Mad world — Безумный мир

I feel like walking the world, Like walking the world You can hear she's a beautiful girl, She's a beautiful girl She fills up every corner Like she's born in black and white, Makes you feel warmer When you're trying to remember, What you heard She likes to leave you hanging on her word, Suddenly I see This is what I wanna be, Suddenly I see, Why the hell it means so much to me —Kt Tunstall

Позже той ночью я наблюдал, как Карлайл выходит из своей комнаты. Он сообщил мне мои результаты, и я разрешил ему рассказать об этом Эдварду. В конце концов, Эдвард был моим истинным и заботился обо мне. Я никогда раньше не думал, что передам власть над собой кому-то другому. То есть, конечно, не совсем, я по-прежнему оставался таким же свободным, как всегда, просто позволяя кому-то позаботиться обо мне. Впервые кто-то смог разделить со мной ношу. Карлайл сказал, что я обезвожен и у меня довольно сильная нехватка витаминов. Я просто проигнорировал это. Я уже пил больше жидкости. Конечно, я также сидел на другой диете, поэтому не уверен, что это имеет значение. Ну что ж. Придется. Если я что-нибудь выпью, уверен, что разорвусь на куски. Мой организм просто не мог более удерживать воду. К тому же после подобного у меня был гарантированный отвес, так что я быстро привык. Я включил свой айпод, ведь не хотел слышать лекцию ещё и от Эдварда. Мне не три года, а потому и поучения не к месту. Я определённо взрослый. По крайней мере, в волшебном мире. Однако он ничего не сказал. Просто подошел и сел рядом со мной на диван, укутав меня одеялом и заключив в объятия. В итоге я лежал у него на коленях и понимал, что именно меня зацепило в нем. Нам было так комфортно друг с другом. Интересно, что он подумает, если я когда-нибудь расскажу ему о моей прежней жизни, о Волдеморте, Дамблдоре и пророчестве? Интересно, а Элис знает обо всем этом, но не говорит из соображений сохранения моей личной жизни в тайне от остальных, пока я не буду готов? Вероятно. Я наклонился и нежно поцеловал Эдварда, показывая, что ценю его. Может быть, когда-нибудь я смогу сказать ему, кем я был раньше. Может быть.

***

14 октября Сириус, Я знаю, что ты никогда не прочитаешь это, потому что ты мертв. Карлайл сказал мне, что может быть полезно вылить свои чувства, даже если они останутся только на бумаге. Он сказал мне, что я мог бы вести дневник, а я сразу же подумал о тебе. Хотел написать тебе, чтобы рассказать обо всем, что произошло, обо всем, что я чувствовал с тех пор. Ну, думаю, можно начать с того, что происходит со мной прямо сейчас. Я сижу на своей кровати, ты никогда не угадаешь, где. В Форксе, штат Вашингтон. Это небольшой прибрежный городок в Америке. Ага. Я сделал то, о чем мы всегда шутили. Я сбежал! От Дамблдора, от Волдеморта, от всего. Теперь я знаю, что ты, вероятно, подбадриваешь меня оттуда, где ты и мои родители расслабляетесь, но передай маме, чтобы она не волновалась. Я веду себя по крайней мере немного ответственно. Хожу в магловскую школу и неплохо учусь. У меня даже есть парень! Только не говори папе, что он вампир. Карлайл (вышеупомянутый джентльмен) — его отец. Ну, опекун, но они действительно как семья. Я его обожаю, Сири. Он такой... идеальный. И не волнуйся. Они вампиры-вегетарианцы. Все семеро. Да! СЕМЕРО! Я тоже был удивлен. Я так по тебе скучаю, Сири. Не понимаю, как вообще пережил твой уход. Это было действительно тяжело, и я так долго себя ненавидел. Я ненавидел всё в себе. Винил себя в том, что произошло, пока не понял, что те, на ком действительно лежит вина — Дамблдор и Волдеморт. Было довольно приятно осознать, что я не должен грустить по поводу того, что можно изменить. Я изменился и сел на диету. Сейчас чувствую себя прекрасно! Ты должен увидеть мои волосы, они даже длиннее твоих! Я сбежал посреди ночи и выбрал случайное место на карте у моря. Здесь почти каждый день идёт дождь, так что немало напоминает дом. Даже море красивое. Я собираюсь попытаться уговорить Эдварда (того самого идеального парня, кстати) пойти со мной в поход/пикник на берег. Это было бы прекрасно. Теперь я знаю, о чем ты думаешь, и нет, мы не спали вместе. Мы решили немного подождать. Эдварду больше века, поэтому у него ОЧЕНЬ хороший самоконтроль. Лучше, чем у тебя, без сомнения, хитрый пёс! Теперь, когда я так смеялся про себя, что упал с кровати, боюсь, что должен пожелать спокойной ночи. В конце концов, у меня завтра школа, и не все могут веселиться всю ночь напролет, как ты. Передай всем, что люблю их. И тебя тоже, Сириус. Теперь я обрел СВОБОДУ, и знаю, что вы бы гордились мной за это. — Гарри

