Есть закурить?

Как думаете, чем заняты участники самой известной k-pop группы во втором часу ночи после концерта, длинной почти в сутки? Тем более в новогоднюю ночь? Нет, не спят, как убитые, и даже не сидят тихо около ёлки, устало переговариваясь. Мировые звезды, краши девушек сейчас сидят (а точнее сказать, танцуют) и бухают. С колонок играет последний их альбом, по телевизору который час идут старые рождественские фильмы. По середины комнаты в номере Намджуна поставлен огромный стол, на котором разные салаты, закуски, и, конечно, алкоголь. И газировка для макнэ.  — Чимин-и, буду безумно благодарен, если нальешь мне немного шампанского, — шепчет Чонгук. — Я всё слышу, — отзывается Тэхён. Не смотря на то, что Чону уже за 20, хён все так же не разрешает ему пить. Что сказать, у всех в группе свои странности. Чимин закатывает глаза и перемещается на диван, дабы не слышать пререканий хёнов и пьяные крики старших. От алкоголя начинает тошнить, как и от слишком громкой музыки. Пак который раз корит себя за то, что согласился пойти. «Безобидно ведь все начиналось, — морщится брюнет. — Надо было свалить еще тогда, когда были готовы Джин и Хосок! Спал бы сейчас спокойно, как Юнги, а утром не страдал от похмелья…» Точно! Пока голова соображала, надо идти к Мину. В худшем случае рэпер пошлёт его и отведет в номер, бормоча о вреде алкоголя и безответственности молодёжи. Даже если так, лучше попытаться, чем бухать с парнями. Под ругань Чона и Тэ и пьяные песни Сокджина — пел он, кстати, довольно неплохо — Пак встал, чуть не упав от резкого головокружения и поковылял к выходу. Пропустил он всего пару рюмок, поэтому опьянение пока что не чувствовал. Но, как утверждал Хосок, это ненадолго. Бутылка хорошего виски всё исправит. Чимин поднялся на этаж выше и постучал. Из-за двери негромко послышалось низкое «Входите, не заперто». Пак просочился в номер и заметил рэпера около открытого окна. В лунном свете Юнги выглядел каким-то нереально бледным, будто светящимся. В отличии от остальных, Мин обитал в маленькой однокомнатной квартирке, заботливо снятой менеджерами на время тура. Это было в его стиле — не очень большие, светлые и уютные жилища. Пак подошел к старшему. Тот едва заметно вздрогнул. Окинул брюнета колким взглядом, а затем взял за руку и вывел на открытый балкон. Младшему было не очень комфортно смотреть вниз с 13 этажа, но, стоит признать, вид открывался прекрасный. Огни отелей, небоскребов, заснеженные дороги, украшенные улицы. Где-то грохотали салюты. Чимин начал догадываться, как у Мина получается писать глубокие, затрагивающие душу стихи. — Красиво, правда? — прервал тишину блондин. Пак коротко кивнул. Он невольно отметил, что Юнги чертовски шёл блонд, в который рэпер недавно перекрасился, не смотря на отговорки хёнов. Мин достал сигареты и сделал затяжку, прикрыв глаза. — Есть закурить? — неожиданно спросил младший. Юнги посмотрел на него и округлил глаза. — Вижу, алкоголь на тебя еще не подействовал? — В каком смысле? — не понял Пак. — Ты бросил курить несколько недель назад, — усмехнулся Мин, протягивая парню сигарету. — Не увлекайся. Брюнет благодарно кивнул и сделал затяжку. Хоть он пытался поддерживать ЗОЖ, иногда закурить хотелось до потери сознания. Еще раз затянувшись, Пак перевел взгляд на блондина. Тот смотрел куда-то вдаль невидящим взглядом. Хоть Юнги любил хёнов, близко он подпускал только Чимина. Да и дерзкий характер рэпера мог терпеть толко Пак. — Парни ещё долго собираются праздновать? — перевёл взгляд на парня старший. — Думаю, пару часов точно. — Чимин завороженно смотрит на подсвечиваемые лунным светом волосы парня. — Отлично. — взгляд старшего вдруг становится хищным. Он подходит вплотную. — Чимин-и, — протягивает Мин, пожирая парня напротив взглядом. Пак в недоумении смотрит на друга. Может, выпил? Перекурил? Или же…? — Чимин-и, а ты знал, что тебе очень идет темный цвет волос? — блондин наклоняется к младшему. — Так возбуждает, — прямо в ухо, покусывая мочку. Секунда, и Юнги накрывает своими губами губы Чимина. Пак не успевает среагировать, и Мин углубляет поцелуй, облизывая губы, соприкасаясь с языком парня. Младший неуверенно отвечает. Тихо стонет в поцелуй. Юнги прекрасно целуется. Мин приподнимает его за талию, отстраняясь. Пак расстроенно мычит. Ему мало. — Хочешь продолжить? — томная улыбка. Не дожидаясь ответа, старший утаскивает Чимина обратно в номер, роняя на кровать. Все происходит быстро, как в тумане. Блондин покрывает поцелуями шею младшего, приподнимая футболку. Пак чувствует холодные тонкие пальцы, выводящие узоры по его животу, сжимающие соски. Чувствует упирающийся в его бёдра чужой стояк. Да что уж врать, Чимин сам хочет. Хочет грубого, порой вредного парня. — Не медли, — умоляет младший. Мину дважды повторять не надо. Быстро снимает с него ненужную одежду, затем раздевается сам. Покрывает поцелуями бедра. Затем входит двумя пальцами. Резко, без предупреждения. Пак шипит от боли, прогибаясь. — Потерпи, — шепчет блондин, сминая член младшего, чтобы отвлечь его. Добавляет третий палец. Целует парня. Горячо, страстно. Чимин смахивает с уголок глаз слезы. Терпит. Юнги резко отстраняется. Пак сначала смотрит на него с непониманием, но потом нервно сглатывает, когда старший берет с тумбочки смазку и презерватив. Будто специально, медленно натягивает резинку, затем берет пальцами смазку. — Юнги-я… — Чимин не успевает договорить. В него входят. Не резко, но все равно болезненно. Узко. — Чимин-и, ты девственник? — тихо спрашивает старший. Брюнет мелко кивает. Дав ему привыкнуть, Мин выходит и уже не так резко входит на всю длину. Чимин цепляется пальцами за простыню, насаживаясь на чужой член. — Быстрее, — выдыхает он, и по комнате проносится протяжный стон. Старшему второй раз повторять не нужно. Он задает более быстрый темп, наслаждаясь сладкими стонами. Чимин бедрами сжимает талию старшего, выдыхая его именем. Затем раздается стон блондина, но более низкий, сладостный. Они одновременно кончают, как в каких-то дешёвых порнофильмах. Тело младшего мгновенно обмякает. Мин ложится рядом с ним, легко целуя в висок. Если бы Чимину кто-нибудь сказал, что он будет трахаться с хёном в его номере, пока бухие друзья отмечают Новый год — он бы не поверил. Но сейчас, рядом с Юнги, который мурлычет, как кот, перебирает тёмные пряди младшего, шепчет глупые слова нежности, он готов поверить во всё.