Семь минут в аду

— Что ж… Я хочу познакомить тебя со своими друзьями, — заявил Ник, улыбаясь своей хитрой лисьей улыбочкой. Перед глазами пролетели события последних месяцев… — Жизнь — это тебе не дешёвый мюзикл, в котором поёшь песенку, и твои глупенькие мечты сбываются, как по волшебству. Чуда не будет… — Николас Уайлд, вы арестованы. — За что? Зайку обидел? — Налоги не платите. — Учись прятать от всех свою обиду… — Я сделал для себя два вывода: первый — что больше никто и никогда не увидит мои слабости… — А второй? — Если весь мир заведомо считает тебя хитрым и бессовестным, то другим быть просто нет смысла. — Иначе зачем бы ты с собой носила этот противолисный баллончик? Да, я ещё во время нашей первой встречи его заметил. Слушай, я всё хочу спросить: ты что, боишься меня? Боишься, что могу спятить? Или озвереть? И что в один момент возьму и… сожру?! — Морковка? Ты меня слышишь? — недоумённо смотрел на меня напарник. Я встряхнула головой, возвратившись в реальность. — Да. Так, и когда? — спросила я. — Сегодня, в шесть вечера, — ответил лис, улыбнувшись. — Хорошо, а дресс… — Кэжуал.

***

— Эй, Мак, открывай! Это Уайлд, — крикнул лис. За дверью закопошились. Я была жутко взволнована и из-за этого съела розовую помаду, которой покрасила губы перед самым выездом. — Ник, здравствуй! — низковатый тёмно-коричневый зверь обнялся с моим напарником. — Как твои дела? Ты давно не бывал у нас, — заметил он несколько обиженно, отстранившись. — Знаю, мой грешок, — вздохнул мой рыжий друг. — Ты ведь наверняка уже знаешь от Сек и других о моей новой работе? — Да, они так гордятся тобой. Ты пока единственный, кто… — неожиданно зверь умолк, увидев наконец меня, стоящую тихо в сторонке и разглядывающую фасад небольшого на вид уютного двухэтажного дома. — Оу, леди, простите мне мою бестактность, — обратился он ко мне. — Ничего, я понимаю, — приветливо улыбнулась я, пытаясь скрыть увеличившееся волнение. — Однако ж познакомимся, мисс, — заявил он. — Это МакКорсакс Барклай, для друзей Мак, — представил наконец мне своего приятеля Уайлд. Тот вежливо поклонился, как это делали при первой встрече в викторианское время. — Мак, это Джудит Хопс, для друзей Джуди, — я ответила тем же, присев в реверансе. — О, мисс Хопс, это ведь вы стали героиней Зверополиса несколько месяцев назад, не так ли? — поинтересовался Мак. — Да, вы правы, — ответила я, посмеявшись. — Но тогда я уж точно не считала себя героиней, — уже гораздо серьёзнее добавила я. МакКорсакс заметил, что дело запахло в нашем случае напряжением, и поспешил провести нас в дом. Войдя туда, я надеялась увидеть… Не знаю, что именно, но что-то ужасное и пошлое. Я ошибалась. Прихожей тут не было. Входная дверь сразу вела в гостиную. И довольно уютную гостиную, не премину заметить. Слева гарнитур, по всей видимости, для лисички. Справа, у стены, большие колонки, из которых лилась приятная релакс-музыка. В глубине комнаты — длинный терракотовый диван, на котором сидели какие-то буро-серые животные, напротив него — кофейный столик, с монополией и стаканами, в которых плескалась кола, по обеим сторонам дивана — удобные кресла того же цвета. Сзади дивана — белый книжный шкаф, полный разной букинистики, среди которой иногда проскальзывали яркие и красочные современные переплёты. Рядом, у левой стенки шкафа, стоит высокий напольный светильник, слева — кресло-качалка, покрытое коричневым в серо-синюю клетку пледом. Посередине левой стены гостиной расположилось огромное окно, окаймлённое белой рамой. На полу, возле дивана и кресел, пушистый белый ковёр. — Воу-воу-воу! Здесь так классно! — вслух восхитилась я убранством этой небольшой, но действительно очень уютной комнаты. — Спасибо, — мой восторженный взгляд наткнулся на высокую симпатичную серую девушку с длинными жёлтыми ногами, в розовой футболке и коротких светло-голубых шортиках. — Привет, — выдавила из себя я, с недовольством осматривая непредвиденную собеседницу. — Ой, прости, я, наверное, испугала тебя своим внезапным появлением, — сказала она. — Я Секура, — протянула она лапу для пожатия. — Джуди. Джуди Хопс, — пожала я её протянутую конечность, откровенно выказывая свой дискомфорт и раздражение Секурой. — Так вот кто затащил нашего беспримерно кочующего «торговца» в полицию! — взвизгнула она. — Джуди? — Ник прошёл ко мне, поздоровавшись со своими друзьями. — О, ты уже успела познакомиться с Секурой, — он приобнял меня за талию, словно боялся потерять. Я с удивлением отметила про себя этот жест и расслабилась. — Привет, Ник! — поздоровались они, пока я не без некоторого недовольства наблюдала за этим. Что за недовольство? Откуда оно взялось? Это ведь не… Нет, мы с Ником друзья. И точка. Вон, у него тут лисичка имеется. Вот она и удовлетворит его желание. Всё, Джуди. Успокойся. — Ник, позови Фоксрека, пусть познакомится с Джуди! — сказала Секура, подойдя ко мне ближе. — Да, точно. Сейчас вернусь! — исчез лис. По хитро сощуренным карим глазам лисицы я поняла, что она специально убрала Уайлда подальше, чтобы тот не мешал ей. Я забеспокоилась и хотела было уйти, но лапа Секуры остановила и повернула меня к её хозяйке. — Джуди, — заговорила, странно, заговорщицки улыбаясь, девушка. — Не бойся ты так за своего Ника. — Ты о чём вообще?! — глазами ища пути к отступлению, почти простонала я. — Не заберу я его у твоей собственнической души, — продолжала бредить она. — Ты меня пугаешь, — сообщила я, заглянув в её нахальные глаза. — Ты что, думаешь, слепая я, что ли, что не увижу такую огненную химию между вами? — не объясняясь, наконец, сказала эта хитрая лиса прямо. — Я по девочкам, — загадочно подмигнув, Секура испарилась. — ЧТО?! — взвыла я.

