Невеста тьмы

Следующий день прошёл обычно. Сакура не желала расставаться с новым нарядом, пока не встретится с Итачи – слуги при виде неё кланялись, осыпали комплиментами, но ни один из них не тронул сердце, звуча как нечто само собой разумеющееся. Одержимость вниманием графа, выходящая за рамки приличия, отчего-то казалась ей почти естественной и нормальной. Харуно жаждала его общества и оценивающего взгляда чёрных, как непроглядная ночь, глаз. К Наруто она со вчерашнего дня не заходила, справляясь о его здоровье у лекарей – а о Саске и вовсе думать забыла. Пока его не было рядом, замок крепко затягивал на ней путы, признавая своей новой хозяйкой. Вечер наступил незаметно. Она с трепетом в груди ожидала, пока Тен-Тен закончит с причёской и макияжем – сегодня она твёрдо решила сама наведаться к графу, как будто нарочно обходившего её стороной все эти дни. Служанка добавила финальный штрих к роскошному образу: коснулась её губ мягкой кисточкой, окрашивая их в полупрозрачный оттенок алого. - Благодарю, можешь идти. Тен-Тен раскланялась и оставила Харуно в одиночестве. Сакура расплылась в хитрой улыбке – сегодня граф от неё не ускользнёт. Всё испортил неприятный зуд на шее. Девушка коснулась кожи и нащупала две крошечные ранки, которые дали о себе знать недавно – они никак не хотели заживать, причиняя лёгкий дискомфорт, но Сакура не придала этому значения, скрыв их за копной волос. *** «Шея невыносимо болит…очень холодно…» - Нет, рано, - сказал Саске себе под нос и отлистал назад. С каждой прочитанной страницей он пуще прежнего проклинал себя, что согласился на этот поход и вообще подпустил друзей к замку. Дело приобретало худший из всех возможных оборот. Зло, над которым он скептически посмеивался в фильмах про вампиров, существовало и теперь охотилось за его близкими. Они сами загнали себя в ловушку, когда задержались в месте, где не ловит сотовая связь, и заблаговременно предупредили об этом родных. Даже если очень захотеть – помощь извне не придёт, вся надежда была лишь на людей из деревни, которые наверняка знают обо всём этом больше, чем говорят. Скрежетнув зубами, парень продолжил читать: «Сегодня у нас были гости. Приехали предыдущий владелец замка и его друг, сказали папе, что нужно решить некоторые вопросы с документами. Портрет, который я выкинула, оказался его…было очень неловко, только бы не заметил пропажи. Ханаби гости почему-то не понравились.» Следующие записи были датированы неделей позже. «Господин Итачи предложил папе помочь с ремонтом. Я рада, что теперь дело пойдёт быстрее, хочу переселиться в свою собственную комнату, сестра уже надоела (Ханаби, если ты это читаешь, это шутка, я тебя очень люблю!)» «Сегодня Итачи провёл нас с сестрицей в другое крыло замка. Па прежде не разрешал туда заходить. Теперь понятно, почему – мы бы сразу растащили оттуда все красивые платья и украшения. Сколько же их там! У меня глаза разбегались. И, представляешь, дорогой дневник, господин Учиха разрешил нам взять их все себе! Я выбрала самое красивое, забрала его прямо из-под носа Ханаби. Кажется, она обиделась.» «Наверное, мне лучше спрятать от сестрицы этот дневник, она постоянно отбирает его у меня и читает. И да, она обиделась за платье. Так вот, дорогой дневник, открою секрет. Кажется, мне нравится Итачи...не хочу, чтобы он уезжал.» - Сраный аристократишка, действует со всеми по одной схеме, - зло фыркнул Саске. Но стало совсем не смешно от факта, что то же самое граф методично проворачивал с Сакурой, задарив её побрякушками. Как вообще Харуно повелась на такое? Далее почерк смазался, став более неровным и отрывистым, будто руки Хьюги дрожали при написании. «Дорогой дневник, в последнее время мне снятся кошмары. Один и тот же сон повторяется: будто бы моё новое ожерелье по ночам превращается в змею и она меня больно кусает. Ханаби убрала его в шкатулку, но кошмары не прекратились.» «Мне нездоровится. Сегодня у меня пошла кровь из носа