Я на всё согласен (кроме любви)

Чёртовы чувства! Почему им подвластны даже оверлорды? Похуй на профессиональные отношения, на субординацию, на репутацию, в конце концов, тут сутенёр влюбился в шлюху. Смех, да и только. Но Валентино нихуя не было смешно. Хорошо, уволил он Энджела, устроил на должность своей личной подстилки, но ничто же не мешает держать Энджела на коротком поводке, если что-то в этих отношениях пойдёт не так. Валентино привязался к Энджелу всей душой, и это ему очень, очень не нравилось. Этого не должно было быть. Шанс на то, что сутенёр может полюбить своего подчинённого, такой же низкий, как шанс на то, что десять обдолбанных фенциклидином пауков могут накарябать на клавиатуре текст песни "Addict", не допустив ни единой ошибки или опечатки. Но это случилось. И теперь Валентино должен был присвоить себе Энджела. А чтобы присвоить его, уже не хватило бы одурманивания. Нужно было приручить. Чтобы не боялся, чтобы тоже полюбил - как он там говорил, "на всё согласен, кроме любви?" Энджел будет любить Валентино, потому что Валентино окружит его любовью. Вот только чувства - чувствами, а внешние обстоятельства - внешними обстоятельствами... И звонок Вокса подтвердил это. - Вэл, встретимся сегодня? - Встретимся. Когда подъезжать? - Через час будь на парковке у телестанции. Я подожду. - Жди. Пока. Валентино повесил трубку и начал собираться на встречу с Воксом. *** Валентино подъехал к телестанции спустя полчаса, но Вокса не было, и Валентино подождал ещё столько же. Вокса всё ещё не было. Следующие полчаса тянулись, как вечность, когда раздался звонок... - Твой кексик у нас. Мы его держим в заложниках, - пискнула в трубку Вельвет. Вокс оттолкнул Вельвет и продолжил. - И если тебе действительно нахуй не упёрся этот мешок для хуёв, ты не приедешь. А если приедешь... Значит, ты заботишься о шлюхе, а это позор для оверлорда. Выбирай. Твоя репутация, или твой ненаглядный спермосборник. Валентино повесил трубку. Должно быть, они издеваются. По-дружески прикалываются над ним. Они не могли за полтора часа взять Энджела в заложники и хотеть не того, чтобы Валентино добился для него освобождения любой ценой - наоборот, хотеть, чтобы Валентино никогда не приехал! Чтобы бросил Энджела на жертвенный алтарь собственной репутации! Они не могли! Сообщение в вокстаграме едва отрезвило Валентино. Вокс скинул ему видео со связанным, дёргающимся и пищащим в кляп Энджелом, и припиской: "Это доказательство, что Энджел у нас. Может, это тебя мобилизует". Да ебись они оба трёхфазным током! "Нужно подождать. Энджел сможет постоять за себя. Если Вокс скинет ещё какое-нибудь видео, где мой кексик избит наполусмерть и весь в крови, тогда я отправлюсь за ним". *** - Энджел, у тебя так много рук! Целых шесть рук! Если я отрежу тебе одну, она же отрастёт, да? Отрастёт? Давай проверим, Энджел! Энджел вытолкнул кляп языком. Навыки орального секса пригодились. - Вэл вас обоих с землёй сравняет! Вы не посмеете причинить мне вред! - Мы скинули Вэлу видео с тобой, и что-то он не спешит ехать сюда, - Вокс попытался разочаровать Энджела, но ему не удалось это. - В такие ебеня он не скоро приедет! Но он приедет! И сравняет вас с землёй! - Что за ебанину ты несёшь, спермосборник... - вздохнул Вокс. - Мы уже под землёй. В Аду. В Пентаграде, но это не факт. - Вокс мог вывезти тебя в пригород! Или на другой круг Ада! Или в Бесоград! Хочешь, чтобы тебя выебала толпа бесов? Хочешь, хочешь! А руку я тебе отрежу, тебе так много рук не надо! Вельвет уже успела полюбить свою новую игрушку. Между прочим, все свои игрушки, живые и неживые, Вельвет жестоко расчленяла, и Энджела она тоже была готова разорвать на кусочки. Когда Вельвет подошла к Энджелу с огромным ножом, Энджел пнул её в грудь обеими ногами, оттолкнув от себя. Вельвет упала и взвыла. Вокс рассвирепел. - Ты, сучка с раздолбанной сракой, какого