Затмение

      Легкая белая дымка вихрем тянулась к потолку, пока мясо на рифленой сковородке звонко переворачивалось, издавая характерный шипящий звук. Обед был практически готов, и манящий запах проникал во все уголки дома. Гарри не часто баловал свой организм подобными изысками, предпочитая перебиваться бутербродами или наскоро сделанной яичницей. Это никак не было связано с денежным недостатком, конечно, если бы он захотел, то закупил бы себе еды на год и дольше, просто не видел в этом смысла.               Депрессия сильно сказалась на желании употреблять еду, первые недели кусок в горло не лез. Доходило до того, что сил не хватало даже встать с кровати, поэтому Кричеру нередко приходилось спасать хозяина от истощения, в буквальном смысле запихивая в него еду, а Гарри на этот жест благородства только упрекал эльфа и злился. После всех уговоров и ворчаний он все-таки начал заставлять себя питаться, но дальше бутербродов дело не доходило и только после нудной лекции от домовика о важности белка в рационе, Гарри пообещал, что будет хотя бы раз в три дня обедать стейком. Лишь бы не слышать больше причитаний в свой адрес.       Теперь этот не слишком роскошный обед приходилось делить с еще одним человеком, а также задуматься о приготовлении и других блюд, помимо прожаренного куска мяса и салата. Можно было подумать, что Гарри безумец раз уж пытается улучшить условия проживания подозреваемого, но на деле он старался изменить свое отношение к Роберту, начать считать его не преступником, а обычным человеком, может, даже единственным, кто скрасит эти пару месяцев чем-то новым, в меру необычным и исключительно загадочным, как и сам новоиспеченный постоялец. И если до этого момента у Гарри не было особых причин создавать этот артефакт, то мысль, что он сможет раскрыть все тайны этого человека, зажгла, наконец, в совсем пустых глазах искру.              Прошло десять минут, за которые Гарри успел закончить с готовкой, переложить мясо на тарелку, украсив веточкой розмарина, и пройти в столовую.              — Кри-и-ичер, — радостно воскликнул Гарри на весь дом, чтобы глухой, по его мнению, эльф точно услышал.              — Не обязательно выкрикивать имя Кричера, господин, — в доли секунды рядом появился домовик, театрально прижимая руками уши.              — Да брось, не такой уж я голосистый… — он весело махнул рукой. — А зачем же я тебя звал… Точно! Где наш проказник, подглядывающий за голыми мужчинами? — не стирая с лица странной улыбки, поинтересовался Гарри. Домовик настороженно следил за находящимся в весьма приподнятом расположении духа хозяине:              — Давно Кричер не видел господина таким счастливым, последний раз был до смерти Блэ…              — Молчи, — глаза наполнились властным гневом, взявшим вверх над настроением и твердостью голоса. — Моим словом было — упоминание любого из предыдущих хозяев влечет собой наказание. Помнишь? — эльф покорно кивнул. — Вот и не совершай больше таких ошибок, только настроение испортил…              Гарри нервно вздохнул и коснулся кончиком пальца губ, обдумывая сказанные глупым Кричером слова. « Я… счастлив?». Гарри давно уже не чувствовал подобных эмоций, они померкли перед грустью, злобой, печалью и пустотой. Нет. Все-таки не радость переполняла его, а интерес. Живой, неподдельный интерес.              — Так и где же Роберт?              — После визита в вашу комнату он налетел на Кричера в коридоре и поинтересовался, где находится ванная, пробормотав что-то про необходимость смыть недавние события из своей памяти. Разве господин не может сам узнать по артефакту местонахождение этого человека?              — Могу, — уголок губ чуть приподнялся, — но вот незадача, он как-то блокирует его. Это конечно ненадолго, но все же… Очень интересно.              Кричер тихо испарился, пока Гарри был погружен в свои мысли, надеясь, что заинтересованность чужаком помешает вспомнить о наказании. Когда же Гарри вернулся в реальность, пустое место, на котором еще недавно стоял эльф, не на шутку разозлило его, но он постарался утихомирить свой нрав и занялся сервировкой стола.              Он постелил скатерть, поставил на нее блюдо и разложил приборы, потом сел напротив и стал ждать прихода Роберта, предварительно отправив на его браслет послание о том, что его ждут в столовой. Тот же, в свою очередь, не спешил приходить, предпочитая игнорировать сообщение.              Терпение оказалось не резиновым, и уже порядком злой Гарри направился в сторону комнаты Роберта. Чуть не сняв дверь с петель, он ворвался в личное пространство мужчины, если конечно оно вообще являлось таковым, но, к его удивлению, самого Роберта в комнате не оказалось. Тогда Гарри вспомнил слова Кричера и незамедлительно двинулся в сторону общей ванны, думая о том, что вообще можно делать в душе дольше получаса.              