Карточка

      Чжун Ли всегда наслаждался своей размеренной жизнью, которая текла спокойно, словно тихая река. В его жизни не было особых взаимоотношений, лишь обычные знакомства, не имевшие крепкой связи.       Его радовал восход яркого солнца и успокаивал алый закат, уходящий куда-то далеко. Он любовался цветами, по чьим лепесткам стекала утренняя роса. Их необычный вид и разные мифы всегда интересовали его ум, и Чжун Ли мог часами наблюдать за тем, как они меняют свое поведение при разных обстоятельствах. Некоторые цветы, как он замечал, отворачиваются от злых людей и льнут к добрым, чистым душам.       Работа в похоронном бюро отдалила его от обычных людских радостей, хоть его и очень уважали в кругу знакомых. Глубокие знания в архитектуре, истории и других тонкостях мира делали его эрудированным человеком. Все здоровались с ним и быстро уходили, оставляя его в одиночестве. А ему было все равно. Если он всю жизнь был один, то смысл ему меняться сейчас?       Ему было проще в своем кабинете в окружении книг, документов, слушая приятное радио, по которому шла одна и та же программа, выученная назубок. И это была, в принципе, его самая продвинутая техника, не считая старого и древнего телефона, на который ему звонили лишь по делам.       Ему даже говорили, что он старик в молодом теле. Стиль одежды, прическа, манера поведения — все выдавало в нем занудного интроверта. Золотые глаза всегда сочетались с его одеждой. Черные волосы, закреплённые в тонкий хвост, часто путались под руками, но ему даже нравилось это. Чжуну Ли не нравилась эпоха, в которой он родился: его всегда привлекала древность, где не было новых технологий, пытавших сломать ему голову, хоть он и признавал их полезность.       И, как ни странно, он даже не имел электронный счёт, довольствуясь лишь одной наличкой. Так было проще и безопаснее, чем хранить свои сбережения невесть где. Тем более ему доставляло удовольствие слушать звон монет в своем исписанном золотыми нитями кошельке.       В его кабинете всегда было неизменно, словно его хозяин и сам остановился в своем прогрессе. Все было покрыто небольшим слоем пыли, кроме книжных полок, куда он часто заглядывал. Огромный деревянный стол был посередине комнаты, заставленный бумагами и грязными кружками из-под чая. Он не был небрежен, просто слишком занят делами бюро.       В тот день, когда в его кабинет ураганом ворвался молодой человек, было тихо, солнечно, все как обычно. Чжун Ли мирно попивал чай, наслаждаясь своей жизнью как всегда.       Внезапный стук, и дверь резко распахнулась, громко ударившись об стену. Даже не вздрогнув, брюнет посмотрел спокойным взглядом на нарушителя тишины, кем оказался молодой рыжий парень, одетый в молодежную, но стильную одежду. Его лицо озаряла задорная улыбка, а голубые глаза блестели, словно сапфиры на свету.       Следом за оглядывающимся по сторонам парнем вбежала его подчинённая, запыхавшаяся от бега. — И-извините, господин Чжун Ли, я не смогла его остановить, — миловидная девушка запиналась, ощущая себя не в своей тарелке в старомодном кабинете, пока неизвестный парень вальяжно осматривал помещение, будто в поисках чего-то. — Ничего страшного, лучше скажи, что это за человек? — его холодные и уставшие глаза украдкой смотрели на незнакомца, ухмылявшегося, словно кот. — Ох, прошу прощения за свои манеры. Меня зовут Тарталья, но можете звать меня Чайльд, как вам будет угодно, — даже слегка поклонившись в качестве приветствия, он быстро заправил выбившуюся прядь обратно за проколотое ухо, с удовольствием наблюдая за непонимающим и каменным лицом. — Ну же, господин Чжун Ли, не будьте таким букой. Я, все-таки, ваш будущий партнёр по работе.       Ритуальное бюро «Ваншэн» всегда славилось за свою невероятно тонкую работу, вызывавшая восхищение многих. Но с бюджетом было всегда напряжно, особенно учитывая политические и экономические проблемы страны. Глубоко задумавшись, Чжун Ли в умиротворение закрыл глаза, но в мгновение одарил работницу злым, неприступным взглядом. — И-извините, что не предупредила вас! Я действительно не знала, что представитель Северного банка приедет именно сегодня!       Пока девушка сыпала миллионами оправданий, Чжун Ли снова посмотрел на Чайльда. «Слишком молодой, лет двадцать с чем-то», — подумал он, глядя на то, как парень рассматривает его антиквариат, купленный на недавнем аукционе без единой потраченной монеты. — Я бы предпочел не трогать это, — его тихий, но твердый голос быстро достиг внезапно дернувшегося Тартальи, и рыжий молниеносно убрал палец от вазы, но та все равно упала с треском. Из нее выпали сушеные цветы, которые имели высокую цену, но те рассыпались в прах. Жестом показав удалиться сотруднице, Чжун Ли предложил сесть будущему партнёру, хоть и мысленно задушил его уже два раза. — Чаю? — Чайльд отрицательно покачал в ответ, облокотившись об свою ладонь. Тонкие черты лица обрамляли небольшие шрамы, сильно выделявшиеся на фоне его кожи. Его скучающий взгляд останавливался на каждой вещи в кабинете, что немного раздражало брюнета. В довершение Тарталья на несколько секунд уставился на его, как бы изучая любую мелочь. — Старое, — все, что он сказал, за последние несколько минут. От этого у Чжуна Ли нервно дернулся глаз, но не показал никакого разочарования. — Может вы перестанете рассматривать мой кабинет и приступите к делу? — ему некогда было развлекать гостя, тем более нежданного. — Время неумолимо движется вперёд — каждая секунда на счету. — Ну точно, старик, — нахальный с нотками дерзости голос прервал его, и Чжун Ли лишь сильнее стиснул пальцы. — Слушай, мы не раздаем свое покровительство налево и направо. Наше спонсирование очень ценится, если ты не знал. Тебе лучше заинтересовать меня, чтобы получить нужные вам деньги.       Чайльд потёр пальцами, показывая, что у него очень много денег, словно желал подкупить его. Но, хоть брюнет и ценил материальное обеспечение, не считал его объектом счастья. — Мне без разницы, сколько у вас денег. Либо вы выкладываете условия сделки, либо уходите из моего кабинета и ищете себе новую игрушку для развлечений, — таких наглецов, как он, брюнет видел не мало. «Золотая молодежь», так их называют. — Ого, дерзко, — его скучающий вид быстро сменила игривость и улыбка, — не каждый день мне говорят такое в лицо! Хорошо, вы мне нравитесь. Заключим договор, — пока Тарталья доставал что-то из рюкзака, он тихо добавил: — Вы не такой, как другие, странно…

