𝘀𝗶𝗱𝗲 𝗲𝗳𝗳𝗲𝗰𝘁

ᅠᅠЕсли смотреть со стороны, то это самая простая многоэтажка с огромным количеством узких окон. Моя история начинается именно там, с 132 окна от левого края, не доходя 7 этажей до конца, там, где свет впервые касается крыши и поздно вечером забирает свои лучи. ᅠᅠᅠ ᅠᅠᅠ/3 месяца назад/ ᅠᅠᅠ – Отредактируй и свободен! Вот так просто, если смотреть со стороны. Я работаю в издательском агентстве Бруклина редактором. В мою обязанность входят: читать работы 'великих поэтов' и делать рецензии, отбирая заранее шедевры и выбрасывая писанину; именно мне решать, что может выйти в тираж и принести кругленькую сумму, начинающим писателям. Также именно я редактирую готовые произведения. Работенка пыльная, но за плюс к зарплате можно и похлопотать. Несмотря на всю рутину, завтра у меня по истине особенный день. – Вот, я все сделал, как Вы и просили, – чёрная флешка с инициалами 'WJ' уже лежит на столе, дожидаясь своего часа. – Можешь идти, – женщина лет 45 с первыми пробившимися седыми прядями у виска и пучком на макушке лишь поправила очки на золотой цепочке и, не удостоив Чону взглядом, продолжила свою работу. – Вы же помните, что меня завтра не будет? – Ох, уже завтра? – кажется маска равнодушной начальницы наконец пала, и она с сожалением улыбнулась. – Да, уже завтра, – повторил парень, поломано улыбаясь. Прошло так много времени с того момента, как его мужа осудили и спрятали за решётку, но вот уже завтра он снова сможет обнять его и сказать, как сильно скучал. ᅠᅠᅠ // ᅠᅠᅠ – Заключённый 1732, руки за спину и повернуться к стене. Лукас послушно выполняет приказ последний раз в своей жизни. В последний раз он проходит по коридору и оглядывает камеры. Скучать он точно не будет. От оранжевой робы преступника нет и следа. Теперь на парне темно-синяя футболка, подчеркивающая подкаченный торс, свободные голубые джинсы и дорогие сердцу найки. – Свободен. Последний рубеж. Вручают чёрный пакет с вещами и открывают ворота, провожая своего гостя. За ними ждал лишь один человек, его мальчик, тот самый, за которого бы Лукас и убил, если бы не руки, скрепленные поперёк его живота, и тихие всхлипы-мольбы о том, чтобы остановились. – Заждался? - радушно улыбаясь. "Да как он смеет? Вот же нахал, жить надоело?" – Да уж, ты долго заставил меня ждать. И смазанный поцелуй в щеку. Чону был единственным кто ждал. ᅠᅠᅠ // ᅠᅠᅠ Смазанные поцелуи, жаркие объятия и тихие слова любви. Они так соскучились друг по другу, не только душой, но и телом. Не было и дня, чтобы Лукас не думал, какая мягкая кожа и упругие бедра у его супруга, так же, как и Чону вспоминал каждую ночь, как сильно его муж любил обнимать и прижимать к себе, каким сильным и властным был он и как его не хватает сейчас. Большая часть вещей остаётся в прихожей, остальная же мирно покоится на кафеле в ванной, пока её хозяева наслаждаются совместным принятием душа. Лукас нежен и не скупится на поцелуи, но Чону жаден до каждого сантиметра чужого тела, оставленного без внимания. Кажется им не хватит и вечности, чтобы насытиться друг другом. Всё пришло в привычное существование, как казалось, пока через 2 дня не поступил звонок. – Здравствуйте, окружная больница, Вам знаком Вон Чону? – Да-да, что с ним? – обеспокоено тараторил Вон. – Приезжайте, он сейчас без сознания. ДТП. Так записано в карте пациента Вон Чону. – Как Ваша голова? – спросил доктор, кажется Джонатан. – Болит, – что не удивительно. – А как Вы себя чувствовали до столкновения? – Нормально, а что? – Хотите сказать, что все произошедшее оказалось случайностью? – Именно. – Вы специально въехали в столб. – Я запаниковал, начал поворачивать руль, но было поздно. – Это ложь. Камера с подземной парковки и Ваш видеорегистратор чётко показывают, что вы сами намеренно въехали в стену. Зачем? Вы хотели причинить себе вред? Чону ничего не ответил, лишь смотрел вниз и думал, какую ещё ложь ему выдумать, чтобы от него наконец отвязались. По щекам скатываются слезы, приземляясь и пачкая серую простынь. – Вы колечите себя, но не можете сказать причину, тогда я вынужден оставить Вас в больнице на несколько дней. – Что? Нет! Я не могу! У меня работа и муж... Нет я не могу. – Ваш муж? - осторожно спрашивает доктор. – Да, мы уже очень долгое время вместе, но он только несколько дней назад вышел из тюрьмы, и я не могу оставить его одного. // Через час Юкхей уже разговаривал с врачом о диагнозе и предстоящем лечении. – Пусть начнёт с этого, – протягивает листок с рецептом, – сиротодин одно из главных препаратов, он не даст понять мозгу, что вы грустите. Уже через неделю ему станет лучше. Не стало. Прошло 4 дня с выписки, я перестал грустить, но и жить нормально будто тоже перестал. Днем работа и сплетни коллег, после крепкий кофе и быстрый приём пищи, а ночью умелые ласки мужа и часовой сон. Настал день, когда я должен был встретиться с врачом. Его кабинет оказался намного просторнее, чем я себе представлял, видимо он хорошо зарабатывает. – Кем Вы работаете? - мужчина в огромном чёрном кресле наконец разрушил давящую тишину. – Редактором в бруклинском издательстве. – Хорошо, расскажите о Вашем муже. Как давно вы начали жить с Лукасом? – врач положил блокнот с ручкой на колени, готовясь слушать рассказ. – Мы познакомились очень давно. Я переехал сюда подростком и стал готовиться к поступлению, это был первый курс. А Лукас приехал с друзьями на неделю. Мы встретились в кафе возле старого парка. Я сидел за барной стойкой, а он подошёл ко мне и на очень плохом английском сказал, чтобы я принёс ему кофе. Тогда я подумал: "он что идиот?" Конечно, мне пришлось подойти к нему и сказать, что это было грубо и я вообще-то не официант, а он сказал, что просто не знал, как привлечь моё внимание. Мы обменялись телефонами и после всю неделю гуляли. Чону замолчал, а после хихикнув продолжил. – О, а однажды он позвонил мне и сказал, чтобы я срочно выходил на улицу. Знаете, он сумасшедший. Заставил меня надеть дождевик, потому что идёт дождь, но на улице и тучки не было. Тогда его друзья с балкона стали поливать нас из шлангов. Было весело, я впервые подумал, что хочу быть рядом с таким безумцем. Потом он уехал, как оказалось, в Китай, кто бы мог подумать, что он из Гонконга. Лукас перестал мне писать, мы не общались месяц, пока в один день я, возвращаясь с университета домой, не зашёл в кафе, где он меня ждал. Оказывается, все это время он учил английский и зарабатывал на билет ко мне. Как -то так все и было, а через год мы поженились. Доктор все внимательно выслушал и сделал пару заметок, после чего ещё задал несколько вопросов о детстве и юношестве Чону. ᅠᅠᅠᅠᅠᅠᅠ