Заступ

Кровь на его губах еще не засохла, поэтому на щеке Даби появляется несколько красных следов. Кейго любил целовать его лицо и волосы. Даби не любил ничего из этого, но птице позволено вытворять все, что она пожелает, потому что это привносит в его жизнь хоть какое-то разнообразие. Он хватает Ястреба за горло резко и грубо. Тот лишь вздрагивает, потому что нравится. Насилие, подчинение, преданные глаза. Они оба знают, что закапывают себя еще глубже, поддаваясь слабостям. Ярко и сладко на языке. Металлический привкус для Ястреба своего рода стимулятор. Он ловит кайф от синяков на запястьях и садящих коленок. Он ловит кайф от нехватки кислорода и тупой боли в животе. Он ловит кайф от веревки, сдавливающей его крылья. Даби знал что делает. Он знал и провоцировал. - Я хочу, чтобы ты задохнулся в моих руках,- он шипит сквозь зубы, нажимая на чужую челюсть. Одна рука все еще на шее, от чего Ястреб только делает попытку сказать "Да". Любой каприз. Любой исход. Выломай мне крылья, сверни шею, заставь умолять, заставь биться в истерике, давиться и напрягать пальцы ног до боли. Я скажу "ДА" в любом случае. - Глупая птичка,- еще сильнее. Получает в ответ стон. Их секс всегда такой. Оба любят доигрывать роли до конца. Оба любят возводить все в абсолют. Даби кусается сильно. Плечи Ястреба покрыты следами от зубов, от чего он не может адекватно поднять руки и убрать чужие. Он не может отбиваться и протестовать. Когда есть отговорка, чувствовать себя слабовольным легче. У него всегда была отговорка. Эта самая отговорка сейчас грубо трахает его на холодном хирургическом столе доводя до бессознательного состояния. - Я... не могу... больше,- хрипит Ястреб. Давление на шее исчезает. Ястреб чувствует цвет. Почти лиловый. След здесь всегда самый яркий. - Я разрешал тебе говорить? Его грубо бьют по губам ладонью. Ястреб стонет во весь голос, срывается на крики. Темп Даби всегда что-то нечеловеческое. Он впивается ногтями в чужие бедра, насаживая на свой член, шепчет что-то про "плохого мальчика" и никогда не стонет. Громко дышит. Рычит. Но не стонет. Выше его принципов. Трахнуть этого вульгарного пернатого уже заступ. Показать наслаждение - шаг в пропасть. Он берет его где захочет и когда захочет. Он знает, Ястреб любит разыгрывать сцены. Они просто решают делать вид, что не читают друг-друга на сквозь. Иногда это безумно выбешивает, но оба довольны. Ястреб высовывает язык, гортанно стонет и выгибается сильнее. Даби привык. Он не любит засматриваться, знает, что это представление специально для него. Поэтому жестко цепляется за светлые волосы пальцами и тащит на пол. У Ястреба дрожат ноги, он еле сгибает их, вставая на колени. Колени, кстати, в ужасном состоянии. Стерты почти в кровь. Даби специально отходит подальше, разрешает помучиться. Тот ползет к нему, с каждым движением прикусывая кровавые губы еще сильнее. Он не смотрит на пол, но уверен, что там остаются смазанные следы. Он смотрит в глаза. - Я жду.- Даби делает шаг назад. Мазохист и садист. Они так сильно оступились. Уже давно, но с каждым разом, углубляясь, становится понятнее, что все это лишь битое стекло не иначе. Ястреба пробивает на сдавленный вскрик, когда колени начинает щипать. Он еле обхватывает чужое бедро обеими руками, дрожит. Его опять хватают за волосы, оттягивают, осматривая шею. Бордовый. Не лиловый. Даби насаживает его на свой член резко, без предупреждения. Он чувствует, как горячо у Ястреба во рту. Как тот сглатывает и давиться, обессилено напрягая руки, потому что сказал да и не может ничего больше. Воздуха критически мало, а руки надавливают сильнее, голова начинает болеть от того, с какой ненавистью в нее впиваются пальцы. Ястреба начинает потряхивать, слюна течет на пол вперемешку со смазкой. Он разводит крылья носа, пытаясь хоть так получить немного кислорода. В глазах темнеет. Даби наконец тянет назад, и Ястреб с громким выдохом сгибается пополам пытаясь откашляться. Из носа тоже течет. Он знает, что должен делать. Его губы опять сжимаются вокруг члена, язык проходиться по всей длине. Он знает как любит Даби, поэтому старается не вынимать подольше, сглатывая все с головкой во рту. Его снова резко насаживают, держат, не давая отстраниться, потому что Даби любит контроль. Даби знает, что Ястреб тоже это любит, но решает не думать об этом. Он кончает ему на лицо, потому что красиво Наблюдает за тем, как Ястреб нервно доводит себя до разрядки рукой. Со спермой на лице, кровавыми укусами по всему телу и бегающими зрачками. Даби никогда ему не помогает. Это тоже заступ. Он разрешает себе отрешено смотреть, не более. Оба делают вид, что все под контролем. Одеваются, пытаясь не показать друг-другу до какого состояния сбилось дыхание. Оба говорят себе, что этот раз последний. но Нездоровый интерес. Нездоровая совместимость. Даби глушит чужие стоны в своем сознании. Ястреб не обрабатывает раны, потому что они всегда на память, потому что по-другому не может и не хочет. Его горло переживает не лучшие времена, но он ловит кайф на приличной высоте от того, как холодный встречный ветер врезается в синяки, будто протыкая. Это его способ справиться. Свобода и чужие руки становятся одной точкой наслаждения. Контраст порождает привыкание. Даби хочет держать Птицу на цепи. Птица не против делать вид, что цепь не сломана.