Хвост, уши и прочие неожиданности

Сидя на кровати перед сном и крепко прижимая к себе Джареда, Дженсен перебирал в памяти моменты их прогулки, улыбался и неосознанно поглаживал его грудь и живот. Джаред был такой милый и забавный, особенно, когда перестал теребить шапку и расслабился, наконец. Он уплетал всякие вкусные гадости с завидным аппетитом, показывал Дженсену на разные забавные мелочи, на которые тот давно разучился обращать внимание, и смеялся над ними взахлёб. Так заразительно, что и Дженсен начинал смеяться тоже. Они будто забыли обо всех своих проблемах и просто наслаждались тёплым ветром и компанией друг друга. Такого классного свидания у Дженсена уже сто лет не было! Эта мысль прошила голову навылет, и Дженсен замер, вдруг в полной мере осознав, что они оба почти голые и сидят, так тесно прижавшись, что между ними и воздуху места не найдётся. — Долго там ещё? — нервно спросил он, пытаясь дышать ровнее. — Мр? — расслабленно отозвался Джаред и потёрся щекой о его подбородок. Дженсен судорожно вздохнул, закрывая глаза. — Мне понравилось с тобой гулять, — сонно пробормотал Джаред. — Ага. Мне тоже, — Дженсен уже так привычно начал мысленно считать до ста. — И быть с тобой так близко тоже нравится. — Ага. Мне... Что?! — Что? — встрепенулся Джаред и замер, прижав к голове уши. — Что ты сказал? — Дженсен тяжело сглотнул, чувствуя, как быстро бьётся сердце Джареда и как его собственное ускоряется вслед за ним. — Когда так... близко... мне нравится, — выговорил Джаред шёпотом. — С тобой... — Но... Джаред, это не... Не думаю, что... — Дженсен старался подобрать слова, но тщетно. — Я что-то не так сказал? — плечи Джареда поникли. — Нет, всё в порядке, — торопливо ответил Дженсен, он терпеть не мог расстраивать его. — Это нормально — желать... желать чужого тепла. Иногда даже всё равно с кем. Просто... просто тепло. — Мне не всё равно, — едва слышно шепнул Джаред и добавил громче: — Давай спать. Он выпутался из рук Дженсена и, забравшись под одеяло, накрылся с головой. Дженсен лишь погладил получившийся комок, пристроился рядом и на удивление быстро уснул. *** Когда пришло время третьего ритуала Дженсен понял, что всё до этого — лишь подготовка к самому трудному испытанию. Потому что на этот раз Казимир превзошёл самого себя! Теперь Дженсен должен пальцами рисовать на теле Джареда руны. На совершенно, мать его, голом теле Джареда. Хорошо хоть бубнить ничего нужно. Тут бы суметь сосредоточиться, чтобы руки не дрожали. И не начать губами по этой гладкой коже водить вместо пальцев. А ведь ещё вчера Дженсен думал, что с ума сойдёт от близости Джареда и от невозможности воплотить свои неуместные желания. Но нет предела безумию! Чёрт, как же пережить целую неделю и не наделать глупостей? А вот Джареда совсем ничего не смутило. Просто кивал, слушая инструкции, и туда-сюда хвостом махал. Похоже, его близость Дженсена совсем не волнует. Он всегда ластится, трётся об него и совсем не понимает, какие желания при этом будит. Смешно вспомнить, как Дженсен переживал, что Джаред может слишком привязаться и принять дружбу за что-то другое. Теперь вот это «что-то другое» случилось, а Джаред воспринимает его, как друга — вообще не смешно. Сам-то Дженсен не влюбился же, да? Просто Джаред слишком... красивый и горячий, а у него давно не было секса. Да и кто его осудит?! Каждый день прикасаться к этим плечам, спине, ногам... Да у кого хочешь крыша поедет! Ох, и напьётся же Дженсен, когда всё наконец закончится! Первый день прошёл довольно сносно. Дженсен больше смотрел в бумажку с закорючками, чем на гладкую кожу, по которой водил