Последний танец

— Скоро самый важный чемпионат по танцам. Ты готов, Чонгук? — спросил Тэхён, подходя к колонке, чтобы включить очередную мелодию для репетиции. — Эй, слышишь меня? — переспросил брюнет, когда не услышал ответа на свой вопрос. Но ему снова не ответили. Чонгук танцевал, вспоминая и повторяя раз за разом одно и то же движение, но все никак не выходило чего-то стоящего. Парень едко и негромко матерился, вновь начиная сначала, пока не упал без сил спустя несколько минут. Мгновение — и Тэхён уже рядом с ним, крепко обнимает его за плечи, пытаясь привести в чувство. Но ничего не выходит — парень все также находится без сознания. — Ну что, тогда «план Б», — сказал Тэхён, припадая к губам Чона, как бы проталкивая кислород внутрь. Сработало. Через какое-то время Чонгук пришёл в себя, медленно открывая глаза. Взгляд его был затуманенным, словно парень не помнил, где находился. Он, устало улыбнувшись, прижался к Тэхёну, слушая размеренный шум его сердца. — Спасибо, — он запнулся, — спасибо, что ты снова рядом… А больше слов и не нужно — они поймут друг друга и без них. Слова — лишь мелкая пыль между ними, что помогает быть ещё ближе. — Эй, мистер Чон, — шутливо начал Тэхён, но тое его вскоре стал серьёзнее, — я хочу кое-что сказать тебе. — О чем ты? — устало переспросил парень, все еще лежавший на его коленях. — Если ты войдешь в тройку лидеров на этом конкурсе, я обязательно расскажу тебе то, что давно хотел. Так что постарайся, — Тэхён засмеялся. Но знаете, Чон принял эти слова с максимальной серьёзностью, на какую только был способен. Выбравшись из очень удобного места на коленях Тэ, он взглянул на него и сказал: — Договорились! Вот увидишь, я займу первое место, и у тебя не останется выбора, дружок. Затем он встал и снова продолжил свою тренировку, не обращая больше внимания на парня, что с теплой улыбкой на лице почти бесшумно проговорил: — Я и не сомневаюсь в тебе, Чон Чонгук.

***

Настал день конкурса. В огромном, невероятно большом зале, где собрались сотни самых лучших танцоров, были и наши парни. Безусловно, Чонгук — очень талантливый и опытный танцор, выигравший не один десяток соревнований, но даже он ужасно волновался в тот день. Ни его мастерство, ни профессиональный тренер, ни близкий человек не могли успокоить его. Руки дрожали, а по спине то и дело стекал холодный пот. Тэхён, заметив его волнение, крепко сжал руку парня, шепча на ушко: — Я верю в тебя, Чонгук. Я знаю, что ты будешь лучшим сегодня. Верь мне, Солнце. Всего несколько предложений, сказанных близким человеком, производили и не такой эффект, но пока Чону было достаточно того, что страх и тревожность его ушли на задний план. «Куда же без тебя», — подумал про себя Чонгук, увидев приближающуюся фигуру в чёрном атласном костюме с небольшими стразами по краю ворота. Мужчина стремительно подходил к ним, а рука Тэхёна сжималась в ладонях Чона с ужасной силой. — Добрый день, Чон Чонгук, — неприятно колючим голосом произнес мужчина, сделав небольшой поклон. — И вам того же. — Сегодня невероятно важный день, не так ли, господа? — он взглянул на Чонгука с каким-то нескрываемым презрением, что не осталось без внимания Тэ. Атмосфера между этими двоими накалялась до предела, но никто не решался сбавить обороты. Разговор начинал приносить какой-то неприятно горький осадок, и Тэхён, вежливо поклонившись собеседнику, взял Чона за руку и отвёл в более укромное место. — Кто это был? — Познакомься, — словно выплевывая, сказал Чонгук, — мой самый любимый конкурент. — Оу-у-у, — протянул Тэ в ответ и решил сменить тему. — Кстати, Чонгук, ты помнишь свой танец? Парень кивнул в ответ и присел на стул, пытаясь привести нервы в стабильное состояние. В конце концов, он решил, что неплохо было бы повторить кое-какие движения для полной уверенности. Начав танцевать, Чон собрал на себе не один десяток заинтересованных взглядов.

***

— Я не смогу взять первое место, пока он выделывает такое, — жаловался парень в костюме из чёрного атласа. — Сделайте что-нибудь, если хотите высшую награду, тренер! Мужчина лет 46 взглянул на него, выражая глазами главную мысль: «Я все решу, идиот…» Затем он подозвал к себе официанта, что подготавливал обеденный стол для танцоров. — Да, именно перед его выходом, бестолковый!