***

— Ну что ж, давайте выпьем по коктейлю? — предложил высокий, но худощавый лис по имени Фоксрек. — Я за! — ответили остальные, включая меня. — Ну, тогда… — Фоксрек встал и подошёл к вмиг принявшей вид неприступной Секуре. — Пожалуйста, сделай коктейли. Это будет последний раз, обещаю, — взмолился он. И добавил ей на ухо. — Только ты можешь их делать такими вкусными, вишенка. Я села рядом с Ником на диван, так что мне не составило труда прошептать, не боясь, что кто-то услышит нас: — Что происходит? — Фоксрек уже давно влюблён в Секуру. А она лесби. По-другому подкатывать он не умеет, — таким же шёпотом ответил мне мой лис. Вскоре мы уже попивали свои коктейли, кто что «заказал» у неизменного бармена — Секуры. Я пила свой тархун, Ник — молочный, со вкусом ванили, Фоксрек — шоколадный, Мак — клюквенный, а сама Секура — мультифруктовый. — Слушайте, сыграем в игру? — первой прервала возникшую на пару минут тишину лисичка. — Ну давай, только если будет пристойно, — отозвался МакКорсакс. — Заткнись, Мак! Я за, только попошлей, — крикнул Фоксрек. — Я тоже за, — ухмыльнулся Уайлд, подняв вверх бокал. Я заметила его странную ухмылку, непременно что-то означавшую, но не заострила на этом внимание, а просто расценила как вызов. — Я соглашусь, — заявила я. — Круто! Сегодня повеселимся, ребята! — воскликнула Секура. — Короче, игра называется «Семь минут в раю». Правила такие: кидаем бутылочку два раза. Тех, на кого она укажет, запираем в тёмном помещении, предварительно забрав у них всё, что светится и тикает, и устанавливаем таймер на семь минут, — объяснила лисичка. Я залилась румянцем и невольно посмотрела на Ника. К моему удивлению, он тоже был красный, хоть этого было и не приметить из-за чрезвычайно рыжей шёрстки, и он тоже взглянул на меня. Мы машинально отвернулись, чувствуя ещё большее смущение, чем прежде. — И… что они там… делают? — прочистив горло, осмелилась спросить я у жизнерадостной и совершенно не смущаемой Секуры. — Всё, что хотят: разговаривают, обнимаются, дерутся, может, целуются или даже… — Хорошо-хорошо, я поняла, — вовремя перебила я девушку, но новая «доза» смущения так и подкатила: я была алой, как роза. — Я буду первой! — поторопилась лисичка, взяв в лапы бутылку с водой. — Начали! — вскрикнула она, кидая её. Все примагнитились взглядами к крутящейся бутылке. Я незаметно посмотрела на пионершу и обратила внимание на её волнение: её грудь судорожно вздымалась, а сама она побледнела. Она жутко рисковала. Но вот бутылка замедлилась. Ещё пару толчков, сделанных на последнем «издыхании», и предопределится судьба авантюристки Секуры. Бутылка остановилась. С кем Судьба велит провести семь минут в тёмном чулане своей дочери? — НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!! Крик было слышно, наверное, даже в моих Малых Норках. — Ну чё т-ты т-так ор-рёшь… — я заметила румянец на щеках Фоксрека. Да-да, этот счастливчик проведёт семь минут взаперти с любовью всей своей жизни! — Поздравляю, братан! — похлопал его по спине Ник, встав и подойдя к креслу, в котором распластался виновник смущения Секуры. Только впоследствии я, кое-как напрягши свою память, вспомню фразу своего «друга», которой я не придала тогда большого значения. — Надеюсь, мне тоже так повезёт. Я подошла к Секуре и обняла её. Не знаю, зачем. Может, просто женская солидарность? Неважно. — Секура, всего лишь семь минут. Притом ты предложила в это поиграть. Не нарушай собственные правила, — улыбнулась я, отстранившись. Мои слова вызвали у лисички ответную улыбку. — Спасибо за поддержку, Джуди, — прошептала Секура. — На, — она протянула мне какой-то звенящий предмет. Я взглянула на её ладонь. — Ключи? — недоверчиво смотря на новоприобретённую подругу, переспросила я. — Зачем? — От чулана, — лаконично пояснила она. — Запрёшь нас. Поняв и улыбнувшись в попытке поддержать, я забрала ключи. — Пойдёмте! — позвала я Фоксрека и Николаса. Те сразу прошли к нам. — Фоксрек, не покажешь, где у вас тут чулан? — спросила я. Увидев непонимающий взгляд серого лиса, я потрясла ключами в