Даруй мне своё тепло

***

      Ближе к закрытию кафе компания начала расходиться. Никита с Катей поспешили сразу вызвать такси, чьему примеру последовали и Сукуна с Юджи. Заваливаясь на заднее сидение такси, математик прикрывает глаза, чувствуя, как клонит в сон от выпитого. Однако кое-что заставляет его очнуться, а именно сонный юноша, который нагло завалился на плечо старшего. Хотя тот и не был против, потому продолжал молча наблюдать за дорогой. Проезжая мимо знакомых улочек, он невольно заглядывается на новогодние декорации, прежде чем задумывается о грядущем празднике. Он всё ещё не знает что подарить мальчику на Новый год и помышляет спросить Диану, ведь та, как никто другой знает мальчишку. Время в собственных раздумьях пролетело быстро и Рёмен даже не успел заметить, как машина въехала во двор. Ему не особо таки хотелось будить парнишку, но и дотащить не получится, ведь он сам еле стоит на ногах. Несильно тормоша подростка за плечи, учитель слышит недовольное бурчание и усмехается, наклоняясь к уху младшего: — Котёнок, нам ещё нужно дойти до квартиры, — и, к счастью, реакция не заставляет ждать.       Мужчина расплачивается за такси и выходит вслед за сонным школьником. Они каким-то образом механически поднимаются и входят в квартиру. Старший кое-как стягивает куртку с себя, помогает Итадори раздеться и сам идёт в душ. Снимая с себя лишнюю одежду, Рёмен ненадолго задерживается на джинсах, пытаясь избавиться от ремня. Неожиданно и без стука в ванную комнату вламывается сонный подросток, и лишь только когда перед мальчишкой предстаёт полуобнаженный математик, то понимает, что где-то он всё-таки проебался. Юноша успевает разглядеть подкачанный торс мужчины, что было слегка непривычно, также заостряя внимание на крепких руках, прежде чем с визгом и громкими извинениями выбежать из комнаты. Весь покрасневший парень бормочет что-то матерное и спешит к себе в комнату, падая на кровать и накрывает одеялом своё красное лицо. Он слышит лишь возню в ванной комнате, а затем включение воды, что вызвало облегчение. Было немного стыдно, ведь подросток даже не постучал перед тем, как войти. Он опомнился только тогда, когда послышался скрип двери в ванную, а следом шаги. Ему почти показалось, что про него благополучно забыли, однако в комнату входит уже одетый Сукуна и усаживается на край кровати. — Ты, наверное, тоже хотел принять душ? Прости, я не подумал, ещё и дверь забыл закрыть, — Юджи недоумённо приподнял брови и уставился на огорчённого мужчину. — Вообще-то это я должен извинятся. Стоило постучаться. К тому же я в чужом доме и веду себя так бесцеремонно… — Мой дом — твой дом, — тянет преподаватель, на что Итадори усмехается. — Это странно звучит, — стягивая одеяло с головы, мальчик поворачивается в сторону учителя и вновь залипает на слегка влажные от недавнего душа волосы, точёные черты лица, такие нереально привлекательные и тёмные омуты. Такие тёмные, что страшно погрязнуть, хотя при свете наоборот становятся ярче и светлее, а вблизи радужки можно заметить узор, будто корица, выложенная вокруг чёрного зрачка. На губах Рёмена играла лёгкая улыбка и было заметно, как тот устал, но это его не беспокоило. Юджи невольно залюбовался мужчиной в тусклом свете луны, а тот, в свою очередь, предпочитал разглядывать младшего, запоминая все мелочи юного личика.       Первым тишину прерывает Сукуна, молча поднимаясь с кровати и идя куда-то прочь из комнаты. Мальчишка уже думал, что тот удалился окончательно, как вдруг математик неожиданно появился в комнате с подушкой в руках. Подросток непонимающе похлопал глазами. — Двигай свой зад, — кидая подушку рядом с чужой, мужчина заваливается на кровать к младшему и тяжко вздыхает, — Я чертовски устал, — бормочет он куда-то в подушку. — И как объяснить то, что вы сейчас лежите в моей кровати? — школьник поджимает под себя одеяло, непонимающе наблюдая за учителем. Тот поворачивает голову в сторону Итадори и улыбается. — Мне так удобнее, — тянет Сукуна. — А про меня не подумали? — Если хочешь, я уйду, — хмыкает старший, подминая под себе подушку, глядя на юношу из-под полуприкрытых век.       Юджи на это ничего не отвечает, лишь фыркает и кутается в одеяло, всё же оставляя часть для незваного кроватного гостя. Они так и засыпают, не промолвив и слова.