пальцем. Джаред беспрестанно махал хвостом и тоже заглядывал в бумажку, отвлекая от неуместных мыслей. И Дженсен даже немного расслабился и решил, что всё пройдёт гораздо легче, чем он успел себе надумать. Под конец Джаред уже громко урчал, то и дело ёрзая под ним. Дженсен улыбался, когда выводил последний символ у него на животе, и думал, что Джаред милый до невозможности. Самый милый парень, что у него был. Дженсен замер, пытаясь осознать собственную глупую, странную мысль. — О чём думаешь? — спросил Джаред, внимательно вглядываясь в его лицо. — О том, что трындец нашим простыням, — нашёлся Дженсен, окинув взглядом свои художества и натянув на лицо улыбку. — Как думаешь, из чего оно? — Джаред поскрёб небольшое красное пятно на простыне. — И знать не хочу, из чего эти колдовские порошки. Спасибо, хоть не воняют. — Было бы фигово! — засмеялся Джаред. — Интересно, я хоть отмоюсь от этого? Дженсен снова завис, представив, как смывает с него свои же рисунки, как они размываются и красными струями бегут вдоль тела вниз. По груди, спине, животу, ногам... — Кхм... Давай спать. Поздно уже, завтра на работу. — Тебе легко говорить! А мне ещё смывать всё это, — вздохнул Джаред, поднимаясь и ничуть не смущаясь своей наготы. — Разве не утром надо смывать? — Утром?! — Джаред в ужасе посмотрел на него и поскрёб руну на плече. Дженсен отвёл взгляд от его длинных пальцев и нашёл инструкцию. — И чесать нельзя, — с трудом пряча улыбку, кивнул он. — Ты шутишь надо мной! — Чтобы не разрушить магическое свойство рисунка, — прочитал с листка Дженсен. — Засада, — проворчал Джаред, возвращаясь в постель. — Может, тебе прихватки на руки надеть? И скотчем примотаем! — Зачем это? — нахмурился Джаред. — Чтобы не чесал, — широко улыбнулся Дженсен. — Не смейся надо мной! — Джаред схватил подушку и бросил её в Дженсена. — Ну не одному же мне страдать! — Дженсен, смеясь, уклонился. — Не тебя же измазали неизвестно чем! — Зато мне пришлось мазать! — Вот в следующий раз я тебя намажу и мыться не дам, — пригрозил Джаред, снова замахнувшись подушкой. — Посмотрим тогда, как ты запоёшь! — Как только обзаведусь классными мохнатыми ушами, так и намажешь! — Ах ты, гад! — Джаред всё-таки рассмеялся и набросил на голову Дженсена одеяло. Они повалились на кровать, пихая друг друга и смеясь. — Чур не щекотаться! — кричал Дженсен, уворачиваясь от его рук. — Джей! А-а-а-а-а! Прекрати! Он вертелся под пальцами Джареда как мог, уже и не в силах нормально дышать от смеха. В итоге пришлось подмять под себя хулигана и зажать ему руки над головой, чтобы угомонился. Джаред лежал под ним, широко улыбаясь и обхаживая хвостом бока и спину Дженсена. Такой счастливый и красивый, с раскрасневшимися щеками и блестящими глазами, Дженсен, как примагниченный, наклонился ближе. Джаред навострил уши и улыбнулся шире, смотря ему в глаза. — Пора... спать, — прохрипел Дженсен. Он опустил взгляд на губы Джареда и тяжело сглотнул. — Спать? — совсем тихо спросил Джаред. Дженсен кивнул, не двигаясь с места. — Ладно, — Джаред тоже не пошевелился. Почему он не вырывается? Почему не оттолкнёт? И почему Дженсен сам не может заставить себя оторваться от его тепла и никак не вырвется из его притяжения? Джаред закрыл глаза и довольно улыбнулся. — Хорошо, — прошептал он. — Привык обниматься с тобой перед сном. Дженсен шумно выдохнул и, досчитав до пяти, наконец откатился в сторону. Что с ним творится? Это же по-прежнему лохматый Шнурок, который нечаянно стал вот таким... Джаредом. Наваждение, чёртова магия какая-то! Может, побочка от чёрной магии? Джаред пристроился у него под боком, закинул сверху руку, ногу