summer

рекомендую читать под песню ×Ваня Дмитриенко — Венера-Юпитер×

***

Полночи Антон ворочается на кровати, пытаясь уснуть, но мысли о Попове не дают покоя. Именно поэтому сейчас он выбегает в коридор за кедами, возвращаясь обратно в комнату, чтобы вылезти в окно. Если бы он вышел через дверь — бабушка бы точно проснулась и начала бы спрашивать, куда собрался её внук. Ответа у Шастуна на этот вопрос нет, потому что он и сам не понимает, что сейчас делает. Знает только, что через пять минут после побега, уже стоит около дома бабушки Арсения. Не понимая себя, парень тихо открывает калитку и подбегает к окну друга, стуча в стекло два раза. Шторы отодвигаются и Антон видит перед собой заспанного подростка, чьи глаза становятся по пять копеек, когда Попов видит перед собой Шаста. — Ты что тут делаешь? — спрашивает парень, открывая другу окно. — Ночь на дворе, вообще-то. Все нормальные люди спят… Антон кивает, но всё ещё не говорит Арсу и слова. Мысли крутятся в голове, но набатом лишь бьёт «извини меня, я был не прав», что Шастун никогда не скажет, потому что гордость не позволит низко опускаться. — Так и будем сидеть? — тихо спрашивает Попов, сидя рядом с другом на кровати. — Прости, — шепчет Антон, опуская взгляд на свои руки, сцепленные в замок. Парень думает, что Арсений не расслышал его, поэтому повторяет чуть громче, поднимая взгляд на друга. Попов сидит и смотрит на Шаста своими голубыми глазами, от которых у Антона всё ещё появляются бабочки в животе, заставляя появляться глупую улыбку, которую парень подавляет каждый раз. Арс мягко улыбается, зарываясь рукой в мягкие волосы Шаста и легонько вороша их. — И ты прости. Я не должен был тогда, — парень задумывается, какие же слова подобрать для этого случая, но всё же, не находя верных, замолкает. Антон медленно приблизился к лицу друга и посмотрел в глаза напротив, тихо шепча: — Могу я… Вместо ответа, Попов сам мажет по губам друга, словно ждал этого уже очень давно. Поцелуй получается слишком рваным и неправильным, но друзьям давно плевать на то, что будет потом. Углубляя поцелуй, Арс чувствует ту самую улыбку Антона, которая заставляла его сердце заходиться в бешеном ритме и думает, что, всё же, та звезда ошиблась в своем направлении, потому что все мечты сбываются — стоит только пожелать. Оторвавшись от губ друга, Шаст утыкается лбом в лоб Арсения и счастливо смеётся, закусывая нижнюю губу. Попов копирует выражение лица друга, потому что чувствует то же самое.

Минуты, когда человек безрассуден, могут быть лучшими в его жизни.

