13 карт + вселенная Гарри Поттера =...

* * *

Наверное, ничего хуже с Гарри приключиться просто не могло. Однако оказалось, что могло. Филч притащил их прямиком на первый этаж, в кабинет профессора Нечитайло, где они молча сидели, ожидая его появления. Гермиона дрожала и едва сдерживала слезы. Гарри судорожно пытался придумать подходящее оправдание или какую-нибудь невероятную историю, объяснявшую их ночное хождение, но каждая новая версия была слабее и абсурднее предыдущей. Однако он зря думал, что ничего хуже и придумать нельзя. Он ошибся. Потому что наконец появившийся в кабинете профессор Нечитайло вёл за собой Невилла. — Гарри! — завопил мальчик, словно забыв о присутствии преподавателя. — Я пытался вас разыскать и предупредить, я услышал, как Малфой рассказывает своим дружкам, что поймает вас ночью, когда вы будете с дра… Гарри яростно замотал головой, показывая Невиллу чтобы тот немедленно замолчал, но профессор Нечитайло заметил. Весь его вид выражал недоумение. Брови были так сильно нахмурины, что вот вот-вот сольются воедино. — Мистер Филч сказал мне, что вы троя были на астрономической башне только что. Вы ведь знайте, что это прямое нарушение правил школы, — заговорил он чуть медленно и внимательно смотря на них, словно пытался прочесть их мысли. — Нарушить целых два правила за ночь.. Просто поразительно, — сказал профессор тихо. На мгновение он замер, словно что-то вспомнив и тихо, но обреченно выдохнул. — Хотя ваше сегодняшнее нарушение ни во что идет, как у близнецов Уизли. Однако вам придется объяснить мне вашу причину нарушения. В ответ ему была тишина. Они не знали, что сказать. Не только из-за того, что боялись сказать о драконе. Они боялись реакции профессора Нечитайло и последующего наказания. Гарри не знал, что ему делать. Попытаться сказать о драконе? Они подставят Хагрида. Скроют — получат наказание за нарушение двух правил. Брюнет перерыл все возможные варианты, но все они были одинаковы в финалах. Это заставляло его впасть в тихое отчаяние. Гарри услышал, как профессор тихо выдохнул. — Не хотите говорить, ваше дело. Однако, — он поднял указательный палец, — хочу лишь знать ответ на один вопрос. То, что говорил мистер Малфой — правда? — Н-нет, профессор, — робко ответила ему тут же Гермиона, давя в себе слезы. Профессор задумчиво посмотрел на их лица. — Мне придется снять с вам баллы за нарушения правил. Десять баллов с каждого. Также позже, вам будет назначена отработка, какая именно, я напишу вам. А теперь, я провожу вас до гостиной, чтобы вас ещё кто-нибудь не поймал. Они смиренно кивнули. Каждый облегчённо вздохнул. Они были ужасно рады, что профессор не злился на них и не снял слишком много баллов. Сорок баллов заработать будет немного легче. Хотя, Гарри почему то казалось, что для других это не будет таким уж пустяком.

