Глубина зелёных глаз...

Первая неделя октября началась с дождя. Капли били по стёклам с громким стуком. Теперь с улицы не были слышны детские голоса и смех. Из-за непогоды, все ученики тусовались в замке. Сейчас во всех, даже в самых безлюдных коридорах, попадались весёлые компашки, изучающие неизвестные проходы Хогвартса. Многие, ранее безответственные ученики, погрузились в учебу, и часами на пролёт просиживали в библиотеке. Учителя замечали эти перемены, но отмалчивались, ставя высокие оценки, словно боялись спугнуть эту внезапно проснувшуюся трудолюбивую сущность учеников. Несмотря на погодные условия, квиддичные команды продолжали свои тренировки. По расписанию приближался матч между Пуффендуем и Гриффиндором. Для львов это был первый матч в сезоне. Никто из фанатов гриффиндорской команды не сомневался в их победе. Да и сами игроки знали, что справятся. Но несмотря на это, всё равно продолжали упорно тренироваться. Все игроки с Гриффиндора буквально ненавидели капитана, за его настойчивость, требовательность и в каком-то роде бездушие. Вообще он был прав, но иногда все же перегибал палку. Не всем людям так же приятны каждые два дня летать под ледяными каплями на метле и изображать подобие слаженной командной игры. Действующий капитан сборной гриффиндора — Джон Рейг, ставший капитаном после истории с дракой во время матча. После большого скандала, предыдущий глава львов в квиддиче, с которым Гриффиндор не проиграл ни одного матча, ушёл, оставив команду лучшему, по его мнению, игроку. В этот же год, Люттер Терен закончил школу, и команда всё равно перешла бы Джону, как самому старшему, просто это случилось чуть раньше запланированного. Рейг не зря был любимчиком прошлого капитана, он отлично справлялся с обязанностями охотника и ладил со всеми игроками. Джон не стал переизбирать команду, объясняя это так: «Все живы и ладно, лично мне нравится действующий состав, а в место Люттера возьмём того парнишку, Дена Робенсона, он часто заменял загонщиков, да и охотник из него неплохой». На самом деле, особой разницы в стратегиях никто не заметил, Джон всему учился у прошлого капитана, потому что сам первый раз узнал, что такое квиддич в одиннадцать лет, когда поступил в Хогвартс. Он был из семьи маглов, но несмотря на это ловил всё на лету, в том числе и квофл… Не всем ученикам школы был одинаково интересен квиддич, например, Северус Снегг- просто ненавидел эту дурацкую игру и всё с ней связанное. Слизеринец искренне не понимал всего этого и когда какой-то разговор, в котором он участвовал, заходил в сторону квиддича, Снегг пытался поменять тему, если не срабатывало — просто уходил из этой компании. Несмотря на огромную и неописуемую любовь его друзей-слизеринцев, которые являлись действующим составом факультета по квиддичу, с ним об этом не говорили. Северусу много что не нравилось, но он старался об этом молчать и, так сказать, не показывать свои слабые стороны. Вот, например, сейчас ему не нравилось, что все ученики Хогвартса болтаются по школе, и в том числе по подземельям. Ладно высокие этажи, но подземелья им зачем?.. Что тут интересного? Снегг очень любил приходить в старые кабинеты зельеварения и варить или просто испытывать какие-либо новые для него зелья. Но последнее время в самый неподходящий момент, когда нужно было максимально сосредоточится на вареве в котле, в аудиторию заглядывала какая-то тупая мелочь, с пуффендуя и начинала задавать свои неуместные вопросы — это очень сильно выводило из себя… А больше всего, последнее время раздражало то, что Лили с самого начала учебного года вообще ни разу не заговорила с ним, она делала вид, что его вовсе нет. Когда парень пытался заговорить с ней или просто поздороваться, она проходила мимо или сдержано кивала. А ведь раньше они