и я чуть не упала в обморок. Врачи говорят, что всё в норме, и никто не может найти причину моего недомогания. Папа и сестра места себе не находят. Итачи хотел меня навестить, но они не разрешают ему приходить. Сестрица стала молиться за моё здоровье. Её голос раздражает.» «Сестрёнка выглядит подавленной и избегает со мной разговаривать. Иногда я забываю, что делала и говорила, как будто кто-то другой делал это за меня. Что я наговорила Ханаби?» «Приходил друг Итачи, дядюшка Хирузен. Он зачем-то развесил в моей комнате какие-то вонючие цветы и попросил никому не говорить, что заходил ко мне. Меня так душит их запах, но я не могу встать с постели и убрать их. Сестра увидела и очень разозлилась, сняла и выкинула их вместе со шкатулкой с украшениями.» «Мне страшно. Папа сказал, что утром нашего садовника нашли мёртвым.» Следующие страницы слиплись и ссохлись между собой. Саске без сожаления отодрал их друг от друга, и ему подурнело при виде бурых разводов на бумаге. Он с отвращением отбросил дневник в дальний угол. Учиха узнал всё, что хотел, до рассвета читая, как на страницах дневника разворачивается трагедия одной семьи. Парень ещё раз задумчиво прошёлся по комнате на случай, если упустил какую-то деталь. Перед ним предстал высокий шифоньер. Подёргал за ручки – закрыто. Учиха не сдался, дёрнул на себя посильнее, вырвав фурнитуру из креплений. Дверцы раскрылись, и на него с размаху упало что-то тяжёлое, чуть не повалив на пол. Саске удержал в руке свечу, направил свет на упавший предмет – и завопил, подскочив чуть ли не потолка. - Господи! – он затрясся от ужаса, зажав рукой рот. На полу лежал скелетированный труп в полуистлевшем старомодном платье. Тело, вероятно, принадлежало сестре Хьюги, и по всей видимости, столь же незавидная участь постигла и отца семейства. Он на цыпочках обошёл то, что осталось от Ханаби, и покрался к выходу из постройки, затушив свечу. *** - Входите, - небрежно бросил граф, не отрываясь от документов, когда в дверь постучали. Харуно вошла плавной походкой, демонстрируя своим видом хищную грацию. - Сакура-сан? Не ожидал вас увидеть в столь поздний час. Он поднял глаза на девушку, и от пристального внимания не ускользнуло то, как соблазнительно облегает её изгибы подаренное им платье. - Вы несколько дней не чтили нас своим присутствием. Дела? – она позволила себе дерзкую полуулыбку. - Да, прошу меня извинить за это. Накопилось много работы. Сакура прошла к высокой книжной полке, уставленной фолиантами, обернулась и метнула в графа острый взгляд: - Могу посмотреть? - Не смею возражать дорогой гостье. Кажется, он был совсем не против присутствия девушки в своём кабинете. Харуно пробежалась пальцами по корешкам книг и вытянула одну наугад. Это оказался сборник романтической поэзии. - Не ожидала найти такой жанр в вашей коллекции, - за шелестом страниц она услышала, как с пронзительным скрипом отодвигается стул – и хитро улыбнулась. - Отчего же? – Учиха подошёл к ней, но удержался на почтительном расстоянии. Сакуре захотелось поддаться назад, чтобы соприкоснуться спиной с его грудью. - Вы по натуре своей не кажетесь романтиком, несмотря на обманчивый внешний вид, - убрав книгу на место, девушка повернулась, сталкиваясь с чернотой его глаз. - Зря вы так, госпожа Харуно, - поддразнил её граф. – Я весьма разносторонняя личность. Ох, погодите, - он резко опустился перед ней на колени. - Что случилось? - Вы обронили серёжку. Учиха подцепил с пола предмет и поднял голову. Сакура затаила дыхание, глядя на него сверху вниз. Разумеется – оба понимали – упавшее украшение было лишь удачным предлогом. Граф начал нарочито медленно подниматься – его дыхание скользило по её животу и лифу платья. Она в предвкушении не смогла сдержать усмешку, когда его лицо оказалось близко к её, и губы почти соприкоснулись. Рука графа легла на верхнюю полку, и он навис над девушкой, не оставляя путей для отступления. Теперь всё стало ясным, как