* * *

Было обычное утро. В эту ночь Зонтик, на своё удивление, спал довольно спокойно и на утро он был в хорошем настроение. Однако, это настроение быстро улетучилось после того как он взглянул на доску с баллами факультета. Все гриффиндорцы столпились вокруг неё и были чем-то возмущены. Как позже оказалось, они были возмущены тем, что за ночь сняли сорок баллов. И виноватым в этом был знаменитый Гарри Поттер. Член сборной команды по квиддичу и герой двух последних матчей. Он, Гермиона и Невилл. В тот и последующие дни Зонтик вместе со своими друзьями недоумевал. Почему гриффиндорцы внезапно возненавидели Гарри? Из-за каких-то снятых сорока баллов? Но ведь это пустяк! Их могут быстро вернуть голубоволосый и Гермиона. Однако, спустя один день стало ясно ещё кое-что. Брюнета возненавидел не только собственный факультет, но и вся школа. Они все будто за одно мгновение забыли о том, что сделал для них Гарри и теперь они "шептались" за его спиной и без стыдно тыкали в него пальцем, а слизеринцы насмешлево хлопали брюнету говоря, «мы у тебя в долгу, Поттер!» Если смотреть со стороны, то всё это выглядит так, будто на всех школьников наложили какое-то заклятье или же опоили зельями. Однако это наверняка не так! Зонтик был в этом уверен. Ну вот, как возможно заколдовать всех (почти всех) школьников за одну ночь? Или же опоить за одно, два, утро? Голубоволосый не хотел верить в это. Однако его успокаивали лишь то, что его друзья этому странному феномену не поддались. Куромаку было бы как всегда всё равно на то, что учудил на этот раз Мальчик-Который-Выжил, если бы не странное поведение учеников. Он бы не признался бы в том, что это его беспокоит, Зонтик знает это. Ромео было всё равно. У него, как он сам выразился, дел по горла и ему некогда о ком-то беспокоиться. Если его дела можно было назвать "знакомства с девочками". Феликса, что не удивительно, это странное поведение беспокоило, и сильно. Он уже успел со всеми подружится и выучить их поведение, так что блондин прекрасно видел, что теперешнее поведение значительно отличается от старого. Зонтик видел, что тот предпринимал попытки вразумить их, но увы, его не слышали и даже пытались вбить ему в голову, что Поттер такой и сякой. В такие моменты Феликс с трудом сдерживал свою темную сторону "добра". Благо в те моменты Зонтик успевал уводить его подальше от учеников, чтобы тот не набросился на них и не сделал чего-нибудь плохого. Насчет Данте и Габриэля так и не было ясно, как они лично относятся к этой ситуации. Они оба были себе на уме, хоть и находились рядом с друг другом всегда, почти не отходя никуда. Голубоволосый, конечно, понимал почему так. Как он помнил, семья Данте приютила у себя Габриэля. Это почти единственное, что он знал о нем. Он не знал, что происходило с мальчиком до того, как его приютили Росси, но факт оставался фактом — это должно было объяснять его теперешнее поведение, но Зонтик не знал как. Чарли, безусловно, беспокоило всё это, как и Феликса, но он не мог ничего сделать из-за того, что банально не умеет общаться и взаимодействовать с людьми. Единственный человек, с которым он мог нормально разговаривать это Риккардо. Насчет самого двухцветного ничего не ясно, как и с Пиком. Они, как и Данте с Габриэлем, были сами себе на уме, только ещё сильнее и глубже. А насчет Вару сомнений никаких не было. Тот, как и Малфой и другие слизеринцы, начал издеваться над Гарри. Однако он, в отличии от своих сокурсников знал, как причинить боль словесно. В словесных оскорблениях он был мастером. Один раз Зонтик и застукал Вару, который оскорблял Гарри и принижал его. Голубоволосый, конечно, заступился за него. Было ожидаемо, что зеленка переключил свое внимание на него. Зонтик терпел. Даже когда на его глазах выступили слезы, даже когда руки в длинных рукавах мантии дрожали — он терпел. Ради Гарри. Голубоволосый этим пытался его поддержать и дать понять, что не все думают так. Он чувствовал, как сзади стоящий брюнет был удивлен его поступком. В глубине души Зонтик радовался, что Вару не дошёл к действиям, а только говорил. Хотя, даже словесно он мог очень сильно задеть, чем физически. Либо же Вару считал в тот момент, что слов было достаточно. Их и правда было достаточно. В тот момент спас их, что удивительно, Пик. Зонтик удивленно на него посмотрел. Тот выглядел очень недовольно. — Вару! — прошипел он гневно и схватил его за воротник, — где шляешься? Опять до школьников докапываешься? — Ой, Пикуша! — очки Вару весело заблестели, а на его лице заиграла ухмылка, — ты беспокоиться обо мне? Это так приятно! Даже с расстояния в пять метров можно услышать скрип зубов Пика и то, что от него повеяло холодом. По спине Зонтика и Гарри прошли табун мурашек, а на лбу выступил пот. Однако, судя по виду Вару, того вообще не беспокоила возможная опасность. Наоборот, он выглядел ещё более довольным. — А? А мы куда? — спросил он удивленно у Пика, который потащил его за шкирку по полу. Зеленка мог бы и сам встать, но не он даже не предпринимал попытку это сделать. Он лишь сложил руки на груди и чему-то улыбался, — Пикуша~ куда ты меня тащишь? — В библиотеку, — кратко ответил ему Пик. — Э?! — воскликнул Вару и тут же принял попытку вырваться, — не хочу туда! — Меня не волнует, что ты хочешь и не хочешь, — холодно сказал ему рогатик. Судя по виду, он не испытывал каких либо неудобств в том, что зелёнка пытался рьяно вырваться из его хватки. — Если я сказал, что ты идешь в библиотеку — значит ты туда пойдёшь, — прорычал он Вару. Тот неохотно, но притих, а вот Зонтик и Гарри проводили их шокированными взглядами. — У них всегда так..? — спросил у него брюнет через минуту молчания. Гарри, конечно, уже знал о друзьях своего друга, но он не был знаком лично с некоторыми из них. — Д-да, — ответил ему Зонтик. Дернув плечом он развернулся, — пойдем лучше от сюда, Гарри, пока ученики сюда не пришли. — Ага...

