Лучшие друзья

Из глубоких мыслей Дитела вывели и заставили открыть глаза звуки бьющихся друг о друга рапир. Обе девушки уже начали бой, и каждая из них испытывала разные чувства. Юи смотрела на всю ситуацию с долей юмора, ей было интересно попробовать свои силы. Чего не скажешь о её противнице. В глазах Сары была лишь жгучая ненависть, хоть она и скрывалась за маской приторно ядовитой улыбки. Вэй была очень сосредоточена на бое, а Вайтвуд, словно её зеркальное отражение, была раскована, легка на подъём и очень грациозна. С каждой секундой для Юи было всё труднее и труднее отражать атаки, а уж насчёт контратак и речи не могло быть. – Давай, Юи! – подбадривала с трибуны подругу Сели. Вэй, конечно, улыбнулась, как бы говоря, что всё под контролем, хотя постоянное отступание вряд ли можно назвать контролем, но, всё же решив, что хватит постоянно убегать, попыталась сделать вылазку и нанести удар. Ой, зря… ещё как зря. Юи открылась, тем самым дав брюнетке возможность нанести поражающий удар, но слава духам, хорошая реакция шатенки и её своевременный уворот, не дал этому случиться, и рапира угодила в деревянную стену сцены. – Воу! – воскликнул Трей, вскочив на ноги. – Это было опасно. – Нет, рапиры ведь защищённые, – разъяснил Асакура, посмотрев на Юсуи, но на заднем плане увидел, как Лайсерг убрал руку от манжета своей рубашки, под которой крылся его кулон поиска. Видно не одному Юсуи показалось, что удар был опасным. Переведя взгляд на Рена, который стоял на одну ступеньку ниже, Асакура убедился в своей правоте, так как его друг тоже сжимал уже готовый меч грома. Почему эти двое так были напряжены, для Йо было загадкой, и мысль о том, что им известно то, что неведомо не только ему, но и остальным, приводило Асакуру просто в бешенство. Поменявшись местами, теперь пришёл черёд Юи двигать Сару к тупику. Сладкий вкус успеха заставлял Вэй победно улыбаться, что ещё больше раздражало Вайтвуд. – Хех, а я думала, будет сложнее, – сосредоточенно на рапире противницы сказала Вэй, и это стало последней каплей. Сара резко начала наносить один удар за другим, крутясь по часовой стрелке, как мельница, нанося удары из-под низа, после чего из-за частых ударов Вэй не смогла удержать рапиру, которую выбила у неё противница, но и на этом брюнетка не остановилась. Вайтвуд, сразу после обезоруживания Юи, сделала нижнюю подсечку ногой, из-за чего Вэй с удивлённым визгом шмякнулась на спину, ударившись затылком о землю. Когда Юи сжала и разжала глаза, чтобы придти в порядок, она увидела, как над ней стоит брюнетка, а кончик её рапиры упирается Вэй в горло. Во взгляде своей противницы, Юи видела злобу, обиду, но самое главное - боль. Странное сочетание таких непохожих друг на друга эмоций вызвали у шатенки шок, из-за чего она просто смотрела на Сару испуганными глазами, лежа на земле и испытывая какое-то эмоциональное давление. – Хватит, – накрыв своей рукой ладонь Сары, в которой она сжимала рукоятку рапиры, сказал Лайсерг, но не со злобой, а с каким-то сожалением и болью в голосе, что так была похожа на боль брюнетки. Подняв на него глаза, она встретилась с его взглядом, и, казалось, даже перестала дышать, ибо эти малахитовые глаза всегда окутывали её, как в омут, затягивая, и заставляли забыть обо всём на свете. Они общались, молча, передавая эмоции потерянной любви и нынешнего сожаления без слов лишь одними глазами. В их атмосферу было просто невозможно проникнуть и ещё сложнее разорвать. – В порядке? – услышал Дител голос Тао, после чего вышел из этой молчаливой связи и увидел, как Рен помог Юи встать с земли, и как шатенка держится за затылок, интенсивно потирая его. На секунду Лайсерг сам себя испугался, ведь он совершенно забыл ради кого он стартанул с места и ради чего. А ведь, правда, кто и что были причиной? Юи, которую надо было защитить, или Сара, которую Дител хотел предостеречь от ошибки? Всё слишком было запутано. Настоящее и прошлое перемешались во времени, вызывая у Лайсерга чувство растерянности. Но как говорится: «Всё приходит на круги свои». – Юи, ты как? – быстро отойдя от брюнетки, спросил Лайсерг. Но шатенка ничего не отвечала, она лишь снова посмотрела на свою противницу с испугом. Но если это испуг, то какой-то уж больно радостный, и это не могло не привести в замешательство ребят, которые