воздухе. — Здесь, — откликнулся он, идя влево. Мы втроём направились за ним, оставив Мака спать в его кресле-качалке: он уснул, так и не узнав, во что мы собрались играть. Ему недавно исполнилось сорок семь. Думаю, ему уже неинтересны игры. Мы быстро пересекли узкий коридорчик и очутились у высокой белой двери. По всей видимости, это и был чулан. Я вынула ключи и двумя поворотами отперла дверцу. — Сдайте свои часы и телефоны, — велела я, протянув лапы. Они скоро почувствовали вес двух смартфонов — розового и чёрного — от компании «Zapple» — и красивых синих часов. — Проходите, — пригласила я парочку. Те, переглянувшись, с такими лицами, словно они инопланетян увидели, скрылись во тьме чулана. Как только за ними затворилась дверь, я вручила отданные ими предметы оставшемуся лису, который не преминул выразить своё недоумение, и заперла пару. — Ну что, лисёнок, ждёшь не дождёшься своей очереди, да? — спросила я, поставив таймер, у Ника, ещё больше опешившего, услышав ласковое к себе обращение. — Ну… — Тихо! — шикнула я, заслышав какой-то шум по ту сторону белой чуланной дверцы. — Слышишь? — прошептала я. Уайлд тотчас прильнул своими короткими ушками к дверце. — Фоксрек, прошу! Не смейся! Мне жутко неудобно! — рассерженно говорила Секура. — Думаешь, мне комфортно тут стоять с лисицей своей мечты и подавлять возбуждение, которое она во мне вызывает?! — не менее яростно отвечал ей Фоксрек. — Пока ничего интересного… — прошептал Ник. — А ты что, надеешься на то, что они сразу начнут трахаться, как только закроешь за ними дверцу? — усмехнулась я, обводя взглядом вытянувшегося лиса. Он был на голову выше меня, но был мил не меньше. Его глаза особенно привлекали. Красивые глаза. Зелёный переливающийся свет лился на меня каждый день. А я только сейчас заметила его тепло… — На что загляделась, Морковка? — перебил мои мысли лис, заставив покраснеть, опять хитро сощурив глаза. Я услышала шум из чулана — как же вовремя! — и сразу приложилась обоими ушами к двери. Ник сделал то же самое. — Фоксрек, я тебя сейчас!.. А потом… Если опишу это, прослыву пошлячкой, а мне это не надо. Ну в общем, походу, они там начали засосы друг дружке ставить. Это в нескольких словах. — Оу… Какой интимный момент! — промурлыкал Николас, сразу вызвав моё возмущение. — Тебе что, нравится слушать это?! — отпрянула я от двери. — Что в этом такого, Морковка? — непонимающе спросил лис. — Ладно, проехали, — буркнула я, явно неудовлетворённая ответом-вопросом. Я прислушалась. — Фоскрек, что ты делаешь? — шёпотом, с сексуальным придыханием, вопросила Секура. — Люблю тебя, — просто ответил тот, и опять послышались характерные для поцелуя звуки, но теперь к ним добавились отчётливые стоны. — Фу! — еле сдержав порыв рвоты, уронила я. — Что, не нравится, Морковка? — продолжал подтрунивать надо мной рядом стоящий болван. — Просто противно. Не твоё дело, Ник, — пробормотала я. Я узнала о том, откуда берутся крольчата, только в восемнадцать лет. Родители довольно долго скрывали от меня эту сторону животной жизни, и всё же им нужно было рассказать об этом во избежание опасностей. Они мне многое объяснили, мы много беседовали в ту ночь на эту тему, но родители строгим тоном повторяли одну фразу время от времени: «Занимайся этим с животным, которое тебя любит целиком и полностью и которого ты любишь всей душой» Поэтому сейчас мне было крайне неприятно сталкиваться с ситуацией, в которой звери вели себя прямо противоположно этому принципу. А ещё этот лис раздражает меня своими познаниями в анатомии и остроумными шутками по этой теме. Вот так и незаметно протекло семь минут. Мой мобильник начал свою звонкую трель, извещавшую об истечении указанного времени. Я выключила его и предупредила громким голосом: — Ваше время вышло, голубки. Я отпираю дверь! — и ключи дважды повернулись в замке. Я открыла проём. На пороге стояли красные от смущения лисы, глупо улыбаясь. Но их тайну выдавал отпечаток красной помады на щеке и возле рта Фоксрека. Мы с Ником переглянулись и чуть было не прыснули, глядя на эту горе-пару. — Пойдёмте уже.

