Serpensortia

Близились рождественские каникулы, и учебная суета загребла всех студентов Хогвартса в свои объятия, чтобы выжать из них те последние силы, что у них остались. Каждый день студентам приходилось сдавать зачёты, писать контрольные работы, мучиться со сдачей практических предметов, позабыв о прогулках возле Озера, о вылазках в Хогсмид и о разговорах ни о чём возле камина в гостиных факультетов. Но даже трудности не вечны, поэтому спустя полторы недели всё было сдано и у студентов появилось время приготовиться к святочному балу, до которого оставались считанные дни. — Так что, ты планируешь пойти на бал одна? Или ты всё же дала Эдварду второй шанс? — рассматривая манекены с разнообразными платьями в магазине женской одежды, поинтересовалась Лаура у Алисы, которая мысленно прикидывала, что бы ей такое выбрать, чтобы не остаться без единого галлеона в кармане, но при этом заставить Реддла потерять дар речи при виде неё. — Я приду не одна, — широко улыбнулась Алиса, прикладывая к себе одно из платьев, чтобы визуально оценить, как оно будет на ней смотреться. — Но и не с Эдвардом. — И кто этот счастливчик? — спросила Елена, неожиданно появившаяся за спиной у Алисы с тремя парами туфель в руках. — Один очень классный парень, — загадочно ответила Гилберт, примечая в конце магазина очень красивое платье, от которого у неё тут же перехватило дыхание. Оставив однокурсниц одних, девушка засеменила к привлёкшей её внимание вещи, искренне надеясь на то, что она не окажется слишком дорогой. Елена и Лаура переглянулись и одновременно пожали плечами, так и не поняв о ком идёт речь. Но долго раздумывать над этим они не собирались и, последовав примеру рыжеволосой слизеринки, снова вернулись к поискам нарядов для бала. В день святочного бала в спальных комнатах и гостиных царило особое оживление. Девочки шелестели платьями и бегали туда-сюда, стуча каблуками туфель, эмоционально разговаривая друг с другом. Размахивая палочками, девушки создавали себе удивительные причёски, украшая их всем, что попадалось под руку. Парни неторопливо надевали костюмы и смокинги, расчёсывая собственные волосы и приводя их в порядок. В отличие от девочек, они никуда не торопились и совершенно не переживали по поводу бала, поэтому их разговоры были почти обыденными. Четырёх выбранных преподавателями лучших пар факультетов уже ожидала в коридоре профессор Макгонагалл, время от времени поглядывая на часы. В коридоре постепенно начали появляться пары в красивых нарядах, среди которых было немало пар, состоящих из представителей разных факультетов, что не могло не радовать, ведь главной задачей святочного бала была дружба и сплочение студентов Хогвартса. Спустя пол часа в коридоре практически не было свободного места. Все с нетерпением ждали, когда для них откроются двери украшенного Большого Зала и начнётся веселье. Профессор Макгонагалл давала последние указания лучшим парам факультетов, выискивая глазами Тома Реддла, которого нигде не было видно. Алиса нервно теребила подол своего пышного тёмно-зелёного платья, сверкающего на свету из-за большого количества блёсток. Ярко-рыжие волосы девушки были разбросаны по открытым плечам аккуратными кудряшками, а зелёные глаза, подчёркнутые мерцающими тенями, печально смотрели в пол. "Он не придёт. Можно было сразу это понять. Это же Реддл. А ты просто дура, раз поверила, что он впервые за семь лет решил придти на бал, да ещё и с тобой. Могла бы сейчас стоять рядом с Григом, смеяться, как его однокурсница, которая, в отличие от тебя, согласилась стать его партнёршей на бал, и кто знает, может быть после бала вы бы стали настоящей парой и ты наконец-то была бы счастлива. Но тебе же нужен чёртов Реддл. Чёртов Реддл, которому ты не нужна", — невесёлые мысли заполняли голову Алисы и она еле-еле сдерживала слёзы, начавшие скапливаться в уголках её глаз. — Что ж, думаю, нам уже пора начинать, — вздохнув, произнесла профессор Макгонагалл и посмотрела на Алису. — Мисс Гилберт, если ваш спутник так и не появится