***

      Просыпаться с чувством слегка неприятного привкуса на языке было тем ещё удовольствием, однако всё сглаживал довольно прилипчивый кот по имени Юджи, который оплёл всё тело старшего своими конечностями. Кое-как выбравшись из цепких лап зверинца, Сукуна следует в ванную с огромным желанием почистить зубы, что он, собственно, и делает. Как только мужчина закончил с водными процедурами, он ретировался на кухню, где на настенных часах было указано девять утра. Рёмен довольно рано проснулся, вероятно, из-за привычного режима сна. Однако небольшие мешки всё же залегли под выразительными «чёрными» глазами, добавляя некий шарм к его образу. Волосы растрепались во время сна, потому он лишь небрежно зачесал непослушные пряди влажной ладонью и поставил на плиту турку — именно сейчас хотелось вкусного варёного кофе. В холодильнике всё ещё оставалась еда, потому, решив позавтракать уже вместе с младшим, Сукуна уже с кофе идёт в свою комнату, где усаживается за рабочий стол, открывает ноутбук и ищет что-то во вкладках загруженных файлов.       Юджи просыпается намного позже математика, который успел закончить все дела, проверив отчёты и контрольные подопечных учеников. Сонно зевая, мальчишка проходит в комнату к учителю, предварительно постучавшись по деревянному косяку. Рёмен мгновенно обратил внимание на парнишку и улыбнулся. — Доброе утро, соня, — хмыкает мужчина, откидываясь назад на спинку кресла. — Я не выспался, — бурчит юноша, вновь зевая. — Ты проспал почти десять часов. — И что? — в ответ послышался только тихий смешок, после чего старший закрыл крышку ноутбука и направился в сторону подростка. — Пойдём завтракать, — Сукуна проходит мимо Итадори и, прежде чем уйти на кухню, нежно треплет его и так спутанные волосы. Школьник послушно следует за учителем, уже не обращая внимания на проявления ласки(?) старшего. И всё же, что он хочет сказать своими действиями? Иногда этот вопрос мелькает в мыслях задумчивого подростка, однако ответ на него найти не может. Возможно, предполагает, но эти самые догадки его уж очень пугает. К тому же с чего бы парень симпатизировал математику? От этих мыслей щёки невольно краснеют, а взгляд опускается в пол. Юджи усаживается за стол, ожидая Рёмена, который разогревал завтрак. Кивнув в знак благодарности, уже когда перед ним поставили тарелку с едой, мальчик приступил к трапезе, параллельно поглядывая на мужчину. — Мы давно не занимались, нужно повторить материал, — говорит Сукуна, отпивая из чашки тёплый чёрный кофе. Мальчишка не очень-то довольно бурчит, но съедает всё до последней крошки, после чего идёт мыть посуду. — На носу Новый год, а вы…ты опять про свою учёбу… — Я делаю это ради твоего же блага. Не мне ведь сдавать экзамены. — Эх, жаль… — Вредина, — усмехается старший, подойдя к юноше со своей уже пустой тарелкой. — Ставь, я помою, — рычит мальчишка, — И я не вредина, просто вы слабак! — Это я слабак?! — Угу! — активно кивает Итадори, перенимая грязную тарелку из рук учителя, — Не можете справится с обычным подростком! — Просто этот подросток ведёт себя как дитя малое, — бормочет Рёмен, за что обильно получает брызгами в лицо, — Хэй!

***

      В порыве найти себе какое-нибудь занятие, Сукуна плюхается на кровать и вздыхает. Хоть сейчас бери и вылизывай дочиста всю квартиру, но та и так была вполне убранной, не беря в счёт комнату младшего, которая была отдельным мирком во всей вселенной этой квартирки. Ещё утром он вновь задумался о том, что можно было подарить Итадори на праздник и, к большому счастью, в голову пришла довольно отличная мысль, потому завтра стоит съездить в торговый центр и определится с выбором. А пока он заскучало ворчит что-то под нос, пересчитывая узоры на стенах. — Что, заняться нечем? — в комнату входит подросток, вытирая влажные после мытья посуды ладони и ухмыляется. — А ты можешь что-то предложить? — Я предпочитаю сидеть дома и ничего не делать. — Фу ты скучный, — морщится мужчина, на что парень закатывает глаза и идёт обратно на кухню, где оставляет полотенце на крючке. — Делай что хочешь, — фырчит Юджи, проходя в комнату к учителю и по-хозяйски усаживается на кровать, беря в руки пульт от телевизора. — Иногда я сомневаюсь, что это моя квартира. — Вот и правильно, — открывает тот обзор на слегка острые клыки, и математик невольно засматривается на улыбку школьника. Юноша что-то увлеченно перебирает на экране телевизора, прикусывая язык, кончик которого слегка высунут наружу. — Временами меня забавляет твой нрав, — хмыкает старший. — Боже, мог придумать что получше! — Хорошо, в частности конкретно ты выглядишь забавно, а ещё глупо, — в конце добавляет преподаватель, подминая руки под голову. — Ну спасибо. — Что? — А вы постоянно выглядите как какой-то типичный чувак с обложки глянца, аж бесите. — Я восприму это, как комплимент, — на экране высветилась подборка серий заезженного фильма «Один дома», который Сукуна смотрел уже с десяток раз. Переведя взгляд снова на подростка, который сидел к нему спиной, мужчина заметил, что что-то не так, а конкретно цвет шеи и ушей. Возможно, ему кажется, но те окрасились в пунцовый оттенок, и осознав реакцию мальчика, математик победно усмехнулся. — Мы будем смотреть это и никаких возражений, — Юджи двигается назад, находя себе подушку и роняет голову на мягкую поверхность. — Как скажешь, — учитель подвигается выше, укладываясь на вторую подушку рядом.       Они потратили почти целый день на просмотр всех серий фильма, но по итогу один из них уснул уже на третьем, а именно Рёмен, который до того проснулся первым рано утром. Итадори заметил это только когда тяжёлая рука переместилась на его талию и прижали к себе. Такие действия поистине вызвали у мальчика лёгкий шок, но в то же время и возмутили. Всё же, решив не будить старшего, он продолжил мусолить излюбленный фильм, постепенно перемещая ладонь на тёмно-русую шевелюру мужчины, который сквозь сон тянулся к приятным касаниям.       Как только с последними двумя частями было покончено, юноша перестал понимать что ему делать. За всё то оставшееся время просмотра после того, как математик уснул, тот и вовсе успел переместиться к мальчику на живот, словно сам являлся котом. И всё же такая реакция вызывала у младшего умиление и одновременно смущение. Конечно, это было очень неожиданно, к тому же они не настолько близки друг к другу. Да и вообще, кто они? Знакомые, друзья? Может Рёмен просто ждёт, пока парнишка выздоровеет и отправит обратно домой? Там, где его не любят и не ждут? Где желают избавиться от него как можно скорее? Он определённо туда не вернётся, а если и пойдёт, то только чтобы забрать вещи и свалить к чертям собачьим. А жить он найдёт где. Диана наверняка будет не против хорошего соседа, по совместительству лучшего друга на замену компании своего одиночества. И всё же, ему хотелось бы получить ответы на вышепоставленные вопросы, однако не обязательно сейчас. Юджи приспускается чуть ниже, делая так, чтобы голова старшего оказалась на груди и, улыбнувшись, прикрывает веки. Каким-то образом его очень разморил просмотр фильма. Скоро должен быть ужин, но сейчас всё хотелось оставить как есть, пока всё хорошо. Сон берёт верх и школьник поддаётся, засыпая прямо так, чувствуя как собственное сердцебиение отдаётся в ушах.

