Рискни или упусти шанс

Поздний снег — не сюрприз сам по себе, если живешь не в южном городе, а в самом центре России. Не в мае — и то скажи «спасибо». Той весной прощальный снегопад был особенно щедрым. Еще хорошо, что место происшествия успели осмотреть, пока не замело все следы. Но пока опрашивали свидетелей, пока гонялись за подозреваемым и доказывали вину, пока кололи и наконец подшивали признательные показания к делу — в общем, пока длились все эти мероприятия, снега навалило столько, что к машине пришлось пробираться по щиколотки в сугробе. У проходной резвым воробушком скакал Ванька. Ждал. Судя по раскрасневшимся на морозце щекам и капюшону с тонким слоем снега на нем и выбивающихся наружу светлых волосах — ждал уже долго. — А чего свитер у меня в шкафчике не взял? Ваня вытянул манжету свитера из-под рукава тонкой куртки, показывая, мол, вот он, твой свитер, и потянулся, как сытый кот. Мордашка довольная, радостная, будто клад нашел. Коля на всякий случай припомнил, было ли у него в шкафчике что-то, хоть отдаленно похожее на сундук с монетами или на коробку с подарками, или хотя бы на особо ценный экземпляр редкой бабочки — гребаные биологи, мать его. Но вроде бы не было. А Ванька сиял. Может, Коля чек забыл выбросить? Их отношения были секретом Полишинеля. Нет, они честно пытались скрываться. Первые полгода вроде бы даже получалось неплохо, но потом оказалось, что отправлять Ваню домой вовремя можно только одним способом — самому его увозить, контролируя, чтобы не успел сделать очередное открытие по пути к дверям и вновь остаться спать в лаборатории. И накормить его вовремя можно было только одним способом, и… В стратегии конспирации появились дыры. На часах было раннее утро. На небе застыли молочно-белые тучи, и падали, заметая все вокруг, крупные хлопья снега. Одна такая приземлилась Ваньке на нос, другая — на губы, и Ванька слизнул ее, и мордашка искривилась в забавной гримасе. — Слишком много снега, да? — поделился соображениями Ванька. — Много. — Предлагаю объявить ему войну. Коля хмыкнул. Кто-то слишком сильно любит компьютерные игры. — Будешь расстреливать снег из автомата или возьмешь в качестве оружия фен? — Буду его есть, — фыркнул Ванька. Высунул язык и поймал несколько снежинок, и наверняка на несколько мгновений снежная прохлада обожгла его горячий язык. А Ванька облизнулся провокационно, — Борись с зимой — ешь снег. Дубинушка… Еще одна снежинка села на покрасневший нос и несколько снежных хлопьев упали на волосы. Забелела голая шея — Ванькин шарф остался на полке у зеркала, потому что вчера, уезжая на работу, никто не ждал, что из весны попадет прямиком в зиму. Коля подошел ближе, положил ладонь на плечо, чтобы Ванька перестал крутиться на месте и вертеть по сторонам головой. И Ванька притих, голову поднял. Коля поймал его взгляд, ответил на улыбку. Пальцы нырнули под горловину куртки и нашли воротник свитера. И Ванькин взгляд стал еще теплее. Сверху падал снег, тихо ворчал двигатель машины, пока грелся салон, Ванькины озябшие пальцы оказались в Колиной ладони, и время остановилось, мир сузился до двоих, и только снежная туча сыпалась на головы. Где-то ждал дом и завтрак, магазин открывал свои двери, и продавцы выкладывали на прилавки товар, диск с последней популярной игрой оттягивал карман Колиной куртки, и в бардачке машины ждала шоколадка. Пора было ехать домой.