были лучшими друзьями… Как это было давно, словно в другой жизни. Данный факт очень огорчал, ведь раньше, эти двое везде ходили вместе и разговаривали так, будто они учились на одном факультете. И самое-то интересное, что Снегг знал, почему рыжеволосая красавица так на него злится. Знал, что она до сих пор обижается на одно единственное слово - «грязнокровка»… Зачем он это сказал, всё ведь было так хорошо… Поттер со своими дружками всё испортил, разрушил всё, что он, Северус, так долго строил и так бережно хранил… Утро в спальне девочек шестого курса начиналось с суеты. Сегодня был понедельник и Лили отсыпалась до шести. Моментально проснувшись от звона сразу четырёх, одновременно работающих будильников и полежав ещё немного, Лили подскочила, прихватив одежду вместе с косметичкой и побежала в ванну. Если бы она этого не сделала, уже через две минуты с кровати подскочила бы какая-то из трёх других подруг и заняла ванную комнату минимум на пятнадцать-двадцать минут, а перспектива ругаться с девочками самого утра, не очень радовала Эванс. За стеной, где жили ещё три, их однокурсницы, также были слышны звуки возни, только более мирные. Через пять минут, рыжеволосая гриффиндорка вышла из ванной и увидела, что предусмотрительная Марлин уже собрала свой образ на сегодняшний день и стоит около двери с косметичкой. Алиса Стоун металась по комнате, заглядывая куда только можно — явно что-то искала, а Элизабет Томас мирно сидит на своей кровати, попивая наколдованный чай из красивой керамической кружки и читая какой-то журнал про магическую моду. Как только Лили вышла за порог ванной, туда кинулась Маккиннон и с грохотом, захлопнула за собой дверь. Эванс показалось, что подруга уронила на пол косметичку, поскольку грохот был достаточно громкий и звонкий… После того, как дверь закрылась, Алиса резко повернулась и произнесла что-то не членораздельное, Лили услышала что-то типа «ТАМ В РАКОВИНЕ ЛЕЖИТ!». В любом случае, было уже поздно. Поняв, что она слишком долго думала и заметив ничем не занятую Лили, девушка подлетела к подруге, тараторя вопрос, который рыжеволосая еле как сумела разобрать : -Лили, ты помнишь, у меня такая кофточка была… - защелкала пальцами Алиса, как бы прося собеседницу напомнить ей нужное описание. — такого розоватого… - Пудрового… - Перебила соседку по комнате, до сих пор молчавшая и тихонько попивающая свой чай Элизабет. - Ну да, пудровая, — спородировала подругу Алиса, - там ещё такие рукавчики, они так красиво развивались… - Это шёлк… - Вновь не сдержалась Элизабет. - Да, шёлк, - лицо Стоун в этот момент показывало все кипящие внутри эмоции, но быстро справившись с ними, юная особа переметнулись к кровати модницы, желая подколоть подругу за ее познания, - слушай, Лиз, ты может, быть ещё и знаешь, куда это кофта делась? - Ну, - протянула брюнетка, перелистывая страницу журнала и делая очередной глоток вкусного чая, - я помню, что видела в ней Марлин… Я надеюсь, эта кофта ещё жива, и Маккиннон не износила её до дыр, потому что помнится мне, Мар она уж очень нравилась, и как ей казалось — шла, - с невинной улыбкой закончила Томас. - В смысле «как ей казалось», то есть, ты хочешь сказать, что эта замечательная вещица на мне не сидела? - Послышался возмущённый голос Марлин за спиной. Лили повернулась и увидела что, девушка выходит из ванной, красиво накрашенная, и с милыми кудрями. - Так, это всё очень хорошо… АЛИСА! - Начала было Лили что-то говорить, но замолчала, когда мимо неё пронеслась Стоун, чуть не сбив подругу с ног. - Помедленнее на поворотах! Не на метле по полю гоняешь! Ты же меня с ног чуть не сбила! - Прости… - Послышался виноватый голос Алисы, и хлопок закрывающейся двери в ванну. - Собственно, о чем это я? - Спокойно продолжила Эванс. — А, вспомнила. Чего