Через минуту впереди показалась одинокая дверь, запертая изнутри на замок. Гарри посчитал не самой лучшей идеей пугать своим появлением Роберта, и хоть доверие было где-то ниже нуля, он решил подождать этого чистюлю снаружи. Ждать пришлось недолго. Совсем скоро послышался щелчок и дверь чуть приоткрылась. Однако Роберт не спешил выходить или смотреть на своего неожиданно появившегося охранника, перед этим он с толикой иронии поинтересовался:              — Конечно, я вряд ли имею право спрашивать такое, но все-таки, вы одеты?              Гарри недоуменно поднял брови, хотя и подобный вопрос его несколько позабавил, замер на секунду, прогоняя в голове по кругу последнюю фразу Роберта, но быстро отмер и совершенно холодно и жестко ответил:              — А должен быть раздетым? Вы этого ждете?              Попытка Гарри задеть этими словами Роберта провалилась перед неотразимым ответом, который заставил Поттера покраснеть сначала от гнева, а потом от переполнявших его голову мыслей об убийстве спрятавшегося за дверью человека.              — Будто мне есть дело до созерцания вашего маленького дружка, — заметив в расщелине красный оттенок лица Гарри, Роберт продолжил уже с нескрываемым весельем: — Это, наверное, было низко с моей стороны, прошу прощения, но после ваших слов о том, что вы находитесь в своем доме и имеете полное право разгуливать голышом, я посчитал это действие постоянным. Мне даже стало как-то жаль вашего домовика.              После этих слов в голове боролись две сущности. «Давай же, сейчас самое время его поколотить, покромсать на куски, заставить страдать, а потом в мучениях отправить на тот свет», — шептала первая сущность, а вторая приговаривала: «Если ты это сделаешь, то это тебя отправят на тот свет, хотя предложение первого заманчиво». Несмотря на сговор этих двоих, больше походивший на шизофренический бред, Гарри не спешил идти у них на поводу, наоборот, успокоился, резко открыл нараспашку дверь, тем самым доказывая ложность предположения Роберта и, бросив напоследок злобный взгляд, направился в столовую. Без слов было понятно, если Роберт не последует за Гарри, то еду он не получит в ближайшие два дня («Если сам ею не станет», — подсказывали голоса в голове), поэтому, проанализировав всю ситуацию, он двинулся вслед за Поттером.              Концом пути оказалась столовая, в которую с большим энтузиазмом звал Гарри ещё минут десять назад. Впрочем, от былого энтузиазма не осталось и следа, чего он и не пытался скрывать, тщательно натирая небольшой стакан белым полотенцем. Настолько тщательно, что казалось, стекло треснет и украсит пол своими осколками.              — Присаживайтесь, обед готов.              Роберт последовал указанию и начал внимательно вглядываться в блюдо перед собой. Заметив этот интерес, Гарри нервно выдохнул. Не хватало еще наблюдать как-то, что было приготовлено с душой будут протыкать вилкой в попытках отыскать опасность.              — Не волнуйтесь, травить я вас не намерен.              — Вы сами это приготовили? — Гарри кивнул. — Мне казалось, что этим должен заниматься Кричер. И кстати, где он? Если он перед моим лицом, то спешу сообщить, что у данного мяса закончился срок годности.              — Очень смешно, — иронично ответил Гарри, закатив глаза.              Повисшую тишину прервал Кричер, который внезапно появился у обеденного стола, видимо, впервые отреагировав на зов Роберта. Эльф взглянул на мужчину, затем обратил свой взор на Гарри. И выражение его лица не предвещало ничего хорошего.              — Кричер, — задумчиво позвал его Гарри. — Как думаешь, можно ли зажарить человека живьём в нашей духовке?              Вопрос никак не повлиял эльфа, он все так же безразлично глядел на хозяина, а потом глухо ответил:              — Кричер думает, что это плохая идея, если только хозяин не хочет попасть в Азкабан с такими намерениями.              Странность этого диалога Роберт конечно же заметил, предпочитая думать, что речь шла о его скорой гибели. В отместку на недавнюю шутку. Однако то, что Гарри не отрывал взгляда с входной двери, сбивало с толку, но ответ на деле был близок.              Через некоторое время послышался глухой стук по двери. Гарри будто только этого и ждал, тут же бросившись открывать неожиданному гостю, которым оказался парень с рыжей шевелюрой. Роберт старался не отрывать взгляда с тарелки, всем видом показывая, что ему откровенно не интересна их беседа. Единственное, что тревожило внешне спокойного Роберта — аура, которая скапливалась вокруг Гарри, когда тот принял из рук гостя письмо.              — Привет, Гарри, меня прислал сюда Коливван, — неуверенно начал диалог Рон, протягивая письмо другу.              — Коливван? Это ещё кто? — небрежно бросив конверт на стол, в ответ поинтересовался Гарри.              — Не делай такое лицо и вид, будто забыл как зовут главу Аврората.              — А, точно. Ты говоришь про этого сопляка, что возомнил себя центром всей чертовой Вселенной и отправляет несмышленых сотрудников на верную смерть? — повысив тон, закипал Гарри, с яростью в глазах смотря на друга.              — Ты не знаешь его, — Рон попытался пойти наперекор ему.              — Когда ты последний раз вообще дома был? - друг промолчал. - То-то же, я давно советовал тебе оттуда бежать.              — И не подумаю. Мы это уже обсуждали.              Роберт не удержался и обратил внимание на перепалку, заметив, как невидимые искры так и пляшут меж собеседниками. В итоге бой тяжёлых взглядов проиграл рыжий парень и, оставляя последнее слово за собой, хлопнул входной дверью.              Гарри что-то пробубнил себе под нос, потом со всей силой ударил в дверь, крикнув вслед: «Ну и катись отсюда!», и уже порядком злой подошёл к столу, одним движением руки разрывая конверт.              Содержимое текста окончательно вывело его из себя. Внутри появилось непреодолимое желание убивать. С особой жестокостью и изощрением, но не абстрактного обидчика, а вполне конкретного человека. Магия начала выплёскивается, буйно переходя границу дозволенного состояния. Казалось, она вырвется из тела Гарри, разрушив все вокруг, но прилетевший в лицо небольшой кусок мяса в секунду успокоил состояние, и он перевел взгляд, полный медленно гаснущего бешенства, на Роберта              — Я не собираюсь становится свидетелем разрушения этого поместья. А ещё мне хотелось бы в нормальной обстановке поесть, поэтому не могли бы вы, мистер Поттер, выплескивать свое недовольство в другом месте?              Спокойный голос, ровный, как струна. Ещё никогда никто так не реагировал на магию Гарри, не было в синих глазах страха, только легкое презрение. Необычная реакция Роберта почему-то подействовала как успокоительное. Гарри провел ладонью по щеке, убирая оставшийся на ней сок от мяса и после, полностью погруженный в свои мысли, сел чуть поодаль, вновь проходясь взглядом по содержимому письма.              — Пусть только попробует, я ему шею сверну. Живьём сожгу, — бормотал Гарри, злобно сжимая кусок пергамента в руке.              Уловив эти слова, Роберт наконец понял смысл его диалога с Кричером, и хоть вмешиваться в эту непростую ситуацию ему не хотелось, но и продолжать видеть злобное лицо рядом с собой во время трапезы отбивало весь аппетит.              — Чем вы так недовольны?              — Да эта су… — сгоряча начал Гарри, но вмиг остановился, когда ещё один кусок мяса пролетел в паре сантиметрах от лица. Он хотел было возмутиться таким хамским отношением к ужину, но твердый голос в который раз осадил его:              — Я не стану вести с вами разговор, если вы будете позволять себе недостойно выражаться. Воздержитесь от экспрессии хотя бы на время.              — А вы перестаньте бросаться едой! Я не для того ее готовил, чтобы она валялась на полу, — рассерженно пробубнил-таки Гарри и продолжил уже громче: — Как вы могли понять, я недолюбливаю мистера Коливвана, нашего «почетного» главу Аврората, и на то есть определенные причины.              — И все? — подняв бровь, спросил Роберт. — Из-за этого вы чуть не разнесли стены, Поттер?              — Нет, проблема в другом. Я ещё до прихода Рона почувствовал враждебную ауру, исходящую из этого письма, — ткнув пальцем в бумагу, сказал Гарри. — В ней есть угроза в мою сторону.              «Угроза самому герою Британии?» — промелькнула мысль в голове Роберта. — «А этот Коливван и вправду бесстрашный».              — Так и в чем же заключается угроза?              — Уже месяц, как осуществляются беспорядочные нападения на бывших пожирателей, — до того незаинтересованный Роберт, вдруг начал внимательно вслушиваться в слова Гарри. — Мотивы преступника неясны, сначала под удар попали мелкие слуги, а потом в газетах начали появляться более известные имена, к примеру, Блейз Забини. Аврорат предположил, что неизвестный преступник мстит им, поэтому не остановится, и следующей жертвой может стать кто-то более влиятельный. Малфои, Кэрроу и другие.              — Они мертвы? Те, на кого было совершено нападение?        — Я всех подробностей не знаю, только то, что все живы, но навсегда остались калеками — Гарри проследил за необычной реакцией Роберта — слишком он был заинтересован этими новостями, но решил не заострять внимание и продолжил. — Коливван хочет, чтобы при следующем нападении я как можно быстрее оказался на месте преступления и с помощью своих артефактов выяснил, кем является преступник. — Вы можете это сделать? — Конечно. Это легко устроить. Только не зря я запретил использовать эти артефакты без моего согласия и держу их у себя. Назло Коливвану. Однако, если я откажусь, он использует Рона и сделает все возможное, чтобы я пожалел о своем решении. Выплеснув все терзания, Гарри ждал реакции, но ее не произошло. Роберт смотрел в одну точку, куда-то мимо, и, казалось, вообще прослушал последние слова. Подобное отношение вернуло недавнее негодование и письмо взяло весь удар на себя, превратившись в кучку пепла. Эта демонстрация также была проигнорирована, поэтому Гарри просто ушел и уже в лаборатории корил себя за проявленную слабость. На протяжении пяти часов он тщетно пытался погрузиться в работу, все валилось из рук и это еще больше накаляло и без того напряженное состояние. В итоге, не в силах и дальше продолжать себя мучить, он направился в спальню.