Один удар на двоих

Гостиная Гриффиндора давно опустела. Башня стоит в мёртвой тишине, нарушаемой лишь звуками нарастающей грозы. Все из факультета львов давно путешествуют по царству Морфея, тихо посапывая, но не она. Не сегодня. Такая смелая и отважная обычно гриффиндорка, прошедшая войну, сейчас дрожит и вздрагивает от гула ветра, завывающего, словно вой умирающего тяжёлой смертью. На душе скребутся кошки, не давая спокойно спать и вынуждая свою хозяйку сидеть у наполовину потухшего камина, дабы хоть немного согреться. Шатенка чувствует этот пронзающий насквозь холод, с которым ей придётся прожить до самого конца. И разве кто-нибудь способен её согреть и успокоить, кроме смерти? Кажется, что нет. Этот мёртвый холод внутри её сердца, вызванный болью потерь и всего пережитого вряд ли можно убрать. Девушка тонет в трясине своих мыслей всё глубже и глубже и даже не слышит звука открывающейся где-то наверху двери и тихих приближающихся шагов. Рыжеволосый юноша, которому тоже не суждено сегодня уснуть, останавливается в паре шагов от застывшей, словно статуя, одинокой фигуры. Он подходит ближе и садиться почти в плотную, плечом к плечу с замерзающей изнутри девушкой. Фигура вздрагивает. Шоколадные глаза встречаются с голубыми и время замирает. Сейчас существуют только эти двое, чудом спасшиеся из-за обвала стены, но оба потерявшие себя там, в руинах замка и кровавой битвы. Их тела неосознанно тянутся друг к другу, пытаясь согреться. Это кажется таким правильным сейчас… Жизненно важный кислород становится один да двоих. Юноша прижимает к себе дрожащую и такую хрупкую девочку, стараясь стать ближе и утонуть в омуте её карих глаз и спрятаться в её пышной шевелюре. Она же хочет почувствовать его, такого нужного ей сейчас и давно любимого в её, кажется, уже прошлой жизни. Оба чувствуют тепло, такое долгожданное и любимое, но всё ещё слабое тепло друг друга. Их окоченевшие от пережитого сердца бьются оглушающе громко в этой тишине. Бьются в унисон. Один удар на двоих. Может у них рано или поздно получиться окончательно согреться. Никто не знает, даже эти двое. Но они попытаются…