* * *

Фёдор проводил взглядом парочку учеников Гриффиндора в коридоре и тихо выдохнул, на секунду прикрыв глаза. Он устало потер их и снова посмотрел на короткое письмо от директора. Тот вызвал его к себе, чтобы обсудить наказание для четверых учеников через пол часа. Мужчина предпочел бы выбрать самому наказание для учеников. К примеру, протереть кубки в зале наград или же помочь профессору Стебль с растениями. Обычное такое наказание для обычных нарушение, хотя, было бы достаточно и простого снятия баллов, но его коллеги почему-то так не считали. Фёдору казалось странным, что почти все ученики поголовно возненавидели Гарри Поттера за одно жалкое утро. Фёдор считал, что снял он нормальное количеством баллов. Небольшое, чтобы ученики смогли восполнить недостаток. Будь на его месте профессор Макгонагалл, она бы сняла с них небесное число баллов даже не слушая их. Перед этим оскорбив их. Фёдор также заметил, что они что-то скрывали, хотя, он уже понял что именно. И от этого он был не то что в восторге, а в ужасе. Дракон. В школе. Да и ещё у Хагрида. Мужчина, конечно, знал, что тот мечтал иметь у себя дракона, но вот чтобы действительно принести его сюда?! Однако, если знать характер лесничего, то тот не принял бы сюда дракона, боясь за учеников. Но, это не отменял того факта, что полу великан всё таки откуда-то достал яйцо. Фёдор, узнав о дракона, за короткий промежуток времени достал всю нужную информацию. Как уже было сказано, он не был в восторге от всего этого. В его голове также засела мысль, что что-то не так. Что-то происходить и он не знал, что именно. И это ему очень не нравилось. Мужчина уже давно привык иметь у себя информацию обо всём и недостаток "пазла" медленно вводил его в беспокойство, а после, в панику. — Лимонные дольки, — произнес Фёдор горгульи и та открыла дверь в кабинет директора. — Добрый вечер, мой мальчик! — весело поздоровался с ним старик, — присаживайся, лимонный дольку? Чай? — Откажусь, — неловко сказал он и сел в предложенное кресло, — не хочу портить аппетита перед ужином. Директор не был огорчен отказу и с удовольствием поедал сладкое. Спустя несколько минут тишины, Фёдор заговорил: — Директор, мы хотим ели обсудить наказание.. — О, спасибо что напомнил, мой мальчик, — Фёдор едва заметно сморщился. Но старик не обратил на это внимание, — Гарри, Гермиона, Невилл и Драко должны помочь Хагриду в поисках в Запретной лесу сегодня в одиннадцать вечера, — весело сказал старик. Фёдор внутренне ужаснулся и вскочил с места. — Но директор, это же опасно! Вы действительно хотите отправить четверых очень юных волшебников с полу великаном, у которого разлома на палочка, в Запретный лес ночью, где ходит нечто, настолько сильное, что посмело убивать единорогов?! — А разве это опасно? — спросил у него директор. Фёдор едва сдержал желание сморщится. — Да, это очень опасно, отправьте вместе с ними ещё кого-нибудь из профессоров. Того же Северуса или меня... — Не хочу тебе огорчать, мальчик мой, но у вас обоих сегодня будет небольшое задание от меня, — сказал грустно старик. Мужчина почувствовал легкую головную боль. Сделал вид, что он этого не заметил, Фёдор недоуменно нахмурился. — Какое ещё задание, директор? — О, я хочу чтобы вы сняли заклинания с двери, где находится цербер. — Чего-чего? — переспросил удивленный Фёдор, — директор, разве вы не понимайте, что это очень рискованно? Мы до сих пор так и не узнали, кто проник на третий этаж и в комнату с цербером! Так вы ещё хотите, чтобы мы сняли заклинания? Вдруг именно в этот период кто-то из учеников или, не дай Бог, тот грабитель проникнет туда? — Не волнуйся ты так, мой мальчик. Ученики туда не проникнут, а вот грабитель не сможет проникнут в сам Хогвартс, что уж говорить о похищении филосовского камня. Фёдор нахмурился и сложил руки на груди. — Сделаю вид, что я вам поверил, директор. — Вот и славно, мой мальчик! — весело сказал он. — Я свободен? — Конечно, можешь идти. Мужчина кивнул и развернулся, идя к выходу. Краем глаза он заметил Фоукса, что сидел на жердочке и печально смотрел на него. Фёдор незаметно поджал губу и оторвал от феникса взгляд, выходя из кабинета.

