Тихий омут

Прошлые две недели удались крайне сложными. Помимо того, что школа готовилась к турниру, так еще нагрузили учеников кучей зачетов по некоторым дисциплинам. Гермиона всеми своими силами сдала на отлично и снова стала лучшей ученицей на факультете, набрав очков выше положенного. Гарри с Роном не особо далеко отставали от нее, так как во время подготовки она их гоняла, как чертей по лесу. С помощью Гермионы факультет набрал наибольшее количество очков и на данный момент являлся лидером среди всех других факультетов. Конечно, Фред и Джордж умудрялись, так сказать, подгадить Гриффиндору, и из-за их шалостей отнимали очки. Как ни странно, их все равно все любили. Видимо, за позитивное мировоззрение и за шалости, ведь бывает безумно скучно на каком-либо занятие, а близнецы готовы разбавить в любую секунду пасмурную погоду, которая воцарилась на уроке. Во время проведения Турнира Трёх Волшебников в вестибюле находился кубок огня. Он горел ярко синем пламенем и освещал все вокруг. Храбрые старшекурсники бросали свои бумажки с именами в кубок и смотрели, как бумажка безжалостно и быстро сгорала в огне. Возрастное ограничение было главной проблемой многих желающих. Если вы не достигли семнадцатилетнего возраста, то вы не имели права участвовать в турнире. Запрещалось принимать помощь со стороны учителей, чтобы те закинули желанную бумажку в пламя. — Вечная слава, — заговорил Рон, обходя вокруг кубка. — Здорово, правда? — Да, — ответил Гарри кратко. — Через три года мы тоже можем стать избранными, — с восхищением произнес Уизли. За спиной ребят послышались крики. Обернувшись в сторону звука, они увидели близнецов Уизли, которые бежали к кубку и кричали: «Есть! Есть!» Окружающие их ученики яростно зааплодировали. В руках у братьев были флаконы с зельем старения. Гермиона, которая сидела неподалеку на лавочке, усмехнулась их трюку. — Ничего у вас не получится, Уизли, — захлопнула она книжку, которую читала. Она считала, что такого великого волшебника, как Дамблдора, невозможно обмануть очередным дурацким фокусом от близнецов. Но они проигнорировали ее и, встав прямо перед линией, сказали: — Пей до дна, — и моментально опустошили флаконы. Конечно же, это все добром не кончилось: как только они запрыгнули в круг, их сразу же оттолкнуло сильной ударной волной, и спустя мгновение они покрылись седыми волосами и бородками.

***

Виктор Крам являлся привлекательным юношей и всячески давал намеки на симпатию к юной мисс Грейнджер. Спокойно воспринимать незаметное ухаживание за ней она не могла, поэтому часто покрывалась румянцем. Разговор обычно был о разном (не в плане того, что у них было много общего и были разные темы для разговора), говорилось о том, что тем особо-то и не было, так как Крам болтал лишь о спорте и своей новой метле, а Грейнджер рассказывала о недавно прочитанный ею книгой. Пусть они и были разными, но что-то их тянуло друг к другу. Драко тем временем занят был в полном одиночестве. Пусть и матчи были отменены, он все равно готов был метать все на своем месте, лишь бы забыть о грязнокровке. Она засела в его мыслях две недели назад. Как же тяжело просыпаться и засыпать с мыслью лишь о ней. Он слышал запах ее волос и тихое глубокое дыхание. Чувствовал Драко себя последним идиотом, который следит за каждым шагом маглорожденной. Он прекрасно понимал, что это ненормально, поэтому при столкновение с золотой троицей всячески пытался их оскорбить или унизить, в большей степени саму Гермиону. Он думал, что так начнет ненавидеть ее, но ошибался… До первого состязания оставались считанные недели. Учеников и гостей с других школ собрали в Большом Зале для оглашения результатов. За столом Гриффиндора как обычно было шумно. Рыжеголовые близнецы Уизли делали ставки, кто из учеников будет представлять их школу на турнире. Половина голосов ушло на пуффендуйца Седрика Диггори, а другая половина – на гриффиндорку Анджелину Джонсон. Фред надеялся на победу Анджелины, поэтому на нее поставил все последние галлеоны, которые ему Молли Уизли дала в новом учебном году. Джордж же утверждал, что девчонка с первого тура сольется, так как испытания обещают быть сложными и невыносимыми. В зал вошел директор, и за ним прошли учителя Хогвартса. Преподаватели расселись за вытянутый большой стол и принялись бурно рассуждать ход турниров. Ученики напряженно в ожидании смотрели на Дамблдора, а тот, стоя около кубка, почесывал свой еле выпирающий живот и о чем–то задумался. Спустя мгновение он заговорил: – Сегодня, – громко начал он, – мы узнаем имена участников Турнира Трех Волшебников. Перед началом я бы хотел сказать, что испытания будут сложными и не каждому будет дано дойти с волей и силой в кулаке. Знайте, победа лежит у вас на плечах, через боль вы познаете вкус выигрыша. Да будет с вами сила! После он взмахнул своей волшебной палочкой, и огонь изменился в ярко–зеленый цвет. Оттуда слегка обожжённая сверток бумаги пал ему в руки. «Флер Делакур» – первый участник со школы Шармбатона. Аплодисменты со стороны академии были велики. «Виктор Крам» – второй участник с института Дурмстрангов. Парни с его школы забили посохами об пол и ликовали очень громко. Далее была мертвая тишина, ведь все сидели в ожидании. Ну кто же будет отстаивать честь Хогвартса в этом турнире? Последний сверток бумаги упал на пол. Со своей скрипящей спиной Альбус поднял его и сказал: – И третьим участником, который будет со стороны нашей школы, – он на секунду замолчал, чтобы вчитаться в корявый почерк, – является Седрик Диггори. Вроде как все участники были названы, чемпионы ушли в комнату ожидания, а зал ликовал. Все было бы хорошо, но вдруг зеленое пламя в кубке разбушевалось, и оттуда вылетел листок. Дамблдор спохватился и с бледным от испуга лицом взглянул куда–то в зал. – Гарри Поттер, – крикнул он весьма нерадостно. – Гарри Поттер, – повторял он снова и снова в поисках мальчишки. Гермиона не могла сказать и слова, словно ком в горле застрял и не давал даже вздохнут. – Гарри, выходи, – подтолкнула он его в плечо, чтобы тот встал с места. Драко тем временем уперся локтем об стол и крепко сжал кулак. – Не удивлюсь, если он попросил кого–то подкинуть свое имя, – прикусил свою нижнюю губу. Гермиона проводила своего друга взглядом и случайно увидела эмоции Малфоя, который что–то бурчал себе под нос. Она подумала, что именно он сделал так, чтобы ее друг участвовал в турнире.