пытались понять, что с шатенкой. Может у неё контузия головы? Ну, то, что она больная на голову, все поняли буквально через секунду, когда Вэй воскликнула с натянутой до ушей улыбкой. – Чёрт! Это было просто потрясно! Как ты уворачивалась от моих ударов! Как ты сбила меня с ног! А эта великолепная вертушка! Чёрт! Это реально круто! Я теперь твоя фанатка! Сказать, что Сара была в шоке, ауте и конвульсиях, это значит просто сотрясти воздух. Брюнетка была, мягко говоря, в ужасе, явно рассчитывая не на это. Она лихорадочно глотала воздух ртом, пребывая просто в неописуемом шоке. Ребята же все до единого стояли с раскрытыми ртами и поднятыми от изумления бровями, единодушно думая, что Вэй и правда повредила голову. – Ты… ты… – сцепив зубы, начала проговаривать Сара, сотрясаясь в гневе и в ужасе смотря на ждущую дальнейших её слов Юи. – Ты идиотка! – рот шатенки мгновенно сомкнулся, а глаза стали, как у обиженного щенка. – Как можно радоваться и восторгаться тому, что тебя победили?! – Ну, не плакать же мне из-за простой игры, – в порыве снова нахлынувших чувств восторга сказала Юи, совершенно не контролируя то, что она говорит. – Вот, если бы я турнир проиграла, вот тогда да, я бы рыдала. После этого последовал смех, а вот глаза Дитела и Асакуры резко сузились и каждый из них припомнил по одному моменту, связанному с Вэй. «– А для чего ты участвуешь? – спросил Асакура. – Не знаю. Все участвуют, а я что - хуже? – пожав плечами, ответила шатенка». Это воспоминание Йо всплыло из того самого дня, когда они все только познакомились. В тот день, услышав её причину участия в турнире, Асакура сразу же понял, что всё это не просто так, но ссылаясь на то, что они совершенно друг друга не знали, он не стал донимать её расспросами. «– Вот скажи, для чего ты вступила в турнир? – прогуливаясь рядом с Вэй, спросил Лайсерг. – Ни для чего, просто захотелось. – Уклончиво ответила Юи». А уж это воспоминание нахлынуло у Дитела из того дня, когда они мило прогуливались по деревне и только узнавали друг друга. С того самого дня ничего так и не изменилось. Юи для Лайсерга так и осталась женщиной-загадкой, которая наложила на свои тайны замки самого надёжного сейфа, код которых знал только Рен и она сама. И у Йо, и у Лайсерга эти воспоминания и только что сказанные слова не состыковались и вызывали подозрение. Почему она будет рыдать, если для неё это всего лишь игра ради игры? Непонятно, но очень интересно. Ведь, по сути, никто, кроме Рена, не знал о том, кто такая Юи Вэй, и чего она хочет от турнира. – Идиотка, – буркнула злостно Сара, после чего развернулась, сцепив зубы, и уже хотела уйти, но остановилась на одном уровне с Лайсергом, поджав губы и опустив глаза. – I'm stronger than her, – сказала брюнетка, после чего поняла глаза на своего любимого принца и, прямо смотря ему в глаза, добавила. – And you love strong women. Дител ничего не ответил, поэтому Вайтвуд, отведя взгляд, полный боли, пошла дальше, пока не скрылась в арке, ведущей из стадиона. – Она опять меня идиоткой назвала, да? – поинтересовалась Юи, которая ни слова не поняла, но тут её кто-то резко потянул за руку. – Рен, ты куда? – спросила Юи, заплетаясь в собственных ногах и не поспевая за Тао, который уводил её со стадиона. – Честное слово, Вэй, я тебя сейчас тресну, – закатив глаза, сказал Рен. – Всем до вечера, – прокричал Тао оставшимся позади друзьям. – Куда это они? – сдвинул брови Юсуи. – У них сегодня своя программа, – коротко ответил Йо, после чего решил сменить тему. – Ну что? Останемся на спектакль? – Да, с удовольствием, – просияла улыбкой Сели, а Трей ответил Асакуре взглядом закатанных глаз, которые так и говорили: «Придётся». – Рио? Лайсерг? – поинтересовался у них Асакура. – Я с удовольствием, – сказал Умемия, а вот Дител ушёл глубоко в себя, уставившись в одну точку, и даже не слышал, что его спросили. – Лайсерг? – настойчивее спросил Асакура, чем заставил Дитела выйти из своих дум и часто заморгать. – А? Спектакль? – несобранно сказал малахитовый принц, смотря в ту сторону, куда ушли Рен и Юи. – Нет, у меня другие планы. Ладно, до вечера. Развернувшись, Дител пошёл к другой арке на противоположной стороне, которая тоже вела из стадиона. – Какие все стали деловые, – покачав головой и неодобрительно закатив глаза, сказал Трей.

