«ЗАМКНУТЬ КРУГ»

      День начался с мокрого и теплого от густой вязкой спермы постельного белья.       «Сатору снова пятнадцать» - стягивая исподнее, вполголоса ругался шаман.       Приятный сон, вызвавший ночные поллюции мгновенно выветрился из головы, оставив после себя только теплый медовый оттенок.       Наспех выпив чашку сладкого черного кофе и закусив блинчиками, щедро покрытыми шоколадным сиропом и свежими ягодами, беловолосый шаман направился по адресу, указанному в командировочном листе.       Позднее июльское утро беспокоило тяжелыми облаками, затянувшими небо, и влажной духотой. Ветра не было. Рубашка под темным форменным пиджаком почти сразу неприятно прилипла к телу, добавляя новому дню еще один пункт по шкале дерьмовости.       Такси, высадившее его у госпиталя Йокояма, быстро уехало, увозя с собой кондиционированную прохладу, оставляя взамен легкий запах бензина и выхлопных газов.       У входа в трехэтажный центральный корпус, выкрашенный в светло-розовый и бежевый цвета, нервно вышагивала стройная симпатичная бета лет сорока пяти.       - Годжо-сан, вы опоздали! - вскидывая на альфу сердитый взгляд и натыкаясь на непроницаемую повязку, скрывающую глаза собеседника, воскликнула женщина, представившаяся главным врачом Фукудой Сэцуко, - пожалуйста, поспешите, там… - она махнула рукой в сторону дома, окутанного коконом сплошной черноты.       - В здании есть кто-то из людей? - игнорируя справедливый упрек спросил мужчина.       - По моим данным последний пациент покинул этот корпус полтора часа назад, - с легким сомнением в голосе проговорила госпожа Фукуда.       Мельком осмотрев современное строение, расположенное чуть поодаль от центрального корпуса, и установив «завесу», Сатору шагнул в прохладный полумрак.       Тишина, царившая в больнице, нарушалась едва различимым металлическим звоном где-то впереди по коридору. Шаман, сунув руки в карманы свободных брюк, потихоньку насвистывая неспеша двинулся на звук по пути заглядывая в каждый кабинет.       Далеко идти не пришлось. Проклятие первого уровня похожее на помесь собаки, человека и страуса, одетого в медицинский халат, скалившись подпрыгивало на одной ноге и подкидывало на подносе хирургические инструменты явно получая огромное удовольствие от создаваемой какофонии.       «В принципе, если заманить его в «Территорию», то можно будет обойтись минимальным ущербом», - размышлял Сатору бегло осматривая родильное отделение и натыкаясь взглядом на розовую пятку, торчащую из-под завешенной до самого пола каталки.       Шаман присел на корточки и слегка пощекотал чужую ступню, а услышав приглушенный вскрик, заглянул под простыню. На него, выпучив огромные от ужаса зеленые глаза и зажав ладошкой рот, уставился кругленький омега, сидящий в луже воды. Легкий трикотажный халатик распахнулся, обнажая упругую грудь полного второго размера – у омег условно мужского пола молочные железы начинали расти на последнем месяце беременности, а после окончания лактации постепенно возвращались в прежнюю форму – то есть полное отсутствие жировой ткани.       - Ты кто? Как здесь оказался? – шепотом рявкнул Сатору. – Совсем спятил?       - Хамада Хирояки – пискнул молодой мужчина, отнимая руку от лица и плотнее запахивая халат.       «Черт, если бы я его не увидел и призвал «Территорию», он умер бы на месте» – от осознания едва не произошедшей трагедии сердце беловолосого бешено заколотилось. Он, конечно, не святой, но убить беременного омегу – от такого не отмоешься.       - Выползай – позвал он. – Не бойся, я здесь как раз для того, чтобы изгнать это - он ткнул пальцем себе за спину, указывая на проклятого духа первого ранга, - можешь на меня положиться.       Хамада Хирояки – полный молодой человек возрастом чуть за тридцать – выкарабкался из-под каталки и тяжело опираясь на руку Годжо с трудом выпрямился в полный рост, макушкой едва дотягиваясь беловолосому до плеча.       - Встань за мной – отрывисто приказал Сатору, оценивая обстановку вокруг.       Дважды повторять не пришлось. Трясясь от страха как осиновый лист на ветру, Хамада спешно юркнул за широкую спину альфы и, сминая ткань, двумя руками вцепился в свободный пиджак своего заступника. Годжо не стал его осаживать, боясь еще больше напугать будущего родителя.       «Не хватало только чтобы он прямо сейчас начал рожать» – с ужасом подумал шаман, переводя взгляд на проклятие, с любопытством рассматривающее набор хирургических инструментов, и напрочь игнорирующее присутствующих людей.       - Сейчас будет страшно, поэтому закрой глаза и никуда не убегай, договорились? – как можно мягче попросил Сатору стоящего позади него мужчину. И убедившись, что тот никуда не собирается, а напротив только сильнее вцепился в его одежду, поднял вверх указательный палец левой руки и произнес, - «Техника притяжения: Синий».       - Кажется, я рожаю, - послышалось за спиной.       Проклятый дух с силой притянулся к неподвижно стоящему альфе. Не делая ни шага навстречу, кулаком, окутанным проклятой энергией, Годжо одним мощным ударом вмял морду проклятия в затылок, мгновенно изгоняя уродца.       - Ну, вот и все – поворачивая голову к зажмуренному омеге – облегченно объявил Сатору, - можешь больше не… Твою мать, - едва успевая подхватить ослабевшего маленького мужчину на руки выругался шаман, – ты чего, парень?       С побледневшим от страха лицом беловолосый трясущимися руками кое-как выудил из кармана телефон и быстро пролистав журнал звонков нажал кнопку вызова. Послышались гудки и обеспокоенный голос главного врача:       - Годжо-сан, слава богу...       - Вы же говорили, что в здании никого нет! – рявкнул он в трубку бесцеремонно перебивая собеседницу. – А здесь, мать его, омега, который вот-вот разродится. Скорее направьте сюда врача!       В трубке послышалось робкое лепетание о том, что они не могут пройти через барьер, установленный Годжо.       - Развейся – складывая печать приказал Сатору, и завеса жирными чернильными кляксами поползла вниз, обнажая затянутое почерневшими грозовыми облаками небо. – Жду. Эй, парень, потерпи маленько, сейчас прибегут врачи и помогут тебе – завершая вызов и обращаясь к покрытому испариной омеге попросил беловолосый шаман.       «Черт, что же делать?!» – судорожно думал Сатору, укладывая плачущего Хамаду на стоящую рядом каталку. Хотелось бежать без оглядки, бросив роженика одного разгребать эти проблемы.       Резко зазвонивший телефон заставил его вздрогнуть.       - Что так долго? – вместо вежливого «да» гаркнул альфа.       - Годжо-сан, тут такое дело, мы не можем пробраться к вам. Проход засыпало и нам потребуется время, чтобы разобрать завал. – Запричитала трубка голосом главного врача. - У вас все нормально?       «Она адекватная вообще?» – застонал про себя Сатору.       - Парень держится за живот и постоянно подвывает – взяв себя в руки и оглядев омегу с ног до головы заявил шаман, – это считается нормальным?       - Годжо-сан, переключите вызов на видео и покажите мне степень раскрытия, – голос в трубке изменился.       - Кто это и какое раскрытие вам показать – не понял Сатору.       - Это говорит акушер-гинеколог Симада Наото. Вам нужно поднести камеру к промежности беременного, – спокойно заявил врач.       - Спятили? Меня посадят за домогательство – натурально возмутился беловолосый. – А нельзя как-то отложить роды на попозже, когда вы нас откопаете?       - Годжо-сан, пожалуйста, не паникуйте – ласково успокоил доктор. – К сожалению, роды, если они уже начались, отложить не получится, но я буду вас консультировать и вместе мы справимся.       Сильнейший шаман этого поколения судорожно сглотнул вставший поперек горла ком и повернулся к омеге. Тот лежал на боку свернувшись в калачик насколько позволял огромный живот. Бледное лицо, выступившие на лбу капли пота и закушенная губа ясно свидетельствовали о том, что у него бывали времена и получше.       - Пожалуйста – одними губами прошептал парень       - Что я должен делать? – сдавшись на милость судьбе обреченно спросил шаман.       Трубка в его руках радостно затрещала, раздавая указания.       Спустя несколько часов мучительных потуг и раздражающих своей непонятностью указаний врача, крохотный синюшный комочек плоти, покрытый слизью и экскрементами, выскользнул ему в руки. Годжо поморщился от неприятного резкого запаха - как не крути, а физиология омег в некоторой степени негигиенична, поскольку репродуктивная система непосредственно связана с выделительной.       Годжо по указке врача сначала засунул палец в рот новорожденного и очистил его от слизи, а затем слегка шлепнув по малюсенькой ягодице, услышал слабые кряхтения, напоминающие плач. Трясущимися руками – «Сатору, ты же сильнейший, сосредоточься – уговаривал себя шаман» - перерезал пуповину и положил ребенка на грудь родителю.       - Ты молодец, - вытирая влажным полотенцем лоб Хамады похвалил мужчина – у тебя мальчик родился. Альфа. Уже выбрал имя?       - Мы с мужем решили, что назовем его Рэн – устало улыбнулся омега.       «Рэн – лотос значит – подумал беловолосый. – Хорошее имя».       - Кстати, Хирояки, а что с твоим мужем, он болен? – спросил Годжо, неприлично ткнув пальцем в метку у основания шеи над ключицей. - Почему цвет такой тусклый?       - Просто муж обновлял ее последний раз во время течки, в результате которой я и забеременел - ладонью потирая бледно-розовый след объяснил Хамада. - Мы с Шуджи не истинные друг у друга, поэтому метка со временем исчезает - он пожал плечами, - и ее нужно постоянно освежать, иначе максимум через год-полтора она исчезнет вовсе. Только истинный альфа оставляет след один раз и на всю жизнь. Однако попробуй отыщи его! Но если честно, я особо и не искал - он задорно подмигнул шаману. - Мне и Шуджи по тридцать четыре, мы со средней школы вместе. За это время ни он ни я не встретили свою настоящую пару и решили пожениться, - тепло улыбнулся Хирояки. – Он мой самый лучший друг, любимый муж, а теперь и отец нашего сынка.       Легкий укол зависти заставил сердце беловолосого шамана неприятно заныть – ему-то в жизни «повезло» - истинная пара рядом с ним, только руку протяни, а его с души воротит об одной мысли о том, чтобы подойти к ней во время течки, не то что пометить.       - Отдохни немного, - предложил Годжо, - я послежу за малышом.       Их откопали только к вечеру. Сатору как раз мерил шагами комнату, укачивая синеглазого покрасневшего от полопавшихся капилляров младенца, когда в родовую заглянула счастливая главный врач Фукуда Сэцуко в сопровождении бригады рабочих и целой команды врачей. Он с облегчением передал ребенка в руки пожилого альфы в белом халате и тепло попрощавшись с сонным, едва продравшим глаза Хамадой Хирояки, направился восвояси.       Сверкнувшая над головой молния синей вспышкой пронзила сумеречное небо; чуть запаздывая следом прокатился громовой раскат, неся за собой стену дождя.       «Не забыть внести 18 июля в «черный» день календаря» - раздраженно думал Сатору, шлепая по лужам как Иисус Христос – не намочив ног. Жрать хотелось безбожно. И принять душ. Хотелось жрать прям в душе.       Быстро смыв грязь и пот, и сменив форменную одежду на прямые синие джинсы с белой футболкой, а вместо повязки нацепив на нос черные стильные очки, шаман спустился в гостиничный ресторанный комплекс.       «Никогда больше не буду работать в роддоме» - с ужасом вспоминая события прошедшего дня вздрогнул Годжо, пропуская вопрос официанта мимо ушей.       - Не хотите пригласить меня на свидание? – кокетливо улыбаясь повторил молодой омега глядя в недоумевающее лицо, скрытое темными очками.       «М-м, классический омега, - быстро окинув взглядом тщедушную фигурку, вынес вердикт Сатору, - с подведенными глазками и чувственными губками, подкрашенными «ультрамодным блеском для губ, сводящим с ума мужчин» - всплыла в голове навязчивая реклама. - Запах приторно-сладкий с примесью черного перца, похоже, что течка начнется со дня на день, - стараясь не морщиться заключил он».       - Извини, но я здесь в командировке и сегодня уже уезжаю – пробуя на вкус воздушное пирожное со взбитыми сливками и виноградом, покачал головой шаман. – Можно сделать погромче? – кивнул он в сторону висящего на стене телевизора.       «Сегодня утром неподалеку от станции Йойоги в Токио сгорело здание кафе быстрого питания, - безэмоционально тараторил диктор. - Есть версия, что возгорание произошло по причине неисправной электрической проводки, однако точная причина будет установлена после проведения экспертизы. По предварительным данным погибло шестнадцать человек, из них девять подростков. А теперь к прогнозу погоды. В северной части Японии ожидается…» - внезапно раздавшийся телефонный звонок отвлек Годжо от просмотра новостей.       - Годжо-сан, - раздался в динамике безжизненный голос ассистента директора колледжа, - вы закончили выполнение задания? Как быстро сможете вернуться в Токио?       - Иджичи, ближе к делу, - раздраженно ответил Сатору. Этот депрессивный омега, нализывающий задницы всей руководящей верхушке ему никогда не нравился. Бледная немочь – самое подходящее для него определение.       - Итадори-кун… - Годжо непроизвольно задержал дыхание. – Он погиб. Вскрытие назначено завтра на 9 утра. Я подумал, что вы захотите… - он уже не слушал, быстрым шагом направляясь в сторону ближайшей железнодорожной станции.

