Это не любовь

      Время пять утра. Арсений всё еще сидит в борделе, засмотревшись на красивых, полуобнаженных девушек и парней. Они шатаются по помещению, одеваясь и смывая яркий макияж. Вместе с ним пропадают и игривые улыбки. Теперь на лицах только усталость и желание поскорее уйти из места, где любой может нагрубить или ударить в порыве «страсти». Но ведь никто ничего не скажет клиентам…       У людей, работающих здесь, начинается другая жизнь с наступлением утра. И каждый раз все они мечтают о том, что это будет их последний рабочий день в дорогом, но таком неприятном месте.       У кого-то это получается.        Однако за 2 года, которые Арс сюда приходит, состав импровизированной «команды» уменьшился лишь единожды. Тогда миловидную блондинку Оксану забрал с собой какой-то богатый мужчина, явно с неприятными наклонностями. Глупая девочка повелась на своего постоянного клиента и уехала с ним в другой город. Так никто и не знает, что с ней в итоге стало.       Опустевший зал смолк. Все разошлись, но Попову плевать, у него свои привилегии в этом заведении. Брюнет просто в который раз дает несколько купюр бармену, а тот снова наливает алкоголь.       Арсения искренне считает, что в его жизни нет ничего плохого. Он привык проводить целые ночи именно в этом борделе, иногда выбирая мимолетного спутника в VIP-комнату. Привык уходить отсюда вместе с уборщицей, с которой он, к слову, давно находился в доверительных отношениях. Привык приходить в свою квартиру, хоть и всегда пустую. Привык спать по 4 часа, а затем идти на работу, которая уже давно не требует от него ничего космически важного.        Арсений часто спрашивает себя, как его еще не выперли со своего места менеджера, но ответ приходит незамедлительно: владелец компании — это его давний друг, который дал — как бы глупо это ни звучало — обещание, что не уволит Попова, но с условием, что тот действительно будет работать.        Арс привык.       Но сегодня хочется вернуться пораньше.       Он немного заебался: его ведет от алкоголя и всё причудливо переливается перед глазами от чего-то менее законного, чем янтарная жидкость в граненом стакане. Брюнет допивает свою порцию и медленными шагами уходит из этого места.       На выходе как обычно стоит охранник по имени Стас — Арсений однажды прочитал это у него на бейджике и запомнил. Хмурый вертухай смотрит, будто взял в долг. Может быть пару лет жизни Стас у него и забрал, когда ебал мозги Попову по поводу его засиживаний в этом притоне. Казалось бы, с хрена ли его это должно трогать? Арсений не знает. Ну, ничего. И с ним в итоге договорились. Даже кое-как подружились. — Рано ты сегодня. Неужели есть повод? — оставаясь на своем посту, без интереса спрашивает Стас. — Ага, вроде как важный день. Какой-то там по счету день рождения, — так же бесцветно отвечает Арс. -У кого? -У меня.       И брюнет уходит окончательно, слыша за спиной:"Поздравляю, до следующего можешь не дожить». Почему-то это вызывает улыбку у Арсения. А что? Может быть и так. Ну и черт с ним.       Приходя домой парень быстро принимает душ и заваливается на большую кровать, мгновенно засыпая. А вот просыпается брюнет от назойливого стука в дверь.       «Кого могло принести в такую…рань?» — Арс усмехнулся своим мыслям, ведь на часах уже давно было не 5:02, а 11:37 — день близился к середине.       С разрывающей болью в голове Попов кое-как перекатился с кровати на пол, аккуратно поднялся и попытался дойти до двери, не пересчитав при этом все углы в квартире. — Арс, ну, в конце концов, открывай! — слышится за дверью знакомый голос. Матвиенко.       Нехотя дверь открывается перед низеньким мужчиной. — Бабуля, вы чего в такую рань? — с доброй усмешкой тихо произносит Арс. — Слыш, милок, за бабулю ответишь. Кстати, за свой прогул тоже! — громко говорит Сергей и треплет Арсения по щеке.       Брюнет прижимает руки к вискам, потому что голову разрывает от назойливого голосистого друга. — У меня есть оправдание, Серж. — Твое оправдание не работает.       Сергей снимает обувь и проходит на кухню: парень тут уже далеко не первый раз, всё успел выучить. Матвиенко садится за стол и хмурит брови, Арсений прекрасно знает этот жесть — предстоит тяжелый разговор. А если Сережа решил поговорить, то это надолго. Поэтому Попов отходит к плите и ставит чайник. — Арс, я понимаю, что ты до сих пор не смирился с разводом…- он не успевает договорить, ведь брюнет поднимает руку в вверх, обращая всё на себя внимание. — Сереж, правда, не надо. Не начинай.       Потому что Арсению больно. Потому что он действительно не смирился.