* * *

В тот же день, за ужином, Гарри, Невиллу и Гермионе принесли записки. Во всех было написано одно и тоже:

«Для отбытия наказания приходите сегодня в одиннадцать часов вечера к выходу из школы. Там вас будет ждать мистер Филч. Ф. Нечитайло.»

...В одиннадцать часов вечера они, попрощавшись с нервным Зонтиком, обеспокоенным Феликсом и Роном, спустились вниз. Филч был уже там вместе с Малфоем. Гарри даже уже забыл о том, что он тоже наказан. — Идите за мной, — скомандовал Филч, зажигая лампу и выводя их на улицу. В туже секунду зло ухмыляясь. — В Запретный лес. — В-в лес?! — переспросил Малфой, в голос у него привычного самоуверенного тона. Вместо этого были слышны панические нотки, прямо как у Зонтика, когда он сильно напуган. — Но туда нельзя ходить ночью! Там опасно! Я слышал, что там даже оборотни водятся! Невилл крепко ухватил Гарри за рукав, судорожно глотая воздух, будто его попытаются затащить в воду. — Ну вот, каким ты рассудительным стал! — В голосе Филча была радость. — Об оборотнях надо было думать прежде чем правила нарушать! Готов поспорить, что теперь вы серьезно задумаетесь, прежде чем нарушить школьные правила. Если вы спросите меня, я вам отвечу, что лучшие учителя для вас — это тяжелая работа и боль… Жалко, что прежние наказания отменили. Раньше провинившихся подвешивали к потолку за запястья и оставляли так на несколько дней. У меня в кабинете до сих пор лежат цепи. Я их регулярно смазываю на тот случай, если они ещё понадобятся… Ну все, пошли! И не вздумайте убежать, а то хуже будет! В небе светила яркая луна, но на нее все время наплывали облака и погружали землю во мрак. Вдруг впереди показались огоньки. Гарри понял, что они приближаются к хижине Хагрида. А позже послышался и голос великана. — Это ты там, что ли, Филч? Давай поживее, пора начинать. У брюнета словно камень с души свалился. Если наказание заключалось в том, чтобы выполнить какую-то работу под руководством Хагрида, это было просто великолепно. Если бы не прекрасно. Должно быть, испытанное им облегчение нарисовалось на его лице, потому что Филч тут же издевательски произнес: — Полагаю, ты думаешь, что вы тут развлекаться будете с этим придурком? Нет, ты не угадал, мальчишка. Вам предстоит пойти в Запретный лес. И я сильно ошибусь, если скажу, что все вы выйдете оттуда целыми и невредимыми… Из темноты к ним вышел Хагрид, у его ног крутился Клык. Полу великан держал в руке огромный лук, на его плече висел колчан со стрелами. — Наконец-то, — произнес он. — Я уж тут полчаса как жду. Гарри, Гермиона, как дела-то у вас? Как дела у Зонтика? Давно я его уже здесь не видел у него ничего там, это, не случилось-то? — Я бы на твоём месте не был с ними так дружелюбен, Хагрид, — холодно сказал Филч. — В конце концов, они здесь для того, чтобы отбыть наказание. — А, так вот чего ты так опоздал-то? — Хагрид смерил Филча суровым взглядом, — всё лекции им читал небось, а? Не тебе этим заниматься, понял? А теперь иди, нечего тебе здесь делать. — Я вернусь к рассвету… и заберу то, что от них останется. — Филч неприятно ухмыльнулся и пошел обратно к замку, помахивая лампой. Малфой, проводив его полным испуга взглядом, повернулся к Хагриду. — Я в лес не пойду, — заявил резко он. — Пойдешь, если не хочешь, чтобы из школы выгнали, — сурово отрезал полу великан. — Нашкодил, так теперь плати за это. — Но так нельзя наказывать… мы ведь не прислуга! Мы школьники! — продолжал протестовать Малфой.— Я думал, нас заставят сто раз написать какой-нибудь текст или что-то в этом роде. Если бы мой отец знал, он бы..! — ..