отдал полу-иглу мальчику, — продолжаем практику, не отвлекаемся! — Это как вообще? — недоуменно спросил Феликс и через секунду стал воодушевленно осматривать полу-иглу, — но это выглядит так удивительно! — Д-да, пожалуй... — Ну чего ты опять закуксил, Зонтик? — спросил у него блондин приобнев за плечи, — радоваться тебе нужно, что у тебя прям с первого раза получилось, хоть и не до конца, конечно, но это уже гиганский результат! — Д-да, пожалуй, — согласился с ним голубоволосый, смущенно улыбнувшись. Под конец занятия, частично превратить спичку в углу получилось у Зонтика, Гермионы (у неё спичка заострилась и была, в целом, гладкой, цвета меди) и той девочке, которой профессор что-то объяснял. Как сказал сам Нечитайло, это довольно удивительный результат на первом же занятии. Особенно у Гермионы, что была маглорожденной.

* * *

Следующие два занятия прошли также спокойно. На Травологии Зонтик, к его счастью, не выделился как на Трансфигурации. В основном они записывали и смотрели на растения, которые им показывала профессор Стебль*. В целом, урок был интересным, по мнению Зонтика. А вот урок Истории магии... Действительно был спокойным. Как оказалось, этот предмет ведёт призрак Катберт Бинс, который обладает поистине удивительной способностью — усыплять учеников своим безостановочным и бесцветным бубнежом. Все ученики буквально отрубились, словно от сонных чар. Единственными учениками, на которых не действовали его "чары" были: Гермиона и Феликс, также частично Зонтик, но он не засыпал только усилиями своего друга-оптимиста. Звонок с урока был долгожданным для голубоволосого и блондина. Больше всего для последнего. Феликс вообще ненавидел долгое время сидеть без дела. Он и рад бы посидеть несколько часов на Трансфигурации за практикой, но вот на Истории магии... Это было для него словно самая настоящая пытка (ну, это как бы неудивительно для такого, как он). Поэтому, Феликс сразу же вылетел из аудитории, словно птица на свободу, и потащил за собой Зонтика искать друзей. Блондин хотел увидеться с Ромео, а голубоволосого взял с собой «чтобы развеялся, а то ты кислый как лимон», так он сказал. Их они искали не слишком долго. Они были на улице почти всей компанией. Куромаку, прислонившись к стволу дерева, что-то вычитывал из учебника «Трансфигурация для начинающих» и выписывал что-то из него в блокнот. Ромео что-то сочинял сидя под тем же деревом, но уже с другой стороны. Данте сидел в позе лотоса и, кажется, медитировать. Габриэль, прислонившись к его спине своей, что-то читал в учебнике Истории магии. Чарли что-то рисовал в магловском альбоме карандашом сидя на земле, вдохновение, кажется, налетело. Риккардо же сидел на камне рядом и читал Ежедневный пророк. Не хватало только Пика и Вару. Но как выяснилось от двухцветного: первый пытался отвязаться от вновь прилипшей зеленки, а сама зеленка не хотела отлипать от него. — Возможно, Вару просто им восхищается, — предположил Данте не открывая глаз. — Вполне возможно, — задумчиво сказал Ромео, прикусив кончик белого пера. — Кстати, — отвлекшись от альбома, Чарли повернул голову к стоящего возле дерева Зонтику, — Зонтик, ты не знаешь, почему Шляпа отправила тебя на Гриффиндор? Смотря на тебя в тот момент, у нас было чувство что ты прям там упадешь в обморок. — Я-я не знаю, — сказал немного подавленно голубоволосый и спрятал руки в рукава мантии. Чуть нахмурившись от продолжил, — но, судя по словам Шляпы и письму от брата, Алебард должен был пойти на другой факультет. В воздухе повисла тишина. — В смысле? — спросил Ромео отвлекшись от написания стиха, — судя по его поведению, характеру и другим качествам — он идеально подходит на Рейвенкло. Или нет? — добавил он через минуту нахмурив брови. — У кого-нибудь ещё были затруднения с Шляпой? — спросил Куромаку. — У Габриэля, — ответил за шатена Данте, — ему подходил Пуффендуй, но не так сильно как Рейвенкло. — А у тебя, Ромео? — Нет, у меня такого не было, — отрицательно мотнув головой, сказал любитель розового. Куромаку задумчиво повертел перо и через минутку чуть убито сказал: — Скорее всего у Шляпы были причины, либо же была одна очень серьезная причина поступить так. Что она сказала тебе, перед тем как назвать твой факультет? — С-сказала, что «...но теперь я такой ошибки не совершу,» — чуть нахмурившись ответил Зонтик. Куромаку кивнул. — Скорее всего у неё действительно были причины и, скорее всего, личные. — Ничего не бывает случайным, все имеет первопричину, — сказал Данте. Все были вынуждены согласится с ним. Вот только остался главный вопрос:

Какая именно причина была у неё?

* * *

Первая учебная неделя начала подходить к концу и буквально на следующий день начнутся первые выходные. За всю эту неделю Зонтик, к своему счастью, больше не выделялся так, как было на Трансфигурации и это его радовало. Вот только, омрачал сегодняшний день то, что сегодня первый урок зельеварения. Зонтик, Гарри, Рон и Невилл уже успели наслушаться от старших об профессоре Снейпе. И знайте, отзывались о нем не очень хорошо. Единственным, более и менее позитивным оставался, как ни странно, Гарри. Как оказалось, того очень заинтересовали зелья и он даже успел заранее подготовится к уроку, выучив некоторые понятия и растения на первом параграфе. В целом, он с нетерпением ожидал урока. Хотя голубоволосый уже успел заметить, что профессор Снейп, скорее всего, не очень любит брюнета. Это было ещё мягко сказано. Как сказал сам Гарри ему после урока: «он меня откровенно возненавидел и я не понимаю за что...» . В принципе, его можно понять, по гневному сверлению черных глаз всякий раз, как зеленоглазый попадался Снейпу в поле зрения. Зонтик даже думал, что будь воля самого мужчины, он бы прямо взглядом убил мальчика. Хорошо что он так не умел. Но, как оказал после этого занятия, он мог если пожелает. Однако, давайте все по порядку и перенесемся на два часа назад. — Что у нас там сегодня? — спросил Гарри, посыпая сахаром овсянку. —Два занятия по зельям — заниматься будем вместе со слизеринцами, — ответил Рон. — Занятия ведет профессор Снейп, а он их декан. Говорят, что он всегда и во всем на их стороне, выгораживает их перед остальными преподавателями и ставит им лучшие отметки. Вот как раз и увидим, так ли это. — Но ведь не достаточно просто услышать это у старших? — спросил Феликс залпом выпив тыквенный сок и отставил пустую кружку к пустой тарелке, — они очень убедительно говорили, да и, какой смысл им врать, если они так страдают на его уроках? — Вот именно, что никакой, но убедится лишний раз не будет лишним, — ответил Рон отодвинув тарелку с овсянкой, — блин, не люблю овсянку. Как её вообще возможно есть? Вскоре в зал залетели совы. Питч прилетел без письма, но Зонтик не расстроился. Алебард, скорее всего был очень нагружен. Ворон сел ему на плечо и внимательно смотрел на всех своими удивительно умными, прищуренными и хитрыми глазами. Этим он очень напоминал его брата. К Гарри прилетела его полярная сова — Букля. Но на этот раз не с пустыми лапами, а с небольшим письмом. Тот с нетерпением открыл его и прочел, одолжив у голубоволосого перо, он коряво написал ответ и отдал письмо обратно. — Мне и Зонтика пригласил Хагрид к себе без пяти три, — ответил наконец Гарри, — так же он написал, что я могу взять с собой ещё кого-нибудь. Ты пойдешь, Рон? — Конечно! — Эм, а почему он меня пригласил? — неловко спросил у брюнета Зонтик, — я, вроде как, с ним не знаком... — Он написал что был хорошо знаком с твоим старшим братом и в знак дружбы с ним, он пригласил тебя, как его младшего брата, познакомится с тобой. — Понятно... Позавтракав, ребята отправились к подземелье где и будут проводится их занятие. Первое что они заметили, спустившись туда, это низкую температура. Было холодно. Очень. «И как там слизеринцы ещё живы?» — спросил у себя Зонтик. Когда дверь в аудиторию открылась, ученики быстро заняли места. Голубоволосый сел как обычно с Феликсом. Увы, но то ли случайно, то ли специально, но Вару сел поблизости вместе с Пиком. Точнее, зеленка сам сел поблизости, а Пик уже сам к нему сел, зная что тот попытается пристать к голубоволосому. Снейп, как и Флитвик, начал занятия с того, что открыл журнал и стал знакомиться с учениками. И, как и Флитвик, он остановился, дойдя до фамилии Поттер. — О, да, — негромко произнес он. — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость. Драко Малфой и его друзья Крэбб и Гойл издевательски захихикали, прикрыв лица ладонями. Зонтик чуть съежился, хоть это всё и не было адресованное ему. Закончив знакомство с классом, Снейп обвел аудиторию внимательным холодным взглядом. Было такое ощущение, что вместо глаз у него тоннели. — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он. Снейп говорил почти шепотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Как и профессор Нечитайло, Снейп обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. Однако если Нечитайло контролировал класс очень мягко и дружелюбно, хотя, когда надо он мог и строго, но профессор старался не использовать строгий, холодный тон. Профессор Снейп и профессор Нечитайло словно были противопожностями. Один мягкий, улыбающийся, дружелюбный, но когда нужно строгий. Другой же строгий, холодный, язвительный и очень неожиданный. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения. Потому, многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки. — Поттер! — неожиданно произнес Снейп. — Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни? Чего-чего? Читалось на лице Гарри. В этот момент он напоминал Габриэля. «Разве это мы не начнем проходить на 17 параграфе?» — спросил у себя Зонтик, — «постойте ка... Нет. Это же, случаем, не из книги "Тысяча волшебных растений и грибов"?» — он задумчиво прикупил ноготь большого пальца правой руки. — «Нет, кажется последующие вопросы будут именно из неё. А это?.. Да, из 17 параграфа.» Гарри покосился на Рона, но тот, похоже, был не менее ошарашен вопросом. Зато Гермиона Грэйнджер явно знала ответ и ее рука взметнулась в воздух. — Я не знаю, сэр, — ответил Гарри. На лице Снейпа появилось презрительное выражение от которого Зонтику стало очень страшно. Хотелось спрятаться под стол, а ещё лучше у себя в комнате в особняке, но голубоволосый подавил этот порыв. — Так, так… Очевидно, известность — это далеко не все. Но давайте попробуем еще раз, Поттер, — профессор упорно не желал замечать поднятую руку Гермионы. — Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? — Я не знаю, сэр, — признался он. — Похоже, вам и в голову не пришло почитать учебники, прежде чем приехать в школу, так, Поттер?! Гарри не отводил взгляд и смотрел прямо в эти холодные глаза. Зонтик внутренне недоумевал. Конечно, безусловно важно прочесть учебники, но профессор действительно надеялся, что Гарри выучить всю книгу «Тысячу волшебных растений и грибов»?! Тем более, если он жил в магловском мире? «Или профессор так пытается унизить Гарри при всех?» — неожиданно подумал Зонтик и мысленно нахмурился, — «но зачем? Зачем ему это нужно?»

