В тихом омуте Нагито Комаэды.

Докурив, оба парня потушили окурки о стену и спустились к классу, но прежде чем зайти, Комаэда одернул друга: - Я отойду. Не дожидаясь ответа, Комаэда спустился в школьный туалет, запираясь в дальней кабинке. К счастью, было пусто. Он судорожно зарылся руками в волосы, рвано вдыхая воздух. Мысли путались в его голове: - Он знает, что ты в него влюблён, просто специально игнорирует. Неужели ты не понимаешь? Он из жалости продолжает общение с тобой, чтобы ты просто не откинулся и не было лишних хлопот. - Но зачем тогда он заходит за мной каждое утро? Зачем остается на ночёвки, готовит мне бенто? Почему он не может просто послать меня и прекратить причинять мне боль? Неужели он не видит, что мне больно общаться с ним? - Видит. Поэтому и общается. Он ждёт, когда ты устанешь бороться и просто наконец-то помрешь в канаве. Ну, и чего ты плачешь? Это всего лишь правда. - Мне больно. - Ты знаешь что делать. И после этого в голове стало пусто. Только звенящая пустота в ушах и мелкая дрожь, в перемешку с рыданиями на полу долбанного мужского туалета. Жалкое зрелище. Комаэда помнит о лезвии, которое спрятал в чехол под билет из театра, куда они ходили с Хинатой. Помнится приезжал крупный коллектив из соседней префектуры. Конечно, с ними был ещё почти весь класс, но главное то, что в ряду, где сидели все не хватало двух мест, поэтому друзья сидели у сцены вместе. А ещё Комаэда вдруг вспомнил, как Хаджиме дал почитать ему свою книгу и блондин, как умалишенный водил пальцем по каждой его карандашной заметке. Или как они отмечали в классе день рождения Ибуки и Хината был ответственным за заказ еды. Оказалось, что кроме их двоих никто не оценил пиццу с ананасами. Даже Акане и Бьякуя. И весь вечер друзей называли парочкой-извращенцев. А ещё Комаэда помнит, как они напились в первый раз на дне рождения Фуюхико у моря. Они лежали в обнимку и Нагито ужасно хотел курить, а сигареты закончились. Кузурю, хотел, было, предложить пачку, как вдруг его перебила Хиёко и сказала, что сигареты они получат, если поцелуются. И они поцеловались. С моря дул холодный ветер, на земле было сыро, но соседние губы были такими приятными, что руки сами неосознанно легли на талию, прижимаясь ближе. Сигареты они получили. Но на утро Хината совсем ничего не помнил, а Комаэда помнил всё. Как пьяный Хаджиме рассказывал, как любит Соду, Бьякую, даже эту Чиаки, с которой они так распрекрасно ладит. Но он ни слова не сказал про Комаэду. Он помнит. Каждое воспоминание отдавалось на коже кровавым рубцом. А за три года воспоминаний о Хинате у него было предостаточно. Благо длинные рукава темного худи прекрасно скроют это недоразумение. Он надеялся, что таким образом успокоится, но в мыслях было только одно: Как же ему хотелось, чтобы Хаджиме оказался здесь и крепко обнял его, успокаивая. Чтобы прижал к себе, поглаживая по спине и сидел рядом пока он не успокоится. Конечно, Нагито бы сказал, что жалок и что другу не стоит тратить время на такой мусор. Но ощущение собственной ничтожности все равно было бы в разы лучше чувства одиночества и отчаяния. Когда ты абсолютно один на холодном полу блядского туалета и абсолютно никому нет до тебя дела. Лучше бы его удача отвернулась от него на момент поступления. Так они никогда бы не познакомились. Так Комаэда никогда бы не испытал этой боли. День ото дня эта мысль все чаще терзает счастливчика . В это время начался второй урок и Хаджиме начал волноваться. Фуюхико вот уже десять минут как сидит в классе, а его друга всё нет. Вздохнув он вырвал тетрадный лист и начал выводить сообщение Кузурю. -Где Нагито? - он решил, что этого достаточно и перекинул бумажку назад. Хината обернулся и заметил, что светловолосый ухмыляется, отвечая на сообщение. Через пару минут к нему вернулся листок. -Не знаю. Раз так волнуешься может поищешь его? И