Когда юбилей бабушки Арсения приблизился так неожиданно, до Антона дошло, что уже наступил август, который он так не хотел. Именно это лето он готов проживать день изо дня, но время не возвращается, поэтому сейчас он сидит рядом с Арсом в зале, наблюдая, как болтают старушки, пришедшие на юбилей подруги. — Слушай, может, позовём наших и погуляем? — предлагает Попов, понимая, что, если пройдёт ещё минута в окружении бабушек, и они с Антоном сойдут с ума, начиная также обсуждать урожай этого года. Шаст соглашается и встаёт с места, извиняясь за то, что ему нужно уйти со дня рождения, на что Арс кивает и также извиняется. Взрослые прекрасно понимают парней, которые решили смыться с их нудного обсуждения, поэтому одобрительно выпроваживают подростков из дома. Когда Антон собирается идти в сторону домов друзей, Попов перехватывает его руку, поворачивая в другую сторону. — Ты же сказал, что… — Я много чего говорю, не помнишь? — улыбается Арс, сверкая своими «океанами». Когда друзья доходят до обрыва, у Шаста вырывается смешок, потому что с этого места всё началось. Жизнь закрутилась именно в этой деревне на этом месте. И Антон бы никогда не подумал, что будет сидеть на траве со своим лучшим другом, переплетая пальцы и счастливо улыбаясь. Поворачивая голову в сторону парня, Шастун на несколько минут зависает на профиле друга, потому что идеальнее ничего не видел. — Почему ты на меня пялишься? — спрашивает Попов, не открывая глаз. — Ты очень красивый, — не выдерживает Антон и тут же прижимается к чужим губам, понимая, что Арс охотно отвечает, улыбаясь в поцелуй. Кажется, в этот день они целовались слишком много, потому что к концу дня, у Шаста начала кружится голова и подкашиваться ноги, лишь от взгляда на друга. Возвращаясь домой, парни громко разговаривали и смеялись, наслаждаясь компанией друг друга. Прощаться не хотелось от слова совсем, но, махнув напоследок рукой, Антон скрылся за забором, позволяя Попову погрузиться в свои мысли. Размышления, по типу «Что будет сейчас?», «А что потом?», крутились в голову Арса, который всю ночь провел за размышлениями, что же им делать дальше. Разговор оттягивался до самого конца августа, позволяя двум друзьям наслаждаться компанией друг друга и, совсем иногда, целоваться в тайне от других. Прохладный ветер указывает на то, что лето подходит к концу, а Антону хочется вырвать себе сердце, чтобы не чувствовать приближающийся конец. Арсений сказал, что уезжает в Питер завтра вечером, поэтому разговора им точно не избежать. — Здравствуйте, — раздаётся в коридоре и Шастун думает, что вот-вот сердце выпрыгнет из груди от волнения, потому что Попов уже здесь. Антон садится за рабочий стол, перебирая пальцами все браслеты и кольца, потому что это хоть как-то помогает избавиться от того волнения, которое продолжает грызть его. — Привет, — раздаётся голос Арса, зашедшего в комнату. — Привет, — глухо отзывается Шаст, поворачивая голову в сторону друга и сталкиваясь с внеземными глазами. Когда Попов спрашивает, не против ли Антон поговорить с ним, сердце делает кульбит, заставляя его лишь легонько кивнуть. Разговор не несёт в себе ничего важного: смешки, неловкость и напряженность, но ничего плохого, как ожидал Антон. — Арс, — говорит Шастун, смотря на недо-друга, — Что будет дальше? Попов задумывается, но, спустя минуту размышлений, ярко улыбается, заверяя, что всё будет отлично. Они будут видеться, списываться и так далее, как об этом говорится в книгах. Только почему-то на душе Антона всё ещё не прекращают скрестить кошки. Когда же, в обед, Арсений уходит, чтобы собрать вещи, Шастун раскисает по-полной. В ушах наушники, в руках книга, в голове — огромный ком проблем, а в сердце — война с самим собой за счастье. Когда продолжение книги «Вино из одуванчиков» * прочитано, за окном уже давно темно. Бабушка Антона несколько раз заходила к внуку, желая тому спокойной ночи, но каждый раз удивлялась тому, что он все ещё не спит. Кажется, женщина уже сама видит сны, потому что телевизор на кухне перестал работать и по дому больше не доносится звук чужих шагов. Только Шастун собирается засыпать, натягивая одеяло до ушей, по комнате разносится звук стука в окно. Парень подрывается с кровати и подходит к окну, видя за ним Попова, стоящего в футболке посередине огорода. — Что ты делаешь? — шепчет Антон, помогая парню забраться к себе в комнату. — Я не знаю, — смеётся Арс, поворачивая друга к себе лицом и тут же впиваясь своими губами в чужие. Они прижимаются друг к другу, словно являются кислородом, без которого жизнь невозможна. Руки блуждают по чужому телу и это выглядит настолько правильно, что даже не хочется задумываться, что вот-вот всё закончится. Арсений подходит к кровати друга и садится на