Лучшие друзья

Начало Flashback.

Год назад.

      Весна – прекрасная пора. А вечерами, когда на землю падают листья сакуры, а лицо обдувает мягкий прохладный ветерок, так приятно пройтись по улицам, вдыхая ароматы вишни и смотря на уже садящееся солнце.       Но если обычные люди предпочитают любоваться пейзажами природы в парке или, предположим, в отдалённой от цивилизации местности, то наш герой, о котором сейчас идёт речь, предпочитал любоваться всем на большом холме, который находился на кладбище.       Йо Асакура уже давно просто так не заходил на кладбище, чтобы проведать своих друзей-духов, которые обитали здесь уже несколько сотен и даже тысяч лет.       Почему наш герой давненько не был здесь? Потому что семейная жизнь затягивает. О да, помыть посуду, выбросить мусор, уделить время жене – всё это занимает много времени.       Кстати говоря о жене, ею являлась, без сомнений, конечно же, Анна Киояма, хотя нет, теперь она Анна Асакура.       Они поженились буквально полгода назад и теперь очень счастливы. Свадьба не была пышной, поэтому и гостей не было. Всё прошло тихо, мирно… км, в общем… тайно. Да-да, родственники и родители Йо даже не знали об этом. Вы спросите, почему? Потому что, как бы это странно не звучало, но они были против этой свадьбы, аргументируя это тем, что они слишком молоды и для начала надо встать на ноги. О турнире уже никто не говорил, так как думали, что он и не продолжится. Но за те три с половиной года, чувства Йо и Анны совершенно изменились друг к другу. Они ведь росли, а вместе с ними и менялись их мнения, предпочтения, даже характеры. Детская дружба, привязанность, уважение – всё переросло в любовь. А обещание жениться превратилось из обязательного условия в сознательное и добровольное решение.       Любимая жена, что всегда поймёт, поддержит, ну или в противном случае даст тумаков для мыслей в правильном направлении. Дом, что сохранит семейный очаг от непогоды и обеспечит тепло и уют. Дерево, которое уже несколько лет растёт на заднем дворе Фунбари Онсен. А что ещё нужно для простого человеческого счастья? Сын или дочь? Это всё ещё впереди, нельзя же иметь всё и сразу. Нужно время. Тем более дети, это очень серьёзный шаг и решиться на него могут только по настоящему готовые к этому люди, ну или безумцы. Как не посмотри, всё наши герои.       Вот такой распорядок сейчас царил в семье Асакура, и, как вы сами понимаете, времени на друзей катастрофически не хватало. Даже сейчас Йо решил не испытывать судьбу под название: «Настроение Анны», поэтому решил вернуться домой.       – Анна, я дома! – прокричал Асакура, переступив порог дома. А в ответ тишина. Гнетущая и такая мёртвая.       Прислушавшись, Йо пытался уловить хоть маленький шорох, хоть какой-нибудь знак о присутствии Анны, но нет. Тишина никуда не уходила. (Музыка: Akifumi Tada – Ai saretai [M13])       Пройдя в зал, Асакура обнаружил выключенный телевизор, убранную комнату и… ничего и никого больше. Было очень странно. Анны не было дома, но вопрос заключался в том, где она? Уйти она не могла, не в её правилах уходить и не предупреждать. Может, что-то случилось? Эх… случилось, только не то, что вообразил себе Йо.       Зайдя в спальню, Асакура бросил свой свитер на постель и хотел пойти принять душ, как вдруг, совершенно случайно, увидел большой белый конверт на другой стороне футона.       Почему-то в этот момент, даже не зная, что находится в этом конверте, Асакура почувствовал огромное давление. Ноги будто свинцом налились, а дыхание участилось. Подойдя к конверту, как к детонирующей бомбе, Йо аккуратно взял его и увидел красивый, каллиграфический почерк своей жены, которым было написано: «Для Йо».       Вытащив содержимое, а это было два листа, Асакура первым наткнулся на письмо, которое написала Анна:

Дорогой, Йо.       Не знаю, смогла бы я сказать тебе это, смотря в глаза, но, скорее всего, нет. Поэтому прости, что излагаю это в такой форме.       Всё то время, что мы с тобой провели после турнира и свадьбы, было прекрасным. Но, как ты знаешь, время летит, и всё меняется. Сейчас мне кажется, что ты уже не испытываешь ко мне тех чувств, что были раньше, а я, в свою очередь, не могу просто терпеть и надеяться, что в один момент наши чувства друг к другу снова вспыхнут. Я просто больше в это не верю.       Наша жизнь стала похожа на замкнутый круг, где нельзя свернуть или поддаться другим решениям. Именно поэтому, Йо, я решила разорвать этот круг, который не принесёт ни тебе, ни мне счастья. Я ухожу…       Прости, я не знаю, что ещё можно написать, ведь сейчас слова не имеют значения, но я хочу, чтобы ты знал. Ты самый прекрасный человек, который мне когда-либо встречался, я очень рада, что именно с тобой я ощутила радость, счастье и семейную жизнь, но рано или поздно всё подходит к концу. Что ж, видно нам не суждено быть вместе.       Прошу, не ищи меня, я всё уже решила, хоть это решение и далось мне тяжело, но ты ничего не сможешь изменить, да и не надо…       Ещё раз прости и прощай навсегда, Анна.

      Первые секунды после прочтения прощального письма, в котором было чёрным по белому написано, что это конец отношениям, Йо просто стоял с пустым взглядом, не осознавая, что это правда. Возможно, это шутка. Возможно, это всё не правда.       Но посмотрев на вторую бумагу, Асакура удостоверился в том, что всё это происходит с ним на самом деле.       «Иск о расторжении брака» – вот, что было выделено большими буквами на бумаге.       Этот иск и прощальное письмо Анны упало на пол, так как руки Йо ослабели, температура тела упала на несколько градусов, а сердце очень сильно сжалось, как будто пыталось завязаться в морской узел.       Шли дни, а точнее они просто летели. Для Асакуры не существовало ничего и никого. Он просто сидел возле этого прощального письма с бокалом коньяка в руке, и ему казалось, что время вообще не идёт. Оно остановилось, умерло вместе со всем на этой планете. Рана не заживала, она с каждым новым днём становилась всё глубже и жгуче.       Когда выпивки стало не хватать, а состояние уже было невменяемое, вот тогда Асакура вышел на улицу, но уж лучше бы он сидел дома. Прямо по дороге назад ему встретились какие-то отморозки, которые неизвестно что ему говорили.       «Неизвестно» потому, что Йо не слушал их, а точнее не слышал. Уже не существовало никого и ничего, а боль не проходила. Когда он почувствовал не духовную, а физическую боль, которую ему начали причинять те отморозки, Асакура даже ничего не сделал и просто давал себя бить.       Казалось, что он хотел, чтобы его побили, как можно сильнее. Хотел, чтобы его душевные адские боли, хоть и на несколько часов заглушились физическими.       Это было подобно наркотику, каждый день, когда сил терпеть муки не было, он напивался до невменяемого состояния и шёл туда, где бы его могли побить так сильно, насколько это возможно. Он наказывал себя за то, что не сумел удержать Анну, но в его жизни всё равно ничего не менялось.       Говорят: «Время лечит». Всё это враньё. Время лишь заставляет нас мириться с тем, что произошло, а боль… Боль так и не уходит, она лишь оседает на сердце, чтобы терзать тебя всю оставшуюся жизнь.

Конец Flashback.