в ближайшие пару минут, вы зайдёте в зал вместе с остальными студентами перед лучшими парами факультетов и встанете вместе со всеми в живой коридор. Алиса молча кивнула головой, посмотрев на профессора грустным взглядом, а последняя, поджав губы, направилась к дверям Большого Зала, привлекая всеобщее внимание. — Дорогие студенты! Я очень рада видеть вас всех и торжественно объявляю наш юбилейный святочный бал открытым! — улыбаясь студентам, произнесла профессор Макгонагалл, распахивая двери Большого Зала. — Прошу всех занять свои места. Студенты, встав парами, направились в Зал, с интересом разглядывая особый праздничный интерьер. Центральным элементом была традиционная большая ёлка, украшенная сотней шаров удивительных форм и размеров. Но, вместо привычной зелёной ёлки, в этот раз в центре Зала стояла белая пушистая красавица. Весь Зал также был украшен в белых тонах с яркими акцентами в виде гирлянд, мишуры и прочих украшений, привлекающих всеобщее внимание. Торжественная музыка добавляла атмосферы, и даже те студенты, которые до этого момента не особо хотели приходить на бал, восторженно оглядывались вокруг с улыбками на лицах. Алиса, поравнявшись с остальными студентами, уже было направилась к дверям Большого Зала, но её кто-то перехватил за запястье, разворачивая на 180 градусов. — Прошу прощения, я забыл купить бабочку и мне пришлось отпрашиваться в Хогсмид у директора Диппета. Это заняло некоторое время и я не успел вернуться вовремя. Надеюсь, я не пропустил ничего важного, — серьёзным тоном произнёс Том, обращаясь к Алисе, которая не могла отвести от него взгляда, не веря своим глазам. Том был одет в чёрный смокинг и белую рубашку, как и многие представители мужского пола на этом балу. Тёмные кудрявые волосы были аккуратно уложены, отчего Реддл выглядел взрослее и серьёзнее. От него исходил тонкий аромат мужского парфюма с табачными нотками, от которого у Алисы буквально закружилась голова. — Ты... красиво выглядишь, — нарушая молчание, заполнившее пространство между ними, произнёс Том, после того, как оценивающе пробежался взглядом по внешнему виду Алисы. Признаться честно, он никогда её такой не видел. — С-спасибо... — севшим от волнения голосом, ответила Алиса, краснея до кончиков ушей. — Ты тоже очень красивый. Том хмыкнул, поправив несчастную бабочку на своей шее, а затем протянул Алисе руку, занимая вместе с ней место позади трёх лучших пар Хогвартса, которые уже начали заходить в Большой Зал, чтобы открыть святочный бал. Алиса, до этого пребывавшая в мире печальных мыслей и размышлений, теперь светилась ярче, чем новогодняя ёлка, шествуя мимо студентов Хогвартса за руку с Томом. — Это что, Алиса с Реддлом? — несколько раз до ушей Алисы донеслись ошарашенные голоса однокурсников, и девушка подумала, что сегодня будет один из самых лучших дней в её жизни. Пройдя по живому коридору до центра Зала, пары встали друг напротив друга и, услышав первые ноты зазвучавшей музыки, начали танцевать вальс, завораживая остальных студентов плавностью своих движений. Алиса чувствовала крепкую мужскую ладонь на своей талии, перемещавшуюся в определенные моменты танца девушке на спину, и от этих прикосновений внутри неё буквально начинали порхать разноцветные бабочки. А гипнотический взгляд тёмных глаз напротив заставлял сердце биться чаще и забывать обо всём на свете. Наблюдавшая за всем происходящим профессор Макгонагалл широко улыбалась, то и дело обращая особое внимание на пару Тома и Алисы. Она не была уверена, что Том вообще соизволит появиться на балу, но видимо он всё же был прав, когда говорил ей, что изменился. — Профессор, потанцуете со мной? — Макгонагалл вздрогнула от неожиданности, посмотрев на протягивающего ей руку профессора Дамблдора. — Конечно, профессор! — приняв приглашение, улыбнулась женщина и проследовала вместе с Дамблдором в центр Зала. Вскоре к танцам присоединились и остальные студенты, создавая настоящее волшебство в Большом Зале без каких-либо волшебных палочек. Медленные и классические