***

      Они прожили с Аленой десять лет. Их знакомство было спонтанным: они встретились на сцене театра в Омске, когда играли в одном спектакле, и бог судья, но тогда у них обоих вспыхнули чувства. Это была буря с самого начала. Уже через месяц они стали встречаться и никто не мог бы, даже из зависти, сказать, что это не любовь. Она самая! Во всех своих проявлениях. Самая чистая и искренняя, что могла существовать на этой планете.       Арсений и Алена были безумно счастливы: проводили всё время вместе, держались за руки и украдкой целовались, потому что жутко не любили выставлять отношения напоказ, хотя и не могли скрыть лучезарной улыбки, смотря друг на друга. Они встречали закаты, гуляли под дождем, а потом лечили простуду, отправлялись в путешествия по разным странам, достигли успеха в актерском искусстве и нашли свое место в Питере, играя все также в одном театре (кстати, после одного из спектаклей Арсений и познакомился с Матвиенко), сыграли свадьбу и, наконец, у них появился ребенок- девочка Кьяра. Всё вместе. Где бы ни были. Что бы ни происходило. Они любили.       Любили друг друга, дочку, Санкт-Петербург и Омск, театр, друзей и весь мир, потому что среди миллиардов людей они нашли именно друг друга.       Поповы зажигали яркий свет в сердцах каждого, кому посчастливилось с ними встретиться. Дарили радость. Безмерно, безгранично, бесповоротно. Арсений был без ума от счастья. Не мог не улыбаться, смотря на свою семью.       Но кто бы мог подумать, что эти десять лет закончатся так грязно, спутанно и…непонятно (?) Спонтанно, как всё и начиналось. Огонек имеет свойство затухать, но Попов никогда бы не подумал, что такое произойдет в их жизни.       В тот день Арсений сильно задержался в театре, ведь ему прислали приглашение сняться в зарубежном фильме. Ему! Брюнет был на седьмом небе от счастья.       И вот он спешит домой к семье. Но зайдя в квартиру видит на пороге дома сумки. Ну не могла же жена узнать раньше времени обо всем? — Алена, я до…- Арсений обрывается на полуслове, ведь из комнаты выходит одетая в верхнюю одежду жена. — Арсений, сейчас выслушай меня внимательно. Ты меня понял?       Если честно, то брюнет уже на этой фразе понял, что что-то произошло, но пока не совсем понимал, что именно. Почему его любимая Алена одевает шарф и обувь, хотя на дворе одиннадцатый час вечера? Куда? — Я слушаю, — Арсений сложил руки на груди, а голос дрогнул.  — Пойми меня правильно. Я не хочу ходить вокруг да около — я хочу подать на развод. Подожди! Не перебивай. Арс, я больше не могу, а главное — не хочу тебе врать: у меня есть другой мужчина. Мы оба знаем, что мы хорошие актеры, но больше играть эту роль я не в силах. От тебя при разводе я ничего не потребую, с дочкой можешь видеться, — при упоминании Кьяры Арсений стал озираться по сторонам, пытаясь найти глазами эту солнечную девочку, которая всегда встречала отца с работы, несмотря на время, в которое он приходил. — Она сейчас у него.       