***

— Ну что, продолжим? — с вызовом посмотрела я на Ника. Тот тотчас опустил глаза. Сейчас я его смущала, а не он — меня, и потому я была так уверена в себе. — Да, — ответила подуставшая, но по-прежнему энергичная Секура. — Да, — поддакнул своей любимой Фоксрек. — А что ты скажешь, Ник? — спросила я, облизнув искусанные губы. Я заметила, как он сглотнул. — Я? Я тоже соглашусь поиграть ещё раз, — явно волнуясь, наконец, дал свой ответ мой напарник. — Отлично! Значит, ты кидаешь, — бесцеремонно взяв его руку и засунув в неё бутылку, я вернулась на своё место. — Эй! Какого? — сначала, как истинный Ник, он немного повозмущался, а потом его захлестнуло азартом. — Ну хорошо. Я уж постараюсь, Морковка. В ту минуту, вручая ему бутылку, я ни о чём не думала. Я хотела просто поиграть. Я даже не задумалась над тем, что вдруг мечта этого индюка, простите за каламбур, сбудется, и мы вместе окажемся заперты в чулане? А тем временем бутылка была брошена. Теперь она со скоростью света кружилась по своей оси и заставляла всех переживать характерным писком. Вот наконец-то мы заметили уменьшение скорости. Оставалось немножко до конца движения бутылки. Она остановилась. А я остолбенела, смотря на бутылку. Я почувствовала то же самое, что и Секура перед «походом» в чулан. Бутылка. Указала. На. Меня. НА МЕНЯ, КАРЛ! Как?! Как этому рыжему удалось провернуть такое — а я в том, что это подстроенный трюк, уж точно не сомневалась! — Ну что ж, пойдёмте, — незаметно выужив у меня из кармана брюк ключи, заговорила Секура. Я же стояла на ватных ногах. — Эй, Джуди! — я услышала её шепчущий голос возле своего уха. — Это не страшно, слышишь! Вы ведь друзья! Вы справитесь! Но в голове крутилась полностью противоположная мысль: «Мы рискуем стать друг другу чем-то большим, чем друзья…».