Он бы тебе сказал, что в Хогвартсе делать надо то, что велят, — закончил за него Хагрид—Тексты он, понимаешь, писать собрался! А кому от этого польза? Ты чего-то полезное сделать должен, если нет, то выметайся отсюда. Или ты думаешь, что отец твой обрадуется, когда тебя завтра увидит? Ну иди обратно и вещи собирай. Давай! Чего стоишь? Малфой не двинулся с места. Он бросил на Хагрида полный ярости взгляд, но тут же отвел глаза. — Значит, с этим закончили, — подытожил лесничий. — А теперь слушайте, да внимательно, потому как опасная это работа — то, что нам сегодня сделать нужно. А мне не надо, чтоб с кем-то из вас случилось что-нибудь. За мной идём. Хагрид подвёл их почти вплотную к лесу и, высоко подняв над головой лампу, указал на узкую тропинку, терявшуюся среди толстых черных стволов. Гарри почувствовал, как по его коже побежали мурашки, ему очень хотелось верить, что во всем виноват налетевший на него ветерок. — Вот смотрите… пятна на земле видите? — обратился к ним полу великан. — Серебряные такие, светящиеся? Это кровь единорога, вот. Где-то там единорог бродит, которого кто-то серьезно поранил. Уже второй за неделю. Я в среду одного нашел, мертвого уже. Бедняжка. — А если то, что ранило единорога, найдет нас? - спросил Малфой, не в силах скрыть охвативший его страх. — Нет в лесу никого такого, кто б вам зло причинил, если вы со мной да с Клыком сюда пришли, — заверил его Хагрид. — С тропинки только не сходите — тогда нормально все будет. Сейчас на две группы разделимся и по следам пойдем... в разные стороны... потому как их тут... ну... куча целая, следов. И кровь повсюду. Он, должно быть, со вчерашней ночи тут шатается, единорог-то... а может, и с позавчерашней. — Я хочу вести собаку! — быстро заявил Малфой, глядя на внушительные собачьи клыки. — Хорошо, но я тебя предупрежу: псина-то трусливая, — пожал плечами Хагрид. — Значит, так, Гарри и Гермиона со мной пойдут, а ты, Малфой, и ты, Невилл, с Клыком будете. Если кто находит единорога, зеленые искры посылает, поняли? Палочки доставайте и потренируйтесь прямо сейчас... ага, вот так. А если кто в беду попадет, тогда пусть красные искры посылает, мы сразу на помощь придем. В лесу царила тьма и тишина. Они углубились в неё и вскоре тропа разделилась. Гарри, Гермиона и Хагрид пошли налево, а вторая группа двинулась направо. Они шли в абосолютной тишине, шаря глазами по земле. Лунный свет, пробивающийся сквозь кроны деревьев, освещал пятна голубовато-серебристой крови, покрывшие опавшую листву. Брюнет заметил, что Хагрид выглядит очень удивленным. — Может, это волк-оборотень убивает единорогов? — предположил Гарри. — Не, у него для этого скорости маловато, — отмахнулся Хагрид.— Да и не по силам ему… ну... с единорогом справиться — он же волшебный, и могучий вдобавок. Вообще не пойму, кто такое мог сделать, и не слышал никогда, чтобы кто-то единорога убил... Они прошли мимо поросшего мхом пня. Брюнет услышал шум воды, должно быть, поблизости был ручей. На извилистой тропинке то здесь, то там виднелись пятна крови. —Ты в порядке, Гермиона? — прошептал Хагрид. — Не волнуйся, найдем мы его скоро... не мог он с такой-то раной далеко уйти. Найдем, а там уж… БЫСТРО ЗА ДЕРЕВО, ОБА!!! Полу великан схватил в охапку Гарри и Гермиону и, сойдя с тропинки и сделав несколько шагов в сторону, поставил их под высоченный дуб. А сам выхватил из колчана стрелу и натянул тетиву лука, готовясь выстрелить. Вокруг стояла полная тишина, но постепенно Гарри начал различать какие-то звуки. Похоже, кто-то крался к ним по опавшей листве, кто-то, одетый в волочившуюся по земле мантию. Хагрид пристально смотрел туда, откуда доносился звук, но через какое-то время звук исчез. — Так я и знал, — прошептал он. — Бродит тут кое-кто, кому здесь делать нечего. — Волк-оборотень? — спросил повторно