***

      Первым спустя буквально полчаса просыпается Сукуна. Усталость всё ещё преобладала из-за длительного сна, но что-то, вероятно, было не так. Дёрнувшись головой, первое, что он почувствовал, была рука в волосах. Глупо предполагать, что это кто-то помимо Итадори, ведь в квартире не было никого, кто бы осмелился так касаться мужчины. Вторым его тут же ввело в краску то, как именно он спал и где. Он не мог отрицать того факта, что ему правда было комфортно находиться на груди подростка, но и одновременно это пугало. Дёргано приподнявшись, преподаватель медленно положил руку подростка на его же грудь и аккуратно, пытаясь не скрипеть кроватью, обогнул сверху худое тельце в одолженной старой домашней футболке и спортивках. Задержав дыхание, Рёмен ещё разок кинул краткий взгляд в сторону младшего и ретировался в сторону кухни. Его удивило то, что он проспал аж до самого вечера. Возможно, на продолжительность сна повлиял сам Итадори, ведь обычно сон у него чуткий. Заварив себе чай, Сукуна решил приготовить незамысловатый ужин, состоящий из пасты с сыром и кусочками жареного мяса — до пробуждения младшего времени было предостаточно.       Когда готовка подходила к концу, Рёмен, слишком сильно задумавшись, вздрогнул от телефонного звонка в его комнате. Рванув туда, он быстро отвечает на звонок, не глядя на имя того, кто звонил, обернулся и, к счастью, обнаружил, что не разбудил младшего, который уже свернулся в комочек, приобнимая подушку. Покидая комнату, тихо прикрыв двери, мужчина поднёс трубку к уху. — Слушаю, — необъяснимо раздраженно отвечает Сукуна. — И я рада тебя слышать, — по ту сторону тихо хихикают. — Стоп. Диана? Какими судьбами? — настрой сменяется и математик идёт на кухню, чтобы наконец закончить приготовление ужина. — Вы не будете против, если я к вам заскачу через часик? Хочу отметить Новый год, завтра уезжаю, как-никак. Не с пустыми руками, конечно, — добавляет девушка в конце. — Боже, я не могу столько пить, — старший показательно хнычет, но на лице играет широкая улыбка. — О, а вы когда успели? — Да вчера встретились со старым другом и его девушкой, вот и отметили. — Встретились? То есть Юджи тоже был? — Сукуна кивнул, после чего понял, что Диана не может его видеть и подтвердительно промычал. — Мы немного выпили, а так в целом спокойно посидели. — Молодцы, — хмыкнула девушка, — И всё же, ты не ответил на мой первоначальный вопрос. — А, да, конечно, — оставляя всю грязную посуду в раковине, Рёмен выключает плиту и усаживается на стул около стола.       Они болтают ещё некоторое время, пока на кухню не входит сонный мальчик, потирая заспанные веки. Улыбнувшись такому милому зрелищу, мужчина встал из-за стола и сразу же включил чайник. — Я чай сделаю, — Итадори даже не подумал возразить, — Ладно, — уже обращается Рёмен в трубку, — До вечера, а то кое-кто только проснулся, — хмыкает старший и откладывает телефон в сторону. — Кто-то звонил? — усаживаясь на нагретое математиком место, Юджи поднял ноги и прижал колени к себе. — Диана, — отвечает преподаватель, засыпая в заварник листья зелёного чая. — Иногда мне кажется, что между вами кроется какой-то секрет… — Секрет в том, что она просто очень за тебя переживает, а с тобой связаться никак, — чайник негромко щёлкает, а из носика струится горячий пар. — Тц, — цокает мальчишка, укладывая голову на колени, наблюдая за математиком. Подолы футболки периодически приподнимались, оголяя нижнюю часть спины и открывая обзор на слегка смуглую кожу. Юноша ненадолго залип, пока наблюдал за плавными движениями учителя, и как только тот обернулся, сразу же отвёл взгляд, непроизвольно краснея. — Ты чего? — Рёмен ставит чай на стол, осматривая младшего. Тёплая рука касается лба, на что парень вздрагивает, краснея всё больше, — Температуры, вроде как, нет. Ты же только выздоровел.       Итадори не мог вымолвить и слова, чтобы хоть как-то оправдаться, потому просто тянется к чаю, в то время как рука старшего перемещается выше и начинает трепать русую шевелюру, аккуратно перебирая пальцами меж светлыми прядями. — Перестаньте… — Мы же договорились на «ты», — на лице играет лёгкая улыбка. — Прекрати так делать, — чуть тише бормочет Юджи, надпивая из чашки чай, но опешил, когда губ касается горячая жидкость. Видимо, забыл, что чай только сделали, — Ауч… Это всё из-за тебя, — Сукуна приподнимает одну бровь, наклоняясь к подростку так, чтобы их лица были на одном уровне. — Просто ты растяпа, — ладонь плавно переместилась на щеку, а взгляд на поджатые губы мальчишки, — Перестань кусать, — хмурится математик, переводя взор в растерянные карие глаза. — Я н-не виноват, что чай такой горячий, — фырчит школьник, — Хватит! Мне кажется, вы слишком близко, не находите? — Ладно, — отстраняя руки в примирительном жесте, Рёмен берёт свой чай, — К нам через час, кстати, Диана заглянет, — как ни в чём не бывало говорит старший. Парниша странно косится на мужчину, прикусывая обожженный язык. — С чего бы? — Она завтра уезжает, хочет отметить с нами хотя бы наступающий Новый год. — Ну пусть… — Я буду ехать в магазин, ты со мной? — Юджи задумался на пару секунд, после чего согласно кивнул, вставая с места, и направился в комнату.       Через минут пять, если не меньше, оба стояли обутые и одетые у входа, пока Рёмен копошился с дверным замком. Юджи тем временем поспешил вызвать лифт, дабы не задерживаться. Спускаются они в тишине, пока старший вынимает из кармана ключи от машины. Выходя из подъезда, Итадори не нарочно поскальзывается, но его успевают удержать за руку, чуть ли не падая вслед. Аккуратно дойдя до машины, параллельно проклиная зимнюю пору, школьник усаживается на переднее пассажирское, откидываясь на спинку сидения. Снаружи уже давно было темно, а дорогу освещали лишь фонарные столбы. Минусовая температура никогда не радовала подростка, но выбора у него как такового не было, приходилось мириться с ужасным климатом. На дорогу уходит минут десять, когда они подъезжают к большому маркету. — Я бы не хотел закупаться продуктами так рано перед праздником, но сегодня приезжает Диана, потому возьмём всё заранее.       