это вы сегодня так наряжаетесь? - Спросила девушка, потрепав кудри Марлин, которая все это время стояла рядом и оценивающе осматривала издалека выбранную на сегодня одежду. - Сегодня что, какой-то праздник? Вы мне скажите, чтобы я в курсе была… - Да никакой сегодня не праздник, - со вздохом начала Элизабет, - просто Френк вчера, в Хогсмите, Алису на свидание позвал. Так что придётся нам этот визг весь день слушать. А потом она придёт, и нужно будет делать вид, что нам очень интересно какой Френк классный и красивый. - А тебе не интересно что ли? - Спросила Марлин, роясь в платяном шкафу, в поиске кофты Стоун. - Да нет, почему не интересно сразу-то? Я безумно рада, что они друг друга нашли. Мне не нравилось, когда у Алисы каждые три дня парень менялся… А сейчас я рада, что у неё хоть с этим проблем нет. Просто уже надоело слушать одно и тоже из раза в раз… Он ведь точно ей что-то рассказывает, но она нам об этом не говорит, а так бы, хоть какое-то разнообразие было бы в этих «захватывающих» любовных историях… - Ладно, я поняла, теперь вам и это буду рассказывать, - с улыбкой прошла в сторону своей кровати Алиса, - итак поняла, что вам не интересно слушать только про то, какой он особенный… - Так, ладно, Алиса к свиданию готовится. Марлин, а с тобой-то что? — Лили села на подоконник, подтянув ноги к себе и обхватив их руками, облокотилась на стекло . С этого места было прекрасно видно всю комнату. - Со мной ничего, я просто решила… - С яркой улыбкой ныряя под падающий полог своей кровати, сказала Марлин. - Просто решила накрутить кудри, которые тебе так не нравится завивать, просто решила надеть любимое платье, просто сделала более яркий макияж…. Всё это просто… И в один просто день… - С иронией пропела Алиса. - Да влюбилась она в кого-то, я прямо уверена в этом, - с улыбкой произнесла Элизабет, выходя из ванной и причёсывая волосы, - вы на неё посмотрите: давно такая довольная не была. Как с тем, кто он там был... Слизеринцем рассталась, так недовольная ходила. Только с начала этого учебного года, с хорошим настроением на уроках начала появляться… Вроде как собравшись и одевшись, четверо гриффиндорок, вышли из спальни в небольшую комнатку, куда выходила ещё одна дверь, в данный момент открытая настежь. Во второй комнате жили однокурсницы Лили, Марлин, Элизабет и Алисы. А именно: Клэр Сол — весёлая девочка с тёмнорыжими волосами и голубыми глазами, она была очень весёлой, но эта черта не делала ее популярнее среди ровесников. Морган Флетчер — тёмноволосая хохотушка, с милыми круглыми щёчками, о которых всегда мечтала Клэр, открытая и позитивная, что притягивало людей вокруг. А третья — Мэли Грейсон, она была единственной чистокровной волшебницей в их комнате. Невысокая, по сравнению со своими соседками, но при этом очень спортивная. Мэли была охотницей в квиддичной команде, и поэтому, ладила абсолютно со всеми и чаще всего, когда Гриффиндор побеждал, все говорили о том, что единственная девушка в команде просто прекрасна и как человек, и как игрок. Оказалось, что девочки уже давно были готовы к тому, чтобы пойти в сторону большого зала. Спустившись к дверям, большой и дружной компанией, гриффиндорки долго стаяли в холле потому что пришли на двадцать минут раньше… Остальной день прошёл слишком быстро, чтобы запомнить хоть что-то: Лили бегала с подругами из кабинета в кабинет, они садились рядом и время от времени обменивались зачарованными листочками, с помощью которых можно было переписываться. У всех участниц есть особый пергамент: если кто-то что-нибудь на нём напишет, надпись появится на всех родственных листках…. Эту идею Мэли позаимствовала у Мародёров. Поскольку она играла в сборной, то очень хорошо общалась со всей командой, в которой Джеймс был ловцом, а Сириус