Алена выдохнула и взяла сумки в руки, взглянув в глаза своему пока-что-мужу. И брюнет не успел скрыть эмоций: удивление, непонимание, сожаление, осознание, что не замечал так долго — всё в лихорадочном блеске глаз. Да и как он, черт возьми, мог скрыть хоть что-то в таком состоянии? Алёна же не серьезно? — Сейчас я ухожу. И очень надеюсь, что ты отпустишь эту ситуацию…и меня. — судорожный вдох, — Ты всегда желал и для меня, и для себя счастья. Позволь мне быть счастливой.       С этими словами девушка поспешно вышла из квартиры, больше не взглянув на застывшего парня. — И при этом я должен оставаться несчастным?.. — Арсений выбежал на лестничную клетку и схватил жену за руку, разворачивая к себе лицом. — Алёна, что происходит? Это затянувшаяся шутка? Мы столько лет вместе! Это не может оказаться правдой… — Но, к сожалению, так оно и есть. Отпусти мою руку сейчас же, Арс. Давай не будем расставаться с ненавистью друг к другу? — женщина была на удивление безумно спокойной. Карьера актрисы весьма полезна. — Давай не будем расставаться! — Арсений машинально сжал руку девушки сильнее, в глазах уже стояли противные слезы. — Подожди. Давай хотя бы поговорим, Алён. Я же всё для тебя делал… Для тебя и Кьяры. — Арсений, не ищи проблем в себе. Ты прекрасный молодой человек, но я с тобой не могу больше. Прошу, насильно мил не будешь. До свидания. — девушка аккуратно разжала пальцы мужа и ушла.       Вот так Алена исчезла из жизни Арсения.       Нет, конечно, они еще неоднократно встречались в суде, но для мужчины весь этот судебный процесс проходил словно в тумане. А ведь Попов так хотел увидеть того человека, которого выбрала его жена, но не смог посмотреть в их сторону.        Просто не сумел. Не имел права на чужое счастье. Потому что Алена была права- мужчина уважал и ценил чужую радость, а для своей «любимой» только этого и желал. Даже в такой ситуации. Он продолжал любить, хотя прекрасно понимал, что уже не имеет на это права. На другой стороне зала были уже чужие люди. Там больше нет любимой жены. И Арс не может ничему помешать. В большей степени из-за того, что он видел перед собой одно огромное ничего, не понимал, что происходил, отвечал на автомате, не слушал и не слышал. А в голове отпечатались лишь слова о том, что брак расторгнут.       Вот так не стало семьи Поповых. Остался один Попов. Без жены, дочки и желания хоть что-то делать… «Было бы великолепно, Ален, если бы я мог отпустить тебя, но это выше моих сил.»

***

      Арсений начал выпивать. Он не мог смириться с тем, что в один миг всё его счастье рухнуло, разбилось вдребезги, исчезло вместе с прекрасной улыбкой его маленькой доченьки.       Арсений сильный. Попов может за себя постоять. Но и он человек, у которого есть чувства. И они же разрывают брюнета изнутри. Единственный смысл жизни, который он знал — создание семьи. А что делать, если семья развалилась? Никто и никогда ему не говорил. Все же так сильно верили в любовь Алены и Арсения. Что таить, Попов тоже в это верил. Увы.       Поэтому Арсений и живет-то непонятно для чего. Искать новый смысл жизни в 38? Сомнительное удовольствие. И уже безнадежное. Попов опустил руки. Пустил всё на самотек. И новый фильм, и кастинги, и карьеру актера. У него нет сил на это. Или нет стимула.