Рёмен умело паркуется, после чего ставит авто на сигнализацию, подзывая за собой юношу, что кутался в куртку. Блуждая меж стеллажами и ещё пока заполненными полками, Сукуна хватает всё необходимое, в то время как младший лениво плетётся позади, высматривая что-то из вкусностей. — Ты прям как сонная муха, — смеётся мужчина, беря с полки какой-то соус. — Мне просто нельзя спать днём, иначе буду овощем, вот как сейчас… — Что ж, овощ, сходи-ка возьми сыра и колбасы, только хорошей, — кивнув, мальчишка неуклюже побрёл в сторону нужного отдела и уже вдалеке замечает странно знакомую фигуру. Не сразу обращая на это внимания, он тянется к упаковке какого-то сыра, который, как он помнил, был очень вкусным, но его ладонь тут же перехватывает чья-то чужая. — Юджи? — это было относительно давно, хотя прошло чуть меньше трёх недель, но тот день запомнился ему надолго. — Убери свои ебучие руки, иначе- — Иначе что? Ударишь меня? — подросток даже не пытается взглянуть на говорящего, чтобы узнать этот скрипучий голос засранца с того самого дня рождения Сатору младшего. — Если хорошенько захочу, то могу и ударить, — шипит он, одёргивая свою руку и прижимая к груди. — Тебя задержит охрана за нарушение порядка, ещё и в общественном месте, — хитро молвит парень, которого хотелось видеть где-либо в последнюю очередь. Юджи не успевает отодвинуться, как чужая рука касается его плеча, делая это в максимально дружелюбном жесте, однако парнише известно что конкретно кроется под этим дружелюбием. — В прошлый раз я тебе всё чётко и ясно сказал, так почему ты не можешь уяснить всё с первого раза, — рычит младший и хочет было ударить, как их нежелательный диалог прерывают. — Извиняюсь за то, что помешал вашей высокоинтеллектуальной беседе- — Не мешайте, пожалуйста, — голос миловидного Дзёго становится ниже, от чего у Юджи невольно подкашиваются ноги, но он всё же остаётся стоять. — Вообще-то мы пришли вместе, и это вы нам помешали, — между тем, мальчик замечает, что Сукуна весьма недоволен таким отношение к себе. К тому же беспомощный вид мальчика чем-то не понравился мужчине, который, вероятно, подоспел вовремя. — Прошу прощения, мы просто решили поболтать, — парень со странными, по мнению математика, волосами улыбнулся, — Так ведь, Юджи? — Хрена с два, извращенец, — мальчик бесится, и сейчас подвернулся шанс ударить в уязвимое место, а именно локтем в открытый бок Дзёго, который, в последствии удара, сжался. — Ух…ух ты, — улыбка всё никак не слезет с лица ублюдка, коим его считал мальчишка. — А теперь дай мне сделать то, что мне нужно и отъебись от меня, по-хорошему, — рявкает Итадори, забирая ту самую упаковку сыра и колбасу, которая и на вид, и по цене, выглядит многообещающе. — Это ведь не последняя встреча? В прошлым раз ты был довольно милым, — хихикает тот, когда Юджи делает лишь пару шагов от места встречи. Ладони его сжимаются в кулаки, и это замечает не только Дзёго, но и преподаватель, который всё оставшееся время раздражался от всей накатившей ситуации. — Ты ведь сам его провоцируешь. Зачем? — начинает притворно спокойно Рёмен. — Ох, как я его провоцирую? Неужто всё сказанное ранее неправда, котёнок?       Итадори будто вспыхивает, оборачивается и с яростью в глазах несётся на осмелевшего светловолосого парня, но его тут же кто-то хватает под руку и притягивает к себе, а конкретно математик, успокаивающе кладя ладонь на затылок. Юджи сжимает шуршащую ткань куртки, пытаясь отстранится, но движения кажутся рваными и неуверенными. — Успокойся, — тихо бормочет учитель так, чтобы Итадори его услышал, и тот вскоре и правда затихает, оставаясь в объятьях, — Слушай, ты вообще не вовремя подоспел, так что иди куда шёл и не мешайся под ногами. От тебя так и веет одними неприятностями, — обращается мужчина уже к тому парню. — Я ведь даже ничего ему не сделал. — Не моё дело что между вами произошло, но твоё отношение говорит за себя, шкет, — хмыкает старший, нежно поглаживая Юджи по волосам. — А-а-а, так вот кто тебя трахает? Неплохо, — Рёмен кипит. Ему осточертело разговаривать по хорошему, особенно когда собеседник не имеет рамок. Но прежде важна общая безопасность и его, и котёнка, кой сейчас дрожит то ли от злости, то ли от скопившихся в уголках глаз слёз. — Просто оставь его в покое, — выплёвывает математик, беря юношу под руку и ведя в ином направлении, подальше от идиота, который что-то кричал вслед.       Они отходят куда-то за стеллажи, где и останавливаются, прежде чем Сукуна слышит тихий всхлип. Он резко оборачивается, замечая текущие градом слёзы из глаз мальчишки и медленно, но уверенно подходит к нему. — Хэй, котёнок, ты чего? — старший обхватывает лицо юноши обеими ладонями, стирая мокрые дорожки слёз большими пальцами, проходясь под глазами. — Не надо так делать, — хнычет тот, прямо как маленький ребёнок, от чего у математика в груди что-то невольно сжимается и он тянется к лицу младшего, целуя того в лоб и вновь прижимая к себе. — Я не буду сейчас расспрашивать что произошло, но когда-нибудь потом нам стоит вернуться к этой теме, если ты, конечно, захочешь, — Юджи неуверенно кивает и жмётся в ответ. Стоят они так минуты с три, пока мальчик самостоятельно не отстраняется, стирая слёзы с покрасневших век. — У нас мало времени, — бормочет он, и Сукуна не может не согласиться, хотя он уже взял всё, что хотел. — Ты не хочешь чего-нибудь вкусненького? Котят нужно баловать, — добавляет старший, расплываясь в самой тёплой улыбке. — Может когда-нибудь вспомните моё имя? — Я его помню, очень даже хорошо, не волнуйся, — хмыкает учитель. — Тогда взамен на это я требую пачку чипсов с беконом и бутылку пива. — Алкоголь покупать не буду, — фыркает преподаватель, — Только чипсы! — Но я хочу с пивом! — Ты вчера и так без спросу к бутылке потянулся, не наглей! — Ну и ладно… — бурчит Итадори, складывая руки на груди и идя вслед за преподавателем.