Гарри. — Не, не он... и не единорог, — мрачно ответил Хагрид. — Ладно, пошли за мной, и поосторожнее. Давайте. Они медленно двинулись дальше, вслушиваясь тишину, и вдруг уловили какое-то движение на виднеющейся впереди опушке. — Кто там? — крикнул Хагрид. — Покажись или стрелять буду! Из темноты вышло нечто непонятное — то ли человек, то ли лошадь. До пояса это был человек с рыжими волосами и бородой, но от пояса начиналось лошадиная, каштанового цвета лошадиное тело с длинным рыжеватым хвостом. Гарри и Гермиона от удивления раскрыли рты. — А, это ты, Ронан. — В голосе Хагрида послышалось облегчение. — Как дела-то? Полу великан подошёл к кентавру и пожал ему руку. — Добрый вечер, Хагрид, — приветствовал его Ронан. Голос у него был низкий и полный печали. — Ты хотел меня убить? — Да нет... я ж не знал, что это ты, а сейчас... ну, особо осторожным надо быть, — пояснил Хагрид, кивнув на свой лук. — Что-то плохое по этому лесу бродит. Да, забыл совсем... это Гарри Поттер, а это Гермиона Грэйнджер. Школьники наши, из Хогвартса. А это Ронан. Он кентавр. — Мы заметили, — слабым голосом ответила девочка. — Добрый вам вечер, ...—Ронан вздохнул, откинул голову и уставился в небо. — Марс сегодня очень яркий. — Ага, — подтвердил Хагрид, тоже посмотрев вверх. — Слушай, Ронан, а я так даже рад, что мы тебя встретили. Мы тут единорога ищем раненого, ты не видел? Ронан медлил с ответом. Какое-то время он не мигая смотрел в небо, а потом снова вздохнул. — Всегда первыми жертвами становятся невинные, — произнес он. — Так было много веков назад, так происходит и сейчас. — Ага, — согласился Хагрид. — Так ты видел чего, а, Ронан? Необычное чего-то? — Марс сегодня очень яркий, — повторил Ронан, словно не замечая нетерпеливого взгляда Хагрида. — Необычайно яркий. — ...Ну никогда эти кентавры напрямую ничего не ответят, — раздраженно заметил полу великан. — Звездочеты проклятые! Если что поближе луны находится, это им неинтересно уже. — А их тут много? — поинтересовалась Гермиона. — Да, хватает, — неопределенно ответил Хагрид — Они в основном друг дружки держатся, но... э-э... если мне надо чего, появляются сразу, как чувствуют. Умные они, кентавры... и знают много всего... вот только не рассказывают ничего. — Так ты думаешь, что тот звук, который мы слышали, прежде чем встретить Ронана, это тоже был кентавр? — спросил Гарри. — Разве похоже было, что копыта по земле стучат? — ответил Хагрид вопросом на вопрос. — Не, я тебе так скажу: это тот был, кто единорогов убивает. Я в лесу раньше таких звуков не слышал — так что он это, я уверен. Они шли сквозь почти сплошную черную стену деревьев. Гарри не переставал нервно оглядываться. У него было неприятное ощущение, что за ними следят. И он был очень рад тому, что рядом с ними Хагрид, а у Хагрида есть лук. Извилистая тропинка снова сделала резкий поворот, но едва они прошли его, как Гермиона ухватила Хагрида за руку. — Хагрид, смотри! Красные искры, они в опасности! — Здесь ждите! — проорал Хагрид. — И с тропинки ни шагу. А я вернусь скоро! Они слышали, как он ломится через заросли. А потом снова наступила тишина, только листья шелестели вокруг. Гарри и Гермионе было очень страшно. — Ты думаешь, они попали в беду? — прошептала Гермиона. — Если так Малфоя мне не жалко, а вот Невилла... — он запнулся, чувствуя свою вину. — Он ведь оказался здесь из-за нас с тобой... Из-за меня... Вскоре громкий треск оповестил о появлении Хагрида. Малфой, Невилл и Клык шли за ним. Полу великан был вне себя от ярости. Оказалось, что Малфой зашёл Невиллу за спину и схватил его сзади, чтобы напугать. Невилл запаниковал и выхватил палочку. — Эти двое такой шум подняли, что не знаю, как нам