охотником. Вечером, после того как Алиса вернулась со свидания, Клэр, Морган и Мэли пришли в комнату к подружкам и долго хихикали. Марлин заранее сходила на кухню к домовым эльфам и набрала разных сладостей. Время от времени наколдовывая или нагревая чай, девочки и не заметили как часовая стрелка дошла до часа ночи. Первая очнулась Лили, просто глянув в окно и увидев серую и очень лохматую сову, с какой-то бумажкой в клюве. Птица явно сидела на подоконнике очень давно, но почему-то не стучалась, глядя на девочек сквозь стекло. Мэли заметив что Эванс не участвует в разговоре и вообще смотрит в другую сторону, проследила за её взглядом, увидев сову, Грейсон попыталась привлечь внимание других. Откликнулась сначала Клэр, толкнула Морган и указала на окно. Уже через несколько мгновений все четверо отсели на другую кровать и развернули послание, которое принёс филин Поттера — Мэли уверяла, что она это точно знает. На листке было написано: «Девочки, мне кажется, пора ложится спать, хоть ваши комнаты через стену, но нам всё равно слышно, когда вы начинаете смеяться, особенно громко… Смех- это очень хорошо, но в вашем случае, ещё и громко… Просим понять Господа Мародёры». Уже через пять минут в обеих комнатах потух свет и повисла тишина. Поскольку вчера вечером девочки, делали явно не домашнее задание, которое никто не отменял, Лили, встав в шесть, быстро оделась, и вышла из спальни. Спускаясь вниз по лестнице, у неё было странное ощущение, что она сейчас увидит в гостиной Поттера. Нет, она ошиблась, в комнате никого не было. Рыжеволосая даже немного расстроилась, но быстро опомнилась и переключилась на домашнюю работу. Дойдя до библиотеки, Эванс уже решила, что будет делать вперёд, а что оставит на потом. Зайдя в кладезь знаний и, наверное, самое посещаемое ею место в замке, гриффиндорка сразу догадалась, что она тут не одна: из глубины стеллажей доносились негромкие разговоры. Это было удивительно, ведь завтрак начинался в семь и многие ученики жаловались, что даже это было слишком рано. На самом деле, девушку не сильно волновало чьи голоса разносились по залу, лишь бы ребята не сильно шумели. Уже через десять минут, Лили поняла, что это четверо парней с гриффиндора. В голову лезли мысли, что с Мародёрами она сегодня всё таки увидится, но Эванс гнала от себя их. Лили долго откладывала задание, где нужна была информация из книги, которая стояла в разделе, где сидели её однокурсники, но выполнив почти всё, поняла, что парни не собираются уходить. Собрав все свои гриффендорские качества в кулак, рыжеволосая девушка встала и направилась к нужным стеллажам. Подойдя уже совсем близко Лили остановилась, громкий голос Джеймса отдавался эхом от каменных стен. -… Если пуффиндуйцы и правда так хорошо готовились, будет сложнее выиграть, как бы это не звучало, но я правда боюсь, что этот придурок Диггари собьёт меня с метлы ещё в самом начале! И всё… - В голосе Поттера звучал страх, было странно слышать такое от него, всегда уверенного. - Слушай, Рогатый, успокойся ты, - услышав как Сириус назвал Джеймса, брови девушки выскочили на лоб, - не ори ты так, вот представь зайдёт сейчас он, в библиотеку и услышит, что ты тут распаляешься, даже матча дожидаться не будет. Да и вообще, у меня итак голова раскалывается, а ты тут ещё эмоции выплёскиваешь… - Ну да, тебе то чего боятся? выпил бутылку, на метлу залез и нормально. Нет Блохастый, я правда не понимаю, откуда ты берёшь алкоголь в Хогвартсе, - недовольно отозвался Поттер. - Кто ищет - тот всегда найдёт, Сохатый, - явно усмехнулся Сириус. - Так, слушайте, вы успокоитесь когда-нибудь? - Послышался возмущённый голос Римуса, - если вы уже забыли, мы пришли в библиотеку, для того чтобы делать уроки, и пока шли сюда, вы мне буквально клялись, что будете делать домашнее