Алфавит Нара

С — Сны

      На самом деле, когда-то давно она тоже была такой. Наивной, преданной, слепой. Девочкой, которая отчаянно хотела стать шиноби, наслышанная местным устоям об их героизме. Быть шиноби почетно, а то, что они почти не доживают до старости, так ведь нет ничего лучше, чем смерть в бою!       Каору уже настраивала себя пройти экзамен в академии, ведь меднины столько раз говорили об ее огромном резерве чакры, как начала видеть сны. Сны об одном усталом убийце, который мечтал о покое. Хотя бы в следующей жизни. А еще в его воспоминаниях часто мелькали кадры из хроники о глупом джинчурики, мечтающем о мире во всем мире.       В такие моменты юная Цугуми испуганно просыпалась в холодном поту и, отсчитывая минуты, выкраивала совпадения. Доказательства того, что сны это сны, а реальность совсем другая.       В день ее рождения на Коноху напал Девятихвостый демон лис.       И она перестала верить в шиноби.

З — Задание

      В глазах семьи скрылся упрек и безмолвный вопрос об отказе. Ее отец патриот, будь у него шанс, и он бы без лишних раздумий стал шиноби, только Каору неожиданно все равно. Каору усиленно строит виноватое лицо и всхлипами выдавливает из себя запинающиеся «прости, прости, прости», пока ее не оставляют в покое.       Она хочет спокойной жизни.       Родители хотят, чтобы она героически пала на сложном задании.

П — Патология

      Она живет обычной жизнью в необычном мире, где у некоторых неудачников судьба жить монохроматом до самой смерти. Каору не видит цвета с пяти лет, темно-серый прижился и стал вещью, которую надо тщательно скрывать.       Потому что соулмейты бывают только у шиноби.       А Каору не хочет иметь с ними ничего общего. У Каору жизнь идеальна и без всяких войн: работа в бакалейной лавке, милые сплетни с подругами и добрый парень из соседнего квартала. Всего лишь одна обычная жизнь, ради которой она готова утопиться в серости окружения. Только бы не принимать неуместного соулмейта.       Когда мир сталкивает их друг с другом, ей хочется удавиться.       Потому что от человека, который вернул тебе столько утерянных пестрых красок, трудно отказываться.       Цугуми пристально смотрит на пятилетнего мальчика с не по-детски серьезным взглядом и, отворачиваясь, гасит внутри дикое желание потрепать его колючие волосы и улыбнуться. Она не знает, что ожидать от члена клана Нара с кричащим символом на лицевой стороне футболки, но понимает, что это подорвет ее обычную, такую лелеемую картину мира.       Ее уход кажется правильным.       Его молчание патологическим.

У — Улыбка

      Судьба смеется ей в лицо, когда все тот же щуплый мальчишка, совсем ребенок по сравнению с ней, лениво наведывается в лавку во время ее смены. Продолжает смеяться, когда она встречает задумчивый взгляд узких миндальных глаз на похоронах с виду бодрого, неунывающего Ичиру, который обещал ей скорую помолвку. И ухахатывается до слез, когда Нара беспардонно садится за одну скамейку в пустынном парке.       Цугуми видит факты и не страдает гипотезами.       Она старается не обращать на него внимания, несмотря на то, как натягивается красная нить, и планирует вновь сбежать, как мальчишка с негромким хрустом отламывает половину двойного мороженого, молча протягивая в ее сторону.       Каору почему-то соглашается остаться, хотя ненавидит черничный лед всеми фибрами души. — Ты меня не хочешь, — через некоторое время говорит он, легкомысленно покачивая правой ногой в воздухе. — Но я не собираюсь отказываться от тебя. Формально, ты уже принадлежишь мне и сама понимаешь это. Только, хм-м, в тебе есть эта бессмысленная жажда обыденности. Это мешает. — И что будем делать? — слизывая вершину кисло-сладкой сладости в руках, неожиданно интересуется она, кидая на него преисполненный любопытством взгляд. — Я тоже хочу покоя, Каору, и не буду давить.       Цугуми вглядывается в его завалокнутые тусклой дымкой глаза, подмечая некоторые детали, прежде чем медленно покачать головой, искривляя уголки губ в горькой, неодобрительной усмешке: — Какая приятная ложь.       Шикамару впервые за их знакомство вежливо улыбается.