***

      Тихонько постучавшись, – Сатору и сам не знал для чего, будто разум все еще не понял, что больше некому крикнуть «заходите» - приоткрыл дверь и зашел в комнату Юджи. Помещение выглядело так, будто мальчишка только что проснулся и вышел умыться: незаправленная кровать соблазняла откинутым одеялом, смятая подушка с двумя розовыми волосками на наволочке, вывернутые наполовину пижамные штаны, валяющиеся рядом, свежий «Jump» с замятым уголком на странице, где парень закончил читать – вся комната будто нетерпеливый преданный пес ждала хозяина, еще не зная, что тот уже не вернется.       Не включая свет, шаман прошел по комнате и лег на кровать, уткнувшись лицом в подушку, чудом сохранившую слабый запах розоволосого паренька.       Глаза под повязкой защипало, и Годжо стянул её через голову, бросив рядом. Белесая челка упала на глаза.       «Я остался совсем один. Сначала родители, потом Сугуру, а теперь и Юджи», - теплые капли соленых слез побежали по лицу щекоча нос и губы. Он не утирал их, потакая своей слабости. Зная, что станет легче. Не сразу, но станет.       Короткая вибрация оповестила о пришедшем на телефон сообщении.       «от кого: Иджичи Киётака: отчет о происшествии.pdf» - гласило уведомление.       «Проклятый кокон…исчезнувший выход… провалилась под пол…больше сотни проклятий третьего и четвертого ранга… доставлена в госпиталь господином Иджичи…» - побежали глаза по строчкам, выхватывая основную суть из отчета Кугисаки.       «Проклятый кокон… спасение пятерых человек… появление Фушигуро и раненой Кугисаки… вспомогательный отряд… масштабный материальный ущерб… мертвое тело Итадори Юджи…» - отчет ассистента был еще менее информативным, чем у Нобары.       «кому: Иджичи Киётака: ты забыл прикрепить отчет Мегуми. Жду».       «от кого: Иджичи Киётака: к сожалению, Фушигуро-кун сейчас заперт за барьером и не имеет возможности отчитаться. Прошу прощения» - последовал лаконичный ответ.       «Причем тут какой-то барьер?! Завтра вытрясу из этого мудака всю душу», - пообещал себе Сатору проваливаясь в сон.