танцы сменялись дикими и современными, во время которых студенты Хогвартса буквально выплёскивали все свои накопившиеся эмоции и отдавали всю энергию, двигаясь в такт. Тома хватило на час, что для него уже было огромным достижением. Реддл отошёл к столам с напитками, медленно растирая пальцами виски, в которых отдавалась острой болью пульсация. — Том? Тебе нездоровится? — Алиса положила руку на плечо Тому и заглянула ему в глаза. — Здесь слишком шумно. Меня уже раздражают все эти крики и эта бесконечная музыка. — раздражённо ответил Реддл, хватая со стола какую-то бутылку и прикладывая её холодным стеклянным основанием к своему лбу. — Пошли, — кивнув головой в сторону выхода, произнесла Алиса и, поймав вопросительный взгляд Тома, слегка улыбнулась. — Прогуляемся. Прихватив с собой ещё пару бутылочек, стоявших на столе, Алиса направилась к выходу, время от времени оборачиваясь на Реддла, который, пусть и не сразу, но всё-таки пошёл за ней следом. Взмахнув палочкой, девушка произнесла согревающее заклинание, направляя его на себя и Тома, а затем толкнула плечом массивную дверь, ведущую на улицу. Реддл молча шел следом, не задавая никаких вопросов, лишь прожигая взглядом затылок рыжеволосой девушки, двигающейся в сторону поля для Квиддича. Добравшись до нужной локации, Гилберт поднялась на трибуны и заняла одно из мест. Том сел на соседнее, по-прежнему молчаливо ожидая дальнейших действий. Не просто же так Алиса притащила его сюда? Рыжеволосая протянула Тому одну из двух прихваченных с собой бутылок и открыла свою, припадая к ней губами. Том покрутил бутылку в руках, изучая этикетку. — Тыквенный сок. Потрясающе, — скептически произнёс он, открывая бутылку и делая несколько глотков. На его лице появилось удивление, а Алиса, заметив это, тихонько захихикала. — Эдвард с Гриффиндора, когда приглашал меня на бал, обмолвился мне по секрету, что собирается подменить несколько бутылок тыквенного сока с торжественного стола студентов на бутылки с огневиски. Он обещал покрасить пробки в красный цвет, чтобы можно было отличить поддельные бутылки от настоящих. На его месте я бы подумала несколько раз, стоит ли болтать о таких вещах человеку, который ещё не согласился стать его парой на бал. Но Григ, видимо, слишком наивен, чтобы рассказать обо всём слизеринке и подумать, что она не стащит бутылки с огневиски прямо у него из под носа, — закончив свой удивительный рассказ, Алиса подмигнула Реддлу и сделала ещё несколько глотков огневиски из своей бутылки. — Должен признаться, я поражён, — повторив последнее действие за Алисой, произнёс Том, оставаясь по-прежнему немногословным, но Алису это вполне устраивало. — Ты ещё многого обо мне не знаешь, Том, — отведя взгляд в сторону поля, проговорила девушка, чувствуя, как алкоголь медленно накрывает её с головой. — А ты вообще ничего обо мне не знаешь, но тебя же это не смущает, — фыркнул Реддл, скосив взгляд в сторону Гилберт. — Я знаю о тебе больше, чем ты можешь себе представить, — тихо ответила Алиса, вновь припадая губами к бутылке. — Например? — Том с интересом развернулся к девушке, слегка приподняв брови. — Ты живёшь в приюте. Мастерски владеешь легилименцией. Питаешь страсть к тёмной магии, — немного неуверенно начала Гилберт, продолжая смотреть в сторону поля для Квиддича. — Умеешь общаться со змеями на их языке. Каждую ночь ходишь в Выручай-комнату, о которой кроме нас двоих, судя по всему, никто больше не знает. В библиотеке ты всегда читаешь книги из запретной секции. Думаю, именно оттуда ты узнал о Непростительных заклинаниях, которые почему-то не боишься использовать в Хогвартсе. Ты умеешь манипулировать людьми и выворачивать любую ситуацию в свою пользу. Многие считают тебя психом и поэтому боятся и, смею предположить, ты это знаешь и тебя всё устраивает. Девушка замолчала, осушая залпом оставшееся содержимое бутылки и отставляя ее на соседнее с собой свободное сидение. Том молчал. Белые снежинки опускались на его тёмные волосы, путаясь в них и за несколько секунд