Кровь от крови

      Пятый курс, рождество       — Ты так и не объяснил каким образом ты оказался моим отцом? — Гарри сидел в кресле напротив его темнейшества, сверлил его профиль, чудовищно человеческий и идеальный профиль, взглядом и не мог отделаться от чувства, что все это нереально. В самом деле, Гарри Поттер, мальчик-который-выжил и Том М. Реддл, Темный Лорд Волан-де-Морт в одном, видавшем лучшие времена, номере в «Дырявом котле»! Уму непостижимо! Лорд же, словно его это совсем не волновало, сидел расслабленно и пялился на огонь в камине. Наконец он медленно обернулся и уставился на Поттера. Его глаза, тёмные сейчас, словно засохшая кровь, изучали Гарри долго, пристально, усмешка исказила чувственные губы, которые захотелось искусать в кровь, и он откинул голову назад.       — Я изнасиловал Лили Поттер, — спустя долгие секунды ответил Том и взорвался хохотом, видя ошарашенное выражение лица своего новоявленного сына.       Гарри уставился в одну точку широко распахнутыми глазами. Только что сказанное в голове не укладывалось. Нет, он прекрасно понимал, что не является плодом любви. Думать о таком было сродне кощунству, но изнасилование…       — Хочешь, я могу даже показать, — раздался насмешливый голос Волан-де-Морта, — о, она так кричала! — незаметно для Гарри, тот оказался рядом и опалил горячим дыханием ухо. Шепот его был подобен яду.       — Что ты несёшь, Мерлин?! — Гарри оттолкнул от себя мужчину что есть силы и потянулся за палочкой, но не обнаружив той, кинул озлобленный взгляд на Тома. Том с усмешкой помахал ею и спрятал в карман.       — Я рассказываю, каким образом оказался твоим отцом, — он выдал смешок и снова приблизился, навис сверху, уперев руки в оба подлокотника по бокам от Гарри. — Я уверен, ей даже понравилось. Похотливая грязнокровная сучка. — Он прошептал это каким-то томным голосом в губы сына и улыбнулся.       — Ты говоришь о моей матери, — выдавил в ответ Гарри, зажмурившись.       — Я все ещё могу тебе показать, — снова предложил Том, — или сделать с тобой то же, что и с ней. Она извивалась подо мной, и мне даже показалось, что подставлялась. И под моими Пожирателями стонала. Но ей особенно понравилось подо мной и Беллой…       — Прекрати! — Гарри распахнул глаза полыхнувшие авадой и выкрикнул ему в лицо, и Волан-де-Морт задрожал от морального удовольствия, вжался лбом в лоб мальчишки, своего продолжения, и довольно улыбнулся.       — Ее поймали во время стычки Пожирателей и Орденовцев. Мне всегда было интересно увидеть её. Жена Поттера, безрассудного мальчишки, что умудрялся ускользнуть от меня, женщина, которую хотел Снейп. И я увидел ее, с этими изумрудами вместо глаз, — Лорд прошёлся пальцами по векам Гарри, шепча, — огненными волосами, с вздымающейся грудью… Она смотрела упрямо, дерзко, и без тени страха. Настоящая ведьма. Чудовищная ошибка, что она грязнокровка. И я захотел её. Взять, унизить, растоптать, проучить и ее, и Поттера. Я насиловал ее, врывался в ее тело, пытал круцио и это было одно из тех немногих соитий, когда я действительно получал удовольствие, — он схватил Гарри за волосы и больно дёрнул, запрокидывая голову, заглядывая в горящие ненавистью глаза, — даже не помню, сколько раз я в нее кончал, прежде чем отдать Белле, а потом и остальным. Вспоминая сейчас, у меня снова встаёт. Ее кровь, Гарри, ее грязная кровь. У меня вся постель была в ее крови. Я резал ее плоть и она кричала, ее волосы тоже напоминали кровь, я ее даже порвал, когда ворвался сзади и тогда она кричала особенно сильно. Но ее глаза… Они даже тогда не потухли! Горели почти как твои… Но твои глаза особенные, в них навсегда поселилась моя авада… — пальцы Темного Лорда огладили скулы Гарри и, склонившись, он коснулся губами глаз парня.       — Ненавижу, — выдохнул Поттер и в одном этом слове было столько чувств, что это вызвало восторг у Темного Лорда.       — То, что я ее изнасиловал, Поттер и его дружки знали точно. Мои люди выкинули ее перед домом. А потом то пророчество и все что было после. Кто ж знал, что она забеременела тобой от меня? Удивительно, что не от Малфоя или Лестрейнджей. Или Барти. Они особенно долго с ней развлекались, — Том оскалился, видя, как побелел его мальчишка, — но я даже рад. Ещё одно доказательство того, что ты — мой. Пророчество, шрам, наши палочки, наши судьбы и наша кровь. Мы — части одного целого.