      Сидя на всё том же самом парапете и держа в руках то прощальное письмо, которое Йо всегда носил с собой, Рен перечитывал его снова и снова. А Йо, смотря на святилище короля духов, как бы спрашивал у него: «Почему?».       Ведь всё было прекрасно, и замкнутого круга в отношениях Асакура никогда не наблюдал. А, возможно, просто не доглядел? Может быть, он мало говорил ей о своей любви?       – Ты искал её? – наконец-то оторвавшись от письма, спросил Рен.       – Искал, а что толку? – ответил Йо. – Всех спросил, везде побывал, но никто её не видел.       – Йо, но ты же понимаешь, что здесь написана полная ахинея?! – пытаясь образумить друга, который уверовал в эту откровенную ложь, воскликнул Рен, тыча в письмо пальцем.       – Почему ахинея? Она ясно дала понять…       – Да прекрати ты! – повысил на Асакуру голос Рен. – Ты думаешь девушка, которая захотела бы расстаться с парнем, сожалела бы об этом? – в этот момент Йо сдвинул брови на переносице и вопросительно посмотрел на него. – Ты меня поражаешь, Асакура. Смотри, – протянув письмо, тыкнул на бумагу Тао. – Начало письма каким почерком написано, и каким конец. Разницу чувствуешь? Я, конечно, не занимался графологией, но даже мне понятно, что когда она вот здесь начала писать про то, что было и как всё было прекрасно, у неё явно дрожала рука. Плюс ко всему, попытайся оценить само изложение. Лично у меня такое ощущение, что она выдавливала из себя слова. Уж насколько я знаю Анну, то она никогда не отличалась невнятностью.       – Даже если это всё так, – покачал головой Асакура, – я не знаю где она, не знаю, как её найти. Я даже не знаю причины, почему она ушла.       Несколько секунд они оба молчали. Тао не знал, что сказать, так как найти Анну, когда она намеренно обрубила все концы, просто нереально.       – Йо, я, правда, не знаю, чтобы я сделал на твоём месте, но винить себя во всём я бы не стал.       – Ты не можешь говорить о том, как бы ты поступил, если никогда сам не был в такой ситуации, – после этих слов Йо невесело усмехнулся. – Хотя ты близок к тому, чтобы понять, насколько больно терять любимого человека.       – Ты на Вэй намекаешь? – недовольно закатил глаза Рен недовольный тем, что они вернулись к этому разговору. – Пойми, мы с ней друзья и…       – И то, что она изменилась, ничего не меняет, – договорил за друга Йо, усмехнувшись тому, как его друг распаляется и пытается убедить в этом его.       – Вот именно.       – Именно поэтому ты даже не вернулся в кафе, – с сарказмом подметил Йо. – Кстати, знаешь, как отреагировал на неё Лайс? – Рен и бровью не повёл, хотя ему и было интересно. – Как только девчонки зашли, он оглядел Юи, и я видел в его глазах удивление, но, когда они подошли за столик, он сразу же нацепил на себя вежливую маску безразличия.       – Вот гад! – вспыхнул моментально Рен, мысленно проклиная Дитела. – Она ради него старается, а он ноль внимания.       – Рен, они несколько дней знакомы, а ты хочешь, чтобы они уже встречались?       – Я вообще не хочу, чтобы они встречались, но раз уж Вэй втюрилась в него, я не буду ей препятствовать, – недовольно прошипел Рен, из-за чего Йо снова улыбнулся его противоречивым словам. – Но сам посуди, разве это не грубо не реагировать на старания девушки? Хоть бы комплимент какой-нибудь сделал.       – Он сделал, – спокойно сказал Асакура. – Сказал, что она прекрасно выглядит. С её лица потом улыбка не сходила.       – Отлично, пойду, поздравлю её с этим знаменательным днём! – буркнул Тао. Асакура лишь засмеялся на капризное поведение своего друга, но с ним не пошёл, так как знал, что это был всего лишь предлог, чтобы заглянуть к Вэй, как делает Рен это каждую ночь.

