Улыбайся

Никогда не знаешь, что в голове у людей. Даже у самых родных и близких.

      Вот он — твой парень, улыбается тебе, дарит подарки, водит по самым живописным местам и клянётся тебе в любви. Ты души в нем не чаешь, оберегаешь ваши чувства, отдаешься им и всё глубже и глубже тонешь в них.       Чимин так же утонул в своем человеке.       Они познакомились в парке, Чонгук его с кем-то спутал, как тот говорил «с хмурым человеком из прошлого». Их отношения стремительно развивались, вскоре они жили вместе, наслаждаясь идиллией. Позже Пак стал замечать странные вещи в поведении парня: во время ссор тот никогда не чувствовал вины, хотя и обижал словами очень часто, а когда у Чимина были тяжелые дни и ему требовалась поддержка, Чонгук никогда его не жалел, не обнимал и не успокаивал. Чону катастрофически было мало секса, тот хотел им заниматься буквально везде и не всегда с одним только Чимином. Самым ужасным был его не контролируемый гнев, который появлялся редко, но словно из неоткуда. Как-то они поругались на бытовую тему, вроде Чонгук забыл оплатить по счетам, Пак возмущался на него, ведь предупреждал же и не раз напоминал. И Чонгук ударил. Внезапно, резко и чётко в нос. А затем просто ушел прогуляться, как ни в чем ни бывало. В тот вечер Чимин нашел медицинскую карту парня со страшным диагнозом психотерапевта — антисоциальное расстройство личности, иными словами «психопатия». Дрожь прошла по его телу. Это всё, чёрт возьми, жутко. Он никогда с таким не сталкивался, но пообещал себе справиться со всем. Они обязательно будут счастливы, даже если один из них психопат. Просто нужно быть сильным, стойким — и тогда у них всё наладится. Было бы отлично отвести парня к психиатру. И Чимин будет стараться сделать всё, чтобы Чонгук попал на приём, что к сожалению так и не произошло. С таким заболеванием добровольно по врачам не ходят.       Спустя время Чона как подменили, он снова был галантен, обходителен, задаривал цветами, милыми безделушками и вовсю просил прощения. Конечно же, парень простил его — тот ловко манипулировал его чувствами, давя на них, к тому же Пак понимал, что Чонгук болен, и на самом деле не хотел никогда бить или оскорблять, это всё проделки его больного разума, которые тот не контролирует, и не более. Чимин верил в это, обманывая самого себя, и не подозревал, что удар в нос будет не единственным увечьем.       По истечению года он познал на себе настоящий ужас. Он приготовил на двоих романтический ужин. Повод был крайне подходящий — годовщина знакомства. Они мило посидели за столом, обнимаясь, целуясь и просматривая совместные фото и видео. Чонгук одаривал своего парня комплиментами и ласками, а тот таял, как лёд ранней весной. Дальше Чимин помнит их спальню, страстные поцелуи, несдержанные стоны, Чон решил исполнить свою давнюю сексуальную фантазию, приковав руки своего парня наручниками к изголовью кровати, а сам устроился между его ног. А после…темнота и боль. Адская боль.

***

      Лёжа на кровати в темноте своей спальни, Чимин пялится в одну точку на потолке и не понимает, почему именно он. Почему именно его угораздило влюбиться в грёбаного психопата? Чонгук находится на принудительном лечении в психиатрической клинике уже около месяца. Ему разрешены посещения, но Пак никогда к нему не приедет. Он не хочет его видеть, слышать его голос или чувствовать прикосновения. Ему как никогда страшно смотреть ему в глаза – он помнит тот лишённый рассудка взгляд, пробирающий до мурашек. И всё ещё больно. Чимин медленно вытирает стекающие по щекам слёзы, чем случайно задевает мерзкий шрам, совершенно позабыв о нем на несколько минут, тот тянулся от уголка губ и пересекал щеку. С другой стороны лица красуется такое же уродство.       Чимин не выходит из дома с тех самых пор, когда… Черт, нет. Нет, не вспоминай…       Парень громко всхлипывает, закрыв ладонью рот, дабы заглушить крики боли, отчаянья и предательства.       Чон Чонгук склоняется над телом Пака, прикованным к кровати наручниками с миленьким розовым пушком. Чимин полностью обнажён перед ним. Душой и телом. Он смотрит на Чона преданным и влюбленным взглядом, готовый кинуться за ним куда угодно, готовый поддержать его во всём, готовый защищать и любить его всю жизнь.       Чонгук приставляет тонкое и опасно острое лезвие бритвы к уголку губ парня, довольно улыбаясь, будто он совершает поистине правильный поступок, к которому очень давно готовился. Чимин пытается вырваться, трясет скованными руками, но парень над ним имеет неимоверную силу, с легкостью удерживая его.       — Я хочу, чтобы ты всегда улыбался, Чимин-и, — говорит Чонгук, широко скалясь и довольно наблюдая ужас в глазах напротив. А затем рисует на лице своего парня «вечную» улыбку, заливая кровью подушку.