***

      - Ты специально это сделал, Иджичи, - без обиняков заявил Годжо сидя на узком диванчике в патологоанатомическом отделении госпиталя при «Токийском технологическом колледже проклятых магических искусств».       - Я знаю, что мои слова вас не убедят, но … - залепетал бледный до синевы омега.       - Хочешь сказать, что случайно отправил первогодок изгонять проклятие особого ранга? – глядя сквозь черную ленту прямо в глаза ассистенту спросил шаман. – Тебе лучше других известно с каким трудом мне удалось убедить старпёров отсрочить казнь мальчишки, но тебя это не остановило и ты, воспользовавшись моим отсутствием, отправил их спасать заведомо обреченных людей? Ладно Юджи, - кулаки беловолосого сжались, выдавая крайнюю степень ярости - но Мегуми с Нобарой… Ты с легкостью решил пожертвовать двумя детьми, лишь бы Юджи погиб?!       - К-к-когда мы отправляли их на миссию, еще никто не знал, что это будет особый ранг – оправдывался омега, от ужаса втянув голову в плечи.       - Я не собираюсь искать всех виновных, Иджичи. Я просто убью тебя вместе с этими чванливыми болванами, мнящими себя властителями судеб, – прорычал шаман.       Дверь в прозекторскую с мягким шорохом отъехала в сторону пропуская внутрь стройную красивую женщину-омегу с уставшим лицом и огромными черными кругами под глазами.       «Последняя течка, видимо, подкосила ее» - с нежной жалостью подумал Годжо, вмиг забывая о своем обещании немедленно казнить всех и вся.       - Давно я не видела тебя таким злым, Сатору. Похоже, этот парень действительно тебе нравился, - нервно накручивая на палец прядь волос полувопросительно произнесла Иери.       «Неужели он с ним спал?! – неприязненно подумала девушка, - Чертов альфа».       - Вообще-то я хороший парень и стараюсь заботиться обо всех своих учениках – подняв вверх указательный палец заявил Годжо.       - Ты же знаешь, что Иджичи не виноват. Он просто выполняет поручения руководства – вступилась за бедолагу молодая женщина.       - Мне все равно, что он там выполняет, если от этого страдают мои ученики - равнодушно заявил шаман.       - Ну, это он? – спросила Иери откидывая простыню, укрывавшую труп. – Сосуд Сукуны, о котором столько болтают? Я могу провести вскрытие?       «Красивый парень. Хорошо, что умер» - озабоченно рассудила омега.       - Извлеки из его тела максимум пользы, Сёко, - глухим голосом попросил Годжо.       - Разумеется. За кого ты меня принимаешь, а? – с трудом унимая рвущуюся наружу ревность процедила она.       В комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь треском люминесцентных ламп и лязгом хирургической стали. Иджичи смирно стоял у стены, переминаясь с ноги на ногу и не решаясь присесть, а Сатору листал ленту социальной сети, не задерживаясь взглядом ни на одной публикации.       - Знаешь, у меня ведь довольно скверный характер – выдохнул он, нарушая тишину.       - Знаю, - ответил Иджичи и осекся.       - Ну какой из меня учитель, а?! У меня же нет преподавательского таланта от слова совсем, – игнорируя слова ассистента, продолжал Сатору, - но я выбрал этот путь, потому что у меня есть мечта.       - К-к-какая – заикаясь и краснея спросил Иджичи. Сёко, готовящаяся к вскрытию, напряглась, ожидая ответ.       - Я собираюсь перекроить всю систему магического мира. Само собой, с моим талантом нет никакой сложности вырезать правящую верхушку всех сильных кланов, – Иджичи вздрогнул и искоса посмотрел на шамана. Плечи Иери расслабились – эти глупые рассуждения она уже неоднократно слышала под разными соусами. – Но если я начну просто так убивать, то этим, во-первых, дискредитирую себя, а во-вторых, место убитых тут же займут их последователи. Поэтому я выбрал обучение. Я решил воспитать новое поколение сильных, умных и образованных шаманов, которые займут руководящие посты, когда нынешние деды – Сатору сплюнул – наконец передохнут. Мои ученики - все сплошь хорошие ребята и сильные экзорцисты, особенно Хакари и Оккоцу, которые в ближайшем будущем смогут составить конкуренцию даже мне.       «Тебе скромности как всегда не занимать, Сатору», - подумала Сёко, тепло взглянув на беловолосого шамана.       - Юджи – ладони Годжо сжались в кулаки – тоже был одним из них.