***

– А куда мы идём? – спросила Юи, шагая за Реном, который тянул её за руку, но после слов шатенки остановился и тяжело выдохнул, устало закрыв глаза. – Куда? Зачем? Почему? Вэй, ты можешь просто идти и не задавать вопросов? – немного нервно и раздражительно жестикулировал рукой Тао. – Ты и так мне все планы порушила. – Планы? Какие планы? – спросила Юи, изумлённая тем, что Рен что-то для неё приготовил, но шаман лишь измученно проскулил от нового вопроса, который также являлся ответом на то, что Вэй не может не задавать вопросов. Ничего ей не ответив, Тао продолжил тянуть подругу за собой, уволакивая её обратно к общежитию. Зачем они туда идут, у Юи и предположения не было. Вообще не единого. Так как она ещё до недавнего времени думала, что они просто пройдутся по деревне, поболтают и всё. А тут такие загадки, прямо удивительно. По мере убывания от стадиона, шаманов становилось всё меньше и меньше, и вот, дойдя до фонтана, который стоял перед общежитием, Тао огляделся вокруг, чтобы удостоверить в одной вещи. – Ну, так я и думал, что здесь никого не будет, – похоже сам себе сказал Рен. – Все на праздник ушли. – Это плохо? – поинтересовалась Юи, не понимая, к чему клонит её друг. – Наоборот, я на это и надеялся, – ответил Тао, последний раз посмотрев по сторонам. – Садись, – дёрнул за руку подругу шаман, усаживаясь вместе с ней на бортик фонтана. – Так, и что дальше? – улыбаясь и удивлённо подняв брови, спросила Вэй, смотря на то, как Тао вытащил из кармана свой мобильный телефон. – Тшш… – подал знак к молчанию Рен, после чего поднёс трубку к уху и начал ждать, пока нужный ему абонент ответит. – Мизуки, да это я, соединяй меня с ними. – Ты звонишь своей секретарше? – изумилась Вэй, не понимая, что к чему, но Рен не ответил, он всё так же ждал, когда его соединят с кем-то. – Да, это Тао. Спасибо, мы не займём много времени, – сказал Рен, после чего замолчал. – Да, хорошо. Юи смотрела на Тао уже не с просто удивлением, а с крайним любопытством. Но вдруг, Рен убрал от уха трубку и протянул её шатенке. – Это тебя. – Сказал шаман, мгновенно изменившись в лице, сделавшись таким нежным, чутким и добрым, что Вэй просто впала в шок, когда приняла его мобильный телефон, с опаской поднося его к уху. – Алло, – Осторожно ответила Юи, вопросительно поглядывая на Рена, но тут… – Юи! – послышался из трубки звонкий голос маленькой девочки. В мгновение ока, у Вэй открылся рот, из-за нехватки воздуха, который она начала судорожно глотать, в глазах было удивление и наворачивающиеся слёзы, а руки начали трястись, чуть не выронив телефон. По мере того, как маленькая девочка что-то пела ей, лицо и Юи и Рена изменялось. По её щекам с каждым новым словом малютки текли всё новые и новые потоки слёз, а он с нежностью во взгляде улыбнулся, слыша, как там голосит девочка. Повернув голову и уставившись на Рена, ища в нём подтверждение того, что всё это правда, Юи увидела его нежную улыбку и услышала его голос. – У тебя десять минут. Сквозь слёзы, улыбнувшись с безграничной благодарностью в глазах, шатенка быстро закивала, наспех вытирая слёзы со щёк. – Амаи! Как ты там?! – начала говорить в трубку Юи, не желая упускать ни секунды столь щедро подаренного времени. – М, – сглотнув противный комок, подступивший к горлу, кивнула Вэй, слушая ответ. – Нет, я не плачу. … Кто? ... – Юи метнула взгляд на Рена. – Да, он здесь, – нервно смеясь, сказала Вэй, а Рен сжал кулак и победно потряс им. – Он передаёт тебе привет. … Да … – дальше Юи минуты две слушала собеседницу. – Амаи, если ты не хочешь это есть, то не надо, но и голодной тоже ходить нельзя. … М … Мальчишки не пристают? – спросила Юи. – Правда? И какой он? … Фу, Амаи. Блондин? У тебя ужасный вкус. … Ахахаха ладно-ладно, не обижайся. Конечно, слушать это всё было очень трогательно, но по некоторым обстоятельствам, Рену, скрепя сердцем, пришлось прокашляться, привлекая внимание своей подруги, и постучать по часам, что означало, что время разговора подходит к концу. С грустью в глазах, Юи кивнула и на тяжёлом полном печали выдохе сказала: – Амаи, милая, мне надо идти, – ответ малышки был такой, что у Юи снова на глазах собрались слёзы и водопадом потекли по щекам. – Я обязательно тебя заберу. Слышишь? Обязательно. … И я тебя. … Пока, – последнее слово Юи произнесла так, словно после него она умерла, а в сердце присутствовала