белый день: Итачи играл с нею, томил своим отсутствием, ждал, когда сама придёт к нему. «Сакура, Сакура, хватит, остановись» - умоляла её затерявшаяся в закоулках околдованного разума рациональная часть. «Не хочу» - было ответом. Вежливость и негласно обозначенные границы допустимого разбились о вспышку страсти, словно хрупкий фарфор. В противовес их деликатному взаимодействию «до» поцелуй вышел жарким и неудержимым, почти голодным. Учиха обхватил её талию руками и поднял вверх, словно она ничего не весила. Усадив девушку на стол, он одним махом сгрёб бумаги в сторону. Исписанные листы полетели прочь, оседая на пол ненужным мусором. Сакура оказалась полностью в его власти. Она вжалась в него, дрожа от нетерпения и с готовностью подставляя шею. - Не спешите, - насмешливо ухмыльнулся граф, - У нас ещё будет для этого время. Он начал осыпать поцелуями её ключицы, слегка оттягивая корсаж платья, но не позволяя себе зайти за грань и раздеть девушку до белья. Однако Сакура не стала ему подыгрывать. Схватившись за полы платья, она потянула вверх подол, обнажая стройные ноги. Учиха, неожиданно взбудораженный её непокорностью, опустился вниз и оставил лёгкий укус на внутренней стороне девичьего бедра. Начавшуюся прелюдию прервал громкий стук в дверь: - Господин Итачи! – послышался голос Хирузена. - Я занят, зайди позже, - громко отрезал он, не терпя возражений. - Это очень важно. Сакура и граф переглянулись. Девушка слезла со стола и поспешно поправила сбившееся платье, пригладила волосы. Дверь открылась. Сарутоби весь сжался и сгорбился под испытующим взглядом Учихи, в котором отражалась ярость из-за того, что тот побеспокоил его. Увидев растрёпанный вид Харуно и кучу бумаг на полу, дворецкий быстро сложил два и два, заметно смутившись. - В чём дело? – губы Итачи сжались в одну обескровленную линию. - Состояние господина Наруто серьёзно ухудшилось. Все трое незамедлительно проследовали в его покои. Войдя, Сакура застала жуткую картину: несколько слуг удерживали Узумаки, в полубреду мечущегося по постели, словно в него кто-то вселился. Бешено вращая глазами, он повернулся на Харуно – и на миг будто вернулся в ясное сознание. - Сакура-а-а, помоги…- взвыл он нечеловеческим голосом, - Мне так больно, Сакура-а-а…- после этого его стошнило кровью прямо на ночную рубашку. Хирузен с печалью покачал головой. Старику было не в первой наблюдать это дикое зрелище, но желание прикрыть глаза и уши так и не покинуло его за годы. Девушка отвернулась, не желая на это смотреть. Прежняя Сакура уже бы вытрясла душу из лекарей, в истерике требуя спасти друга. Но сейчас она ощущала странную пустоту и безразличие к страданиям бьющегося в конвульсиях Наруто. Блондин вдруг издал хрип, сопровождающийся противным влажным звуком – и испустил дух, рухнув на постель без признаков жизни. - Он…- бесцветным голосом начала Харуно. - Не переживайте, Сакура-сан, - Итачи мягко положил руку на её плечо. – Он переродится. *** Путь был открыт, и Саске благополучно добрался до деревни. Благополучно физически, чего, после увиденного в домике, нельзя было сказать о его моральном состоянии. Ощущение того, что он остался с этим один на один, выбивало опору из-под ног, страх сковывал внутренности, несмотря на намерение довести своё дело до конца. У него было лишь несколько зацепок: странная книжонка, которую ещё предстояло достать, и цветы чеснока, которые, видимо, были у вампиров не в почёте. В деревне его поначалу встретили с дружелюбием, готовые даже в ранний час накормить и обогреть путника, но стоило только попытаться пролить свет на происходящее в замке – менялись в лице и выдворяли его прочь. Так Учиха быстро понял, что местный люд ему не помощник. Он отчасти понимал их поведение: граф наверняка заткнул им всем рты и держал в страхе. Из дневника Хинаты он узнал, что аккурат во время возвращения графа здесь начали пропадать люди – и никто не хотел стать следующим, а потому не совался в