***

      - Эй, не смотри наверх без моего разрешения, пацан! Это неприятно. – сидя на горе черепов, нагло заявил Сукуна.       Мрачное место, заваленное останками не первой свежести, больше напоминало размытое кладбище домашнего скота. Было темно и сыро от застоявшейся воды.       - Тогда спускайся сюда, засранец, чтобы я смог посмотреть на тебя сверху вниз, - оскалился Юджи.       - Не понимаю, почему ты нервничаешь, пацан?! – искренне удивился Сукуна.       - Потому что ты меня убил, сволочь! – поражаясь чужой наглости выкрикнул мальчишка.       - Зато я вылечил твою руку и восстановил пальцы! – удрученно выдохнул демон. – Никакого почтения к старшим…       - Ага, и вырвал сердце – зло расхохотался Итадори. – И почему я даже после смерти должен вариться с тобой в одном котле?! Ну раз так, то для тебя это будет тысячелетие боли и слез! О, вот это подойдет, - парень подхватил бычий череп, валяющийся под ногами, и перехватив поудобнее за основание рога нацелился Сукуне в голову.       Мощный удар расколол и раскидал кости в том месте, где секунду назад вальяжно восседал демон.       - Лови подачу – мощный кулак, летевший в левую скулу Двуликому, прошел мимо увернувшегося в последний момент двойника.       - Тоска с тобой, - выдохнул Сукуна, пинком отправляя Итадори в полет с вершины гигантской реберной клетки, заменявшей собой потолок его вместилища.       «Черт, я должен был сломать ему нос, как он увернулся?» – разочарованно подумал Юджи, погружаясь лицом в воду. Тело чуть просело под тяжестью усевшегося верхом на его спине Двуликого.       - Ты не умер, если тебя это так волнует, пацан – спокойно объяснил демон. – ты находишься в моей «Расширенной территории»...       «Расширенная территория»?! Кажется, Фушигуро о чем-то подобном рассказывал» - припомнил парень.       - И я хочу предложить тебе вернуться к жизни, заключив связывающий контракт на взаимовыгодных условиях – кровожадная улыбка на точно таком же как у него лице заставила Юджи поморщиться.       - Посмотрите какой важный! Да ты и сам не хочешь подыхать, как я погляжу. А как же «вместе с тобой пропадут всего две части моей души из двадцати. Зато ты сдохнешь окончательно и перестанешь наконец быть занозой в моей заднице» – широко ухмыляясь передразнил Итадори.       - Обстоятельства изменились, пацан, - пожал плечами демон.       - Ага, обстоятельства – фыркнул Юджи. – Видел я как ты смотрел на эти «обстоятельства» и что у тебя постоянно стоял тоже, – засмеялся мальчишка. – Не понимаю только зачем надо было пытаться его убить.       - Я не пытался. Просто проверял на что он способен, - голос Сукуны потеплел.       - Я…- Юджи замялся, - видел твои воспоминания…       - Знаю. И это меня беспокоит – в голосе демона прорезалась сталь. – Поэтому настаиваю на трех обязательных условиях при заключении сделки: как только я скажу «Расширение», ты сразу меняешься со мной местами на одну минуту. Это первое. Ты никогда и ни при каких условиях не рассказываешь Фушигуро Мегуми о том, что он пахнет так же, как мой истинный – с нажимом произнес Двуликий. – Это второе. И ты забываешь об этом разговоре. Это третье.       - Да я лучше сдохну, чем выпущу тебя наружу еще раз – возмутился парень. – Ты самый настоящий демон, в котором не осталось и крупицы доброты, даже несмотря на то, что раньше ты был совсем другим, - глядя прямо в глаза Двуликому заявил он.       Глаза Сукуны опасно прищурились, давая Итадори понять, что он перегибает палку, затрагивая тему чужих воспоминаний.       - А если я скажу, что никого не убью и не покалечу за эту минуту? – скрепя сердце предложил более выгодные для Юджи условия Сукуна.       «Достал пацан»       - Да кто вообще поверит в эту хрень, - негодующе завопил Итадори.       - Не важно веришь ты или нет. Я же проклятый дух. «Связывающий контракт» – это заклинание, которое с легкостью меня уничтожит, если я нарушу условия нашего с тобой договора. «Контракт» работает в обе стороны – это основополагающий принцип колдовства, пацан. Чему вас вообще учат в вашем колледже?! – скривился демон.       - Ладно, слезай, - завозился Юджи. Сукуна встал, расправляя складки на юкате. – У меня тоже будут условия: ты поделишься со мной своей силой. Это раз – загибая пальцы перечислял Юджи. – Ты никогда и пальцем не тронешь Фушигуро или Кугисаки. Это...       - Нет – перебил его Сукуна. – Девчонку не трону. Обещаю.       - Хорошо, значит ты никогда не подойдешь к Кугисаки ближе, чем на два метра, а к Фушигуро не посмеешь притронуться первым!