***

      Напевая какую-то романтическую песенку, Юи вальсировала с воображаемым партнёром по своей комнате, полностью растворившись в своих фантазиях. На лице сияла счастливая улыбка, а настроение было просто самое высокое из всех возможных.       Стук в дверь резко спустил нашу влюблённую дурочку на землю. Она поправила волосы, искренне надеясь на то, что за дверью находился Лайсерг.       – Да, – откликнулась Юи, после чего дверь открылась, и её улыбка сошла на нет. – А, Рен. Проходи, – повесив голову, сказала разочарованным голосом Вэй.       – Судя по реакции, меня ты не ждала, – поджав губы, закачал головой Тао, говоря холодным и немного обиженным голосом.       – Нет, конечно, ждала, просто… – с добродушием начала Юи, но поникнув на последних словах, поэтому Рен подхватил её мысль.       – Я понял, надеялась, что Дител к тебе заглянет.       Вэй мило улыбнулась, после чего мечтающим голосом сказала:       – Наверное, я очень тороплю события, да? – с какой-то наивностью и явной глупостью своего вопроса, задумчиво приложила указательный палец к губе шатенка.       – А может это он тупой? – с сарказмом спросил Тао. В этот момент Юи резко посмотрела на Рена проницательным взглядом, после чего, немного помолчав, очень серьёзным и в какой-то степени обеспокоенным голосом спросила:       – Что с тобой происходит? Ты стал таким холодным и грубым, я думала, ты поборол в себе эти качества.       – Просто меня бесит, как он с тобой обходится, – присев на тумбочку, сказал Рен, смотря, как Юи уселась напротив него на футон.       – В смысле? – немного с вызовом возмутилась Вэй. – Лайсерг меня не обижает, он очень вежливый, честный…       – Честный? Вот если бы он тебе прямо сказал, есть ли у тебя шансы, то вот это было бы честным.       – Рен, – смотря на него так пристально, как будто смотрела прямо в душу, холодно одёрнула его Юи, – что происходит? Я слишком хорошо тебя знаю, и я вижу, что есть что-то ещё. Вот только не могу понять что.       Тао ничего не ответил, он лишь рассматривал угол комнаты, где краска стены уже начала лопаться. Тяжело выдохнув со звуком «ой», Вэй встала и подошла к своему другу.       – Ты мне два года выносил кукушку, что мне надо найти парня. А теперь, когда я последовала твоему совету, ты берёшь свои слова назад? – Рен посмотрел на неё, думая, что же ответить, ведь ответа у него подходящего не было. – Тао, – игриво и медленно помотала головой Вэй, – не вынуждай меня применить щекотку, я знаю, ты её боишься, – но опять никакой реакции.       – Не беру, – пробурчал Тао, из-за чего уже отчаявшаяся Юи оживлённо на него посмотрела. – Просто… – Рену было тяжело говорить это, но шатенка его не перебивала, поэтому он на выдохе всё же решился сказать. – Наверное, я ревную.       Спустя две секунды губы девушки начали сжиматься теснее и теснее, а уголки начали изредка подниматься к верху. Она уже стала красная, как рак, из-за недостатка воздуха.       Смотря на всё это, Рен, закатив глаза, выдохнул и сказал:       – Ну, смейся ты уже.       Как поступают приличные люди в таких ситуациях? Они извиняются, но Юи Вэй, словно по команде, а точнее по разрешению, выдохнула и залилась звонким смехом.       Секунда, две, дальше пошла уже третья минута, а смех всё не кончался.       – Может, хватит? Я вообще-то тут тебе душу излил, – недовольно скрестив руки на груди, сказал Рен.       – Прости-прости, – замахала рукой Вэй, утирая выступившие слёзы. – Просто ты так натурально это сказал, что я сначала подумала, что ты о той ревности, что бывает у мужчины к любимой женщине, а ты ведь про дружескую. Вот меня и пробрало от таких мыслей.       – Да, глупость, – согласился Рен, опять отведя от Вэй взгляд, который был полон непонятной обиды и смирения с её словами.       – Рен, прости, что мы стали так мало проводить времени друг с другом, ну ты же мой друг, ты должен меня понять, – с мольбой и надеждой на понимание сложила в замочек руки Юи.       – Да, понимаю, – вот только интонация у Рена была не жизнерадостная, а какая-то подавленная.       – Слушай, у меня идея. Давай завтра после завтрака погуляем по деревне?       – А как же Лайсерг? – с ироничной улыбкой спросил Тао.       – Ну, надо немного сбавить обороты, а то я покажусь ему слишком назойливой. Ну, так что? Идёт? – протянув кулачок, спросила Юи.       – Идёт, – усмехнувшись и стукнувшись своим кулаком, сначала сверху, потом снизу и в конце по центру, сказал Рен.