***

      Домой они приезжают за десять минут до прихода Дианы, начиная накрывать на стол. Пока Юджи расставлял посуду, математик натирал стаканы. В дверь позвонили и старший ринулся встречать гостью. — Как же я рада тебя видеть! — девушка налетает с объятиями, после чего всучивает небольшой пакет с чем-то алкогольным и, видимо, дорогим, — Красное вино, мне давно советовали. С наступающим Новым годом, так сказать. — Ну, проходи, — хмыкает мужчина, пропуская девушку войти. Та сразу же бежит на кухню, где находит Итадори и крепко сжимает его, даже удаётся услышать хруст костей, — Ты с ним поосторожнее, а то на больничном ещё, — напоминает Сукуна, ставя бутылку вина на стол, оканчивая сервировку. — А, точно, ты же у нас инвалидыш, — усмехается девушка, усаживаясь за стол. — Тупые у тебя шутки, — фырчит юноша. — Знаю, — ещё шире улыбается рыжеволосая.       Дальше они, точнее Юджи и Диана, болтают обо всём, пока Рёмен выкладывает ужин по тарелкам. Выискивая в ящиках штопор, он наконец находит его в самом углу верхнего и приступает к открытию бутылки того самого вина. Без каких либо усилий, математик легко откупорил пробку и разлил ярко-красную приятно пахнущую жидкость по бокалам, оставляя один из трёх пустым — в него он наливает вишнёвый сок. — Это что за наёб? — возмущается Юджи, первым надпивая из своего бокала. — А кто сказал, что тебе будут наливать? — Да ну, мы же отмечаем Новый год, и ему скоро восемнадцать стукнет, — невозмутимо помешивая вино в бокале, Диана поглядывает на младшего. — Да! — Мне не важно когда тебе стукнет восемнадцать, сейчас ты всё еще семнадцатилетний безрассудный мальчишка с ветром в голове. — Фу, зануда, — в один голос говорят Юджи с Дианой и начинают смеяться. — Я вообще-то забочусь о твоём здоровье. — Да кто вас просит?       Математик строго посмотрел на мальчика, который тут же сжался от такого взгляда и опустил голову, сёрбая свой вишнёвый сок. Ужин продолжился, как бы он не начался, сопровождаясь шутками, забавными историями и тостами.       Они распивают бутылку вина на двоих, и странность в том, что оно само по себе лёгкое, а на деле имеет высокий градус, снося уже со второго бокала. Диана, вероятно, была опытной, хотя Рёмен тоже достойно держался, но с каждой очередной шуткой они срывались на более громкий смех, от чего Юджи казалось, что в вине точно что-то подмешано и ему определённо стоит попробовать и проверить, но бутылка оказывается пустой. Он заскучало провёл пальцем по столу, пока те двое ухахатывались с очередной выкидной шутки подруги. Рыжеволосая отлучилась в уборную, когда Юджи заметил на себе взгляд пары слегка затуманенных глаз. — Ты как? — Мне скучно, — бурчит мальчишка в ответ, на что старший издаёт тихий смешок. — Если ты так надеялся выпить с нами, то спешу огорчить, что Новый год для тебя ограничится бокалом шампанского под куранты. — А чё так мало?! — возмущению нет предела. — После восемнадцати хоть спейся, а пока ни капли в рот, — делая последний глоток вина, мужчина осушает бокал. — Да вы издеваетесь! — Что за шум? — Диана возвращается, заинтересованно наблюдая за перепалкой, и усаживается на своё место. — Юджи ещё мал для алкоголя, — отвечает за младшего Сукуна. — Он? Ха! Насмешил! Он только вначале декабря на денрик к Сатору ходил, накидался, наверное, в щент! — Неправда, — как только в голове воспроизвелись события того вечера, внутри что-то перемкнуло, а настроение стало ещё паршивее, что отразилось на светлом личике. — Ой-ёй, обидели мышку, написяли в норку, — дразнит Диана и усаживается за стол. — Не начинай, а?