превращаясь в капельки талой воды. — Ты знаешь обо мне только то, что и так лежит на поверхности, Гилберт, — после длительного молчания, наконец произнёс Том. — Но многие не замечают даже этого. Ты можешь гордиться собой. Алиса слабо улыбнулась, чувствуя, как головокружение и слабость окутывают всё её тело и сознание. Реддл, допив огневиски из своей бутылки, почувствовал что-то примерно то же самое, но не мог понять, нравится ли ему это ощущение или оно его раздражает. Подумать об этом он не успел, так как Алиса вдруг развернулась к нему лицом, сталкиваясь взглядом своих зелёных глаз с его тёмными радужками. Реддл сразу же понял, что собирается сделать девушка, так как видел её насквозь, но отодвигаться в сторону почему-то не стал. Алиса медлила, нервно кусая внутреннюю сторону щёк, что не ускользнуло от внимательного взгляда Тома. — Если ты думаешь, что я ничего не понимаю, то ты очень сильно ошибаешься, — громким шёпотом произнёс Том, заставляя девушку покраснеть и смущённо опустить глаза вниз. — Прости... — еле слышно проговорила Алиса, покачав головой. — Я просто... просто дура, которая по уши влюблена в тебя! Протараторив последнюю реплику, Гилберт резко встала на ноги, слегка пошатнувшись из-за нарушенной вследствие выпитого огневиски координации, и сделала попытку убежать прочь, понимая, что она наговорила лишнего и теперь Том не то, что видеть её не захочет, так ещё и возможно запустит в неё Круциатус, как тогда в Боба Вордли в гостиной Слизерина. Но убежать ей не дали. Тонкие холодные пальцы схватили её за запястье, почти так же, как несколькими часами ранее, когда Том только-только пришёл на бал, и в следующее мгновение Алиса вновь смотрела Реддлу в как будто ещё сильнее потемневшие за эти несколько секунд глаза. — Том, я... — слабым голосом начала было девушка, но Реддл слегка грубовато схватил её за шею, прерывая фразу на полуслове. — Заткнись, — прошипел он и накрыл губы девушки своими, с первых же секунд вовлекая её в настойчивый и жадный поцелуй. По телу Алисы пробежали разряды тока с такой силой, что, казалось, ни один человек не способен был выжить после этого. Но рыжеволосая осталась жива, более того, она как будто заново родилась и теперь испытывала все эмоции сразу, ощущая горьковатый вкус мягких губ Реддла, обвивая его за шею своими руками и теряя контроль, когда Том, забываясь, чуть сильнее сжимал своей ладонью её горло, перекрывая ей на несколько секунд кислород, которого и так уже начинало не хватать. Свободной рукой брюнет зарывался в её шелковистые рыжие волосы, ещё ближе прижимая девушку к себе. Реддл сам не особо понимал, что делает. То ли это огневиски, которое он никогда до этого не пил, так сильно ударило ему в голову, то ли он наконец-то позволил самому себе признать, что его к Алисе тянет. Конечно же, последний вариант Том даже рассматривать не собирался, поэтому мысленно решил всё свалить на огневиски. У самой же Гилберт в этот момент в голове стрекотали кузнечики и взрывались фейерверки, поэтому она даже если бы захотела, не смогла бы найти в себе силы подумать о причинах такого внезапного порыва Реддла. В этот момент её устраивало абсолютно всё, а о причинах и поводах она подумает как-нибудь потом, когда останется одна и будет глупо улыбаться, лёжа в своей кровати в спальне для девочек. Том отстранился первым. Его сбившееся дыхание опалило кожу девушки, и она вся покрылась мурашками. Алиса смотрела на идеальные черты лица брюнета, который всё ещё находился непозволительно близко и понимала, что теперь она окончательно в его власти. Как бы ей не хотелось этого признавать, но она понимала, что теперь Том может управлять ей и манипулировать так, как ему только вздумается, а она беспрекословно будет исполнять все его пожелания и прихоти даже без всякого Империуса. Поцеловав её, Реддл сам стал для неё тем Непростительным заклинанием, которое заполняет человеческий разум и движет им без его воли. Но Алиса была вовсе не против. Она просто ещё не понимала, к чему это всё может привести.