***

      А вот и новый день, который обещает быть весёлым. Снова всё начинается с утра и вкусного завтрака, на который девушки, как всегда, опаздывают. И это понятно, ведь женщинам нужно с утра сделать гораздо больше вещей для выхода из дома, чем парням.       – А вот и наши красавицы! – сказал восхищённо Рио, на что Трей чуть чаем не захлебнулся.       – Так-так-так, попрошу не обобщать, одна красавица лично моя, – грозя пальцем и состоив патриотическую рожицу, сказал северянин.       – Ууу собственник! – запустив в Юсуи хлебом, одновременно засмеялись все парни.       – Трей, тебе что, хлеба не хватает? Зачем ты у ребят отнимаешь? – присев рядом с мужем, спросила Сели, на что все парни опять засмеялись.       – Милая, иди сюда, – сказал, демонстративно поцеловав жену, Трей.       – Не поняла? – с круглыми от удивления глазами, спросила Сели.       – А что тут непонятного? – пожав плечами, сказала Юи. – Мальчики просто завидуют твоему мужу, что у него есть ты, вот он и заявляет на тебя свои права.       – Отелло фигов, – усмехнулась Сели.       Дальше начались возмущения Трея и то, что все парни были за Сели. Но в это время Юи совершенно случайно повернула голову влево и увидела через окно, как нищая компания из шести человек, которые были бродячими музыкантами, просят милостыни, заслуживая её путём игры на гитарах.       Инструменты были очень дряхлые и старые, а судя по тому, что люди проходили мимо них, не давая не цента, репертуарчик у них был хилым и неинтересным.       Подняв взгляд на свою подругу, Рен сначала увидел в её глазах боль, сожаление и сострадание, после чего посмотрел в ту же сторону и понял, из-за чего возник этот взгляд.       Сразу после Рена, на Вэй посмотрел Лайсерг, и, проследив за её взглядом, тоже увидел картину нищеты. Только вот в отличие от Тао, Дител не понял из-за чего такая печаль в глазах.       Следующие действия произошли так быстро, что ребята просто не успели понять, что к чему. Вэй встала из-за стола, и практически одновременно с ней Тао перекинулся через стол, чтобы ухватить её за руку и усадить обратно.       – Сядь, – сказал Рен, но так и не успел ухватить подругу за руку. Юи целенаправленно пошла к выходу из кафе, а Тао шлёпнулся обратно на стул, тяжело выдохнув и поджав губы.       – А что происходит? – спросил Трей, но тут же почувствовал, как Сели начала толкать его в плечо.       – Дай пройти, – следя за Юи, будто боясь потерять её из виду, сказала Сели, после чего умчалась за подругой.       – Рен, действительно, в чём дело? – спросил Йо, переводя мечащийся взгляд с друга на выход, к которому стремилась златовласка.       – Ни в чём, просто у Вэй очень доброе сердце, – наблюдая, как Вэй подошла к этим бродячим музыкантам и ведёт с ними беседу, сказал Рен, после чего, как-то нехотя, встал и пошёл за девчонками и в частности за Юи.

А несколькими минутами ранее.

