Похождения по Межгоадью

      Бывший нацистский диктатор Германии чувствовал боль во всем теле. Он был жив. Адольф Гитлер приподнялся и открыл глаза. Вокруг был зелёный тихий парк неизвестного ему города. Рядом не было никого, поэтому фюрер встал и вышел к ближайшей дорожке, мощенной серой каменной плиткой. Ноги все еще ныли, но ходить он мог. По ощущениям была середина весны, и Гитлер решил пойти по дороге вперед. На нем была его форма, в которой он умер. Усы тоже были. Руки и ноги целые, немного времени спустя боль ушла. Память на месте. "Как я воскрес? Что это за парк? Какой год?" - диктатор задавал вопросы, на которые ответа в ближайшее время не ожидалось.

***

Он побрел по дорожке вперед, через несколько минут боль прекратилась. Гитлер вышел на улицу, заметив там несколько горожан: видимо, полиция в красных балахонах с дубинками, люди и несколько неизвестных ему существ. Город выглядел абсолютно так же, как и другие города, которые видел фюрер. Он пошел по дороге, встретившись с бездушным взглядом полицейского, глаза которого больше похожи на объективы камер, только меньше и круглые. Тот сопроводил его оценивающе-сверлящим взглядом без единой эмоции и продолжил смотреть за другими. Гитлер брел дальше, натыкаясь на взоры прохожих, пока не забрел в магазин. Там у кассы стоял скелет. - Кто ты и что это за место? - спросил, осознавший свое новое положение Гитлер. Сейчас он уже не был ни диктатором, ни миссией для солдат, ни правителем. - Че как? Я Сана, и это моя лавка. Это город Межградье. А ты, я вижу, тут впервые. Как ты прошел таможню без знания места, куда пришел? Там висит большая табличка. - Я вообще умер. - Тут это нормально. Мертвые - воскресают, вселенные - переплетаются, время в некоторых местах идет отлично от других. - Какая страна захватила мир? - Хех, тут пока нет войны, дипломаты трех самых крупных государств улаживают все споры. Межьградье - это город-государство, находящийся недалеко от Империума Человечества. Постепенно, это место будет ассимилированно. А пока надо жить по настоящим законам, которые издало уже изрядно ассимилерованное правительство: треть из них верит в бога-машину и строит заводы-храмы. Лично я считаю их идиотами. Тут еще много беженцев, так что рас тут достаточно. Есть жуки, фавны, много кого еще.       В магазин вошёл антропоморфный медведь. Он изрядно пах перегаром, и, когда он подошел к кассе, Гитлера чуть не стошнило, а еще у него начались флешбеки. - Саня, налей лекарства! - сказал медведь - Сию секунду! - ответил скелет и пошел к бутылке с надписью "Водка". Налив в стакан адской воды, Санс вернулся и дал стакан медведю, который выпил его залпом. - Кто ты? - спросил Адольф - Копатычем звать. Хочешь в карты? - Нет, перебьюсь. - Да не боись, вдурака играем. - Ладно - ответил Гитлер.        Санс принес раскладные стол и стулья, и они уселись играть. После десяти минут игры, медведю удалось обыграть Гитлера, и Копатыч сказал: - Ладно, я пойду.       Он удалился из заведения, но потом в магазин забежал парень, и, быстро купив бутыль виски "Для Друга", убежал. Гитлер решил пойти дальше и попрощался.       После небольшой прогулки, где он посмотрел на пестроту местных жителей, Гитлер увидел принципы работы местной полиции. У одной женщины отобрали сумку, но за грабителем увязался летающий череп. Воришка заскочил в здание, считая, что скрылся, но следом забежало пять скитартев, после чего преступника скрутили, избили и понесли в глубь города, демонстрируя результаты в назидание горожанам. "Крайне эффективно - подумал Гитлер - если бы все мои солдаты были бы точно такими же, я бы не проиграл русским".       После он вернулся к Сансу - спросить, где он может переночевать. Тот посоветовал дом напротив, а потом добавил, что в любом случае ему надо подыскать работу, чтобы прокормить себя. Гитлер побрел в здание напротив, где в подъезде его встретила женщина, спросившая, не нужно ли ему жилье. Адольф согласился, и женщина проводила его в квартиру без кухни и гостиной, но зато с кроватью. После согласования договора, женщина удалилась, а Гитлер лег спать на жесткую кровать. Не так он представлял себе свое воскрешение.