***

      Прошло всего несколько недель, но Чайльд ежедневно приходил к нему в кабинет и рассказывал про все, что угодно: как он выбивал деньги с должников, как поживают его братья и сестра, а также о делах бюро. Чжун Ли молча слушал, занимаясь другими делами.       Он не знал, о чем поговорить и что сказать. Все его темы будут скучны для молодого человека, как он. Выдохнув, Чжун Ли посмотрел на Тарталью: почему он до сих пор приходит сюда? Брюнет не был главой бюро, так, обычный консультант. — …и потом я… — рыжий резко остановился, ловя на себе тяжёлый взгляд золотых глаз. Они были такими глубокими, но пустыми, словно стекло. — Погоди, ты до сих пор злишься за ту вазу? — Что? — Ну та ваза, которую я разбил при встрече. Ты выглядел такииим злым, — он попытался изобразить его лицо в то время, и впервые за долгое время комната услышала смешок хозяина. Чжун Ли улыбнулся, наблюдая за театром одного актера. Впервые увидев его улыбку, Чайльд легко покрылся румянцем, но молниеносно полез за телефоном, включая его. За это время он успокоился и решил наконец возместить ущерб. — Скажи номер своей карты, я переведу тебе нужную сумму. — У меня нет карты. Я считаю это нерациональным.       В этот момент Тарталья понял, что встретил самого умного и глупого человека на свете. И, черт возьми, это привлекало ещё сильнее.