      Юи вышла из кафе и повернула направо, где и пели музыканты. Как и предположила Вэй, песенки были не самые задушевные. Медленно подойдя к музыкантам, Юи смогла получше разглядеть этих несчастных людей. Первым был взрослый мужчина лет сорока, у него в руках была гитара. Далее стояли трое парней лет по семнадцать, у них было трёх разных размеров джембы, это что-то по типу барабанов. Пятой была женщина тоже лет сорока, у неё были трещётки. Ну и последней была маленькая девочка лет семи, у неё была большая шляпа, в которую она просила положить деньги.       Как только Вэй оказалась совсем близко к этим людям, эта малютка протянула шляпу, с надеждой посмотрев своими карими глазами на Юи.       – Оу, прости малышка, но у меня самой практически ничего нет, – сказала Юи, на что девочка печально опустила глаза. – Но я могу вам помочь. Почему бы вам не сыграть что-нибудь повеселее?       – Юи, в чём дело? – выбежала из кафе Сели, осмотрев музыкантов и остановив недоумённый взгляд на Вэй.       – Сели, ты танцевать умеешь? – задала ошарашивающий с ходу вопрос шатенка.       – Ну да, – как-то непонимающе ответила Юсуи.       – Отлично, тогда, – Вэй опять повернулась к ничего не понимающем музыкантам, – ловите ритм. (Музыка: ♥Латино – Hit the road jack! Мега Хит)))♥)       После этих слов из кафе выбежал Рен, но он остановился и просто начал смотреть, что делает Юи. А она в свою очередь начала щёлкать пальцами, создавая нужный ритм.       Музыканты потихоньку начали понимать, какой задаётся ритм. Вслед за Реном вышли на улицу и остальные мальчишки, которые также стали смотреть, что же придумала Вэй.       Музыканты начали петь песню, которую напела им Юи. Это была очень известная композиция и очень весёлая. Сначала они пели все вместе, а Юи вывела Сели в центр и они обе начали танцевать, что-то по типу рок-н-ролла и джазового танца в одном флаконе.       После общего пения, куплет начал петь только самый старший мужчина.       – Что они задумали? – спросил Трей, смотря на свою жену, которая во всю вместе с Вэй отжигали в ритме джаза. – Эй! Рио! Поосторожнее! – возмутился Юсуи, когда его Умемия чуть не скинул со ступенек, так как начал подтанцовывать под зажигательную музыку.       – No more, no more, no more, – подпевал своим басистым голосом Рио, после чего не выдержал и побежал к девчонкам, которые его с радостью приняли.       – Вот что, – обречённо повесив голову, сказал Рен, ответив на недавно заданный вопрос Трея.       Музыка была такой заводной, а Рио, Сели и Юи так весело и беззаботно танцевали, что прохожие шаманы останавливались, улыбаясь и смотря на выступающих. Это было так необычно. Ведь сейчас время турнира, и в принципе шаманы должны думать о том, как стать сильнее. Но только не сейчас.       Ритмы стали веселее, а в шляпе маленькой девочки начало появляться некоторое количество денег.       Ой, что творилось, что творилось. Прямо перед кафе начала формироваться толпа зрителей, которые хлопали в ритм, улыбались и которые не жалели денег на подобное представление.       Во время танца к девчонкам и Рио начали присоединяться шаманы, которым было плевать на общее мнение и которые просто хотели повеселиться. Но тут, когда танцевали уже больше двадцати человек, Сели и Юи одновременно подумали и начали вытаскивать к себе других шаманов. Они, конечно, мотали руками, в знак того, что они так не танцуют, ну или просто не хотят, но нашим красавицам и напору большого мужчины под именем Рио, сопротивляться никто не мог.       Вся это идея неожиданно превратилась в массовый флешмоб. Вся улица и площадь около кафе была забита шаманами, которые танцевали, как кому хочется под зажигательные ритмы музыки и которые пели уже запомнившуюся всем песню.       Тут музыкальные инструменты стихли, и ритм стали создавать лишь щёлканье пальцев и пение одного из юношей. Сели и Юи вытащили из толпы и подвели музыкантам, прося, чтобы они тоже спели. Поэтому когда парень прекратил петь, девчонки пропели несколько строчек.       Единственными, кто не поддался эйфории танца, были Йо, Рен и Лайсерг. Они так и стояли на ступеньках, наблюдая за массовыми гуляниями шаманов и слушая пение девчонок. Но сразу после них, опять появилась музыка, и все шаманы снова запели песню, которая теперь, скорее всего, заест, как заевшая пластинка, надолго.       Ещё несколько секунд продолжалась музыка, ведя всё к грандиозному концу.       Казалось, что у Рена и Лайсерга никогда не найдётся общих точек соприкосновения, но теперь это не так. Оба смотрели на Вэй, которая танцевала вместе с Рио, и у обоих периодически на лице появлялась улыбка, но они её сразу же скрывали.       И вот когда проиграли последние аккорды песни, все шаманы засмеялись и зааплодировали друг другу и, конечно же, музыкантам. Чтобы такая толпа разошлась, потребовалось около получаса. Кафе просто ломилось от посетителей, которые в основном заказывали себе напитки.       Почувствовав, что её кто-то дёргает за кофточку, Юи повернулась и увидела ту самую маленькую девочку с полной шляпой денег. Она протягивала все собранные средства Вэй.       – Нет-нет, милая, это вам, – потормошила макушку девочки Юи, улыбнувшись ей светлой и доброй улыбкой.       – Но нам так неудобно. Вы же помогли и сделали большую часть работы, – сказала женщина, которая подошла вместе с остальными членами своей семьи.       – Даже не думайте об этом. Вы ведь не участники турнира?       – Какого турнира? Мы наткнулись на эту деревушку совершенно случайно, – спросил мужчина, который являлся главой семьи.       – Ну, тут проводится интеллектуальный турнир, – соврал Рио, чтобы не забивать людям голову такой вещью, как турнир шаманов, ибо они всё равно либо не поймут, либо не поверят.       – Вы точно не хотите разделить деньги пополам? – спросила женщина.       – Нет-нет, у нас есть крыша над головой и еда, так что вам эти деньги нужнее. Желаю вам удачи, и дальше играйте такую же музыку, – наспех ответила Юи, которая открещивалась от вознаграждения.       – Да хранит вас всех Всевышний, – сказала женщина, с благодарностью смотря на нашу компанию.       Когда музыканты начали собирать инструменты и отправляться в путь дорогу, Вэй почувствовала, что её опять дёргают за кофту. Снова эти карие глаза, как две спелые вишенки, но только в этот раз девочка протягивала Вэй не шляпу, а маленький камешек, который переливался фиолетовым цветом.       – Возьми, – пропищала малютка, на что Юи улыбнулась и, приняв камушек в качестве благодарности, сказала:       – Спасибо.       Девчушка просияла улыбкой и убежала к своим родителям.       – Не можешь пройти мимо, да? – раздался голос справа от Юи. Она, конечно же, поняла, что это Рен и что он говорит о том, как помогла Вэй этим людям.       – Ну, ты ведь тоже, – усмехнулась Юи, намекая на то, что она видела, как Тао дал этим людям немаленькую сумму денег.       – Не понимаю о чём ты, – сразу отвёл взгляд Рен.       – Эй, я всё видела, – засмеялась Юи и начала бегать вокруг Тао, чтобы посмотреть ему в глаза. Он отбрыкивался от неё, и это со стороны выглядело, однозначно, очень милым, но и ребячеством.       Находясь неподалёку от лучших друзей, Лайс смотрел на них задумчивым взглядом, после чего улыбнулся и зашёл обратно в кафе. О чём он думал и что его развеселило? Никто не ответит точно, но взгляд был явно какой-то серьёзный, будто он принял какое-то решение.