***

Гермиона по коридору яростно шла за блондином и цокала своим небольшим каблуком. Когда немного опустел коридор, Грейнджер схватила того за кисть руки и с ним завернула за угол, тем самым отталкивая слизеринца к стене. – Драко, что за шутки? – нахмурила свои широкие брови. Малфой он удивления потерял дар речи, но, переведя дыхание, ответил ей так же не дружелюбно: – Грязнокровка, что ты себе позволяешь? Жить перехотелось? – схватил ее за руку и развернул ее, чтобы прижать к стене. Его рука скользнула по ее волосам, словно он давно мечтал прикоснутся к ее волосам и ощутить ее маггловский шампунь. Улетев на мгновение в свои мысли, он вовсе забыл, кто он и где он, но вовремя очнулся. Его рука остановилась на шее и крепко сжала ее. – Грейнджер, от вас ужасно пахнет. Что за шампунь? – дразниво усмехнулся. – Это ты попросил старшекурсников своих, чтобы те подкинули имя Гарри. – Поттера? – засмеялся он. – Ты считаешь, что я на такое способен? Готов тратить свое время на этого мальчишку? Ты ошибаешься, – отпустил он свою руку и отстранился. – Тогда кто? – прошептала она. Но Драко проигнорировал ее вопрос и ушел в подземелье. В гостиной Слизерина Драко сидел на диване и незаметно для друзей нюхал свои пальцы, ведь до сих пор они пахли безумно вкусным шампунем Грейнджер. Напротив него сидели Пэнси Паркинсон и Блейз Забини. Девушка заметил его озадаченный взгляд и спросил: – Драко, что с тобой происходит? – волнительно спросила она и, наклонившись в сторону Драко, аккуратно положила свою руку на его колено. – Это все грязнокровка, – с усмешкой ответил Забини и тем самым смутил блондина. – И что она сделала? – неуверенно покосилась на своего однокурсника и озадаченно взглянула на него. – Вскружила ему голову, – уверенно ответил он Пэнси. – Да еще как! – Блейз, заткнись, – через зубы проговорил Малфой. Девушка резко отстранилась от парня и облокотилась об сиденье дивана, нервно отведя взгляд в сторону. Она к нему уже не первый год неровно дышит. – Ты глаз с нее не сводишь, – продолжил однокурсник, скрестив свои руки на груди. – Забини, ты совсем? – он открыто давал понять, что ему давно уже следует закрыть свой поганый рот. – А она делает вид, что не замечает его, – проигнорировав фразу Драко, он и не думал прекращать. «Я помню те вечера, когда ты сидела за своим столом и громко о чем–то беседовала со своими друзьями. Я видел твою улыбку, твой смех, как волосы развивались, когда ты поворачивала головой из стороны в сторону. Помню, когда мы с тобой сидели за одной партой на занятии по трансфигурации. От тебя веяло счастьем и силой, которой мне так неподвластно. В прошлом году ты победила меня на дуэли. Было весело. Я так перевернулся в воздухе, что пару дней лежал в больничном крыле».