Любимая тень

♡

– Жертве не нужна свобода, жертве просто нравится бороться за неё.

Очередной рабочий день не предвещал ничего сверхъестественного. Уже третья группа старшеклассников кое-как слушала или делала вид, что слушала рассказы о экспонатах, находящихся по разным сторонам от девушки, выглядевшей даже младше самих учеников. – Можно вопрос? – один из группы как-то резко вскидывает руку вверх. – Да, что такое? – дружелюбно отзывается девушка, вперив внимательный взгляд. – Вам не скучно? – Мне? – всё воодушевление на пару секунд куда-то исчезает, – Моя работа... мне приятна, а если что-то не устраивает, то конкретно Вас я здесь не держу. Удивлённые смешки волной пронеслись по группе молодых людей. Вот только смеялись все над другом. Теперь следить за "вспыльчивым" экскурсоводом стало интереснее. Всё-таки экскурсии всегда были ещё той скукой смертной. Конечно, могло повезти с экскурсоводом, но разве от этого что-то меняется... В конце концов попрощавшись с подростками, девушка оборачивается и шумно выдыхает. Кажется, работа на сегодня окончена... Да не тут-то было. За окном день сменяется вечером. В то время как в гигантском музее – никого, а за окном мерцают огоньки, подросток пытается "поговорить" с экскурсоводом. Зачем? Собственная гордость и высокомерие были сбиты одной фразой хрупкой девушки, и это просто не давало покоя внутреннему чёрту. – Зачем ты мне ответила вообще? – Вам. И мы вроде как закончили разговор пять минут назад. Настырный парень не планировал отступать, а вот девушку это уже порядком напрягало. – Извини меня. Доволен? Неловкая тишина заполнила пространство. – Извинения приняты, – оживает парень и с довольным видом, пружинистой походкой направляется прямиком к выходу. "Что за странный человек!" Глаза сами собой закатываются. Он ушёл. И теперь в этом лабиринте гробовое затишье. Но беззвучность стала именно той обителью, с которой девушка породнилась, провела в этих "катакомбах" несколько лет. Самый лучший момент рабочего дня – вечер. Тебя никто не видит, можно вести себя привычно, не надевая маску прилежнейшего строгого преподавателя института. – Пора бы и домой, – зачем-то вслух высказывается она, попутно хватая сумку. Сердце останавливается, когда где-то в бескрайних коридорах, словно в ответ на сказанное, раздаётся приглушенный звон стекла, упавшего на паркетный пол. Включается "режим выживающего": ноги подгибаются, голова вжимается в плечи, а слух, как будто ты можешь это контролировать, улучшается. Еле слышные шаги с каждой секундой приближаются, синхронизируясь с ударами сердца в груди. Крупная дрожь доходит до ухоженных ладошек. Девушка впадает в ступор – стоит, почти не дыша, продолжая прислушиваться к звукам, пока они не становятся максимально близко. Всё, до чего додумалась она, так это спрятаться за ближайшей колонной, надеясь на наилучший исход. Возможно... Нет, вряд ли, а хотя... Кажется преступник искал что-то именно в этой комнате, потому что многочисленные одноразовые шуршания почти по всему периметру комнаты не могли происходить по другой причине. И найдя, видимо, то, что искал, затих. По предположению нашёл. Когда из ниоткуда возник порыв бесстрашия, экскурсовод выглянула из-за "укрытия". Теперь убедилась – он подошёл к знакомой девушке картине. "Николай Фешин – Маленький ковбой" Так как вор попал в поле зрения девушки, то теперь шумное дыхание не удавалось скрыть... Будто в замедленной съемке он оборачивается. Ни маски, ни других предметов, скрывающих лицо. Лишь лазурные глаза, прожигающие нутро до самых недр. Два широких шага и его светлый лик напротив. Теперь, кажется, даже сердце не издавало ни единого звука. Глаза застыли, попав в плен острых льдин. Нагибаясь, оказываясь лицом к лицу с молодой девушкой, он опускает взгляд ниже и вкрадчиво вслух читает с бейджика: "Дарья". Бархатистый голос приятно обволакивает уши. Сразу же хочется закрыть глаза и слушать только его. Но дрожь понемногу добирается до колен... Атмосфера страха и необычных ощущений пронизывает каждую клетку тела. Такой внимательный, отчасти задумчивый, и, особенно, настойчивый, взгляд небесных глаз. Острые черты лица, выделяющиеся скулы, светлая ухоженная кожа и выделяющийся на фоне неаккуратный шрамик... – Ты же не выдашь меня, Дарья? На слова отваги то и не хватало, и вообще на звуки. – Даша? Несколько резких движений головой влево-вправо смотрятся крайне неестественно со стороны хрупкого человека, что видимо, развеселило похитителя. – Алексей, будем знакомы, – он протягивает рельефную ладонь вперед, открыто насмехаясь. К чему всё это?! Что происходит?! – Ну же, Даша, не стесняйся, я не кусаюсь, – улыбка, скрытая за ладонью. Такой странный жест для грабителя... Только сейчас Даша замечает, что вторая рука Алексея находится за его спиной. Ужас пробирается глубоко в голову, и внутри что-то щёлкает. Теперь... режим самосохранения властвует над всем её разумом и телом. И куда это её приведет только Чёрту известно. Несвойственная девушке смелость вырывается наружу с протянутой, в ответном жесте, рукой. – Приятно, Алексей, – совершенно невозмутимо, и даже с намеком на улыбку, отчеканивает новая знакомая. Глаза мужчины видимо увеличиваются. Всегда проще когда боятся... Он поспешно отворачивается, теперь вторую руку отчётливо видно. Необычное или по-другому говоря, неподходящее, оружие блестит на свете тусклых ламп. Desert eagle. Довольно необычно для мужчины столь хрупкого телосложения. Только сейчас, доходит осознание: Он может меня убить... но страх не следует за выводом, его просто-напросто нет. От чего-то грудь спирает, а слов не удаётся и прошептать. Задыхаясь от собственных эмоций она не может ничего совершить, предпринять. Безмолвное бездействие – всё что созерцает Дарья. А вот он не стоит столбом. Медленные, аккуратные, даже нежные, прикосновения потряхивающихся тонких длинных пальцев к обрамленному рамкой полотну; сосредоточенный взгляд и бегающие зрачки – нет, она этого не видит, но предполагает, на самом деле, не ошибаясь; соленая капелька, стекающая по идеально ровному лбу... Всё так подозрительно, невообразимо и чудно. Нормальный бы человек трясся всем телом как осиновый лист на ветру, кричал и умолял бы не убивать, а в редких случаях пытался бы и сбежать или позвонить в полицию, надеясь на спасение. Одно из двух – либо девушка бесстрашнее многих мужчин с рождения, либо она больна на голову, так как не воспринимает происходящее как опасную ситуацию. Глаза не по собственной воле закрываются, а сама девушка выпадает из реальности. Когда веки, спустя, как экскурсовод предполагала, минуты две, открываются, в помещении никого. Холод, порождённый промёрзлыми напольными плитами неприятно обжигает кожу. Внутрь закрадывается ложное ощущение будто это всего лишь игра, которую сыграл её темный разум, но отсутствие картины подтверждает произошедшее. В секунду, абсолютно каждую часть тела охватывает паника, гнев и незнание – всё единым комом падает на порядком напряженные плечи. Мокрые дорожки под глазами образовываются сами собой, делая глаза стеклянными, а губы судорожно колеблются, то приоткрываясь, то наоборот.

Шок

♤