и мирно засопел, уткнувшись носом в шею. А вот Дженсен никак не мог уснуть. В какой-то момент он поймал себя на том, что сам прижимает к себе Джареда и поглаживает пальцами его плечо. Он замер, боясь сделать вдох, и тогда почувствовал, как Джаред тихо урчит во сне под его ладонями. Дженсен мягко улыбнулся в темноте и запутался пальцами в лохматой шевелюре. Джаред вымахал больше него, а всё равно умудряется спать у Дженсена на груди и при этом выглядеть так, что просто спихнуть его невозможно — настоящий кот! И кому достанется это счастье? Кто будет гладить эти плечи и слушать тихое дыхание? Хотелось прижать Джареда к себе ещё сильнее, чтобы никому... Дженсен завис, обдумывая это желание, но потом Джаред поёрзал в его руках, уткнулся носом в ухо, и все тревоги разом отступили. Это Дженсен нашёл его, маленького и жалкого, перепуганного. Дженсен взял его в свой дом. Дженсен заботился о нём. И любил. Размеренное тёплое дыхание на коже и умиротворённое урчание убаюкивали Дженсена, отгоняли все страхи и опасения, и, засыпая, он улыбался. *** Теперь каждый вечер Дженсен ждал с беспокойством, даже каким-то страхом, и в то же время в груди тянуло мучительным предвкушением. Он неторопливо водил пальцами по крепкому телу, выводил нужные линии на память, не отвлекаясь на бумажки и посторонние мысли. Наслаждался реакцией Джареда на свои прикосновения. Ловил пальцами неровное биение его сердца, отдающееся по всему телу, пульсирующее прямо на горячей коже. Слушал его хриплое дыхание. Любовался раскрасневшимися щеками, тёмными всполохами в глазах. Какой же он красивый. Какой родной. Какой желанный. Это же плохо? Это же должно быть плохо, да? Джаред маленький рыжий котёнок... Ну как, котёнок? Скорее рыжий гигант, который может растянуться на всю кровать! Ладно, не котёнок, но ему же сколько лет? Ага, судя по этим мышцам, крепкому телу и... всему остальному он прожил в теле кота как минимум десять человеческих лет! Даёт ли это Дженсену право на желания, которые он чувствует? Может ли он позволить себе поддаться им? Протяжный стон Джареда отвлёк его от путаных мыслей, и Дженсен увидел, что вместо того чтобы рисовать, массирует ему поясницу. Дженсен отдёрнул было руки, но задумался. Почему он не может ласкать его? Ведь Джареду нравится. И Дженсену нравится. Значит, можно. — Можно? — тихо спросил Дженсен, снова касаясь его ладонями. — Да, — торопливо закивал Джаред. — Да. Да, пожалуйста. Дженсен судорожно вздохнул, осторожно начиная разминать ему спину. Джаред заурчал громче, выгибаясь под его руками, подставляясь под ласку. Хвост ласкал его в ответ, и Дженсен дрожал и сам был готов заурчать. Он провёл носом по длинной шее, ладони скользнули по бокам Джареда, и Дженсен неосознанно поддал бёдрами. Сегодня последний день. Сработают ли ритуалы Казимира? Дженсена не беспокоят уши с хвостом. Его пугает лишь стремительно утекающее время. Их время. И, пожалуй, не стоит упускать ни секунды. Дженсен прижался губами к горящему уху и прошёлся мягкими поцелуями вдоль подбородка. Голова совершенно опустела, Дженсен не мог думать больше ни о чём, кроме дурманящего запаха своего Джареда и его тихих вздохов. Ещё не высохшие руны превращались под пальцами в затейливые узоры, но никто из них не обращал на это внимания. Джаред под ним не мог спокойно лежать, то и дело ёрзая, лишая Дженсена последних остатков спокойствия. Нет. Он не удержится. Просто не сможет. Дженсен немного приподнялся, позволяя Джареду развернуться к нему лицом, и снова прижался всем телом, застыл пойманный почти чёрным взглядом Джареда. Он погладил его лицо подрагивающими пальцами, провёл