замок. Теперь он видел своей священной миссией спасти не только друзей, но и освободить несчастных людей от нависающей угрозы в виде рассадника чудовищ. А для этого все средства хороши. Он нашёл домик, в котором они остановились в первый день своего похода, и решительно постучал. Поначалу ему никто не ответил, но тут дверь тихонько отворилась и за порогом показалось лицо знакомой старушки. Она выглядела дёрганной и изнурённой, имея мало общего с той жизнерадостной женщиной, которая подливала им похлёбку и травила шутки про нечисть. - Здравствуйте, я… Старуха приложила палец к губам. Хмуро оглянувшись по сторонам, она всучила в руки Саске потрёпанную книжицу – ту самую – и воняющую на всю округу косичку чеснока. Не успел парень поблагодарить её, как она исчезла за дверью. Спрятав предметы за пазуху, Учиха побрёл обратно по направлению к домику – единственному относительно безопасному пристанищу на данный момент. Он шёл быстро, не зная отдыха – времени оставалось критически мало. Успешно добравшись назад, он, пока солнце ещё светило, уселся читать прямо на улице. В голову потоком хлынули новые непонятные слова и символы, а попытка бегло вычленить полезную информацию из нагромождения букв понимания не прибавляла. На первый взгляд, написанное в книжке было похоже на бред сумасшедшего – большинство было просто частью сборника местного фольклора. - Твою мать, понятно целое нихрена! Где я вам сраный осиновый кол возьму? – спустя час чтения выругался Учиха, обращаясь к невидимому собеседнику. От стресса и отсутствия сна под его глазами залегли глубокие тени и утратил ясность рассудок. Хотелось бы, чтобы через минуту он пришёл в себя в палатке далеко отсюда, а вся эта кошмарная история оказалась сном собаки, но чуда не случилось. Кроме того, что он уже знал о чесноке и фигурных изделиях из осины, парень нашёл также кое-что действительно полезное – кровопийцы не жаловали ещё и религиозные символы. При себе подобных вещей у него не было, поэтому он без раздумий вырвал из книги страницу, где был изображён один из таких. Настало время выдвигаться, пока темнота не застала Учиху врасплох. Напоследок он зашёл в дом. Коснулся пальцами зажигалки в кармане. Откинул крышку, покрутил колёсико, бросил её в груду мебели – пламя стало охотно пожирать древесину – и ушёл, поклявшись самому себе, что вскоре точно так же будет гореть замок Итачи. *** Время близилось к закату. На подходе к замку у ног заклубился, словно ластясь, уже знакомый туман. В сочетании с алеющим небом это было невероятно красиво, но Учихе сейчас было не до эстетики - он нахмурился, понимая, что это значит. Но у него был козырь в рукаве. Переливчатый женский смех раздался над ухом, прямо как в ту ночь. - С возвращением, Саске. - О-о, нет, иди-ка ты на хрен, дрянь зубастая, - парень достал из кармана страницу с символом и развернул её перед собой. Он увидел, как девушка материализовалась из воздуха прямо перед ним. Хината протянула к нему руку, ехидно усмехаясь, но тут же ощерилась и с рычанием отдёрнула её, как только увидела рисунок. Некогда красивое лицо стало похоже на стрёмную монструозную морду, и Хьюга растворилась в пелене дыма, а вместе с ней вскоре исчез и туман. Ему на миг стало жаль леди, павшую жертвой древнего зла. Записи в дневнике и поведение девушки дали ему точную картину того, что происходит с теми, кто столкнулся с вампиром: они слабеют, тяжело заболевают, а после восстают в виде оживших кровососущих тварей – то же самое происходило, судя по симптомам, с Сакурой и Наруто. Саске не был уверен в том, обратим ли этот процесс, но всё равно сломя голову спешил им на помощь. По-другому и быть не могло. Пробирался в замок он тем же путём, которым вывел его Сарутоби, избегая мест, где его могли бы заметить. Для того, чтобы найти потайной проход, пришлось серьёзно напрячь память, но в конце концов Учиха достиг своей цели. *** Саске нырнул в слабо освещённый коридор, прячась от слуг – благо закоулков, позволяющих действовать скрытно, было предостаточно. Тем не менее, его не покидало подозрение, что несмотря на то, что из столкновения с Хинатой он вышел живым – это всё было увеселительным представлением, и сейчас ему нарочно позволили сюда войти, сделав частью игры. Эдаким зверьком для притравки новорождённых вампирят. Учиха погнал дурные думы прочь, надеясь, что друзья ещё живы и не пока планируют превращаться в кровожадных монстров. Когда чужие шаги стихли, он, настороженно прищуриваясь, выглянул из-за угла. И заметил, как в его сторону, что-то напевая себе под нос, движется Тен-Тен. Девушка несла в руках тазик с какими-то окровавленными тряпками в нём. Саске тихо цокнул: уронит - будет много шума, но выбора у него особо не было. Учиха подождал, пока служанка окажется к нему спиной, и неслышно подступил сзади. Рывком он дёрнул её на себя, затаскивая в тёмный участок и ладонью плотно закрывая рот. Таз с грохотом полетел на пол – впрочем, на звук никто не сбежался. Девушка замычала и задёргалась, свободной рукой Саске зафиксировал её на месте и прошептал на ухо: - Ещё раз пикнешь, и я сверну тебе шею. Сейчас ты молча поведёшь меня к Сакуре, поняла? - Саске-сан, я знаю, что вы здесь. Пожалуйста, не нужно этого, выходите. «Дерьмо» - поморщился Учиха, но всё же послушался просьбы Хирузена. Всё-таки старик уже помог ему до этого. Отпустив служанку, он вышел к нему. Сарутоби кивнул девушке, и та быстро исчезла в коридоре. - Она ничего не скажет, не беспокойтесь, - уведомил Учиху мужчина. – Итак, что заставило вас вернуться? Старик выглядел необыкновенно отрешённым, точно годами нёс на плечах огромный груз и до чёртиков от него устал. - Я же говорил, что не уйду без своих друзей. - Вы же понимаете, что это всё бессмысленно? Я дал вам шанс спастись, но вы сами вернулись в логово зверя. Господин Итачи крайне не любит, когда вмешиваются в его планы. - Мне до глубины души срать, что любит и не любит ваш хозяин. Дайте мне пройти к Сакуре и Наруто. - Ваше упорство похвально, Саске-сан, давненько такого не встречал, - устало улыбнулся старик. Он потянулся к шее и снял с себя скрытую под воротом рубашки цепочку. Подойдя к Учихе, он вложил в его руки амулет с причудливым символом, который парень уже где-то видел. – Наденьте и ни при каких обстоятельствах не снимайте его. Я скажу вам, как найти комнату Сакуры. Как только Саске ушёл, старик утомлённо потёр лоб рукой. Ему в край опротивело служение графу, которому он посвятил практически всю свою жизнь. Может, хотя бы этот бойкий парнишка положит конец многолетнему ужасу. Но сколько таких он уже повидал на своём веку? Десятки, сотни? В любом случае, финал этой истории он уже не застанет: - Наконец-то вкушу твоей крови, старик. - Эх, я ведь знал тебя совсем другой. Знаешь, ты была очень милым человеком, Хината. *** Сакура мирно дремала в своих покоях, набираясь сил в поверхностном сне. Итачи обещал зайти к ней позже, ибо ситуация с Наруто требовала…определённых действий – и они наконец закончили бы начатое. Послышались опасливые шаги, и тёплое прикосновение к лицу заставило её поморщиться и проснуться, но вместо графа на неё смотрел Саске. - Что ты тут делаешь? – сонно спросила Харуно, явно удивляясь его появлению. - Я пришёл за вами. Узумаки в порядке? - О, Наруто…а он умер, - Учиха застыл, не веря своим ушам. Сакура криво улыбнулась, продолжая рассказ так, словно пересказывает обычный сюжет фильма ужасов, а не говорит о смерти друга, - Он так корчился, звал меня…внутренности свои выблёвывал, представляешь? Ха-ха! - Хватит, замолчи, - Саске надавил на веки пальцами, сдерживая порыв истерически завыть. Они за всё поплатятся. Он теперь здесь камня на камне не оставит. - Но ты не беспокойся, Итачи сказал, что он скоро переродится, и мы будем все вместе, как семья! - Прекрати пороть чушь! – Учиха налетел на подругу и, не жалея, грубо встряхнул за плечи, как бездушную куклу. – Я забираю тебя