***

Харрисон вздохнул, переворачиваясь. Его глаза все ещё были закрыты, он улыбнулся, зарывшись в прохладу, которую чувствовал здесь. — Доброе утро, — Эдвард прошептал с улыбкой. Он усмехнулся, обнимая своего парня за шею. С озорной ухмылкой он откашлялся. — Кажется, со мной что-то происходит, Эдвард. Может, нам стоит сегодня остаться дома. В конце концов, находясь в одной постели и все такое, ты, вероятно, тоже заразился. Нам нужно оставаться в постели и отдыхать весь день, — сказал он небрежно. Эдвард громко рассмеялся, подхватив его для утреннего поцелуя. — Ты так думаешь? — О да. Фактически, мы должны немедленно позвонить Карлайлу. Просто чтобы он знал, что нужно сообщить в школу. — Что ж, я так и поступлю. Тогда мы сможем… отдыхать, — Эдвард усмехнулся, его рука дразняще скользнула по спине волшебника под ночной рубашкой. Харрисон не смог сдержать тихого стона, вырвавшегося из него от прикосновения. Это проклятое покалывание сводило его с ума. Он уткнулся лицом в прохладную шею вампира, яростно покраснев. Не в первый раз он был рад, что Эдвард не мог читать сквозь барьеры окклюменции, потому что его мысли были не совсем уместными. Он знал, что смущаться глупо, потому что, когда они наконец займутся сексом, он будет издавать гораздо менее пристойные звуки, и прекрасно понимал, что даже эти мимолетные охи почти сводили его парня с ума, потому что глаза у вампира становились черными, когда он позволял себе даже самый тихий стон. Они оба проклинали свое решение воздержаться. Эдвард залез в задний карман брюк, чтобы достать телефон, и нажал кнопку быстрого набора номера Карлайла. Волшебник слышал, как мужчина снял трубку. — Эдвард? Харрисон здоров? — раздался добрый голос по телефону. — О да, с ним все будет в порядке. Но сегодня он не сможет дойти до школы, поэтому я собираюсь присмотреть за ним. Харрисон не сомневался, что так будет. Эдвард выглядел так, будто сейчас он готов на все, чтобы наблюдать за каждым его движением. Его парень, вероятно, не выпустил бы его из постели, даже если бы он хотел пойти в школу. Карлайл, должно быть, слышал его тихий вздох, когда холодная рука на секунду опустилась под его пояс, дразня его еще больше, не касаяась того, как он хотел. Его голос прозвучал весело и недоверчиво. — Правда? — Правда. Так что, если со школы будут звонить, ты дашь им знать, что Харрисон и я лежим в постели с лихорадкой? Они ухмыльнулись смеху, которым Карлайл разразился, услышав просьбу. Действительно лихорадка. — Обязательно передам. Он снова рассмеялся, когда Эдвард повесил трубку и повернулся к своей добровольной жертве. Харрисон, дрожащий и чувствительный, смотрел на него. Однако он был не единственным, кто попал в такую ​​ситуацию. Он чувствовал, как Эдвард напрягся, и никогда раньше не видел его глаза такими темными. Харрисон смирился с холодным душем, когда элегантная рука скользнула в его боксеры, и звезды вспыхнули перед его глазами. Может, день все-таки не был напрасным. Эдвард прикоснулся к нему, и он внезапно превратился в лужицу, что, безвольно скуля, растекалась по кровати. Мерлин, их решению будет трудно следовать.