в полной тишине. Да, мы седели молча почти пол часа, но сейчас-то что произошло? Лили стояла и слушала о чём говорили парни, она даже забыла, зачем она пошла в их сторону. Постояв ещё чуть-чуть, она внезапно вспомнила, что ей нужна книга. Лили быстрым шагом двинулась вперёд. Зайдя в небольшое пространство, огражденное от всей остальной библиотеки книжными полками, в середине которого стаял большой круглый стол с кучей каких-то книг и пергаментов. Отвоевав себе небольшую часть, Римус что-то быстро писал, недалеко от него сидел Питер и читал учебник по трансфигурации. Около стола стоял Блэк и рылся в куче книг, бормоча себе под нос какие-то ругательства. А рядом, ещё на одном стуле, развалившись сидел Поттер, читая что-то с пергамента и сравнивая с текстом в книге. Лили, простучав каблуками по полу, быстро пробежала к полке, где — как она думала— и должна быть книга, которую она искала и небрежно бросила удивленным парням: - Привет, как дела? - Рыжеволосая глянув на Римуса, затем на Питера начала перебирать книги. - Привет, Эванс,- поднял удивлённый взгляд Сириус на Лили, - ну лично у меня всё нормально… - С неуверенностью оглядел Бродяга своих друзей.- А ты чего такая довольная? - Это был риторический вопрос, Блэк, и отвечать на него было не обязательно, ну не важно, - повернулась девушка лицом к своему собеседнику, не найдя на полке нужной книги. - И почему это мне нельзя быть в хорошем настроении? Так, ладно, - махнула рукой староста, - на этой полке по идее должна стоять книга, я с помощью неё собиралась писать реферат по заклинаниям. Вы её случаем не брали? - Да, она где-то здесь, - встав, засуетился Люпин, - где-то здесь… Джеймс, покажи-ка книгу. Сохатый проигнорировал просьбу друга, думая о чем-то своем. Но Римус-то знал, что Джеймс просто залюбовался девушкой, на которую был устремлён его взгляд. После повторного отклика Поттер слегка вздрогнул, показав книгу, и, поняв, что это именно она, двинулся к Лили. Взяв из рук брюнета книгу, Эванс развернулась и выбежала из уголка, где остались Мародёры… Весь день в Хогвартсе прошёл в суете, перед предстоящем матчем между гриффендором и пуффендуем. Ребята обсуждали грядущий матч и его исход, кто-то делал ставки. А гриффиндорцы тем временем обдумывали как же им отпраздновать победу, да, они были абсолютно уверены в успехе. Они всегда считали самым сильным соперником в квиддиче — слизерин. Команды играющих факультетов ходили насупленные и старались не пересекаться в коридорах, чтобы не создавать конфликтных ситуаций до матча. Учителя тем временем, задавали чуть меньше домашних заданий квиддичным командам, чтобы не нагружать итак волнующихся игроков. Мэли последние два дня очень отличалась от той девушки, у которой было много друзей, она постоянно оглядывалась, как бы пытаясь понять что происходит… Вообще-то Грейсон училась очень хорошо и была одной из лучших, но сейчас она всё чаще просила, чтобы подруги объяснили ей ту или иную тему или не делала задания, которые задавали на уроке. Девушка часто просто задумчиво глядела в окно на квиддичное поле. После назначенных особенно строгими учителями отработок, по словам Клэр и Морган, девушка приходила очень грустной, не хотела ни о чём разговаривать и ложилась спать. Брат Элизабет — Эдвард Томас, был вратарём в команде, и девушка жаловалась, что последнее время он стал очень вспыльчивым и часто срывался на младшую сестру, хотя раньше перед матчами, он был всегда очень тихим. Одним словом, все заметили. что гриффендорская команда как бы готова к игре, но не так, как хотелось бы. Это описание подходило всем игрокам кроме Сириуса Блэка. Он был как всегда, весел и спокоен, Джеймс часто шутил, что его когда-то бладжером на тренировке зашибло и друг даже не осознаёт что происходит… На самом