***

      – No more, no more, no more, no more, – напевала Юи песню, которая, как и предполагалось, заела у многих. Сейчас Вэй выбирала из своей заново сшитой одежды то, в чём она пойдёт гулять с Реном.       Не прошло и пяти минут, как в дверь кто-то постучался. Вэй подбежала к двери, открыла её, и уже было хотела сказать Рену, что он заставил её ждать, как вдруг дыхание у Юи перехватило, рот совсем чуть-чуть приоткрылся, а в глазах застыло удивление.       – Привет, – сказал малахитовый принц, просияв улыбкой. Юи была просто шокирована тем, что Лайсерг к ней зашёл. Хм… а может не к ней? Может это ошибка?       Думая о том, что он обратился не к ней, Юи растерянно посмотрела по сторонам, но никого не увидела. Значит, это всё-таки не ошибка, и Дител действительно поздоровался с Вэй и зачем-то заглянул к ней в гости.       – Привет, – как зомби, ответила Юи. – Что-то случилось?       – Да вроде нет, – немного удивился такому вопросу Лайс. – Я просто собрался на экскурсию по деревне, вот зашёл спросить. Не хочешь составить мне компанию?       Вот теперь-то у Юи реально открылся рот от удивления, а если бы ей именно сейчас задали вопрос: «А как же Рен?», она бы ответила: «Что? Какой Рен?».