«Что-то важнее слов»

       Последнее, что помнила Лисса, это был испуганный взгляд Нортона на его обычно невзрачном и неэмоциональном лице. Дальше она как будто провалилась в бездонную пропасть. Ее окутала всепоглощающая тьма, вокруг было так тихо и ... страшно. Женщина ощущала страх, но не за себя. Страх за свою дочь, за Нортона, за их общую семью, которой они так и не смогли стать.        Почему даже если ты знаешь, что умрешь, ты все равно не готов к этому? Не готов уйти с этого мира, как будто какая-то невидимая и крепкая нить держит твою душу здесь. Ты думаешь о том, как много ошибок совершил. И что могло быть, если бы их можно было исправить? Приходит осознание того, что многие вещи на самом деле не были такими важными и ты мог обойтись без них. Мог счастливо доживать свой век. А ведь для этого нужно так мало, для этого нужно просто быть.        Но вдруг в этой тьме возникает маленькая светлая точка, как новая звезда в небе. Она манит своим крохотным, но таким ярким сиянием и ты устремляешься к ней, с надеждой на то, что она выведет тебя обратно. А в следующий миг, ты уже ощущаешь прикосновения и отдаленно слышишь голоса.        Спасибо за этот новый шанс, жизнь!        Все эти мысли крутились в голове Белой Королевы, пока она, как ей казалось отправлялась на тот свет, стирая свое существование с лица Времени.        Женщина уже находилась в Чародоле, а ее подданные, преданные феи, искренне оказывали ей помощь и приводили в чувства.        На берегу озера Русалочья Тропа сидел Нортон-старший, уткнувшись головой в свои согнутые колени. В мыслях мужчины, что только уже не вертелось. И то, как он убьет Астрагора, а потом себя, если Лисса не выживет. И то, как ему придется объяснять своей дочери, что ее мамы больше нет.        Огнев даже не заметил, как рядом с ним на берег присел Лазарев, угрюмо всматриваясь вдаль.        — Вот тебе и доброе утро, стрелочник...— произнес отец Ника.        — Поиздеваться пришел...— глухо отозвался светловолосый.        — Я похож на мазохиста? — поинтересовался Лазарев.        — Не особо. К чему это вообще? — выдыхая, спросил Нортон.        — Знаешь, я ведь всегда любил ее. — откровенно признался мужчина. — Но она вот нет. Разве виновата эта прекрасная женщина в том, что с того самого момента, как встретила тебя, в ее сердце нет места никому. — Он вздохнул. — Когда произошла та самая роковая ваша ссора, да и не только ваша, я подумал, что это шанс. Шанс сделать ее счастливой. Ведь мне не нужны были ее титул, и положение в обществе. Но какого было удивление, она все равно продолжала любить тебя и ненавидеть одновременно...        — Зачем ты мне это рассказываешь? — перебил его Огнев.        — Затем...Затем, чтобы если Лисса выжила, вы начали жизнь с чистого листа и ты все знал. А если нет...— его голос дрогнул. — Если нет, тогда ты будешь жить с этим, Огнев, жить и мучительно перекручивать все в голове.        Нортон-старший промолчал, поднимая на него взгляд, и Лазарев продолжил.        — Мы тогда очень часто общались с ней, ты ведь записал меня в предатели, а ее чуть ли не в изменщицы. В прочем, ты много от кого отвернулся, к сожалению. — нахмурил брови тот. — Лисса каждую ночь проводила в слезах, а сколько раз она пыталась покинуть этот мир, поддаваясь в истерике, я даже не буду говорить. — он остановился, заметив, как Нортон дрогнул. — Ей было очень больно. Женщина, которая потеряла свою дочь, потеряла свою единственную любовь, хоть и не заслуживала этого ни капли. Прости, но ты ударил ее сильнее всех. Астрагор холодный и расчетливый интригант, но он не волшебник, понимаешь? Да, у Лиссы "как-будто бы раздвоенные крылья", но на самом деле они настоящие.        — Я уже извинялся за свои ошибки. За то, что не смог поверить ей и вам тогда.        — Это хорошо, что ты наконец раскрыл глаза. Скажи мне, эта дрянь Мортинова, мертва?       — Да, я лично зачасовал ее. Если бы не Миракл, я даже не знаю, что было бы. Стоял там как беспомощный кролик и ничего не мог сделать!— разозлился Нортон, отправляя камень в воду.        — Надо будет обязательно обговорить с нашем зодчим. Думаю, он расскажет нам много интересного. — грустно подметил Лазарев.        В следующую минуту мужчин одернул крик Черной Королевы: "Очнулась!". Оба не раздумывая ринулись в замок.