деле, Сириус тоже волновался как и все, но просто он не хотел этого показывать. По всей школе, во всех коридорах, на всех занятиях слышалось: «Завтра матч, ты пойдёшь? Я, да...» или «За кого ты будешь болеть? Я уже поставил на гриффиндор...» Некоторые подходили к игрокам и желали им удачи или просто хлопали по спине в толпе, как-будто это чем-то поможет. Профессор МакГонагалл старалась держать себя в руках, но иногда забывалась, и на её лице появлялось тревожное выражение. На самом деле, так было примерно перед каждой квиддичной игрой, учителя больше волновались по организационным моментам, за исключением деканов факультетов, между которыми должна была быть игра. Но в этот раз всё было как-то по-другому и никто не знал почему… Возможно из-за статей в газетах о том, что на магло-рожднёных волшебников, зачастились нападения неизвестных в чёрных масках. Или из-за того, что гриффендорская команда была как на иголках, и ученики просто смотрели друг на друга и тоже боялись непонятно чего… Вечером в гостиной львиного факультета собрались все. Ребята сидели кучками, вся команда по квиддичу предпочла рассесться, друг от друга на некоторое расстояние и рассыпаться по разным компаниям, чтобы максимально успокоиться пред завтрашней игрой. Обстановка была довольно напряжённая, но при этом все смеялись над смешными шутками, и, попивая горячий чай, а некоторые и кое-что покрепче, говорили обо всём на свете. Девочкам с шестого курса наконец удалось развеселить Мэли и сейчас они довольно громко хохотали, держась за животы, а Марлин, улыбаясь от уха до уха, продолжала что-то рассказывать помахивая руками и обрисовывая какие-то силуэты. Мародёры тоже о чём-то оживлённо разговаривали, и время от времени поглядывали на однокурсниц. Вдруг в гостиную быстро вошла профессор МакГонагалл. Она была чем-то встревожена и растеряно оглядывала притихших ребят. Остановив взгляд на Джоне Рейге — капитане квиддичной команды, немного подумав и окончательно напугав всех, кто наблюдал за ней, не громко произнесла: - Мисс Эванс и мистер Люпин подойдите пожалуйста, нужно кое-что обсудить... Примерно на пол минуты воцарилась тишина, сплетники и сплетницы обдумывали произошедшее и как это можно истолковать и… шёпот… Все что-то пытались друг-другу объяснить, куча версий, что же так встревожило декана... Лили быстро встала, и двинулась к профессору трансфигурации. Когда Минерва только зашла в гостиную, девочки заливисто смеялись над какой-то историей. Когда декан, подозвала старост к себе, Эванс всё ещё улыбалась уголками губ. Римус тоже встал и подошёл к дамам. Макгонагалл начала что-то быстро говорить двум старостам. Вся гостиная видела как с лица Лили потихоньку сползала счастливая улыбка. Как только девушка окончательно посерьёзнела, Минерва начала объяснять что-то, ещё более быстро и энергично взмахивала руками. Римус выглядел очень напугано. Все ребята реагировали по-разному, некоторые старались прочитать по губам МакГонагалл, что же она говорит напуганым Люпину и Эванс. Немного помолчав и кивнув рыжеволосой, волшебница громко и звучно начала: -Всем добрый вечер. Я пришла с не очень хорошей новостью, - все напряглись и перестали шушукаться окончательно, - буквально десять минут назад, была остановлена дуэль, в которой участвовало четыре человека с факультета пуффендуй, и трое со слизирина. - Профессор поджала губы. Вся гостиная сидела в полном непонимании. - Все четверо пуффендуйских студента, участники сборной по квиддичу, они… - Она запнулась, но, набрав полную грудь воздуха, продолжила. - Они в плачевном состоянии, и не оклемаются до завтрашнего матча, а запасные игроки не готовы. В общем игру решено перенести. Остальное Профессор Дамблдор скажет завтра, за завтраком. Мёртвая тишина начинала давить, но никто не мог