***

      Брюнет смотрит на шест, выражая восторг. Вот таким стал Попов А.С. Так он проводит любой свой вечер, ночь, а иногда еще и утро. Он перестал быть великолепным актером. Искорки в глазах потухли. Все надежды рухнули. Но как-то дальше ведь надо жить? — Я готов навсегда остаться здесь. — неожиданно вслух говорит Арсений, сидящий за барной стойкой. — Не самый плохой выбор, но всё равно не советую. — быстро произносит бармен и подливает янтарную жидкость.       Арс хмыкает и начинает рассматривать парня, разливающего коктейли. Красивый, статный, в неизменной черной водолазке и с цепочкой на шее. Дмитрий.       Попов всегда считал его одним из самых лучших барменов, работающих в столь неоднозначном месте. Дима был эрудирован, мог поддержать диалог на совершенно разные темы, но при этом не лез с расспросами, готовил превосходные напитки, так еще и специально брал дополнительные часы работы. И при всем при этом писал кандидатскую работу. Удивительный человек.       И Арсений почему-то искренне надеялся, что у Димы все сложится. Он заслужил.       Не то, чтобы Попов не заслужил, но так уж вышло. Поэтому он в борделе. Ему тут спокойно, привычно, хочется забыться и словить трип, хоть и не лизал этот столб. Ведь в первый же год пребывания запретил себе употреблять наркотики. В середине второго забыл (а может просто забил) и подсел. Понимал, что ничем хорошим это не закончится, но по-другому не мог справляться.       Сегодня в клубе шумно. Пятница. И Дима услужливо поделился, что ближе к двенадцати будет новое выступление от излюбленных девочек и мальчиков, поэтому народу должно быть вдвойне больше.       Так что постепенно сигаретный дым и усталый смех зависают под потолком, а над сценою, где танцоры развлекают всех, появляются всё больше заинтересованных лиц, ведь именно там расположены балкончики для лучшего обзора.       Попов не фанат стриптиза. Зачастую это выглядит несуразно, не красиво, пошло. Ему хотелось бы эстетики, плавности и грации. Но это ему не балет и не фигурное катание. Сюда приходят за развратом. Арсений изначально тоже шел за ним.       Были и хорошие «выступления», когда видно, что и сам танцор получает кайф от своих движений. Когда он живет эти три минуты песни словно последние. И такое Арсению нравится. Именно такой танцор тут только один. Высокий, пластичный, подвижный, чувствующий музыку и возможности своего тела. Он пришел в бордель буквально месяц назад и выступал от силы раза три, но зацепил Попова. Привлек внимание, если быть точным.       Сегодня можно было увидеть его в деле. И действительно, через считанные минуты выходит он. Как всегда в своем слишком открытом полулатексном костюме. Хотя нет костюмом это назвать сложно, так, пара тряпок, чтобы не превращать шоу в откровенную порнуху. Танцоры начинают, но Арсений смотрит только на него. Всегда только на него. Ведь этот долговязый выглядит живым, ярким и иногда каким-то инородным по отношению к остальным выступающим. Его пластика поражает, он чувствует музыку и все его движения крайне плавно перетекают из одного в другое. - Развязный мальчишка... - слышит Арс рядом с собой и удивленно наблюдает за тем, как мужчина слева от него двигает рукой в штанах, смотря на худого танцора. И это просто отвратительно, но Попов уже давно перестал осуждать. Люди - животные. А мужчины - самые яркие их представители. Арс просто вновь переводит взгляд на сцену. На танцорах уже появились капельки пота, однако они никак не показывают свою усталость. Это их работа и выполняют они её просто идеально. Но этого чертовски мало. Поэтому после выступления любой желающий может подойти к понравившемуся ему выступающему и позвать на приватный танец. Было одно "но" - всё это только с согласия второй стороны. Не то, чтобы многие отказывались, но им всегда давали право выбора. Арсений решает, что сегодня было бы неплохо увидеть его любимчика чуть поближе. Именно поэтому он досматривает танец уже внизу, у самой сцены. - Пойдешь со мной? Парень опускает взгляд на Арсения, ненавязчиво рассматривая и ухмыляется уголками губ, легонько кивая. А потом уходит в VIP- комнату. Не говоря ни слова. Но мужчине это и не нужно. Он всё и так понял. Парень уже замечал Арсения на своих выступлениях. Более того, он видел его взгляд, восторженный и