«Ничего не бывает случайным, все имеет первопричину»

— Хорошо, Поттер, а в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха? Гермиона, не в силах больше сидеть спокойно, встала, вытягивая руку к потолку. — Я не знаю, — тихо произнес Гарри. — Но мне кажется, что Гермиона это точно знает, почему бы вам не спросить ее? Послышался смех. Зонтик оглянулся и понял причину смеха. Смеющийся нашли ответ брюнета довольно остроумным, правда, профессор, кажется, был не согласен. — Сядьте! — рявкнул он, на мгновение повернувшись к Гермионе, — Мелтон! — Д-да, с-сэр?.. — Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни? Зонтик нервно стал оглядывать помещение, этим пытаюсь спрятаться от жуткого сверлящего взгляда профессора. Но тот всё так же продолжал смотреть на него. Голубоволосый буквально чувствовал, что если он сейчас же не ответит то его просто размажут по полу. — Н-н-напиток ж-живой с-смерти?.. — не хуже профессора Квирелла, ответил Зонтик, жутко заикаясь и сильно бледнея. — Верно, — холодно кивнул мужчина, — если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? — В ж-желудке к-козы? — Верно, в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха? — Э-э-это од-д-но и т-тоже рас-с-стение, с-сэр... — Верно. Поучитесь у Мелтона, Поттер! — зашел он не хуже змеи, — а вы чего сидите? Немедленно запишите то, что сказал Мелтон! Все поспешно схватились за перья и зашуршали пергаментом. Но тихий голос Снейпа перекрыл поднявшийся шум. — А за ваш наглый ответ, Поттер, я записываю штрафное очко на счет Гриффиндора. Однако, благодаря вашему другу, факультет получает пять баллов. — Ты в порядке? — очень тихо спросил Феликс, когда профессор отошёл на достаточное расстояние, — выглядишь очень хреново... — Я м-могу д-дотерпеть д-до к-конца урока, — заикаясь и также тихо ответил Зонтик нервно оглядывая стол. У него сильно дрожали пальцы, а сам он побледнел. Блондин очень сильно сомневался в этом, но решил доверится своему другу. В крайнем случаи они могут попытаться отпроситься. Если их, конечно, Снейп отпустит. Для первокурсников факультета Гриффиндор уроки Снейпа обещали быть не самыми приятными. После того как мужчина усадил Гарри на место, произошло ещё кое-что ужасное. Профессор разбил учеников на пары и дал им задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов. Зонтик, к своему счастью, был в паре с Феликсом. Оба они неплохо разбирались в зельях, хоть и в легких и не очень сложных. Голубоволосого обучал зельям Алебард с пяти лет. Мужчина довольно трепетно относился к Зельеварению и пытался привить эту любовь и мальчику, что у него с успехом получилось. Правда Зонтик не настолько понимает зелья как брат, но знания у него были на приемлемом уровне. Меньше "удовлетворительно" он не получит точно. Правда это относилось только к легких и более и менее простым зельям первого по третий курс. А вот Феликс... Довольно часто учился зельям у Алебарда вместе с Зонтиком, правда знания у него были значительно ниже, но терпимые. Первый курс должен пройти нормально, дальше же туман. Спустя примерно пол