***

      Когда стрелка часов перевалила за полночь, Диана начала собираться домой. Они вместе убрали со стола, оставив посуду на потом и проводили девушку вниз. Пока они стояли, выжидая такси, Юджи невольно залип на ночное звёздное небо. Он никогда не разбирался в созвездиях и астрономии в целом, но это никак его не заботило. Даже в карманах ладони заледенели, от чего кожу неприятно покалывало и, вынув руки, Итадори поднёс их к лицу, обдавая их тёплым паром изо рта. На мгновение становилось тепло, но покрасневшая кожа никак не сменила окрас, а руки и дальше мёрзли. Такси подъезжает спустя минуту, потому Диана прощается с каждым, напоследок обнимая замёрзшего друга. — Всё, давай, ещё раз с праздником и только попробуй проебаться в следующем году, — грозно говорит девушка, но тут же выражение лица смягчается и она коротко целует мальчишку в щёку, трепля светлые волосы, — До скорого!       Парни провожают машину взглядом, когда Сукуна отвлекается на юношу, дрожащего от морозного холода, в попытках согреть руки. Мужчина хмыкает и хватает того сразу за обе руки — удивительно, но те почти идеально умещаются в одной его ладони. У старшего руки наоборот горячие, что вызвало лёгкую дрожь от контраста температур. Юджи уже привык к подобным действиям Рёмена, но он всё не может понять почему. Почему тот так печётся над совсем незнакомым ему мальчишкой? Хотя, сейчас они вполне знакомы, если учесть факт их совместное проживание. — Пошли греть тебя, котёнок, — обращение заставляет вынырнуть из потока мыслей и парень послушно идёт вслед за математиком, — И откормить не помешало бы, — добавляет он, на что юноша лишь фыркает.       Они поднимаются вверх на лифте, проходят в квартиру и идут убираться. К слову, Итадори всё ещё поражается, как за всё это время ему не удалось застать родителей в подъезде, хотя и желания не было. Вымыв всю грязную посуду, Сукуна вытер руки вафельным полотенцем, после чего повесил его на крючок и осмотрел всю кухню. Всё же, удобно сразу убрать и не заморачиваться потом. — Устал? — замечая младшего у косяка двери, преподаватель видит, что тот сонно наблюдает за его действиями. — Немного… — Я вижу, — улыбается Сукуна, шагая навстречу мальчишке, — Пошли спать, а то завтра как всегда встанешь в двенадцать. — А для тебя это проблема? — Нет, я просто выставляю факты. — Вот и не бурчи, — зевает мальчишка, проходя в свою комнату, — Спокойной ночи. — И всё? — А что, я ещё что-то должен? — Нет, я просто спросил, — хмыкает математик. — Тебе чтоль колыбельную спеть на ночь и в лобик чмокнуть? — Было бы неплохо, — старший ухмыляется, а Юджи на это закатывает глаза и складывает руки на груди. — Не обязан, да и ты себя плохо сегодня вёл… — Я-то себя сегодня плохо вёл?! — Всё, спать, — Итадори уходит вглубь комнаты, предварительно выключая свет и закрыв дверь. — Сладких, — бросает Рёмен, смягчив тон и удаляется в направлении своей комнаты.