хищный. А такое его заводило. Этот взгляд не был из категории извечных: слюнявые и липкие, что потом хотелось стоять в душе и натирать кожу до красноты. Нет, это было восхищение. Да и сам брюнет выглядет прекрасно, несмотря на его очевидные синяки под глазами. Но это можно опустить. Они вдвоем доходят до комнаты, высокий парень обговаривает с охраной этой секции несколько пунктов, а потом заходит в комнату, оставляя дверь приветливо приоткрытой. А Арсений словно на белом корабле как к маме мамонтенок плывет к этому танцору, с одной единственной целью - чтобы отогреться его телом теплым. Дверь плотно закрывается, а замок поворачивается на один щелчок. Весьма предусмотрительно, что у охраны есть ключ, который может открыть любую из дверей в клубе, если вдруг поймет что что-то идет не так. Шатен тем временем включает прикроватные светильники, смотрит на мужчину через плечо и медленно снимает свой сценический образ. Арсений сразу же подходит чуть ближе и утыкается жадным взглядом на подтянутый живот и едва различимые кубики пресса. -Ну, и какие у тебя на меня планы? - взгляд сверху вниз заставляет Попова замереть, не часто он встречает людей выше себя. - Думаю, что ты и сам всё понимаешь. - не удержавшись, Арсений провел руками вверх по животу, чувствуя, как тело под его руками почти незаметно подрагивает. - О, у меня еще не настолько большой опыт. А ты, судя по всему, уже многое успел тут перепробовать, если являешься постоянным клиентом не первый год. - Так ты про меня еще и расспрашивал? - улыбка расплывается по лицу, а руки проходятся по груди и останавливаюсь на плечах, - Тогда давай начнем с малого. Мягкое надавливание на плечи и танцор послушно опустается на колени. Арсений, в свою очередь, садится на кровать и расставляет ноги пошире, чтобы пареньку было удобнее. - А вот в этом я действительно хорош, ты точно не пожалеешь, - между разговорами руки шатена уже расстегивают пряжку ремня и приспускают штаны, - Но мои услуги стоят дорого. - Не беспокойся, детка, я тут каждый вечер, точно расплатиться сумею, - мужчина усмехнулся, не замечая, как скривился парень на такое обращение, - Тебе пора бы заняться делом. - Я Антон, и давай без этих детка, куколка и тому подобное, - на этих словах парень оттянул боксеры, вынуждая Арсения приподняться, чтобы опустить их поудобнее. Арсений глухо простонал, когда наконец-то перестал ощущать неприятную тесноту, чтобы почти сразу ощутить на себе жар чужого рта. Антон устроился между расставленных ног, положил руки на бедра мужчины и на пробу взял головку и слегка опустился на ствол, проводя языком по венкам. Размер был средним, поэтому взять полностью не составило бы никакого труда, но Антону почему-то захотелось поиграть с этим мужчиной. Он отстранился и подул на член, вызывая неприятный холодок, а потом сразу же провел языком по головке, оставляя за собой мокрый след. Усмехнувшись, он провел руками по чужим бедрам и сжал их, чувствуя, как мышцы под его пальцами напрягаются, но при этом никаких протестов эти действия не вызвали - в комнате было слышно только тяжело дыхание двух тел. Поэтому Антон решил не останавливаться и вернул своё внимание главному герою сегодняшней ночи. Шатен любил, когда грязно. Когда слюна и сперма капает и стекает по телу или по простыням. Так что он решил не лишать себя удовольстаия и смазать языком весь ствол. С присущей танцору своего профиля развязностью, он начал облизывать член со всех сторон, пока что специально не вбирая его в рот. На свои действия он услышал довольный, но заглушенный стон, что побудило посмотреть Антона выше, в лицо брюнета, которому он так умело делал минет. Ох... Увиденное его не разочаровало. Глаза Арсения были наполнены похотью, но Антон никогда и ни у кого не видел такой глубины, когда взгляды встретились. Мужчина аккуратно, но с напором положил руку на кудрявую голову и погладил, однако почти сразу вплел пальцы и сжал, направляя лицо танцора ближе к паху. Боже, он был горяч. И не то, чтобы Антон был верующим. - А ты был прав, справляешь пока что очень даже, - от хрипотцы в голосе паренька повело. Ради такого не жалко было постараться. И это заводило. Настолько, что становилось тесно в штанах, а ведь они были для выступления, их специально сшили на размер меньше, чтобы выделялось