Шанс на отцовство

You and me hanging from the willow tree Quietly drifting in the open breeze Suddenly the wind blows you away from me Now I see we were never meant to be If only we could travel back in time (whoa) Right where we belong Maybe we’ll never need a reason why (whoa) We danced until the dawn

***

Перед глазами Майкла все ещё стояла та картина: то как он держит в руках окровавленное тело своего брата, а в ушах слышаться крики людей, тогда как по щекам бегут слёзы. Темноволосый парень даже не слышал ни яростных криков отца, что был приглушён в его голове, ни плача матери, а лишь только голос младшего брата, что умолял отпустить его. Подросток сидел и смотрел шокированно в пол. Он как и другие напряжённо ожидали. Через некоторое время наконец то показалась мед.сестра, хрупкая блондиночка, что устало и с сожалением взглянула от семью. — Что с моим сыном? — с надеждой задал напрямую вопрос темноволосый, как и подросток, с карими глазами, мужчина. — Он поправится? —… Вы можете увидеть его. Мы делаем всё возможное чтобы он очнулся. Он пока что в коме. — сообщила девушка, после чего начиная куда-то уходить. Семейство из четырёх оставшихся на данный момент человек стало по одному заходить к бедному мальчику, чья голова была полностью окутана окровавленными бинтами и со слезами на глазах разговаривать. Кто бы мог подумать что обычный пранк на дне Рождении мог обернуться в трагедию? Точно не обычные подростки. Майкл зашёл последним в больничную палату и сел около Укушенного, держа в руках его плюшевого мишку. Смотря на пикающий аппарат жизнеобеспечения и на оставшуюся часть его головы, скрытую под бинтами, хулиган промолчал несколько секунд, опуская взгляд. —… Я… Я не знаю слышишь ли ты меня… — начал он говорить дрожащим, сухим голосом, пока слёзы невольно выступили на глазах, а в горле возник ком, от чего стало труднее говорить. —… Но я хочу сказать тебе… П… Прости меня… Мне ужасно, ужасно жаль. Я бы ни за что так тебе бы не навредил… Я… Я должен был быть лучшим старшим братом для тебя! — промолчала пол секунды, он продолжил, слабо улыбаясь. — Я принёс твоего Фредбера. Он будет охранять тебя и… И ждать когда ты проснёшься. Мы будем все ждать. После чего он встал и с улыбкой посмотрел на младшего брата. — Я люблю тебя, братишка… Я обещаю изменится и стать лучшим братом для тебя, когда ты очнёшься… После чего, оставляя медведя на полке, он покинул комнату свято веря в то что однажды жертва его «безобидного» пранка очнётся. Но через несколько дней из его палаты послышался протяжный писк. Он не проснулся и не сделает этого уже никогда.

***

После похорон, на который приехали даже некоторые дальние родственники, что потом разъехались, между Уильямом и Майклом состоялся вполне серьёзный разговор, в ходе которого парень стоял с опущенным взглядом, находясь ещё в чёрной как и отец одежде. — Надеюсь ты теперь доволен… — холодным, сухим голосом начал говорить отец семейства, при этом стоя к парню спиной. —… Надеюсь теперь ты счастлив и горд своим поступком. — Отец… Это… Это был несчастный случай. Я… Я не хотел убивать его… — дрожащим, тихим голосом произнёс Майк, от чего его отец стиснул зубы, прикрывая глаза. — Несчастный случай говоришь? — на лице мужчины возник оскал, когда он повернулся наконец к парню, что испуганно вздрогнул, глядя в глаза отца, что были полны гнева. — Несчастный случай, говоришь?! Как можно было засунуть в пасть этого тупого медведя своего младшего брата?! Зачем ты вообще это сделал?! — подойдя ближе к подростку, схватил того за шиворот и притянув к себе, гневно рыкнул. — Отвечай мне, жалкий щенок! — Это… Должна была быть просто безобидная шутка! Я клянусь! Папа, поверь мне! — с наступившими слезами выкрикнул Майк, что конкретно испугался Уильяма. — Не смей называть меня папой, чёртова ошибка! — ударяя парня по лицу, продолжая кричать на него. — Ему было всего восемь лет! Он не должен был так закончить! — он снова ударил его по лицу, после бросая на пол. — Он умолял тебя перестать, но ты, ублюдок, всё равно это сделал! Ты так же запугивал его и издевался над ним, хоть я и просил тебя перестать! — Но… Я… Просто… — пытался сказать хоть что-то парень, но был прерван. — Что «но»?! Что ты?! Что «просто»! Ты желал ему смерти, хотя вместо него должен был умереть ты! — от этого зрачки парня шокированно сузились, а рот приоткрылся, пока мужчина стал беспорядочно избивать его до тех пор, пока едва живой Майк не стал бы лежать на полу. — Ты не должен был рождаться на свет… Говоря холодно и с ненавистью последние слова, он ушёл из комнаты, оставляя избитого подростка лежать на полу и истекать не только кровью, но и слезами из глаз. «Простите… Простите…»