***

      На следующий день, после отъезда Дианы, Рёмен уехал куда-то по делам и вернулся ближе к вечеру. Оставшиеся дни до праздника проходят незаметно, даже буднично, от чего Юджи успел заскучать. Он пару раз списывался с подругой через телефон старшего, даже помогал убраться в квартире и сложил все вещи в шкафу. Время тянулось непозволительно медленно, но всё же смог дождаться этого часа. — Не против, если к нам после курантов приедут Катя с Никитой? — А? — отвлекаясь от очередного задачника по математике, который ему выдал Рёмен, мальчишка сначала непонимающе смотрит на старшего, а после закрывает книжечку, — Да, я даже рад, — улыбается он. — Хорошо. Я не планировал готовить, так что заранее закажем суши, если ты не против. — Суши! Да! — глаза загорелись при упоминании любимого блюда, ведь их он ел пару раз за всю свою жизнь, но те сразу вызвали восторг у мальчишки. — Есть такие, которые не любишь? — Нет! Все-все люблю, — сразу же и настроение поднялось. — Ты только не отвлекайся, учи, — хмыкает мужчина и встаёт из-за рабочего стола.       До Нового года всего ничего, но утро тридцать первого декабря началось с плотного завтрака и сборником задач по математике. Несмотря на занудность предмета, Юджи был рад и этому, чтобы хоть чем-то себя занять. Синяки уже почти сошли, остались лишь небольшие тёмные пятна, где-негде проступающие на бледной коже худощавого тела. Он бы и был рад пойти на подработку, но злая мамочка Сукуна запрещает поднимать какие-либо тяжести и не позволяет переносить нагрузку на тело. Странно, но они так и не решались поговорить насчёт того странного человека в магазине, но, видимо, сейчас это никак не хотелось вспоминать, особенно Юджи. Парниша решает последние несколько задач и идёт на кухню. — Суши я уже заказал. — Я чая хочу, — бормочет юноша, игнорируя сказанную фразу, и набирает воду в посудину. Щёлкая выключателем, Итадори берёт чашку и кидает туда пару листьев чёрного чая, — Будешь? — математик кивает и продолжает что-то усердно искать в телефоне. Сделав чай, юноша ставит чашки на стол и тянется за какой-то шоколадной конфетой в фужере.       Было немного грустно от отсутствия внимания, но подросток продолжал вести себя максимально невозмутимо, тем самым скучая ещё больше. Ждать до самого вечера было слишком нудно. — Я тут подумал… Может у меня получится сходить за парочкой вещей? А то мне неловко носить всё твоё…       Рёмен неожиданно замер и отвлёкся от недавнего занятия. Переведя взгляд на школьника перед собой, он облизнул слегка пересохшие губы и выдохнул, откладывая телефон в сторону. — Ты… То есть… Да, ты можешь, просто… Я немного остерегаюсь того, что может с тобой случится. Последний раз ты был не в лучшем состоянии, — видно, как тот переживал, скрестив ладони и перебирая пальцами. — Да, но их может не быть дома. По крайней мере, в мой обычный Новый год так было. — Я буду не против, если это будет при мне. — Окей, только я сам зайду. — Ладно… Но я буду снаружи. — Вот и договорились, — хлопнув в ладоши, Итадори подрывается из-за стола. — Стоп, ты сейчас собрался? — Ну а чего тянуть кота за хвост? — Немного неожиданно, — шагая вслед за юношей, Сукуна параллельно захватывает тёплую толстовку, ведь в подъезде нежарко, а стоять придётся продолжительное время.       Юджи ищет ключ от квартиры, который остался ещё с прошлого раза — повезло, что не выпал, — и идёт к выходу. — Уверен? — Ну, не на все сто, но да.       Они выходят из квартиры, только вот математик остаётся у двери, прислонившись к ней спиной, а Итадори прислушивается к шуму внутри своей квартиры. Тишина. Возможно, никого и нет – стоило рискнуть. Вставляя ключ в замок, школьник медленно провернул его и вынул, как только послышался заветный щелчок. Отпирая дверь, мальчишка стал аккуратно осматривать прихожую. Никакой реакции, одна лишь тишина. Несмотря на вероятное отсутствие родителей, он всё равно тихо проходит во внутрь и пробирается в свою комнату. Всё лежит на своих местах, покрытое толстым слоем пыли, ведь никто никогда не убирался в квартире, кроме самого юноши. Парень хватает школьный рюкзак с парочкой самых необходимых книг, закидывает туда канцелярию и альбомы с эскизами, а также складывает все самые нужные вещи из скромного гардероба. Выйдя на поиски телефона, он замечает выбитое стекло окна в кухне, заклеенное скотчем. Так сказать, на все случаи жизни. Там же, под батареями около холодильника, школьник находит свой телефон, только вот весь побитый и потрёпанный. С грустью вздохнув, он забирает остатки гаджета и идёт брать рюкзак. Сунув всё, что требовалось в сумку, Юджи уже хотел было покинуть неприятное помещение, как сзади его окликнул хриплый женский голос. — Сынок? — женщина явно была под градусом, но в таком состоянии она была более, чем безобидна, — Ты пришёл? — Тебе какая, к чёрту, разница? — реакция работает подсознательно, ведь у него уже давно вошло в привычку отвечать матери резко и колко. — Отец ушёл, — промолвила она, опустив взгляд. — Да пусть хоть катится в Ад, я буду только рад, — выплёвывает мальчишка, накидывая лямку рюкзака на плечо. — Не уходи! — мать медленно и неуверенно тащится к своему сыну, цепляясь за углы тумбочек. — Я не хочу здесь оставаться. — Ты единственный, кто у меня остался… Не уходи, прошу, Юджи, — она цепляется за ткань спортивной кофты мальчишки, прижимаясь, но тот резко одёргивает женщину. — Не трожь! — рыкает Итадори, — Я не нуждался в тебе, даже когда тебе было плевать на меня! И не нуждаюсь в твоей псевдоматеринской заботе! Ты не могла дать мне этого тогда, сейчас это уже не нужно. Просто перестань будь такой жалкой.       Юджи одаряет её презрительным взглядом и немедленно выметается из квартиры, запирая за собой дверь, и подходит к математику. Тот молча пропускает парнишу к себе и закрывает за ними дверь. Только Рёмен оборачивается, как в объятия падает школьник, зарываясь лицом куда-то в толстовку. Старший слегка опешил, но всё же прижимает мальчишку ближе, нежно проводя рукой по русой шевелюре. — Я бросил её… — Ты всё ещё можешь вернуться. — Я могу, я знаю, но я не хочу, — на последнем слоге юноша всхлипывает, от чего у Сукуны внутри всё сжимается и он приподнимает младшего на руки, на что тот не успевает возразить, и несёт в сторону своей комнаты. Усаживая Юджи на кровать, преподаватель сам садится и широко раскрывает руки в жесте объятий, на что подросток просто заваливается на математика и прижимается. — Тише, всё будет хорошо…