и мы сейчас же уходим. С лица Харуно сошла гротескная радостная улыбка и на неё нашла полная растерянность вкупе с шокирующим осознанием, но она хотя бы была теперь на себя похожа: - Саске, что происходит? Так шея болит…и чем от тебя несёт? - Позже объясню, надо идти, - он достал из кармана изображение символа и протянул девушке. – На, из рук не выпускай. В дверь заколошматили, намереваясь безжалостно снести её с петель. - Чёрт, опоздал, - Учиха заозирался по сторонам и наобум выбрал первый попавшийся вариант, - Пригнись. - Что? - девушка взвизгнула и шарахнулась в сторону, когда друг подхватил деревянную табуретку и метнул её в окно. Звон разбитого стекла расползся по комнате. Саске из оставшихся на полу осколков выбрал тот, что поудобнее держать в руке, схватил первую попавшуюся тряпку и плотно обмотал ею один из краёв, делая некое подобие рукояти. Расшатанная дверь поддалась и в комнату ворвались слуги. Вариантов сбежать было немного: либо прорываться силой, либо лезть в окно с риском напороться на осколки или расшибиться при падении. - Пожалуйста, отойдите от госпожи Сакуры, - какой-то особо смелый паренёк шагнул в их сторону, но Учиха задвинул всё ещё осознающую реальность девушку за свою спину и сделал угрожающий выпад вперёд: - Вон пошли, всех порежу! Сакура, тяжёлое что-нибудь возьми! Девушка, особо не понимая, что она делает, хватанула первый попавшийся предмет, сорвав со стола золочёный канделябр с догорающими в нём свечами. Одна из них выпала, и огонь моментально охватил край портьеры. Комнату заволокло дымом. Возникла суматоха, в ходе которой Учиха, не переставая размахивать осколком, как безумный, потащил за собой заходящуюся в кашле Харуно. Он нёсся вперёд, по дороге срывая со стен свечи и метая их во что придётся, тем самым создавая новые очаги возгорания. Когда они добрались до коридора, ведущего к тоннелю, Сакура вдруг вскрикнула и со слезами зажала рот ладошкой. В самом центре, широко раскинув руки, в луже своей крови лежал Хирузен. Его горло представляло собой сплошной раскуроченный кусок мяса, и Харуно против своей воли засмотрелась на вытекающую из него алую жижу, с упоением вдохнув её аромат. - Не надо, не смотри, - Учиха закрыл ей обзор, не заметив её странную реакцию на кровь. Они вскоре вошли в проход. Сакуре было тяжело передвигаться по каменистой земле босыми ногами, поэтому Саске подхватил её на руки. Лампадки тускло освещали путь. Они прошли, по ощущениям, половину дороги, ненадолго присев отдохнуть, когда за стенами что-то загрохотало, будто грянул гром. - Саске, я боюсь, - пробормотала девушка, словно подсознательно догадываясь о природе этого явления. - Тише, я с тобой, - Учиха ласково потрепал подругу по волосам. И вдруг заметил, что клочка бумаги, который она сжимала в руке, не было. Лампадки начали гаснуть одна за другой - прожорливая тьма медленно, растягивая удовольствие, шла за ними по пятам. Парень подскочил и потянул за собой Харуно, побежав к выходу. Стоило оказаться на улице, как на них обрушилась стена дождя. Сакура посмотрела вверх: почерневшее небо разрезали молнии. Оглушительный громовой раскат, которому вторил нечеловеческий яростный вопль, ударил по ушам, лишив ориентации в пространстве. Саске прикрыл её рубашкой, защищая от капель воды, больно хлещущих по коже. Его лицо стало полным боли, точно перед ним встал мучительный выбор. - Сакура, пожалуйста, послушай, - он вдруг содрогающимися руками стянул с себя цепочку с амулетом и надел её на девушку, - Ни в коем случае не снимай это. Харуно кивнула. Вещица дарила удивительную ясность мыслей и покой. Учиха взял её за руку и повёл за собой буквально вслепую – из-за ливня с трудом можно было что-то разглядеть. - САКУРА, - раздался новый вой, в котором уже отчётливо можно было различить её имя. Растерявшись, девушка отпустила Учиху и обернулась на звук. Когда Харуно повернулась обратно, она поняла, что стоит совершенно одна, и только тепло его