Защитить

Рэй осмотрелся. В тусклом свете огня было видно спящих детей. Они лежали близко-близко друг к другу, кто-то держался за руки. Их сон казался безмятежным, но он знал наверняка, что кому-то точно снились кошмары. В конце концов, это же дети. Маленькие, хрупкие и беззащитные. Сейчас была очередь Рэя дежурить, поэтому он поспешил к выходу из их укрытия, чтобы обойти его. Когда он выходил, то в последний раз окинул всех детей взглядом. Задержался ненадолго на Эмме. Та крепко спала, но, кажется, не очень спокойно. Она постоянно ёрзала, сжимала края своего одеяла. Судя по всему, ничего хорошего ей не снилось. Рэй с трудом сдержал порыв подойти к ней и Взять за руку. Нет, тогда есть риск, что она проснётся, а ей нужно отдохнуть и поспать. Помотав головой, чтобы отогнать дурные мысли, он наконец-то вышел на улицу. Внимательно осмотрелся, пытаясь вычислить, есть ли здесь кто-нибудь. Пока что всё было чисто и спокойно. Рэй с облегчением выдохнул. Значит, они в безопасности. Пока что. Но расслабляться было нельзя: дикие демоны могли напасть на них в любой момент. Пока он делал обход, то находился в напряжении постоянно. Боязливо оглядывался каждые пять минут, проверял, не идёт ли за ним кто. Он совсем не мог успокоиться. Каждую секунду думал, как им быть дальше, как выжить и сохранить жизни всех. Теперь больше всего на свете он хотел защитить свою семью. Неважно, какой ценой. Эмма показала ему очень многое. Например, что он совсем не один. Что у него есть семья, большая и дружная, любящая, которая всегда будет рядом. Зато короткое время, что они находились за пределами фермы, Рэй переосмыслил свои взгляды, осознал многое. Он наконец-то понял, что искренне любит всех этих детей, абсолютно каждого, без исключения. И он был очень благодарен Эмме зато, что она показала ему это. Теперь Рэй решил для себя точно, что больше не бросит их. Никого. Никогда. Закончив обход, он вернулся обратно в укрытие. Руки немного замёрзли, поэтому хотелось поскорее согреться. Тем более, нужно было проверить, не проснулся ли кто-то из детей. Подходя к тускло горящему костру, Рэй заметил, что Эмма уже не спит. Она сидела близко к огню, крепко обхватив колени, и смотрела куда-то в одну точку. Кажется, даже не заметила, что он подошёл. Рыжие пряди упали ей на лицо, поэтому его совсем не было видно. — Чего не спишь? — тихо, чтобы не разбудить детей, спросил Рэй, подсаживаясь к ней. Эмма вздрогнула и закусила губу, чтобы не вскрикнуть. Медленно повернула голову в сторону голоса и, встретившись взглядом с ним, облегчённо вздохнула. Её до этого напряжённые плечи расслабленно опустились вниз. Она снова отвернулась от него к догорающему костру. — Кошмар приснился, — помолчав немного, наконец-то ответила на его вопрос она. — Теперь не могу заснуть. — Кошмар, значит… — повторил за ней Рэй. Невольно ему вспомнилась сцена из детства. А ведь когда-то ему тоже снились кошмары. — Угу, — Эмма подтянула поближе колени и поставила на них подбородок. — Знаешь, мне снился Норман… — она глубоко вдохнула, и в её голосе проскользнули нотки тоски. Рэй закусил губу. — Я не могу перестать думать о том, что было бы, если бы он остался с нами… Наверняка всё было бы совсем по-другому… — она прикусила нижнюю губу, сдерживая подступившие слёзы, и уткнулась лицом в колени. — Почему всё сложилось именно так… — последнюю фразу она произнесла совсем тихо, но он всё равно расслышал. — Прекрати, — он нахмурился, сжал пальцы в кулаки. Эмма подняла на него удивлённый взгляд. — Норман отдал свою жизнь для того, чтобы ты и все остальные были счастливы, поэтому ты должна сделать всё, чтобы его смерть не была напрасной, — на время он замолк, подбирая нужные слова. Внутри бушевало множество эмоций и чувств, о которых ему хотелось поведать, но приходилось сдерживать их. — Ты… Нет, мы — единственные, кто может защитить этих детей. Поэтому ты не должна думать об этом сейчас. Сейчас тебе нужно думать о том, что делать дальше, и вести за собой этих детей. Норман хотел бы, чтобы именно ты привела их к светлому будущему. — Нет, ты ошибаешься, — Эмма покачала головой, и теперь уже Рэй недоумённо взглянул на неё. — Норман хотел бы, чтобы мы привели их к светлому будущему, — она снова ярко и солнечно улыбнулась, совсем как раньше, и стала вытирать с глаз слёзы. — Но всё равно спасибо тебе, Рэй. Теперь мне гораздо лучше. Рэй отвёл взгляд в сторону, фыркнул. Из-за слов Эммы на душе стало как-то по-особенному тепло. Он бы никогда себе в этом не признался, но где-то глубоко в душе он был рад, что она снова начала улыбаться. Всё же улыбка шла ей гораздо больше. К тому же в её словах был смысл. И после них Рэй только в очередной раз убедился, что он точно так же ответственен за этих детей, как и Эмма. Они с ней, как самые старшие, должны защищать их и заботиться о них. Именно этого хотел бы Норман. Да и кто, если не они? — Раз так, тогда ложись спать. Тебе нужно отдыхать и набираться сил, — спустя несколько минут молчания буркнул Рэй. Он точно не видел, но был уверен, что Эмма сейчас улыбалась. — Тебе, между прочим, тоже, — сказала она, мягко потянув его на себя. Он пытался вяло сопротивляться, но в конце концов поддался и опустился на пол рядом с ней. — К тому же сейчас моя очередь дежурить. А ты отдыхай, вон, у тебя даже глаза уже слипаются. Он хотел бы ей возразить, как-то огрызнуться, но усталость и правда брала своё. Тепло огня успокаивало, убаюкивало, и сонливости невозможно было сопротивляться. Рэй не спал почти всю ночь, и поэтому сейчас его организм настойчиво требовал отдыха. Он просто не мог противиться этой потребности во сне. Всё же он слишком устал за это время. Тяжёлые веки наконец-то сомкнулись. Треск брёвен в костре начал постепенно затихать. Время как будто остановилось, и мир стал погружаться в темноту. Последнее, что Рэй почувствовал перед тем, как окончательно погрузиться в сон, — мягкое прикосновение к волосам и что-то тёплое, накрывающее его тело. А ещё до его слуха донёсся еле слышный шёпот: — Спокойной ночи, Рэй.