хуя ты обижаешь Вельви? Ты знаешь, что будешь теперь долго и мучительно сдыхать? Вельви, отдай нож. Я отрежу руку этой бляди. Паук - не ящерица, не восстановит. Вокс схватил нож и полоснул Энджела по руке, всадив нож почти наполовину. Кровь полилась на пол. Энджел горько, протяжно зарыдал и задёргал оставшимися пятью руками, путаясь в верёвках. - Вот блядь... Там кость, нож не входит дальше. Вельвет, где здесь точильный камень? - На кухне. Поднимемся туда, ничего не случится с ним за несколько минут! И как только Вокс и Вельвет вышли из помещения, перед окровавленным Энджелом возник портал, а из портала вышел Валентино. - Я здесь, кексик. Сейчас я тебя развяжу, и мы сразу переместимся домой. Валентино развязал Энджелу руки, поднял его и прыгнул вместе с ним в портал, за мгновение оказавшись вместе с ним в спальне. - Вэл? Что с моей рукой? - Перевяжу сейчас. Тебе нужно что-нибудь принять? - Да, пыли... Она помогает мне от боли. Мне очень больно, лучше бы я умер... - Вот твоя пыль, съешь её, пока я принесу бинты. Через несколько минут Валентино принёс бинты и дезинфицирующее средство, смазал рану Энджела и перевязал бинтом. Во взгляде Энджела не было ничего, кроме благодарности и преданности. - Вэл, я такой беспомощный... Я даже сдвинуться с места не могу... И скоро пыль начнёт действовать. Вы хотите взять моё тело, пока я ещё могу предлагать? - Я бы предпочёл, чтобы ты подо мной стонал и визжал, как сучка, но это предложение я тоже приму, кексик. Валентино снял с Энджела нижнюю часть одежды и сразу, не подготавливая, вогнал внутрь него свой член. Энджел едва слышно застонал, по его щекам полились слёзы. Валентино дал Энджелу с перчатки ещё немного пыли. - Пожалуйста, Вэл, ещё! Глубже, прошу... - Сейчас я кончу и наполню тебя своей спермой. Энджел поморщился. Не то чтобы он был против, но, как он уже понял на собственной шкуре, сперма Валентино содержала сильнейший наркотик, который Энджел когда-либо употреблял. Пыль по сравнению с ним была сахарной пудрой. Он сносил крышу, он превращал даже самого целомудренного демона в жаждущую члена подстилку, и Энджелу очень не хотелось, чтобы Валентино бросил его в таком состоянии. Валентино кончил внутрь Энджела несколько раз через короткие промежутки, выплёскивая, казалось, всё, что мог выплеснуть. - Вэл, ещё... Мне хочется вас так сильно, Вэл! - Насколько сильно, кексик? - Валентино как будто издевался над Энджелом. - Очень, очень сильно... Я обожаю трахаться с вами, если вы не выебете меня как можно жёстче, я умру... Пожалуйста, Вэл! Я жажду вас! Валентино улыбнулся и перевернул Энджела в коленно-локтевую, облапывая его пушок и не прекращая втрахиваться в это прекрасное тело. Энджел страстно стонал, опираясь на спинку кровати, двигал бёдрами навстречу Валентино, не чувствуя ничего, кроме этого сладкого ощущения внутри себя, и не видя ничего, кроме... солнца. Энджел ловил такой мощный приход, что солнце впереди было почти реальным, только пятна на нём бликовали и вспыхивали такими цветами, каких в реальности никогда не бывает. С каждым движением стоны Энджела срывались на крик - так ему было хорошо. Боль, казалось, давно уже отступила - как могло быть больно Энджелу, когда его, жаждущего, ненасытного, с голодным взглядом в единственном широком зрачке, всё более грубо натягивал на свой член Валентино, перед этим подаривший ему ту самую лёгкость, которая уносила выше потолка, выше облаков, выше солнца? Сознание Энджела двоилось - приходные видения наслаивались на реального Валентино, и вдруг дробились на мелкие куски, чтобы потом воссоединиться в новом порядке, всего на мгновение затмевая Валентино и ощущение его члена внутри, пульсирующего и проникающего глубже с каждым движением. Валентино кончил ещё несколько раз, так, что наполненный спермой Энджел уже не ощущал самого себя, и вышел из спальни, оставив Энджела одного.