нестерпимая боль. Всё так же держа телефон и слушая гудки, Юи смотрела вперёд и хлюпала носом из-за слёз. Рен аккуратно вытащил у неё из рук мобильный, коря себя за то, что довёл свою подругу до слёз. Он мог и не делать этого, но была одна причина, по которой просто не посмел. – Если бы я знал, что тебя это расстроит, я бы не делал этого, – Тао чуть не упал в фонтан, когда после этих слов к его груди припала Вэй, заключая его в тесные и тёплые объятия, подрагивая всем своим телом от слёз. – Спасибо, Рен. Улыбнувшись своей такой редкой и главное - правдивой нежной улыбкой, молодой наследник семьи Тао положил одну руку ей на макушку, а другой прижал к себе. – Я знаю, ты не любишь этот праздник и подарки, особенно от меня, но в этот день я просто не мог не сделать тебе сюрприз, – нагнувшись к её уху, Рен произнёс слова, от которых Юи заплакала ещё сильнее. – С днём рождения, Юи. – Ты дал мне ещё один подарок, из-за которого я снова плачу, – сжав рубашку Тао в кулаке, сказала Юи, сильнее утыкаясь ему в грудь. – Но это же слёзы радости? – спросил Рен, почувствовав, как Вэй сразу же закивала. – Тогда всё в порядке, – добавил он, прижимая шатенку к себе ещё сильнее и наслаждаясь моментом её близости, которая бывает так редко.

***

В центре деревни Добби стоит небольшое серое трёхэтажное здание, которое, как всем было известно, служило главным зданием, где работали и жили члены совета Патчей. Но мало кто знал, что в здании не три этажа, а восемь, пять из которых уходили глубоко под землю. Добраться на нижние уровни можно было только на лифте, который был недоступен посторонним лицам, не имеющие электронного пропуска. Как раз такой лифт сейчас спустился вниз и с гулким звонком остановился на третьем нижнем этаже. Повернув головы, двое молодых Патчей, которые находились на этом этаже в тот момент, увидели молодого зеленоглазого шамана, как только двери лифта открылись, после чего в один голос, раскинув руки, словно приглашали его к столу, сказали: – Ну, надо же, кто к нам пожаловал! – засмеявшись и вообще по-глупому ведя, воскликнули Патчи. – На улицу выйдите, подышите свежим воздухом, – изогнув бровь в немом вопросе, сказал малахитовый принц. – А то у вас уже крыша едет. – Вот он, командир нашёлся, и без тебя разберёмся, – огрызнулся один. – Ага, – безразлично кинул Дител на мотив «Оно и видно», после чего открыл большую железную дверь и скрылся за ней. По ту сторону двери, когда Лайсерг развернулся, отпустив железную ручку, он вдохнул полной грудью, смотря на большую, тёмную и длинную комнату, освещённую факелами, в которой были только стеллажи с какими-то папками и большой стол в центре. Двинувшись вперёд, он подошёл к самому последнему стеллажу и, скользя по папкам указательным пальцем, начал читать имена, ища нужное ему, а когда нашёл, вытащил тонкое, как альбом, дело одного человека. Отойдя от шкафа вразвалочку, он раскрыл папку, вчитываясь в досье и известную информацию, но буквально через минуту разочарованно кинул папку раскрытой на стол и опёрся о столешницу, опустив обречённо голову. – Юи Вэй? – раздался голос одного из Патчей, который повстречаля Лайсергу в холле. – Она как-то связана с Генрихом? – Какого чёрта?! – взорвался Дител, резко развернувшись к Патчу и захлопнув папку. – Не лезь туда, куда тебя не просят! – Не нарывайся, Дител! Мы все в одном дерьме варимся, и я имею право знать, что ты тут делаешь. – Варись хоть в кефире с селёдкой, но в мои дела не лезь! Ясно?! Издав презрительное фырканье, Патч развернулся и ушёл, оставив разъярённого и совершенно не похожего на себя малахитового принца одного. Как только дверь закрылась, Лайсерг снова развернулся к столу и посмотрел на лежащую перед ним папку с делом Юи. Данные практически отсутствовали. Только имя, фамилия и дата рождения, а потом боевые характеристики. Ничего о личной жизни. Где родилась – непонятно. О погибших родителях тоже ни слова. В общем, сплошное разочарование. Тяжело выдохнув, Лайсерг отвёл взгляд от данных, но краем глаза заметив дату рождения, снова вгляделся и увидел надпись: «14 февраля». Информация была очень и очень ошеломляющей - своего рода сюрпризом, который, словно обухом по голове даёт. Подняв голову и сдвинув брови на переносице, ничего не понимающий взгляд метался по просторам близлежащей пустоты, после чего малахитовый принц задумчиво произнёс: – Но это же сегодня.