руки, которая только что держала её, говорило о том, что присутствие Саске не было иллюзией. Она в отчаянии закричала, громко зовя друга по имени, но собственный голос тонул в шуме непрекращающегося дождя. Осознав, что надежды нет, она покачнулась и упала коленями в грязь. Мокрые волосы прилипли к лицу. Девушка беззвучно зарыдала, дрожа от проникающего под кожу холода. Дождевая завеса, тем временем, постепенно редела, пока ливень не прекратился совсем. Сакура подняла голову, равнодушно глядя на замок: из некоторых окон крыла, где они с Учихой успели навести переполох, шёл едкий чёрный дым. Она и не заметила, как от пейзажа этой готической громадины отделился небольшой силуэт, движущийся по направлению к ней. - Госпожа Сакура, - Итачи хотел было приблизиться к девушке, но заметил на её шее амулет. По его лицу пробежала тень отторжения. - Не подходите ко мне! – закричала не своим голосом Харуно, - Что вы сделали со мной и моими друзьями?! - Снимите эту побрякушку, и я всё вам расскажу. Эта вещь отравляет ваш разум. - Ну уж нет! – её пальцы с посиневшими ногтями крепко сжали символ. - Вы можете мне доверять, Сакура-сан. - Как я могу доверять существу, которое убило моих друзей? Вы себя слышите? - Я понимаю вашу тревогу, госпожа. Но всё не так, как вы думаете. Ваши друзья…они теперь всегда будут с вами. Пожалуйста, снимите амулет, и мы спокойно всё обсудим. Чужая воля словно всё это время незаметно подтачивала её спутанный и сбитый с толку потерей друзей разум. Она была совсем одна и без Наруто и Саске идти ей некуда – эту мысль ей упорно сейчас кто-то внушал, и было так страшно и больно, что хотелось просто сдаться и поверить, лишь бы это заглушить. - Давайте же, Сакура-сан. Будьте послушной леди и уберите с себя эту дрянь. Рука неуверенно потянулась к застежке. Цепочка соскользнула с шеи и медальон рухнул на мокрую землю, увязая в ней. - Вот так. Идите ко мне, моя невеста. Ваше место здесь, рядом со мной. Сакура была полной противоположностью Хинаты, и тем была идеальна. Её мятежный характер, её бурная живость манили и вызывали у графа интерес, как эту хаотичную энергию обуздать, перевоспитать под себя. Она была покорна, когда ему было нужно, и столь же прелестно своенравна. Харуно с готовностью нырнула под его плащ и прильнула к его груди, как ластящаяся кошка, прикрыв глаза. Холод его тела согревал. Она вдруг воспарила между сном и явью: вот она уже не в его объятиях, а в мягкой кровати, а потом спине становится неудобно и больно на каменной плите, кожу колет белое кружево, и над ней, усмехаясь, стоят Хината и Наруто, синхронно говоря «добро пожаловать в семью». Боль от клыков и экстаз от укуса. Её тело бьётся в агонии. Сердце перестаёт отбивать живой ритм. Она мёртвыми глазами смотрит на своды фамильного склепа. *** Саске Учиха, Наруто Узумаки и Сакура Харуно были признаны пропавшими без вести. В район, где их видели в последний раз, была выслана поисковая группа, но ни останков, ни следов пребывания так и не было найдено. Родные молодых людей продолжают поиски и верят в их возвращение. *** - Пф, мне уже наскучили эти завывания, - скорчил гримасу блондин в стёганом средневековом дублете и отпил из бокала красную жидкость. Сегодня хозяин был необычайно щедр и позволил им до последней капли выжать кровь из молоденькой служанки. Такие подарки перепадали паре крайне редко – и только при содействии госпожи Сакуры. - Привыкай, господин отдаёт предпочтение живой классической музыке, - ответила ему Хината, - И не пей так много, будь добр. Оставь мне пару глотков. По коридорам замка разливались отголоски нежной песни виолончели. Звуки вели в главный зал, по которому сосредоточенно вальсировала знатная пара: молодой граф Учиха и его прекрасная зеленоглазая спутница. Никто и не распознал бы при первом взгляде на них, что то были истинная тьма и смертная девушка, которую зло избрало своей новой бессмертной невестой. И связаны они были вовеки веков.