***

      В тот же день Чайльд отобрал все наличные деньги Чжуна Ли и вручил маленький прямоугольник с рисунком кита. — Это моя карта, будешь пользоваться ей, пока не сделаем тебе твою, — это выглядело очень глупо со стороны. Он, будучи младше брюнета, не подозревал, что разрыв в их понимании мира даже больше, чем тысяча лет.       Чжун Ли осторожно вертел пластиковый прямоугольник, не зная, как ей пользоваться. — Как такая маленькая вещь хранит деньги? Они же там не поместятся.       Тарталья успел десять раз отправиться на тот свет, пока объяснял, как работает карточка. Но задуманное выражение брюнета, его хмурые брови, глубокий взгляд — все отвлекало от главного. Это было приятное чувство. — Хм, теперь все понятно. Вот как они работают… — закрыв глаза, он ещё раз все обдумал, и Тарталья наконец-то выдохнул: все, прощай звонкая мелочь, да здравствует электронная карта! Но все его радости не долго длились: — но не мог бы ты вернуть мою мелочь и кошелек? — Чего? Но я тебе десять раз объяснил, чем такая вещь полезнее для такого старика, как ты! — его логика была недоступна для него. Словно заблокированный путь, прерываемый огромным каньоном. Но если это не испытание, то что? — Хоть я и стар духом, я предпочту свое родное, чем неизвестное чужое.       Отдав ему в руки карту, Чжун Ли развернулся и ушел.       Но Чайльд не мог принять такой позорный проигрыш этому отсталому в технологическом развитии старику. Если смог приучить к смартфону, то и этого добьётся. «Ничего, я приучу тебя к карточке», — злобно заключил Тарталья, набирая номер подруги.

***

      В тот день пришло крупное дело, к которому надо было серьезно отнестись. Сотрудники как всегда скинули работу на него, прикрепив милую и блондинистую девушку, которая начала подрабатывать здесь. Люмин, так её зовут, с радостью решила ему помочь, наслышавшись о его репутации в городе. Ну и решила помочь Тарталье, которому давно проиграла в карты. «Слушай, помоги моему другу с деньгами: он совершенно не умеет пользоваться картой, так что просто сделай свою работу и ходи с ним. Такого старика, как он, нельзя оставлять», — все, что он сказал. — Люмин, как тебе эти цветы? — мягкий голос отвлёк ее от мыслей, и она обратила внимание на глазурные лилии. — Просто взгляни, какой цвет, а тем более аромат. Они явно стоят своих денег. Я беру.       Пока продавец укладывал цветы в корзину, Чжун Ли с обожанием достал свой кошелек, надеясь услышать звон монет, но не послышалось ничего. С тревогой, что его могли ограбить, брюнет открыл кошелек, но обнаружил там лишь ту карту с китом и бумажку, на которой были начирканы цифры.       «Я — твой драгоценный партнёр, не забывай об этом. Сам того не замечая, ты открыл мне свой мир, так и я хочу показать свой. Пора приучать тебя к миру технологий. Люмин поможет. С любовью, Чайльд», — вот и вся записка с неаккуратно улыбающимся смайликом в конце.       Все-таки, этот дурак решил играть до конца. Внутри внезапно потеплело, словно там разожгли небольшой костёр. Он даже не заметил, как покраснел, пока Люмин не дернула его за рукав. Прикрыв ладонью красные щеки, брюнет быстро спрятал записку от её глаз. — Мистер Чжун Ли, с вами все в порядке? Продавец ждёт… — Не волнуйся, я сейчас все оплачу.       Но про себя тихо добавил: «Пора двигаться дальше, следующая цель — Тарталья».