***

— Сильно волнуешься? — спросил Тэхён, крепко обнимая парня со спины, гладя его по волосам. — Пока ты рядом — нет, но там, на сцене, тебя не будет… Тэхён слегка отстранился от него и сказал: — Я буду вот тут, — парень указал на сердце, ткнув туда пальцем. — Я всегда тут. — Спасибо… Тэхён развернул к себе Чона, по-дружески улыбаясь ему. Их губы слились в нежном и самом трепетном поцелуе, на который были способны их обладатели в тот момент. Мгновение — и чей-то бархатный и низкий голос объявил начало подготовки к соревнованию. К каждому танцору подошел официант, преподнося бокал с витаминизированной водой. И Чонгук также получил его. — Спасибо, — сказал он и залпом осушил бокал, возвращая его на разнос. Он ещё раз поцеловал Тэхёна, а после удалился в комнату ожидания и подготовки, как ее назвали все танцоры. — Помни о нашем пари, — крикнул Тэхён на последок, лучезарно улыбнувшись. — Удачи, Солнце! Чонгук лишь кивнул ему и скрылся за дверью, ведущей его в нужную комнату. Спустя какое-то время зрители в зале заняли свои места. Тэхен сел в первом ряду, чтобы лучше видеть выступление Чонгука. В помещении царила атмосфера чего-то очень значимого для каждого из присутствующих. Все перешептывались, спрашивали: «Кто же победит? Ах, как интересно! А кто сейчас выйдет на сцену? Как думаешь, номер 37 победит?» На сцену выходили десятки танцоров, и выступление каждого из них определённо было очень профессиональным, но наш Тэхён ждал лишь одного из них, он ждал лишь Чонгука и болел за него. Наконец, голос за сценой объявил: — Дамы и господа, встречайте! Номер 7 на сцене!

***

Во время подготовки к своему выступлению, в комнате ожидания, Чонгук почувствовал какое-то мимолетное головокружение, в глазах всё резко побелело, но спустя секунду вернулось на круги своя. — Это просто от волнения, — сказал Чонгук и, мотнув в головой, вновь продолжил надевать костюм. Он не придал этому странному событию не доли важности. Хотя знаете, ему все-таки стоило это сделать… И вот, он уже на сцене. Свет софитов и прожекторов, бурные овации, но всё это — ничто по сравнению с парой глаз, парой любящих глаз, в первом ряду, что смотрели на него с неописуемо трепетной любовью. Признаюсь, это придало ему сил! Сделав ещё пару шагов до нужной позиции на сцене, Чонгук вновь посмотрел в зал и, найдя уже знакомые глазас одними губами шепнул: «Я люблю тебя». Он знал, что Тэхён поймёт его даже с такого расстояния. И это не будет для него преградой — никогда не было. Заиграла мелодия, что была похожа на игру оркестра. Парень, совершая невероятно изящные и тонкие движения, перемещался по сцене словно перышко: каждый взмах его руки, каждый прыжок, поворот головы были исполнены с таким мастерством и профессионализмом, с такой любовью к своему делу, что зрители в зале, наконец, перестали шептаться. И тишину в помещении нарушала лишь мелодия и еле слышные звуки со сцены. Вдруг лицо Тэхёна озарилось испугом и ужасом. «Он ошибся», — пронеслось в голове парня. — «Я знаю эту постановку от и до, он опять продолжает ошибаться». По спине то и дело начинал стекать холодный пот, а сердце бешено колотиться. Движения Чонгука стали тяжелее и отчасти грубее: пропала то изящество и легкость. Тэхён не на шутку испугался. Он сидел не в силах сделать что-либо и продолжал смотреть на сцену. Чонгук всё ещё танцевал, но с каждым тактом мелодии движения его наполнялись тяжестью. Создавалось ощущение, что Чонгука подменили. — Что ты делаешь?.. — прошептал Тэхён, хмуря брови. — Почему ты продолжаешь ошибаться? Что происходит? Музыка подошла к концу, как и силы Чонгука. И вот, последний аккорд, невероятно изящный и легкий прыжок, а затем аккуратное приземление. Он сел на сцене, обхватывая колени руками, а затем вытолкнул ногу назад так, что получилось что-то похожее на шпагат. А вслед за этим тело его распласталось по сцене, словно желая слиться с ней в одно целое. Мелодия закончилась, и вместе с ней перестала вздыматься грудь Чонгука, который продолжал лежать на холодной поверхности сцены. Бурные аплодисменты. Крики восхищенной публики. И лишь одна пара глаз, полная горячих и жгучих слез. И всего несколько несказанный слов: «Я люблю тебя, Чон Чонгук».