произнести ни звука. Все переваривали услышанное. - То есть, игры завтра не будет? - Спросил, поднявшийся на ноги Джеймс. МакГонагалл коротко кивнула. Откуда-то из глубины гостиной послышалась громкая и очень не приличная ругань ребят, которые уже третий вечер рисовали плакаты для игры. Профессор вскинула брови, и не одобрительно посмотрела в тот угол. Но адресаты неодобрения декана, то ли не заметили, или были в таком сильном отчаянии, что не поняли этого. Все слова были очень хорошо слышны, в тишине помещения. Продолжая громко ругаться, пять человек встали на ноги и начали собирать всё, что лежало на полу, сворачивать готовые и незаконченные плакаты и оттаскивать их в комнаты. Поняв, что сколько бы она не хмурилась, и не ругалась, не сможет изменить, гриффендорской сущности учеников своего факультета, Макгонагалл сняла с доски объявление графика матчей по квиддичу, сделав несколько замечаний другим ученикам и взяв со стола ненужный журнал по магической моде, вышла из пристанища учеников львиного факультета, под аккомпанемент бесконечной ругани уже поднимающихся к себе несчастных художников. На следующий день, на завтрак все буквально бежали, чтобы успеть к началу объявления о судьбе квидичного матча. Директор объяснил детям, что запланированная игра переносится, но учителя видели как усердно тренировались команды когтеврана и слизерина. Подметив, что деканы перед окончательным принятием решения, побеседовали с командами, и решили что, сегодня никаких игр не будет, и этот день как и планировалась сделают, выходным. завтра ещё один выходной, а после обеда игра между сборными Слизерина и Когтеврана. Этот матч собирались провести следующим, но из-за непредвиденных обстоятельств, поменяли их местами. Все, кроме учителей и ребят из квиддичных команд, играющих на следующий день, были в шоке. Столько важной информации не поступало ребятам даже на самых важных и интересных уроках. В зале воцарилась тишина. Тем временем Альбус Дамблдор наслаждался лицами учеников. Все сидели то ли напуганные, то ли просто пытались понять, что самое важное из всего этого. Вдруг кто-то из пуффиндуйцев выкрикнул: -А что с пострадавшими, вчера ребятами? - Директор замялся. - Жить будут! - Громко и уверено сказала Мадам Помфри, которая также седела за учительским столом, и до этого момента молчала. Кто-то из слизеринцев громко хихикнул… А дальше ученики пуффендуя, беспочвенно обвиняли змеиный факультет, в том что, они хотели убить, их лучших игроков из-за предстоящего матча и бездушные чистокровки просто боятся проиграть. На самом деле всё было верно, и все прекрасно это понимали, но не могли нечего сделать... В отличие от всей прошлой недели, в день, когда должен был быть, матч между Пуффендуем и Гриффиндором, светило яркое почти летнее солнце. Ребята были расстроены, каждый горевал по затронувшему конкретно его поводу, а выбор был весьма большой и можно было найти что-то для себя. На следующий день все ученики Хогвартса, после обеда начали стекаться на матч, между Когтевраном и Слизерином. Почему-то все были уверены, что выиграет слизерин, но продолжали поддерживать когтевранцев и говорить великие речи про то, что эти противные змеи сегодня проиграют, только вот в их голосах не было такой уверенности. Но на удивление всех, казалось даже самой команды, выиграл Когтевран. Придя вечером в гостиную, гриффиндорцы даже и не знали как реагировать на произошедшие. После недолгого раздумья, было решено выпить чаю, или кто очень хотел — огне-виски, которое было приготовлено для праздника, после победы Гриффиндора над гордыми пуффендуйцами. В общем было принято решение, что выпьют они за то, что Слизерин проиграл, ведь для львиного факультета это было очень хорошей новостью. Хоть что-то хорошее в этой ситуации есть.