Хаджиме, чёрт возьми, помоги уже Нагито с его нарезделенкой. - Блять. Серьёзно? Дыши, Хината, дыши. Вдох-где носит этого ебанного комаэду-выдох-как я блять ему помогу-вдох-блять-вдох. -Извините, сенсей, можно выйти? - произнес достаточно громко парень, подняв руку. Увидев кивок он пулей вылетел из класса и сперва побежал в медпункт, однако Нагито там не оказалось. Тогда он выглянул в окно - в школьном саду они частенько коротали время, но сейчас там пусто. Уже задыхаясь от долгого бега, шатен плелся по лестнице на крышу. Он перевел дух, чтобы не выдать свое беспокойство и открыл дверь. На него уставилась пара изумленных глаз, которая явно не хотела быть замеченной с сигаретой во рту. - Парень, ты меня не видел - я тебя не видел. - произнес человек с пальмой вместо прически. Он выглядел слишком взросло для ученика старшей школы и больше походил на учителя. - Заметано, если вы мне поможете. Здесь не было худого бледного парня с белыми волосами? - в ответ только качание головой. Чертыхнувшись, юноша спустился и решил умыться. Для этого он направился в туалет. Первое, что он услышал войдя - редкие всхлипы. Следом за его спиной открылась дверь и до боли знакомая рожа хлопала себя по щекам, пытаясь прийти в себя. Заметив шатена, парень округлил свои глаза, разжимая ладонь, которая что-то сжимала секундой раньше и послышался звон удара железного лезвия о кафель. И тут Нагито понял, что он не просто в заднице, а в самой её сердцевине. - Объяснишься? - явно закипая начал Хаджиме. Его ахог, казалось, задергался. - Мне нечего тебе объяснять. - ах, мы решили повыкобеливаться. Нет, ну Хаджиме ради него пол школы оббегал, сбегая с геометрии с которой и так проблем не оберешься, а он ещё и выпендривается. Устав терпеть, шатен силой толкнул беловолосого к стене, руками преграждая путь к отступлению. - Что с тобой происходит? - Хината пододвинулся ближе, будучи в паре сантиметров от лица друга. И тут он заметил, как щеки оного заливаются румянцем. А вместе с ними и уши. На такой бледной, словно фарфоровой коже это было очень заметно. Парень чувствовал, как дыхание одноклассника стало реже, словно остановилось, а его серые глаза, что сейчас смотрели на него снизу вверх будто помутнели. Так близко он подмечал разные детали на его лице. Например, светлую ресничку, которая упала на багровую щеку. Глаза же были красными, но от слез. Такая краснота совсем не шла счастливчику. Парню было больно от того, что его близкий друг был в таком ужасном состоянии абсолютно один в этом ублюдском туалете, а Хаджиме поздно пришел. Вот что он успел с собой сделать? Мысли переполняли юношу, когда он заметил, что от удивления Комаэда приоткрыл свои тонкие бледные губы. Светловолосый мелко дрожал всем телом, взгляд его был не то испуганный, не то... Хината не мог подобрать слов, чтобы описать этот взгляд. На ум лезли только кадры сопливых фильмов, где таким взглядом смотрят влюбленные друг на друга, ожидая поцелуя. Бред. Шатен с ума сошёл. Однако, сам того не ожидая, он смягчился. - Пожалуйста, давай поговорим. Я хочу разобраться в тебе и твоих переживаниях. Не выдерживая эмоционального давления из-за такого положения, Нагито попытался оттолкнуть друга, который был значительно сильнее его самого. - Разберись сначала в себе. - Чего? - Комаэда воспользовался замешательством одноклассника и прошмыгнул мимо, выбегая из туалета. Хината тут же бросился следом, однако прозвенел звонок и люди начали выплывать из кабинетов, мешая ему пройти. Шатен тщетно пытался протиснуться через десятки человек в узком коридоре. Как назло именно эта перемена была обеденной, поэтому выходили почти все. Скользя от одной стене к другой, зеленоглазый понимал, что потерял много времени. А когда он наконец добрался до класса, Фуюхико взглядом указал ему на парту счастливчика, которая была пуста. Не было и сумки. Сбежал. - Блять.