по губам, быстро облизнулся и осторожно склонился ниже. Губы Джареда встретили его на полпути, Дженсен закрыл глаза и длинно выдохнул в поцелуй. Голова закружилась, сердце бешено заколотилось в груди, мешая дышать, с ума сойти! От громкого урчания горячо запекло в груди, терпеть больше не было сил. Не прерывая поцелуя, Дженсен потянулся к своему члену и наткнулся на внушительный, горячий, крепкий стояк Джареда. Ого! Как такое без внимания оставить? Дженсен осторожно обхватил его пальцами и нежно провёл вверх-вниз пару раз, прислушиваясь к реакции. Джаред всхлипнул как-то удивлённо и выгнулся на постели, разорвав поцелуй. Дженсен замер, наблюдая за ним с замирающим сердцем. Неужели напугал? Ну вот чего он полез?! Дурак! — Нет! — Джаред вцепился в его запястье, испуганно заглядывая в глаза. — Нет! Только не уходи! Пожалуйста... не уходи... — и поцеловал жадно, голодно, будто боясь не успеть. Дженсен облегчённо выдохнул, отвечая на поцелуи, и снова задвигал рукой. — Я не уйду, — шептал он. — Ни за что не уйду. Джаред раскраснелся, влажные губы припухли от поцелуев, дыхание становилось всё более громким и хриплым. Дженсен не мог перестать любоваться им, а нарастающее желание становилось почти мучительным. Дженсен торопливо приспустил свои трусы и потёрся членом о член Джареда. Они оба одновременно застонали, и Джаред судорожно толкнулся навстречу и потянулся за поцелуем. Дженсен рвано водил рукой вверх-вниз, сжимая оба их члена, ласкал горячие, одуренно вкусные губы Джареда и понимал, что не продержится долго. Не сможет сделать всё то, чего так хочется. Просто не выдержит, потому что это невыносимо хорошо, и взрыв уже приближается. Сейчас бы притормозить, перевести дух немного, чтобы продлить удовольствие, оттянуть развязку... Но как остановиться? Точка невозврата уже пройдена. Для них обоих. Джаред дрожал и сжимал его плечи всё крепче, стонал и хрипел почти без остановки и, в конце концов, прикусил Дженсену губу и полоснул по спине ногтями. Дженсен вскрикнул и почувствовал тёплую влагу на своей руке. Он даже не понял, кто кончил первым, возможно у них получилось достичь пика одновременно, и теперь они лежали, крепко прижавшись и тяжело дыша. Джаред по-кошачьи потёрся о него лбом, носом, щеками, тихо урча. Дженсен, улыбаясь, погладил его по спине, окончательно размазывая последние руны. — Мы испортили ритуал, — прошептал Дженсен, не в силах перестать гладить его. Джаред довольно улыбнулся и потянулся за поцелуем. Похоже, ему было всё равно. Дженсен неторопливо целуя его решил, что всё может подождать до утра. Кроме Джареда, которого до дрожи и головокружения хотелось целовать, гладить и никуда не отпускать. Никуда и никогда. Джаред прижимался к нему, цеплялся за плечи, как будто боялся, что Дженсен оттолкнёт его, прогонит. Глупый котёнок. Да Дженсен его теперь никуда не отпустит, даже если он вырываться станет! Дженсен тихо засмеялся от этой мысли и поцеловал длинную шею. — Сейчас, — прошептал он и широко зевнул. — Сейчас, Джаред. Дай мне пару минут. Джаред с тёплой улыбкой погладил его лицо и потёрся носом об губы. — Ты засыпаешь… Дженсен поцеловал его в нос и улыбнулся: — Да, что-то рубит прям. Как будто неделю не спал. Да у тебя и самого глаза сонные. — Странное ощущение, — Джаред дурашливо пожал плечами и тоже зевнул. — Я хочу ещё. Только сил совсем нет. — Спи, — Дженсен мягко целовал его лицо, путаясь пальцами в волосах. — Спи спокойно, Джаред. — Только не уходи, — прошептал Джаред, закрывая глаза и наваливаясь на него сверху. — Я буду здесь, — пообещал Дженсен, утыкаясь носом ему в макушку и проваливаясь в сон.