неё, утягивая за собой Шаста. Антон сидит на коленях парня и создается ощущение, что он маленький котёнок, сидящий на коленях хозяина. Но в следующую секунду, когда их губы сталкиваются уже в сотый раз за этот вечер, все рамки стираются, позволяя недо-друзьям отдаться собственным чувствам. — Ты уверен? — шепчет Арс в поцелуй. Шастун лишь кивает головой и стягивает с парня футболку, наблюдая за загорелой кожей, на которой выделяются очертания мышц. Всё же, не зря Попов бегал каждый раз вокруг деревни и подтягивался на турнике в бабушкином огороде. Выглядит его тело безупречно, словно сошедшего с небес аполлона. Антон улыбается своим мыслям, покрывая чужую шею поцелуями. Кажется, в эту ночь вся вселенная сошлась в одной точке, потому что мысли двух парней были заняты лишь друг другом, а на небе появился десяток падающих звезд. Утро перед отъездом выдалось безумно веселым, потому что бабушка Шаста чуть не зашла в комнату внука. Благо, он принял в привычку закрываться каждый раз перед сном, иначе женщине предстала довольно-таки странная картина: полуголый внук вместе со своим другом лежат на одной кровати в обнимку. Но всё же, током прошибло обоих, от чего каждый повскакивал с кровати и судорожно начал искать свои вещи. Находились они, разбросанными по разным углам комнаты. Матерящийся себе под нос Антон, поторапливал Попова, чтобы тот, наконец-то, напялил свои джинсы и вылез в окно. Пообещав, что попрощается с другом чуть позже, Шастун открывает окно, выгоняя Арса, который на несколько секунд прижался к чужим губам, тут же получая ответ. — Антош, ты чего не открывал? — спрашивает бабушка, стоящая у двери. — Ба, да я спал, не слышал. Что-то нужно? — краснеет Антон, понимая, что нагло врёт женщине. — Арсюша сегодня уезжает, мы сходим к ним, — утверждая говорит бабушка. — Чайку хочешь? — Давай, — соглашается Шаст, идя за женщиной на кухню. Когда наступил обед, парень вместе с женщиной направились в гости, прихватив с собой несколько только что испеченных пирогов. — Привет, Сенечка, — здоровается бабушка Шаста, заходя в дом. — Держи, я тут с утра немного испекла. Когда поедешь-то? — Здравствуйте. Спасибо. Часика через два папа подъедет, — отвечает парень, принимая от женщины еду. В коридор тут же выходит бабушка Попова и двое старушек начинают весело болтать обо всём, позволяя внукам по-тихому смыться к комнату Арсения. — Когда ты поедешь? — Завтра, вроде бы, — отвечает Шастун, обнимая друга в ответ. — Мама сказала, что у папы сегодня работа, так бы приехал сегодня. — Я буду скучать, — шепчет Арс в губы и собирается поцеловать парня напротив, но в комнату раздается тихий стук. — Арсюш, может, пирог поедите? — говорит женщина, заходя в комнату к внуку вместе с тарелкой сладостей. — Чай налить? — Спасибо, не нужно, — отвечает парень, ставя тарелку на стол у кровати. — Ну, хорошо, — кивает бабушка, выходя из комнаты парня. — На чём мы там остановились? — с ухмылкой спрашивает Попов, приближаясь к губам Шаста и мягко их целуя. Несколько часов прошли настолько быстро, что ни один из друзей не мог поверить, что отец Арса уже подъехал к дому. Поэтому Попов берет рюкзак и сумку в руки, выходя из дома. Улыбнувшись отцу, он подходит к машине и убирает вещи в багажник. — Привет, — говорит мужчина, выходя из машины. — Привет, Антон. — Здравствуйте, — говорит парень, улыбаясь в ответ на приветствие. — Сынок, там вещи некоторые надо забрать, сходишь? Я вам овощей насобирала, ягод. А ещё компотов и варенья положила. — Возьму, конечно, — кивает мужчина и идёт в сторону дома за двумя старушками, ведущими его к «запасу». Парни остаются стоять у машины наедине друг с другом, смотря в глаза напротив: в одних о скалы бьётся безграничный океан; в других же — пушистый летний лес, возвращающий в самые лучшие воспоминания этого лета. Каждый делает шаг вперёд, погружаясь в тёплые объятия. — Я тебя люблю, — шепчет Антон, зарываясь носом в мягкие волосы парня. — Я тебя тоже, — отвечает Арс, утыкаясь в шею Шаста. Атмосфера разрушается, когда на улицу выходят взрослые с несколькими пакетами, погружая их на задние сидения машины. — Ну, что, поехали? — говорит старший Попов, похлопывая сына по плечу. — Встретимся следующим летом. — До свидания, — отвечает Антон мужчине и переводит взгляд на парня, тихо шепча. — Пока. — Пока, — также отвечает Арс, подходя к переднему сидению машины и садясь на него. Вот всё и закончилось. Лето подошло к концу и каждому парню придётся ехать по своим городам. Арсу — в Питер, а Антону — в Москву. Их будет разделять всего-лишь 708 километров, но место встречи будет, как всегда, где-то посередине. Там, где всё началось. И там, где всё продолжится.

Ты — Венера, Я — Юпитер. Ты — Москва, Я — Питер. На одной орбите, Опять.