часа, зелье уже было почти готово. Осталось только добавить последний ингредиент и помешать. Так что это дело было смело поручено Феликсу, так как голубоволосый ещё не до конца успокоился. Ингредиенты он хоть и нарезал нормально, но вот класть и мешать он боялся. Поэтому Зонтик поручил это занятие своему другу (который вообще-то сам и предложил) и принялся прибирать стол. На несколько секунд он замер и краем глаза увидел как Невилл уже собирался давать в кипящей котел иглы дикобраза. — С-стой, Невилл! — остановил его Зонтик схватив его за запястье, — сначало сними котел, только потом клади иглы. Мальчик сначало опешался, но кое-что вспомнив, он благодарно кивнул голубоволосому. — Спасибо, Зонтик. Я ведь и правда едва не забыл. Оставшиеся полчаса прошли без происшествий, если, конечно, не говорить о том, что кто-то из учениц Гриффиндора неправильно распределила ингредиенты. Увы, профессор Снейп накричал не только на несчастную девочку, что едва не сожгла себе руку, но и на Гарри, который был в углу класса, очень далеко от той девочки. Его обвинили в том, что он, якобы, не остановил ученицу во время распределения ингредиентов. А откуда брюнет должен был увидеть, что у неё всё неправильно если у него зрение как у курицы, да и находился он от неё далеко? Вот именно что НИКАК! — Т-ты это.. — неловко заговорил Зонтик после урока, идя рядом с Гарри, — н-не сердись так на профессора... Если х-хочешь, то я м-могу помочь тебе с зельями... П-прости, п-пожалуйса... — За что ты извиняешься, Зонтик? — недоуменно спросил у него брюнет, — я, конечно, не против чтобы ты мне помог, но за что ты извиняешься? — Н-ну это... За то, ч-что правильно ответил н-на его в-вопросы, а т-так же за то, ч-что меня п-поставили, н-не по моей воле, т-тебе в пример... — Я не злюсь за это, — произнес Гарри смотря на нервного голубоволосого, — да и не думал даже. Я уже привык к этому. А тебе не за что извинятся, Зонтик, правда. — Н-но... Брюнет неловко выдохнул и положил руки на плечи Зонтика. Тот испуганно замер. — Тебе правда не за что извинятся. Откуда мы с тобой могли знать, что Снейп будет спрашивать ИМЕННО нас? Вот именно что не могли. Нам с тобой не за что извинятся. Я не буду извинятся перед ним за то, что не выучил тот чертов учебник и отгрызался. А ты не должен извинятся передо мной за то, что банально больше знаешь. Это даже хорошо, что ты так много знаешь. Благодаря этим знания, ты сможешь помочь тем, кто не знаешь и т.д. Ну что? Зонтик неловко кивнул и разжал пальцы, что до этого сжимали мантию. — Кстати, ты ведь правда поможешь с зельями? — спросил Гарри через минуту неловко почесав затылок. — К-конечно. Т-то, что учитель с-строгий и и-испортил первое впечатление, ещё н-не значит, ч-что ты н-не имеешь п-право учить его предмет. Мальчик кивнул. — Ты в порядке? — спросил рядом идущий блондин — Д-да, но у-успокаивающие зелья закончились н-недавно... — Тогда может сходишь в Больничное крыло? — Н-нет, это не обязательно, Ф-Феликс, — запротистовал Зонтик, — я л-лучше попрошу их у б-брата. Феликс был вынужден промолчать на слова друга.