всё, что у добропорядочного человека выделяться не должно. Так что Антоном быстро было принято решение закругляться с играми. Пару раз лизнув выступающее семя, он насадился на член, постепенно доходя до основания, и расслабляя горло, чтобы принять полностью. Спустя несколько долгих секунд, пока Антон привыкал к размерам, Арсений мягко намекнул покачиванием бедер, что пока бы приступить к действию. И танцор был не из тех, кого надо долго уговаривать. Шатен расслабился и стал покачивать головой, каждый раз упираясь носом в основание, и лишь изредка отстранялся и останавливался на головке, вырисовывая только ему понятные узоры, а после снова насаживаясь, ускоряя темп. Через несколько движений он понял, что его волосы довольно сильно сжимают и вновь взглянул наверх, что явно было ошибкой, потому что он увидел как беззвучно отразилось наслаждение на лице брюнета. Его тяжелое дыхание стало быстрее, щеки раскраснелись, а рука, на которую он опирался, подрагивала. - Ты так стараешься на сцене. Такой хороший мальчик, - вопреки словам, рука в волосах сжимается сильнее, оттягивая, и неожиданно встречаясь взглядами, - Выглядишь просто восхитительно, - Антон продолжал свои ритмичные движения, не разрывая этот зрительный контакт, - Никогда бы не подумал, что этот сладкий ротик будет занят моим членом. - и вдруг стон заглушает дальнейшие грязные разговоры. И Антон не может. Ему нравится то, что он видит. Поэтому он стонет, пуская вибрации по горлу, что доставляет особенное удовольствие Арсению. Рука шатена сама опускается к своим же штанам и неумело расстегивает, начиная быстро надрачивать себе, при этом ускоряя свои движения головой. И звуков становится на удивление много. Мужчина больше не сдерживает себя, Антон чаще слышит сладкие стоны, что несомненно поддевает работать усерднее. Они оба уже на пределе и чувствуют это, поэтому останавливаться было бы пыткой. Рука и голова танцора двигаются синхронно, язык умело проходится по стволу, оставляя после себя блестящий след. И в один миг Арсений не выдерживает, сжимая руку шатена на своем бедре и изливается прямо в призывно открытый рот, пачкая лицо напротив. Грязно. Прямо как любит Антон. Парой движений он доводит себя и громко стонет, запрокидывая голову и прикрывая глаза. Рука на голове парня расслабляется, поглаживая кудри, а потом переходит на щеку и стирает с подбородка остатки слюны и спермы. И в движениях сквозит нежность. Антон искренне не понимает, откуда она взялась, но это не то чтобы его сильно волнует. Главное, что ему было хорошо. А Арсений любуется. Парень перед ним действительно хорош. И владеет отличными навыками для работника своей сферы. Он смотрит на лохматые кудри, на едва различимую родинку на носу, на большие глаза непонятного светлого оттенка. Он привлекательный. И характер у него игривый, хотя не то, чтобы мужчина знал его достаточно хорошо, чтобы делать такие выводы, так что это просто предположение, возникшее в голове. Только вот это не любовь. Да и о каких высоких чувствах можно говорить с представителем такой сферы деятельности. Скорее всего Арсений даже будет не последним клиентом сегодня у Антона. И его всё устраивает, танцор может хорошо подзаработать. Почему-то при этой мысли лицо мужчины касается улыбка. Как же он низко пал в своей жизни, что проводит свои вечера в таких компаниях, оплачивая свое удовольствие деньгами. Это не любовь. Нет, вряд ли. - Отлично поработал, - Арсений берет салфетки с прикроватной тумбочки, которые услужливо оставлял персонал, передает несколько сидящему на полу парню, а сам вытирает руки, - Думаю, что ты заслужил чаевые. - Спасибо, я в себе не сомневался, - Антон протирает живот, на который попали капли его же спермы, и прищуривается, - Ты довольно долго наблюдал за мной, так что я был почти уверен, что ты так и не подойдешь для личной встречи, - застегивает штаны и сбрасывает салфетки в мусорку, - Чего так ухмыляешься? - Просто с тобой мне приятно, - Арсений тоже приводит себя в порядок и встает с постели. - Приятно познакомиться, - улыбается Антон, повторяя движения, и протягивает руку для рукопожатия, словно они действительно знакомятся сейчас. - Очень приятно, - кивает мужчина и жмет большую ладонь, а затем выходит за дверь, чтобы расплатиться за своё прекрасно проведенное время.