Уильям стоял на крыльце своего дома и нервно затягивал табачный дым, смотря иногда на ночное небо. Он всегда курил, когда нервничал и конкретно плюя на своё здоровье, мог выкурить две пачки за раз. Между тем у дома припарковалась желтая машина откуда вышел рыжеволосый мужчина с усами под носом и в очках и зелёном желете поверх бледно-жёлтой рубашки. Сам почти одного возраста с Уильямом. — Уильям! — обеспокоенно позвал друга он, но тот не отреагировал, продолжая курить. Тогда мужчина подошёл к нему и отняв сигарету, затушил и выбросил. — Сколько ты уже пачек выкурил? Уильям… Ты хоть знаешь как это опасно для здоровья? — Ну и? Какая разница, Генри? — равнодушно бросил носитель фиолетовой рубашки, после чего достал новую сигарету и поджигая её зажигалкой, закурил. — Так что ты хотел? — Убедится как ты… Прошла неделя после того ужасного случая… — сожалеюще посмотря на приятеля, проговорил рыжеволосый. —… Я к тому, не лучше ли тебе взять выходные и отоспаться? Ты не сомкнул глаз и продолжил работу после всего этого… У тебя уже круги под глазами. — Я впорядке, Ген… Просто… Сперва Элизабет, а теперь и мой младший сын… Я кажеться теряю свой разум потихоньку… — томно выдыхая, проговорил Уилл. — Ну, а как же твоя жена? — Подала на развод… — А Майкл? Он же теперь твой единственный сын… — Эта ошибка не мой сын больше и никогда им не был и не будет. — зло прошипел Афтон, от чего Эмили выпал в осадок. — Уильям… Не взерая на то что он сделал, ты не можешь отталкивать и его. Мальчик сам был в ужасе. Сперва сестра, теперь и всё это. Тем более, он же помогал тебе во всём что не попросишь. — пытаясь вразумить друга, стал говорить с лёгкой улыбкой Генри. — А запугиванию твоего младшего есть наверняка объяснение… Так Майкл золотой мальчик, невзирая на эту случайность. — Он просто крыса, которая получала от этого удовольствие… Никакого объяснения нет больше. — твёрдо ответил тому Уилл, заканчивая с закуриванием. — Уже поздно, а мне завтра работать как и тебе кстати… — Уильям, я хочу тебе сказать кое что на последок… — весьма серьёзно начал говорить Эмили, когда Уилл развернулся чтобы уйти, но остановился от руки на плече. — Есть вещи, которые бывают случайными, а есть те что сделаны намеренно. Ты зря отвергаешь Майкла… Ты думаешь что он не достоин тебя, так ты ошибаешься. Каждый ребёнок достоин родителей, но отнюдь не каждый родитель достоин ребёнка. Подумай над этим… —… Спокойной ночи, Генри. Увидимся утром… — заступорив на мгновение, так же холодно и твёрдо бросил другу Афтон, перед тем как исчезнуть за дверью.

***

Тридцать лет спустя, после того как сгорел аттракцион страха, сильно потрёпанный и решенный половины одной руки Уильям Афтон, или же ныне известный как Спрингтрап, теперь лежал в переулке около одного из недавно открывшийся зданий. Дверь открылась и на улицу вышел парень, чьё лицо прикрывала жёлтая маска медведя из бумаги, а на нём была чёрная спортивка и джинсы. Подойдя ближе к роботу он присел к нему и рассмотрел, замечая человеческий череп. — Всё-таки Генри был прав… — тихо произнёс он. —… Ты пришёл, отец…

***

Снова Майкл проходил через круг ада пяти ночей, но в этот раз это было в последний раз. В субботу, на пятую ночь, парень сидел выжидая начала действия плана Генри по которому он следует. Казалось бы вот вот он исполнит то для чего был рождён. Но он просчитал одно обстоятельство, а именно словно из неоткуда взявшийся Афтон, что не признал своего сына, даже когда маска слетела с лица. Афтон старший или же Скраптрап, схватил отпрыска за шею единственной, когтистой рукой и приставив к стенке, начал злостно шипеть, пока сам Майк казалось смерился со своей участью, просто посмотрел чудовищу в глаза, пока сам почуял запах дыма, а по пиццерие стал раздаваться голос Генри. —… Вот мы и встретились снова лицом к лицу… Отец… — хрипло проговорил парень, улыбаясь, от чего кролик вздрогнул и застыл. —… Я освободил Элли как ты и просил… Я привёл тебя сюда, чтобы освободить тоже… Он едва смог узнать в прогнившем, тёмно-фиолетовом парне своего старшего сына Майкла, от чего его хватка внезапно ослабла, особенно когда он сопоставил всё к всему, полностью освобождая парня. —… Майкл… — хриплым, скрежущим уши голосом проговорил Скраптрап, после секундного молчания, продолжая и печально усмехаясь —… Вот значит куда привело всё это нас… Мы оба технически мертвы… — Да… Хоть я и добровольно, дабы помочь сестре… — спокойно ответил Майк, пока огонь уже стал пробтраться в и офис, а Уильям вспоминал слова Генри, которые он сказал ещё много лет тому назад. «… Ты зря отвергаешь Майкла… Ты думаешь что он не достоин тебя, так ты ошибаешься. Каждый ребёнок достоин родителей, но отнюдь не каждый родитель достоин ребёнка. Подумай над этим…» —… Майки… — начал говорить он, что звучало слегка неуверенно. —… Прости меня. За всё что я наговорил и сделал. Я был зол тогда и не понимал что такими действиями я потеряю последнее, оставшееся у меня сокровище — тебя сынок… Ты замечательный сын, которого я не достоин и которым я очень горжусь… Я должен был быть лучшим отцом… Майкл застыл в шоке. Он и не знал что ответить и просто стоял с приоткрытым ртом и расширенными чёрными с белой точкой глазами. Он ничего не ответил, а лишь подошёл к роботу и обнял, прикрывая глаза. — Я прощаю тебя, пап… И… Я люблю тебя… — проговорил он тихо, от чего Уилл впал во временный ступор, прежде чем ответить. — И я люблю тебя, сынок… После чего огонь поглотил их обоих. И если одного ждало бы вечное упокоение, то второго ждала бы тёмная безда Ада. Но будем надеяться что когда-то они встретятся и у Уильяма появится второй шанс на отцовство. Следует запомнить: каждый ребёнок заслуживает родителей, но отнюдь не каждый родитель заслуживает ребёнка.

Конец