***

       В Чародоле было просто не протолкнуться. Многие обитатели королевства фей, пытались хоть что-то узнать о самочувствии своей предводительницы. Именно поэтому они кучками собирались во дворе и в коридорах замка. Нортон в компании Лазарева и Черной Королевы уверенно пронеслись мимо всех.        — Можно? — осторожно поинтересовались они, открывая дверь в покои королевы.        — Проходите, только не долго. — одобрительно кивнула Диара Дэлш.        Белая Королева лежала на кровати, прикрытая простынью, из под которой то и дело торчали бинтовые повязки.        — Некоторые раны нельзя лечить быстро. — объяснила Диара.        Лисса подняла обессиленный взгляд на своих посетителей. Она остановилась глазами на Нортоне, который с виноватым видом стоял в проходе. Тот жадно изучал каждую деталь ее тела. Кожа женщины была неестественно бледной, за счет чего мелкие красные раны выделялись еще ярче. Один такой красовался на ключице. Приметив его, мужчина зажмурился, не в силах выдержать этой картины.        Лазарев-старший подошел к рыжеволосой и заботливо взял за руку.        — Как ты чувствуешь себя? — беспокойно спросил тот.        — Лучше, чем могло бы быть, Костя...— хриплым голосом проговорила фея.        Отец Ника отошел в сторону , пропуская Черную Королеву. Она долго всматривалась в глаза приемной дочери, а позже произнесла:        — Я рада, что ты жива, Белка. — улыбнулась женщина. — Надеюсь, когда-нибудь ты простишь меня, за мои ошибки, дорогая.        Белая Королева лишь одобрительно кивнула, сил говорить еще совсем не было. Нерейва наклонилась и поцеловала ее в лоб.        Нортон медлил. Мужчина не решался не подойти. Диара заметила его робость и догадалась оставить их наедине. Женщина предложила Черной Королеве и Лазареву выпить по чашке чая, дабы отвлечься и восстановить силы.        — Так и будешь там стоять...— преодолевая боль прошептала Лисса.        Огнев бросился к ней, вставая на колени у кровати. Он прижался головой к ее ладони и издал протяжный стон. Белая Королева прикрыла глаза, запуская пальцы в его волосы. Никто из них не мог сказать и слова. Они просто чувствовали прикосновения друг друга. И это было важнее любых слов.

***

       Пока Черная Королева и Лазарев чаевничали, к ним наконец-то присоединился Миракл. Он вошел в залу и с шумным выдохом присел в кресло.        — Фух, загоняли вы старика с утра пораньше. — пробурчал он, отпивая приличный глоток чая.        — Мы уже обыскались тебя, хитрая ты морда. — возмутилась Черная Королева.        — А что же так? — прищурился тот.        — Хотелось бы знать все подробности. — вмешался Лазарев.        — Феи будут бесконечно благодарны вам, за спасение нашей повелительницы. — уважительно произнесла Диара.        — Она все сделала сама...— загадочно произнес зодчий.

*Незадолго до дня рождении Василисы*

       Миракл в который раз осматривал территорию, чтобы окончательно убедиться, что обстановка спокойная и тихая. И вдруг он замечает, что в глубине парка происходит какая-то возня. Естественно, он первым делом направился туда, держа часовую стрелу на стороже. Но оказалось это Белая Королева и Золотой Ключник ведут оживленный разговор.        — Ты же сам все слышал, парень. — с грустью вздохнула фея.        — Почему я должен вам верить?! — огрызнулся Марк.        — Хотя бы потому, что меня не было рядом с тобой, но о чем они говорили, я тоже знаю.        Светловолосый нервно потоптался на месте, ничего не ответив.        — По-хорошему, я вообще не имею право говорить тебе о будущем, но я хочу попытаться хоть что-то изменить. Это большой риск. — утвердительно произнесла Лисса.        — Вам не кажется это жестоким? Менять свою жизнь за счет другой. — вопросительно поднял бровь ключник.        — К сожалению, жизнь жестока. Я бы не стала делать этого, если бы не была уверена в твоей участи...— женщина опустила взгляд. — К тому же, я догадываюсь, какие чувства скрываются под маской ненависти к моей дочери.        — Хватит...— резко прервал ее Марк и громко выдохнул. — Что мне нужно делать?        — Главное - слушай свое сердце. Ты должен быть готовым морально к этому. — фея одарила его уважительным взглядом. — Расскажи Василисе что ты знаешь и приведи ее ко мне.        — Хорошо, если мне суждено умереть, я хочу, чтобы люди вспоминали обо мне, как о герое. — обреченно согласился он и покинул общество Королевы в своих мыслях.        Зодчий решительно отправился за ним и перехватил за руку, заталкивая в кусты.        — Что вам надо всем от меня ?! — прорычал Марк.        — Угомонись, я все слышал. — одернул его Миракл.        — И что?!        — Я чувствую, что Лисса упускает важную часть. — задумчиво потер подбородок мужчина. — Ты говорил свое числовое имя этой крысе?        — Да, хотите мне почитать морали о том, что я сам подписал себе приговор?— прищурился Ляхтич.        — А она тебе говорила...Свое?        Марк завис на несколько секунд. Ведь и правда говорила. Он медленно кивнул.        — Парень, эта информация, я уверен не будет лишней. Скажи. — уверенно потребовал зодчий.        — Хладокровь. Если вы зачасуете эту старуху, я вам буду только благодарен, даже с того света. — яростно произнес Златоключник.

*Наше время*

       — Получается Лисса действительно все сделала сама, только немного не довела до конца...— размышлял в слух Лазарев-старший.        — Именно так, а я в свою очередь, как зодчий, просто вовремя подхватил ее ошибку и направил куда надо. Поэтому, невероятно, но факт. Лисса жива и она сама изменила свою судьбу, еще и парню помогла уйти красиво. — закончил Миракл.