***

      Ближе к вечеру Юджи проснулся, теряясь в пространстве. Какого чёрта? Где он? Оглядываясь вокруг, юноша выдыхает, понимая, что находится в комнате учителя и приподнимается. Видимо, его разбудил звонок в дверь, в который теперь звонили более усердно. — Иду!       Звук открытия двери, шуршание пакетов и слова благодарности летят так быстро, что Итадори не успевает собраться с мыслями. Он приподнимается, от чего голова начинает немного кружиться, но это не останавливает подростка. Юджи выходит из комнаты, следуя на кухню и тихо становится у входа. Рёмен не замечает, как за ним наблюдают, как думает сам Итадори, пока старший разбирает пакеты с заказом. Выкидывая лишнее в мусорку, он оборачивается к мальчишке и идёт к нему, от чего школьник вздрагивает. — Ты как? — кладя ладонь на лоб, Сукуна сначала пробует температуру, которая немного повысилась из-за переживаний мальчика, а после сжимает в объятиях. — Почему ты так добр ко мне? — бормочет Юджи, прижимаясь в ответ. — Я просто забочусь о маленьком котёнке. — А если серьёзно? — Так я серьёзно, — усмехается мужчина, успокаивающе поглаживая того по спине.       Юджи смущённо улыбается, теряя взгляд где-то в яркой ткани до сих пор не снятой толстовки и прикрывает глаза. Подумать только, начало их знакомства было не из лучших, зато сейчас… — Ладно, уже почти девять часов, пора накрывать на стол, ещё и нужно подготовиться к приходу гостей. — Уже девять?! — А ты что думал? Вон как за окном темно, — снаружи и правда было темно, однако зимой не предугадаешь который час, в связи с тем, что так темно может быть и в пять, и в семь, и поздней ночью. — Получается, я проспал почти целый день? — Это даже хорошо, не уснёшь под куранты, — хмыкает Сукуна, медленно отстраняясь, — Ох, и ещё, Катя и Никита останутся у нас с ночёвкой, так что сегодня спишь со мной. — А… Я? — Ну а кто ещё?       Этот факт немного смутил юношу, хотя что тут такого, они ведь уже спали вместе? Да блять, это всё равно очень смущает! Даже звучит ужасно…       Всё оставшееся время они вместе готовят всё к празднику и уже к десяти стол был накрыт. Во рту непроизвольно скопилась слюна от вида любимых роллов и суш, но стоило только потянуться за одной, как мальчишку уже не остановить. Где-то снаружи уже слышались салюты, видимо, кто-то уже начал праздновать. В дверь неожиданно позвонили. Оба непонимающе переглянулись, после чего Рёмен поспешил проверить кто пришёл. Послышался радостный вопль, а именно женский. — Ник, Катя? Вы же говорили после- — А мы решили, чего ждать, да и вместе отмечать веселее! — пробираясь в глубь квартиры, шатен ставит на уже украшенный стол красивую бутылку, вероятно, дорогого шампанского и две небольшие бутылки шотландского виски, на что у математика расширяются глаза. — Я столько не выпью… — Ну, это же не только ты будешь пить, — ухмыляется Никита, — Я, ты, Катя, Итадори. — А вот за него молчи, пить не будет! — Да кого я спрашиваю? — отмахиваясь говорит тот и усаживается за стол, пока Катя что-то оживлённо обсуждает с Юджи. — Мне потом его откачивать? — Не бойся, Катя в меде учится, так что не помрём, не ссы! — Рёмен безысходно стонет, ударяя себя по лицу, на что Никита срывается на смех.       Время идёт незаметно, однако ближе к двенадцати они успевают включить речь президента, ведь слишком сильно забываются в «дегустации» ликёра, разливая по бокалам только-только открытое шампанское, удосужившись налить даже самому младшему из компании. Как только пробили последние часы отсчёта, они громко заголосили в поздравлениях, а звон бокалов так и отбивал чечётку в ушах. Можно было услышать соседские выкрики, а следом посыпались торжественные салюты, что были видны во всём городе по всему и так усеянному звёздами небу. — Пиши и пей, пиши и пей! — всё вопила Катя, отдавая Юджи маленький листочек с ручкой, а сама что-то строчила в своём. — Ч-Что писать? Зачем? — непонимающе поинтересовался Итадори. — Пиши своё желание, подожги, брось в шампанское и пей! Пока ещё есть время! — девушка была слишком взволнована, но её можно понять. — Пойдём на улицу? — предлагает Никита, постепенно вставая из-за стола. — Да-да, секунду!       Юджи не знает что написать. Идей нет, но очень хотелось. Возможно, Катя зарядила его настроем написать эту чёртову записку с желанием, или он сам схватился за эту идею — не важно. Неожиданно, в голову сама по себе пришла мысль, то давнее воспоминание о той самой мечте. На скорую руку выведя заветные буквы, он свернул записку в маленький квадратик, подпалил, как и велела Екатерина, и кинул бумажку вместе с пеплом, как только пламя коснулось пальцев. — С Новым Годом! — закричала Катя вновь, чокаясь с Итадори и выпивая всё до дна. За ней повторяет и Юджи, опустошая бокал. На языке остаётся привкус гари и пепла, вперемешку со сладостью шампанского, но это никак не портит его вкус.       Все вчетвером выбегают на улицу, прихватив бенгальские огни, и наблюдают за салютами. И всё же, Юджи очень рад, что согласился праздновать вместе с математиком. Выкидывая сгоревшую палочку, Итадори улыбается, возвращаясь к компании и обращает на себя всё внимание Рёмена. Подходя к нему ближе, юноша тянется вверх, придерживая того за плечо и оставляет невесомый поцелуй на щеке, вызывая ошарашенный взгляд у старшего и победный у Никиты. Школьник уходит обратно в подъезд, глупо улыбаясь, что не сразу замечает Сукуна. Оборачиваясь к тяжелой подъездной двери, он теряет Юджи из поля зрения, а сам держится за щеку, на которой до сих пор ощущается тепло мягких губ.