***

Наконец-то способность мыслить вернулась ко мне. Шок избавил меня от своего напряжённого присутствия. Я могла здраво оценить ситуацию. «Ох, не следовало соглашаться на это…» — пронеслось в моей голове. Я с опаской поглядывала на собственного напарника, чувствуя себя крайне неловко. На губах же лиса застыла его обычная хитрая улыбочка, словно он не был заперт со своей красной от смущения подругой в тёмном чулане. — Теперь я понимаю, каково было Секуре, — подала голос я, пытаясь разрядить атмосферу. — Ник, чего ты лыбишься? — Не знаю, — честно признался Уайлд. — Джуди. Ты должна кое-что знать, — посерьёзнел вмиг парень. Он стёр со своего лица прежнюю ухмылку. Я напряглась. Он сглотнул. Он волновался. — Я знаю, что это всё неправильно, что такого не может быть и не будет, но если я не признаюсь, не испытаю счастья, то не смогу жить, — я почувствовала жар от его тела, передавшийся мне. Мы оба были невероятно взвинчены. Я догадывалась, что он скажет. — Джуди, я люблю тебя. Тук-тук-тук. Тук-тук-тук. Тук-тук-тук. Я слышала только биение наших сердец в наступившей тишине. — Я пойму, если ты скажешь, что… Что это абсурд, — парень отошёл чуть поодаль. Я же поймала себя на мысли, что не могу так сказать, потому что я испытывала то же самое, что и Ник. Я понимала, как это неправильно. Но я не смогла остановиться. Не смогла заткнуться. Не смогла подавить это. Какая девушка не будет рада признанию в любви от любимого существа? То, что последовало за этим, навсегда отложилось в моей памяти. И никогда не забудется. Минуты моего искреннего счастья. — Ник, я… — начала я. Но вся подготовленная речь тут же забылась, как только я наткнулась на взгляд этих малахитовых глаз. — Я… Хочу сказать, что… — Учись, политики делают так. Они на любой вопрос отвечают своим же вопросом и затем дают ответ. Вовремя всплыло это далёкое теперь воспоминание в моей голове. — Считаю ли я это неправильным? Да, — начала я дрожащим голосом. Уайлд, наверняка, сразу понял мою уловку. — Люблю ли я тебя? — я запнулась. Я заметила, как часто задышал лис, и почувствовала, как он волнуется. Я собралась с духом. — Безумно. Ник вместо ответа притянул меня к себе и, обнимая меня за талию, заглянул в мои глаза. Его малахиты горели огоньком. Огоньком счастья. Я улыбнулась. И сама потянулась к его губам. Он не стал заставлять меня ждать и тотчас захватил мой рот чувственным и нежным поцелуем. Я не знаю, сколько мы так простояли. Знаю только, что нам пришлось отстраниться лишь для того, чтобы восполнить запасы кислорода. А потом мы продолжили. И ещё, и ещё, и ещё, и ещё… Я задыхалась, но хотела ещё. Он страстно исполнял мои желания. Я не знаю, в какой момент, но он поднял меня в воздух. Я инстинктивно обхватила ногами его таз, а руками — его шею. Он же прижал меня к стене. Всё это произошло за какие-то секунды, и мы ни разу не оторвались друг от друга. — Ник и Джу… Я услышала голоса Фоксрека и Секуры. Мой лис тоже: я поняла это по дёрнувшимся ушкам. Но мы не прервали поцелуй. — Оу, мы с тобой зашли крайне не вовремя, Секки… — что-то говорил Фоксрек, увлекая за собой куда-то свою новоприобретённую девушку. — Согласна, — ответила та. — Может, тоже последуем их примеру, пока Мак спит? Ответа серого лиса я не услышала, да и мне было всё равно. В тот момент были только я и Ник. Наконец, мы отлипли от губ друг друга. Открыв глаза, я сразу наткнулась на безумно влюблённый взгляд Уайлда. — Люблю ли я тебя? — спросила я, поддразнивая его. Он понял это и усмехнулся. — Безумно.