Труба с любовью

Финал Высшей Лиги давным-давно уже закончился, но КВН-щики не спешили покидали стены Театра Российской Армии. Слышался везде их пьяный смех и гогот, действоваший барину на нервы из-за чего он укатил на своей машине ещё до того, как это перересло в жуткую какафонию. Яценко стоя без штанов на сцене и пытался станцевать макарену, попутно пародируя Нагиева в ужасе бежавшего после позорной для него игры. Талантливая Света пела в караоке, не попадая ни в одну ноту, а Егорыч распивал водку вместе с Валдесом. Это была их традиционная забава — кто кого перепьёт. Жмыхов сидел в своих привычных чёрных очках, окидывая сиё безобразие безразличным взглядом, терзаемым тем, что не стал чемпионом. Шуренко сидя на краю сцены в ментовской фуражке рассказывал воздуху про воображаемого Юру. На него никто не обращал внимание, даже сотрудники психушки, заставив КВНщиков сомневаться в адекватности руководства программы. Где-то грустно мяукали Громокошки, не попавшие в финал и с ними напару плакали Дети Тьюринга вместе с Флэш Роялем, увидевшем оценки за приветствие от Юрьянова. На месте Пельша с грустным видом сидел Алим. Он, пока все веселились и вкушали плоды победы, не радовался даже серебряной медали вице-чемпиона. Все мысли были заняты ЕЙ (не водкой конечно же). Даже труба не растопила сердце своенравной красотке и певице Пелагее, тоже раньше игравшей в КВН по молодости. Алим со злостью треснул по столу и стакан, стоявший на нём покачнулся, как и его разум, когда он впервые увидел Пелагею (во взрослости конечно же). -Дед Архип приехал! -, испуганно закричал Конюхов, отвлёкшись от привычного распития дезинфицирующего средства. Все в зале дрогнули, ведь дед Архип был очень строгим. -Добрее надо быть, дружнее надо быть! -, закричал дед Архип. -Что в КВНе творится…-, почесал голову Алим.-То дед припрётся, то кто-то на стриме будет играть на баяне. КВН! -, благостно воскликнул он, вперевшись взглядом в знаменитую Якушевскую картину «КВН Великий», из-за которой на игры по словам некоторых лиц, покупали билеты люди. Дед Архип на сцене внезапно превратился в адвоката Кальмара Сажаева, пообещавшего каждого вытащить из тюрьмы в любом случае, тот превратился в участника группы «Шэдоу оф зе скай», начавший читать рэп. Даже Света закрыла уши и спряталась под кресло, как при землетрясение. Кривеня конечно был не землетрясением, а целым ураганом, сносившим бошки зрителей при выходе команды на сцену. Потом появился морской волк со знаменитой кнопкой и дядя с рулём велосипеда в руках, и мама Кривени, отчитавшая всех за то, что ходят без шапки. Где-то нервно вздрогнули бобры, строящие любовь и плотину на знаменитом шоу «Плотина Два». -Что ты такой грустный, будто хер съел невкусный? -, спросил у Алима Егорыч, хохотавший настолько жутко, что его смеха боялись даже Камызяки. -Да, ничего… Я её люблю, а она меня не замечает! -, сказал крымчанин, так что все услышали и приготовили попкорн, ведь сцена должна была быть интересней сцен из всех русских сериалов. «Я не резала её мужские трусы» -, должна была оправдываться певица, но здесь разворачивался более масштабный сериал «Труба Любви». -А, мы это собирались компьютер Клэрнста взламывать, но так понимаю ты не с нами? -, спросил Валдес, подошедший к месту Пельша. Алим кивнул головой и двое удалились к компьютеру Клэрнста. В нём обнаружились десять тысяч фоток Константина Львовича с надписью: «Самый лучший директор, при котором Первый Канал расцвёл и не нуждается в поддержке государства» и несколько фоток его супруги, целующейся с другим мужиком (В ФОРМЕ!!!) в рамках сцены из одного небезызвестного фильма, который яро критиковал кумир Дениса Косякова. Сам же Денис Косяков любил в этом мире несколько вещей: фильм Терминатор 2 и всё остальное, включая чудо-штуку и Лёшу, который был не из КВНа. А не любил он всего одну вещь: нормальные сценарии к сериалам и час говна. Эти вещи были как-то связаны между собой, не иначе. В Клэрнстовом компьютере внезапно обнаружились номера всех членов жюри, включая номер Ярмольника. -А давай звонить Пелагее? -, предложил Егорыч Валдесу. -Дайте, я позвоню.-, попросил Алим, вновь обретший надежду и желание жить. Он вышел из зала счастливый, пока дядя Паша не начал танцевать, а Егорыч ему подпевать (хорошо, что играя не на баяне и трубе). -Алло, здравствуйте! -, мягко проговорил женский голос на другом конце телефона (и Москвы). -Алло, здравствуйте. Пелагея, я вас люблю! -, признался Алим, дрожа на московском холоде.-Я ради вас звезду с неба достану, Чемпионом для вас стану! -, выпалил он, стуча зубами в трубку. -Я подумаю! -. уклончиво ответила Пелагея и отключилась, ведь на часах было два ночи. -Может мне Пельменем стать, ей вроде такие мужчины нравятся.-, пробормотал крымчанин, представляя себя Соколовым. Почему-то, бабушкой Рожковым себя не хотелось представлять. Он зашёл в зал, где пели эконом-караоке Мортал Комбат семья Ладошкиных, которых угостил водкой Егорыч. Через полгода (обожаю титры!), Алим и Пелагея поженятся и нарожают кучу деток, ведь в правильных миниатюрах всегда конец со свадьбой. А на Летнем Кубке они сыграют сценку, посвящённую свадьбе, ведь все так делают!