теперь найти удастся то, зачем мы здесь, — пожаловался ему Хагрид. — Так, по-другому разделимся — Невилл и Гермиона со мной пойдут, а ты, Гарри, бери Клыка и этого идиота. Так что брюнет пошел с Клыком и Малфоем. Они уходили все глубже в лес, и где-то через полчаса деревья окончательно преградили им путь. Гарри показалось, что пятен крови тут куда больше, чем до этого. Все корни деревьев были забрызганы кровью, словно несчастное создание металось здесь, обезумев от боли и страха. — Смотри, — произнес Гарри, вытягивая руку и показывая на блеск, исходивший от земли. Они пролезли между ветвями дуба и вышли на поляну. В нескольких метрах от них лежал единорог. Он был мертв. Брюнет сделал ещё шаг вперед и застыл, услышав шорох поблизости. Кусты на другом конце поляны зашевелились и из тени выступила одетый в длинный балахон фигура с наброшенным на голову капюшоном. Кто-то крался к ним, как вышедший на охоту зверь. Гарри, Малфой и Клык были не в силах пошевелиться. Однако фигура в балахоне их не замечала. Некто подошёл к мертвому животному, опустился на колени и склонился над огромной рваной раной в боку единорога. И... начал пить кровь. — А-А-А-А-А! Малфой, издав дикий крик, бросился бежать, а вслед за ним устремился и трусливая псина. Фигура в балахоне подняла голову и уставилась на Гарри. Он отчетливо видел, как с невидимого лица на балахон капала кровь. Потом фигура поднялась с земли и сделала несколько быстрых шагов по направлению к Гарри. Брюнет от испуга даже не мог пошевелиться. Вдруг он ощутил, как его голову пронзила острая боль, какой раньше никогда не было: казалось, что шрам на лбу вспыхнул ярким пламенем. Полуослепший от боли, Гарри попятился назад. Внезапно сзади раздался стук копыт, и что-то огромное пронеслось мимо него, воинственно устремляясь к фигуре в балахоне. Боль была такой сильной, что он упал на колени. Однако через минуту, а может и две, боль прошла так же внезапно, как и появилась. Когда Гарри наконец поднял голову, фигуры в балахоне на поляне уже не было, а над ним стоял кентавр. У него были белокурые волосы и белое тело в черных пятнах. — С вами все в порядке? — спросил кентавр, помогая брюнет подняться на ноги. — Да, спасибо, — неуверенно пробормотал Гарри, — что это было? Кентавр не ответил и молча посмотрел на Гарри своими поразительно синими глазами, напоминавшими бледные сапфиры. Глаза кентавра задержались на его шраме, который, казалось, налился кровью и увеличился в размерах. — Вы — сын Поттеров. — Кентавр не спрашивал, он знал, кто перед ним. — Вам лучше вернуться к Хагриду. В лесу сейчас опасно, особенно для вас. Вы умеете ездить верхом? Так будет быстрее. Кстати, меня зовут Флоренц. Кентавр опустился на передние ноги, чтобы Гарри смог вскарабкаться на его спину и тут до них донесся стук копыт. На поляну вылетели Ронан и Бэйн. Они тяжело дышали, а тела их блестели от пота. — Флоренц! — прогремел Бэйн. — Что ты делаешь? У тебя на спине человек! Тебе не стыдно? Ты что, верховая лошадь? — Вы разве не поняли, кто это? — спокойно спросил Флоренц. — Это сын Поттеров. Чем быстрее он покинет лес, тем лучше для него. — Что ты ему рассказал? — прорычал Бэйн. — Запомни, Флоренц, мы поклялись не препятствовать тому, что должно случиться по воле небес. Разве движение планет не показало нам, что произойдет в ближайшее время? Ронан нервно рыл копытом землю. — Я думаю, Флоренц решил, что так будет лучше, — мрачно произнес он. — Лучше?! — Бэйн от негодования взбрыкнул задними ногами. — Все происходящее не имеет к нам никакого отношения! Кентавры не должны мешать тому, что предсказано звездами! И не наше дело, подобно ослам, бегать по лесу в поисках заблудившихся людей! Флоренц в