* * *

Без пяти три они вышли из замка и пошли по школьной территории к дому полу-великана. Когда Гарри постучал в дверь, ребята услышали, как кто-то отчаянно скребется в нее с той стороны и оглушительно лает. Зонтик, который ещё не отошёл от занятия, вскрикнул от неожиданно и одновременно икнул. А через мгновение до них донесся зычный голос полу-великана: — Назад, Клык, назад! Дверь приоткрылась, и за ней показалось знакомое лицо, заросшее волосами. — Заходите, — пригласил Хагрид. — Назад, Клык! Хагрид пошире распахнул дверь с трудом удерживая за ошейник огромную черную собаку. Как называется эта порода, Хагрид не знал, хотя и пояснил, что с такими собаками охотятся на кабанов. Однако уже от её внешнего вида Зонтик был готов упасть в обморок. В доме была только одна комната. С потолка свисали окорока и выпотрошенные фазаны, на открытом огне кипел медный чайник, а в углу стояла массивная кровать, покрытая лоскутным одеялом. — Вы… э-э… чувствуйте себя как дома… устраивайтесь — сказал Хагрид, отпуская Клыка, который кинулся к Рону и начал лизать ему уши. Было очевидно, что Клык, как и его хозяин, выглядел куда опаснее, чем был на самом деле. — Это Рон, а это... — Зонтик, верно? — Д-да... — Я уже давно хотел с тобой познакомится, но все времени не было. Я Хагрид, — представился полу-великан протягивая свою большую руку. Зонтик неловко пожал её. Полу-великан успел заметит что пальцы мальчика мелко дрожали, а он сам заикаться и выглядит, в целом, нервно и бледно. — Что с тобой такого случилось, что ты готов впасть в истерику? — недоуменно спросил Хагрид, — давай садись к друзьям, я сейчас сделаю тебе успокаивающий чай. И Хагрид отправился заваривать чай и выкладывать на тарелку кексы. Кексы соприкасались с тарелкой с таким звуком, что никаких сомнений в их свежести не возникало — они давным-давно засохли и превратились в камень. — Еще один Уизли, а? — спросил Хагрид, глядя на веснушчатое лицо Рона. — Я полжизни провел, охотясь на твоих братьев-близнецов. Они все время… ну… пытаются в Запретный лес пробраться, а мне их ловить приходится, да! Держите зеленый чай, а тебе, Зонтик, я приготовил специальный Лавандовый чай. Ты это... Должен знать что лаванда хорошо успокаивает, вот! — А, от-ткуда он у вас? — неловко спросил голубоволосый. — Ну... это... Твой брат часто заходил ко мне и... Это... Часто пьет его, вот! Вот я и... Специально покупаю его про запас, вот. Правда сейчас брат твой перестал заглядывать, у него это... Всё в порядке? — Д-да, просто с-сейчас он сильно нагружен... — Вух, аж от сердца отлегло, — облегчённо выдохнул Хагрид, — ну, как у вас прошла эта неделя? Гарри рассказал Хагриду про урок Снейпа, про то, как тот едва не довел до истерики Зонтика только из-за того, что спросил его после брюнета. А также про несправедливость с зельем. Хагрид посоветовал Гарри не беспокоиться, потому что Снейпу не нравится подавляющее большинство учеников. — Но мне кажется, он меня ненавидит. — Да ерунда это! — возразил Хагрид, — с чего бы это ему? Однако Зонтик, возможно даже Гарри, показалось, что Хагрид, произнося эти слова, чуть-чуть отвёл взгляд в сторону. «Действительно, с чего бы?» — спросил у себя успокоившийся Зонтик. Про себя он отметил, что лавандовый чай очень-очень вкусный о чем он сказал полу-великану. — Если тебе он так понравился, то можешь проходить ко мне вместе с Гарри и Роном каждый день после занятий, я с радость приготовлю его ещё раз, — тепло сказал Хагрид. — А как твой брат Чарли? — поспешно поинтересовался Хагрид, повернувшись к Рону. — Мне он жутко нравился: уж больно хорошо он со зверьём умел обращаться! Зонтик прикрыл глаза в пол уха слушая Рона как неожиданно его пихнули в бок. Он чуть вздрогнул и повернулся к причине. Гарри держал какой-то обрывок газеты и потянул недоумивающего голубоволосого за предплечье. — Прочитай, — как можно тише сказал брюнет. Зонтик нахмурился и, поставив пустую чашку на стол, прочел вместе с Гарри обрывок из Ежедневного пророка:

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ О ПРОИСШЕСТВИИ В БАНКЕ «ГРИНГОТТС»

От одного только заголовка статьи, голубоволосый нахмурился пытаясь вспомнить, упоминал ли это Риккардо вчера, когда они опять собрались на том же месте. Да, точно, он что-то такое упоминал, ворча о том, что Гринготтс начал терять хватку. Однако все уже привыкли к тому, что он постоянно ворчит и не обращают внимания на что двухцветный опять ворчит (ему ведь только одиннадцать, почему он ворчит как столетний дед?). Зонтик тихо поделился этим с Гарри и продолжил чтение вместе с ним:

Продолжается расследование обстоятельств проникновения неизвестных грабителей или грабителя в банк «Гринготтс», имевшего место 31 июля. Согласно широко распространенному мнению, это происшествие — дело рук темных волшебников, чьи имена пока неизвестны. Сегодня гоблины из «Гринготтса» заявили, что из банка ничего не было похищено. Выяснилось, что сейф, в который проникли грабители, был пуст, — по странному стечению обстоятельств, то, что в нем лежало, было извлечено владельцем утром того же дня. «— Мы не скажем вам, что лежало в сейфе, поэтому не лезьте в наши дела, если вам не нужны проблемы,» — заявил этим утром пресс-секретарь банка «Гринготтс».

— Хагрид! — воскликнул Гарри, — ограбление «Гринготтса» произошло как раз в день моего рождения! Возможно грабители проникли туда, как раз тогда, когда мы с тобой были там! Зонтик заметил, что полу-великан избегал взгляд мальчика. Он мысленно нахмурился. Великан промычал что-то нечленораздельное и предложил Гарри еще один каменный кекс. Гарри вежливо поблагодарил его, но кекс брать не стал, а вместо этого ещё раз перечитал заметку. Когда Зонтик, Гарри с Роном шли обратно в замок на ужин, их карманы были набиты каменными кексами, от которых они из вежливости не смогли отказаться. Каждый из них, в одном Гарри и Зонтик, были погружены в свои собственные думы. «Как-то странно всё это оборачивается...» — подумал Зонтик перед тем как лечь спать, — «вот только не к опасной стороне, верно?» Голубоволосый очень на это надеялся.

* * *