приступе гнева поднялся на дыбы, и это произошло так внезапно, что Гарри пришлось вцепиться ему в плечи, чтобы удержаться на нем. — Ты что, не видишь этого единорога? — яростно крикнул он, обращаясь к Бэйну. — Ты что, не понимаешь, почему его убили? Или планеты не открыли тебе эту тайну? Лично я против того, кто рыщет по лесу и я готов помочь людям в борьбе с ним. Флоренц резко развернулся и галопом устремился в чашу, оставив позади Ронана и Бэйна. Брюнет с трудом удерживался на кентавре, но думал не о том, что может упасть, а о том, что происходит. — Почему Бэйн так разозлился? — шепнул он, когда кентавр сбавил скорость. — И кстати... от кого вы меня спасли? — Гарри Поттер, вы знаете, зачем нужна кровь единорога? — Нет, — удивленно ответил Гарри, не понимая, почему кентавр задал ему такой странный вопрос. — На уроках по зельям мы использовали только толченый рог и волосы из хвоста. — Это потому, что убийство единорога считается чудовищным преступлением, — заметил Флоренц. — Кровь единорога спасает жизнь, даже если человек на волосок от смерти... Но человек дорого заплатит за это. Если он убьет такое прекрасное и беззащитное существо ради собственного спасения, то с того момента, как кровь единорога коснется его губ, он будет проклят. — Но кто же решился на такое зверство? — спросил у него брюнет, — если тебе предстоит быть навеки проклятым, то уж лучше умереть, чем убивать единорога, верно? — Верно, — согласился с ним Флоренц. — Но он делает это ради того, чтобы набраться сил и завладеть напитком, который полностью восстановит его силы и сделает его бессмертным... Мистер Поттер, вы знаете, что сейчас спрятано в школе? — Философский камень, — не задумываясь, выпалил Гарри. — Ах, да, конечно, он ведь не только превращает все в золото, он ещё и создаёт эликсир жизни! Но я не понимаю, кому... — Разве вы не знаете того, кто много лет ждал, пока сможет вернуть себе силы, того, кто все эти годы цеплялся за жизнь, дожидаясь своего шанса? — Вы хотите сказать.. — хрипло начал Гарри, — вы хотите сказать, что это Волд... —...Гарри! Гарри, ты в порядке? К нему со всех ног бежала Гермиона, за ней, тяжело дыша, следовал Хагрид — ... Здесь я вас оставлю, — прошептал Флоренц, когда полу великан поспешно удалился, чтобы увидеть единорога. — Теперь вы в безопасности. Брюнет соскользнул с его спины. — Удачи вам, Гарри Поттер, — произнес кентавр. — И раньше случалось, что движение планет истолковывалось неправильно, даже кентаврами. Я надеюсь, что этот случай как раз один из тех...

* * *

Гарри был настолько взволнован, что не мог сидеть и ходил взад-вперед по комнате, стараясь держаться поближе к камину. Его по-прежнему бил озноб. — Снейп хочет украсть камень для Волдеморта. А Волдеморт ждет в лесу... А все это время мы думали, что Снейп хочет украсть камень, чтобы стать богатым... Флоренц спас меня, но он не должен был так поступать... Бэйн был в ярости... Он говорил, что Флоренц помешал свершиться тому, что предвещали планеты... Должно быть, они предвещали возвращение Волдеморта... Бэйн считает, что Флоренц должен был позволить Волдеморту убить меня. Я думаю, звезды предсказали мою смерть... — Да перестань же ты произносить это имя! - прошипел Рон. Гарри краем глаза заметил, что Зонтик вздрогнул от неожиданности. — ...Так что мне только осталось дождаться того момента, когда Снейп украдет камень, — продолжал брюнет. Его глаза лихорадочно блестели, а тело сотрясала мелкая дрожь. — Тогда Волан-де-Морт сможет прийти сюда и прикончить меня... — Гарри, — позвал его тихо голубоволосый, — прошу, попытайся успокоиться... Брюнет тихо, но безумно засмеялся, тем самым, напугав итак испуганного Зонтика ещё больше.

* * *